Pursuit

Луи не знал, что делать. Он неподвижно стоял в коридоре, уставившись через гостиную на дверь спальни, в которую убежал Гарри, его сердце слегка стучало, когда чувство вины начало захлестывать его. Он заставил Гарри плакать и эффективно убежать, как ребёнок, просто подтвердив раз и навсегда, что то, что у них когда-то было, исчезло. У него не было выбора, чтобы покинуть дом, так как дверь была заперта, а ключ был у Гарри. Если бы дверь была не заперта, он всё равно хотел бы вернуть свой мобильный телефон, прежде чем бежать, но он всё ещё был спрятан в кармане Гарри. Он точно не мог стоять там, пока что-нибудь не произойдёт, потому что Бог знает, как долго это будет продолжаться. Кроме того, он не мог оставить такого эмоционально нестабильного человека, как Гарри, одного, когда тот был расстроен. Он прошлёпал по ламинированному полу гостиной, приблизился к двери спальни, прижал ухо к прохладному дереву и прислушался. Он мог слышать тихие вздохи и всхлипы с другой стороны, слабые, как будто Гарри пытался подавить их и сохранить в тайне. Всё, чего хотел Луи — это распахнуть дверь и заключить Гарри в крепкие объятия, но он знал, что ему всё ещё нужно сохранить эту границу между ними. Он не мог снова раздувать надежды Гарри, это было несправедливо. Он легонько постучал в дверь, тихий стук костяшек пальцев, услышав, как хныканье с другой стороны вообще прекратилось, и не сразу услышал ответ. — Что? — В голосе Гарри была боль, слово было слегка надломленным и хриплым. Луи вздохнул, прежде чем ответить. — Прости, что заставил тебя плакать, Гарри. Можно войти? — тихо спросил он, уже держась рукой за ручку двери и готовясь войти в комнату. — Почему? Ты уже разбил мне сердце. Я не хочу сейчас видеть твоё лицо, — проворчал в ответ Гарри. Луи закатил глаза, спасаясь от взглядов Гарри, прежде чем придумать ответ. Он хотел упомянуть, что у Гарри есть телефон и ключ к его побегу, но знал, как бесчувственно это прозвучит. Гарри явно было больно, это только усугубило бы ситуацию. — Я могу по крайней мере обнять тебя, не так ли? Возможно, мы не вместе, Гарри, и ты, возможно, не был самым дружелюбным человеком по отношению к моим друзьям, но я всё равно не хочу, чтобы ты грустил. Колебание следующих слов Гарри было более продолжительным, чем раньше, как будто он действительно обдумывал сказанное. Затем последовал ещё один резкий вдох. — Если я обниму тебя, то не захочу отпускать. Это ранило Луи изнутри. Гарри был так влюблён в него, что это было болезненно. Он не знал, что ответить, но знал, что что-то внутри него тоже не захочет отпускать Гарри. Ему хотелось навсегда забыть обо всём, что было. — Тогда я могу войти поговорить? Я чувствую себя глупо, разговаривая через дверь, — решил Луи, постукивая пальцами по дереву, чтобы подчеркнуть границу. — Войди, — категорически скомандовал Гарри. Луи не ожидал, что он сдастся так быстро, и вот уже во второй раз за вечер Луи со скрипом открыл дверь и обнаружил Гарри на своей кровати. Он сидел у изголовья, скрестив ноги, сложив руки на коленях и склонив голову. Он не хотел смотреть на Луи. — О, Гарри, — Луи грустно вздохнул, довольно осторожно присаживаясь на край кровати Гарри. — Я не хочу, чтобы ты был таким. Голова Гарри внезапно поднялась. Его глаза были блестящими от свежих слёз, а щёки розовыми. Это был самый детский вид, который Луи когда-либо видел, и на данный момент он выглядел таким беззащитным и невинным. — Если ты не хочешь, чтобы я был таким, — начал он рваным от предыдущего плача голосом, — тогда почему мы не можем просто быть вместе? Всё начиналось сначала, как порочный, бесконечный круг. Казалось, что Луи бессчётное количество раз объяснял, почему он больше не хочет быть с Гарри, и всё же здесь его снова допрашивали. Казалось, Гарри не мог уложить это в своей голове. — Гарри, я уже объяснил почему. Я просто забочусь о тебе… — Ты до сих пор влюблён в меня, Луи. Почему этого недостаточно? Дерьмо. Луи поймал себя на том, что снова поднимается на ноги и стоит у двери. Что касается эмоциональной шкалы, Гарри был прав. Луи всё ещё был очень влюблён, в самой глубине своего сердца, и когда он посмотрел на Гарри, он был уверен в этом. Но его друзья убедили его начать больше следовать зову не сердца, а думать головой. Гарри был опасен, и это, безусловно, могло перевесить романтическую сторону вещей. Луи понял, что в комнате повисла длительная тишина, и снова погрузился в свои мысли в поисках ответа. Гарри выжидающе смотрел на него, слегка склонив голову набок и нахмурив брови. Он относился к этому очень серьёзно, и Луи не знал, хорошо это или нет. — Потому что, Гарри, — медленно начал Луи, нервно дёргая себя за рукав, — это нечто большее, чем просто влюблённость… Он даже не поверил собственным словам. — Что же тогда, репутация? — отрезал Гарри. Его голос приобрёл враждебный тон, Луи почувствовал, что надвигается ещё один спор, и он просто хотел быть сейчас у себя дома, подальше от Гарри. Репутация. Прав ли был Гарри, говоря это? Луи не столько спасал свой имидж от разрушения, сколько тот факт, что Гарри представлял вполне достаточную угрозу для жизни его друзей и семьи. Но он знал, что легко может ранить Гарри своими словами, ему нужно было действовать осторожно. — Нет, дело не в репутации, а в том, какой ты. Едва Луи смягчил удар, он тут же пожалел о том, как сформулировал это, наблюдая, как Гарри просчитывает это в уме. Он суммировал суть вещей. —Какой я. Я ужасный человек. — произнёс Гарри медленно. Луи чувствовал разочарование из-за того, сколько дежа вю он испытывал всякий раз, когда у него возникал конфликт с Гарри; он был уверен, что они когда-то уже говорили об этом в прошлом. — Ради бога, Гарри, перестань унижать себя! Я уверен, ты найдёшь кого-то, кто будет любить тебя так же, как я, но… — Как и ты, Луи. Ты всё ещё любишь меня, — напомнил Гарри. Луи действительно жалел, что сказал Найлу тогда по телефону о своих чувствах, потому что теперь Гарри знал о них тоже, и он определённо не собирался позволять ему забыть об этом. Луи некоторое время не отвечал. Тишина была на удивление приятной, и он неожиданно выбрал что-то неожиданное, чтобы перевести разговор, полагая, что они исчерпали предыдущую тему. — Могу я написать маме, пожалуйста? Она удивится, почему меня нет дома. И мне нужно рассказать ей о машине. — Луи лениво почесал затылок. Он должен был всё ещё злиться на Гарри за то, что он порезал ему колёса, он должен был кричать на него, но доминирование, которым обладал Гарри, не давало Луи сделать это. Он испугался? Да. — Я заплачу за новые колёса. Это были извинения Гарри. Луи хотел дерзко вставить: «Тебе вообще не следовало этого делать», но решил оставить это. Он просто кивнул, зная, что спасибо будет надуманным, учитывая, что Гарри сделал что-то настолько ужасное. Заплатить за замену колес было меньшее, что он мог сделать. — Просто скажи мне, что ты хочешь сказать своей маме, и я напечатаю сообщение. — Гарри, я хочу, чтобы ты прямо сейчас осознал, насколько ты нелепо звучишь, — проворчал Луи, обнаружив, что слегка ходит взад и вперёд по комнате. — Теперь ты должен отпустить меня домой. Мы достаточно поговорили. — Ты до сих пор не ответил мне, почему любви недостаточно. Луи резко и раздражённо остановился. Ему хотелось биться головой о стену, пока он больше не сможет видеть или слышать Гарри. Каждая правдоподобная вещь, которую говорил Гарри, заставляла Луи терять дозу непреклонности. Он чувствовал, что ослабляет свою бдительность, тот вид, который он создал, чтобы защитить себя от того, чтобы снова не влюбиться в Гарри. Этот мальчик зашёл так далеко, что шпионил за Луи с помощью скрытого микрофона и нападал на его друга, но Луи ничего не мог с собой поделать. Его мозг буквально взрывался, когда он рылся в файлах своего разума в поисках подходящего ответа. — То, что два человека влюблены, не означает, что они… совместимы друг с другом. Луи ненавидел собственный ответ. Он знал, что это был довольно глупый комментарий, и, судя по язвительному взгляду Гарри, тот тоже так думал. Луи понял, что всё ещё стоит у двери комнаты, потирая руками вверх и вниз бёдра, когда пот начал покрывать его ладони, в то время как Гарри спокойно оставался на кровати. Язык их тела кричал, насколько они по разному вели себя в данной ситуации; Гарри был почти что полностью невозмутим, в то время как Луи хотел бежать. Гарри сделал долгий, контролируемый вдох через нос, закрыв глаза на мгновение, как будто обдумывая, каким будет его ответ, и Луи действительно задавался вопросом о том, что Лиам и Найл делали в это время. Он задавался вопросом, были ли на его телефоне пропущенные звонки и тревожные текстовые сообщения от них. — Я плохо спал последние пару недель, — сказал Гарри. Луи был удивлён внезапной сменой темы, но всё же испытал лёгкое облегчение, поскольку Гарри уклонился от глупого комментария Луи. — Я думал о том времени, когда ты спал в моей постели. Рядом со мной. Луи отчётливо помнил это, особенно ту часть, где Гарри заставил его кончить. Боже, от одной мысли об этом его желудок сделал сальто. Гарри был таким горячим, таким горячим, что Луи не думал, что когда-либо за всю свою жизнь он испытывал подобное сексуальное влечение к кому-либо. Но Гарри был так запутан: его мозг был похож на большой пучок шнуров, стянутых вместе, но с недостающими звеньями и с разорванными путями. Он был психически не здоров. Луи снова оказался в ловушке своих мыслей и оставил без ответа предыдущие утверждения Гарри. Он снова погрузился в свой разум, чтобы разобраться в своих чувствах к Гарри; пытаясь обрести хоть какое-то чувство зрелости; пытаясь развить презрение к Гарри. Это казалось практически невозможным. — Это был единственный случай, — осторожно подбирал слова Луи. — То, что произошло той ночью, было даже не таким интенсивным, Гарри. Я не хочу, чтобы ты думал о незначительных вещах, я бы хотел, чтобы ты забыл об этом. — Просто приятно, когда кто-то лежит рядом с тобой, когда ты просыпаешься. Наверное, я привык к тому, что у меня ничего нет. Слова Гарри каждый раз были тщательно подобраны, чтобы заставить Луи чувствовать себя ужасно. У него был свой хитрый способ, и каждый раз он срабатывал. Луи действительно хотел, чтобы Гарри был нормальным человеком, хотя он и ненавидел свои суждения о том, что Гарри ненормальный, но так никогда не будет. — Каждый заслуживает того, чтобы просыпаться рядом с кем-то, Гарри. Тебе просто нужно найти подходящего человека, это точно не я. Гарри хмыкнул про себя, почти сочувственно. Луи снова оказался на краю кровати Гарри, отчаянно желая, чтобы Гарри осознал, насколько одержимым и заблуждающимся он стал. На Луи всё ещё были кроссовки, так как он чувствовал себя слишком неловко, чтобы снять их по прибытии, поэтому он снял их у кровати, чтобы он мог подтянуть ноги, скрестив их перед собой. Гарри внимательно наблюдал за Луи. Наступила тяжёлая тишина, пока глаза Гарри сканировали Луи, изучая каждую чёрточку его лица. Он выглядел таким же прикованным, как геммолог, изучающий редчайший из бриллиантов. — Я хочу, чтобы ты поцеловал меня, Луи. Луи посмотрел прямо на Гарри, ища малейший намёк на веселье в его лице, ожидая улыбки. Не было ни одного. У Гарри, сидевшего напротив двуспальной кровати, было неизменное выражение лица, когда он смотрел на Луи. — Я знаю, что ты хочешь. Луи пытался сопротивляться, не желая снова сворачивать на ту дорогу, где он был близок к тому, чтобы сдаться. Он не мог, ради Лиама. И Найла. И его семьи. А может и себя. — Только чтобы ты мог доказать мне, что ты больше не хочешь этого. Что ты просто хочешь бросить это? Луи. Теперь Луи беспокоился. Он знал, что если он не поцелует Гарри, ему никогда не позволят уйти. А если бы он его поцеловал, то мог бы полностью раствориться в нём и бросить все свои зрелые решения на ветер — к чёрту всё это. — Вряд ли это хорошо для тебя, Гарри, когда тебе придётся научиться отпускать меня, — бросил вызов Луи, обняв колени перед собой. Он опёрся подбородком на них, глядя на Гарри. — Пожалуйста, просто сделай это для меня. Если ты меня поцелуешь, я позволю тебе уйти, — предложил Гарри сделку. Теперь Луи застрял в том, что делать. Так что, если он не поцелует Гарри, его фактически будут держать в плену, пока он не решится сделать это. — Ты всё равно должен позволить мне уйти. Это человеческое… — Я просто хочу посмотреть, что будет, если мы снова поцелуемся, — резко сказал Гарри, перебив его. — Пожалуйста. Луи глубоко вдохнул, медленно пожимая плечами. Если бы он действительно мог контролировать себя и использовать всю свою внутреннюю волю, чтобы попытаться ничего не чувствовать в поцелуе, он мог бы доказать Гарри, что им конец. У него почти не было выбора, с которым Гарри обычно его и оставлял. — Самый быстрый поцелуй, известный человеку, — сдался он. — И клянусь, если ты попытаешься ещё что-нибудь сделать, я выброшу тебя из этого окна, ты меня понял? Лицо Гарри не изменилось, как думал Луи — ни праздничной ухмылки, ни блеска в глазах; просто небольшой кивок. Луи неловко откашлялся, не желая быть тем, кто неловко подползает к кровати Гарри. Гарри, похоже, тоже не знал, как заставить это работать, не напрягая обстановку. — Подойди и сядь рядом со мной. Луи так и сделал, придвинувшись ближе, чувствуя, что приближается к своей неизбежной судьбе. Гарри собирался снова захватить его сердце, если он не будет осторожен, ему придётся отстраниться и попытаться представить что-то другое. Может быть, он мог бы притвориться, что это был Найл, а не Гарри, это наверняка оттолкнёт его. В тот момент, когда он посмотрел вверх и в глаза Гарри, мысленный образ Найла уменьшился, и всё, что он увидел, это то, насколько красивыми были отражающие зелёные цвета. Ему пришлось ненадолго закрыть глаза, чтобы не потеряться в глазах Гарри. — Готов ли ты к самому быстрому поцелую, известному человеку? — ухмылка Гарри, наконец, вернулась, так как их лица находились примерно в тридцати сантиметрах друг от друга. — Пожалуйста, только поторопись, давай, — настаивал Луи. Он зажмурил глаза, чувствуя себя ребячливым учеником начальной школы, которого заставляют целовать кого-то в игре в бутылочку. Сначала он почувствовал руку Гарри на своей щеке, ласкающую мягкую кожу, и уже сгорал от того, насколько он уже был тронут. Затем лицо Гарри приблизилось к его, и их губы слились. Луи понятия не имел, что делает, но казалось, что его губы внезапно обрели собственный разум. В ту же секунду, когда губы Гарри начали двигаться по его губам, он повторил это движение, так что их губы страстно соединились. Это было мгновенно быстро, как будто этого давно ждали, и Луи хотел остановить себя, но не мог. Рука Гарри соскользнула со щеки Луи, когда поцелуй ускорился, вместо этого опустив её на его бедро, в то время как разум Луи кричал ему: «Что ты делаешь?! Этот парень мог сегодня убить твоего друга, как тех двоих…» Луи позволил Гарри толкнуть себя обратно на кровать, так что Гарри возвышался над ним, не нарушая страстный поцелуй. Луи казалось, что он дрожит, ненавидя себя, но в то же время не желая, чтобы Гарри переставал целовать его. Гарри углубил поцелуй, когда одна его рука запуталась в волосах Луи, а другая удерживала его вес над Луи, так искусно скользя языком в рот Луи. Луи попробовал рот Гарри. Это была самая сладкая вещь, почти вкус, который он узнал с прошлого раза, и он позволил себе скользнуть руками под футболку Гарри, чтобы скользнуть по горячей коже его мягких бёдер. Что он делал? Это был худший из возможных исходов, ведь он хотел доказать Гарри, что он ему не нужен, но он действительно нуждался. Чёрт, Гарри — это всё, что ему сейчас было нужно. Его не волновало, насколько самодовольным будет Гарри после этого, или как он сам будет сожалеть о том, что продолжил это. Луи обнаружил, что его руки дёргают подол футболки Гарри, что-то в его мозгу желало увидеть верхнюю половину Гарри обнажённой сейчас, и Гарри быстро разорвал поцелуй, тяжело дыша, когда он потянул свою футболку, небрежно оставив её на полу. земля. Затем он снова целовался с Луи, так быстро и с таким желанием, что Луи почувствовал, как у него закружилась голова. Кончики пальцев Луи скользнули по спине Гарри, призрачно пощекотав горячую кожу, и он понял, что это всё, чего он хотел прямо сейчас. Гарри. Ничего больше или меньше. Затем Гарри снова прекратил поцелуй, тяжело дыша, решив, что начнёт снимать с Луи футболку, скорее всего, слишком напуганный, чтобы спросить разрешения на тот случай, если Луи внезапно поумнеет и остановит происходящее. Она присоединилась к футболке Гарри на полу. Гарри скользнул руками вверх по животу Луи, заставив того вздрогнуть, благоговея перед такой простой вещью, а затем его голова опустилась, и его пухлые губы прижались к подбородку Луи. Луи наклонил голову вверх, обнажая участок кожи под подбородком, и судорожно выдохнул, когда Гарри оставил след влажных поцелуев вдоль его подбородка и вниз по шее. Луи больше не думал о Гарри ни о чём плохом. Он не мог. Поцелуи Гарри спускались вниз по груди Луи, вниз по его вздымающемуся животу, оставляя Луи корчиться на кровати под ним, пока его тело реагировало. Гарри максимально использовал слегка подтянутый, обнажённый живот Луи, оценивающе целуя его, и Луи запустил пальцы в кудри Гарри, наслаждаясь ощущением, оставленным его губами. Гарри поднялся обратно, пока не оказался нос к носу с Луи, нежно глядя на него, выражение лица выражало тоску: он жаждал Луи. — Хочу заняться с тобой любовью, — прошептал он хриплым от возбуждения голосом. — Прямо сейчас. Луи ничего не сделал, кроме как кивнул. Что он делает? Он понятия не имел. Но его мысли были затуманены словами Гарри, и всё, чего он хотел, — это он. Гарри перевернул их, усадив Луи на себя, так что ладони Луи упирались ему в грудь, создавая устойчивость. Гарри выглядел так прекрасно, сидя вот так, губы приоткрылись от сбитого дыхания, а глаза светились похотью. Луи почувствовал, как его желудок сжался, когда Гарри потянулся к своему ремню, потянув его так, что он отстегнулся со звоном, вытащил ремень и бросил его на пол. Луи не мог нормально функционировать из-за мысли о том, что Гарри будет полностью голым. По общему признанию, это было то, что он пытался представить с той ночи, когда они заставили друг друга кончить. Гарри пристально смотрел в глаза Луи, расстёгивая пуговицу на джинсах и следом молнию. Луи смотрел с трепетом, на мгновение отодвигаясь от Гарри, вставая рядом с ним на колени, чтобы позволить ему стянуть обтягивающие джинсы. На его боксерах уже наметилась большая выпуклость. Луи тяжело сглотнул, потому что вау. — Видишь, что ты делаешь со мной, Луи? — низко спросил Гарри, переводя взгляд с нижнего белья на глаза Луи. Луи не мог отвести от него глаз. Он чувствовал себя слишком замороженным, чтобы даже что-то сказать, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться к Гарри. Он просто затаил дыхание и резко кивнул. — Прикоснись ко мне, не бойся. Луи не знал, почему он был так напуган. Он снова оседлал бёдра Гарри, опуская руку, чтобы ухватиться за выступающее бедро Гарри, скользя большим пальцем по чётко выраженной V-образной линии, а другой рукой сжимая член Гарри сквозь материал нижнего белья. Гарри облизнул губы языком, прежде чем резко выдохнуть поток воздуха, который, возможно, он подавлял, и Луи позволил своей руке скользнуть по члену Гарри сквозь хлопок. Он тоже становился твёрдым только от ощущения этого. Он точно не был маленьким. Реакция Гарри на прикосновения была просто безупречной, — горловой стон, его голова откинулась назад и упёрлась в изголовье кровати. Луи решил стянуть пояс и позволить члену Гарри подпрыгнуть, ударив его в живот. — Да, чёрт возьми, — выдохнул Луи, осматривая красивый член Гарри. Он был слегка изогнут, подходящего размера как по длине, так и по обхвату, с розовой головкой с каплей предэякулята, формирующейся в щели. То, как он лежал на животе Гарри, заставило Луи вспыхнуть под кожей, возбуждение проникло в каждую клеточку его существа. Глаза Гарри всё ещё были закрыты, он прерывисто дышал, ожидая, что Луи сделает что-то для любого облегчения. Луи собрал немного слюны во рту, прежде чем позволить ей упасть на член Гарри, заработав от него сдавленный стон, когда Луи использовал слюну в качестве смазки. Он схватил член Гарри, чувствуя, какой он горячий и пульсирующий в руке, кусая губу, и начал медленно дрочить Гарри. Гарри провёл большой рукой по своим кудрям, слегка покачав головой, словно не мог поверить, что ему так повезло. Луи ускорил движение руки, дроча Гарри быстрее. Гарри издал тихий стон, когда кулак Луи снова и снова ударял его по животу с каждым ударом, наблюдая, как пресс Гарри напрягается и расслабляется от удовольствия. Луи нравилось наблюдать за реакцией Гарри на это, его чисто сексуальная реакция заводила Луи до такой степени, что его член сдерживался тканью его нижнего белья и джинсов. Он прижал член Гарри к своему животу за основание, опустил голову и лизнул снизу член Гарри, заработав в ответ громкий стон, и руки Гарри опустились и впились в его волосы. Луи обратил внимание на яички Гарри, провёл по ним языком, взял их в рот, так что Гарри издал свой первый словесный порыв. — Луи… Это был эйфорический шёпот, глаза плотно закрыты, а руки сжимали пушистые волосы Луи. Луи выпустил яички Гарри изо рта, прежде чем повернуть голову в сторону, так что член Гарри скользнул между его губ, скользя по головке до самого основания. Гарри провёл руками по волосам Луи, чтобы провести ртом по его члену, мягко покачивая головой мальчика вверх и вниз, достаточно, чтобы он снова застонал, но не чтобы заставить Луи заткнуться. Луи любил вызов; он собирался сделать этот минет абсолютно грязным. Он перевёл взгляд с Гарри, когда опустил голову вокруг массивного члена Гарри, поднимая его так далеко, как только мог, нос даже не доставал до живота, прежде чем головка коснулась задней части его горла, и он задыхался, но держал голову там. — Чертовски хороший мальчик, — выдохнул Гарри, и Луи не мог насытиться низким, полным желания голосом. Луи снова поперхнулся, когда Гарри двинул его член чуть дальше, Луи пришлось отодвинуть рот с громким хлюпающим звуком, чтобы отдышаться. Струйка слюны сбежала с его влажной нижней губы на головку члена Гарри, и как только он отдышался, его рот вернулся в прежнее положение прямо вокруг члена. Он открыл горло и втянул столько, сколько мог, руки Гарри осторожно направляли его голову вниз, не желая задушить его, но страстно желая, чтобы весь его член был заключён в горячий, влажный жар рта Луи. Луи начал качать головой, дроча ту часть члена Гарри, до которой не мог дотянуться его рот, и одна рука Гарри была зажата за головой, а другая направляла руку Луи. Луи задыхался почти при каждом движении головы вниз, но он справлялся с этим. В этот момент он сделал бы всё, чтобы услышать звуки удовольствия от Гарри. Он снова убрал голову, по его подбородку стекала дорожка слюны, когда он посмотрел на Гарри, рука всё ещё работала над его членом. Гарри с придыханием рассмеялся, смахнув слюну большим пальцем, нежно глядя на Луи. — Я хочу увидеть остальное, — прошептал он, как будто любой громкий голос мог разрушить момент. — Могу я? Луи отпустил член Гарри, так что он снова упал на его живот, полный и твёрдый, и он ответил на вопрос, встав на колени выше талии Гарри и расстегнув собственные джинсы. Гарри закусил губу, наблюдая за ним, его рука опустилась на его членом, когда он смотрел, как Луи стаскивает джинсы. Луи нравилось видеть, как Гарри трогает себя. — Смотрите, кто ещё твёрд, — прокомментировал Гарри, проводя языком по губам, глядя на выпуклость в боксерах Луи. — И эта грёбаная задница, Луи. Мне нужно прикоснуться к тебе. Луи просунул большие пальцы за пояс своих боксеров, стягивая их вниз, так что его член высвободился. Он был не таким большим, как у Гарри, но вполне приемлемого размера, подпрыгивал на его животе, когда он склонялся над ним на коленях. Он бросил своё нижнее бельё на пол, вся его неуверенность ушла, когда глаза Гарри остекленели от похоти. — О, чёрт возьми… — Гарри запнулся, его глаза упивались видом Луи перед ним. Он обхватил свободной рукой член Луи, уже скользкий от предэякулята, так что Луи прикусил губу и издал тихий всхлип облегчения от прикосновения. Он слегка толкнулся в ладонь Гарри, страстно желая этого ощущения, и ненадолго закрыл глаза, когда удовольствие поглотило его. Гарри дрочил их члены в одном темпе, открыв рот от удовольствия и концентрации, наслаждаясь тем, как изменилось лицо Луи. — Ляг на живот, Луи. — Гарри выпустил руку из члена Луи, и Луи возненавидел это отстранение, но сделал, как велел Гарри, улёгшись в тёплое пространство, из которого вышел Гарри. Он услышал протяжный, похотливый стон, когда Гарри посмотрел на пухлую задницу, которая изгибалась вверх от его спины. Луи лежал, уперевшись тыльной стороной ладоней в подушку, слегка потирая бёдрами о простыни под собой, чтобы получить некоторое временное облегчение. Он резко вздохнул и застонал, когда рука Гарри резко шлёпнула по одной стороне его задницы, прежде чем его рука стала массировать кожу, одной рукой на каждой пухлой ягодице Луи. Луи всё ещё вращал бёдрами на постели, наслаждаясь ощущением больших рук Гарри на нём, постоянно жаждая большего удовольствия. Покалывание от грубого шлепка было таким болезненным, но таким приятным. — Такая чертовски красивая задница. — Гарри задыхался, возбуждённый Луи слышал его, всё ещё массируя кожу. — Чертовски невероятная, Луи. Луи издал в ответ протяжный стон. — Хочу, чтобы твои пальцы вошли в меня. Никогда раньше у него ничего не было внутри, но его охватила такая интенсивная волна тоски по пальцам Гарри глубоко внутри него. Гарри ответил на просьбу Луи хриплым ругательством, прежде чем его руки на мгновение оторвались от Луи. Луи мог слышать, как он роется в ящике прикроватной тумбочки, а затем щёлкнуло то, что, должно быть, было открывающейся крышкой тюбика со смазкой. — Я раскрою тебя, красиво и медленно, — замурлыкал Гарри, отчего желудок Луи снова перевернулся. — Ты хочешь этого, Луи? — Д-да, — пробормотал Луи, снова корчась на постели, так что его член скользнул по мягкому хлопку простыней. Затем он услышал, как крышка от лубриканта захлопнулась, и Гарри глубоко вздохнул. — Я хочу, чтобы ты раздвинул для меня свою задницу, Луи, — проинструктировал Гарри. Луи поднял руки, одной рукой взялся за каждую половинку и раскрылся, как сказал ему Гарри, полностью обнажая себя. Гарри снова гортанно застонал, на этот раз при виде тугой дырочки Луи. — Вот это хороший мальчик, вот так, да… Луи вздрогнул, когда почувствовал внезапный холод в своей дырочке, поняв, что это был смазанный указательный палец Гарри. Он экспериментально провёл им по дырочке Луи, и это чувство заставило желудок Луи зашевелиться смесью спутанных чувств. Это было странно, вот что он заключил. — Нужно ли мне? — спросил Гарри, надавливая пальцем на вход Луи. — Сделай это, — выдохнул Луи, пытаясь расслабить своё тело. — Засунь его в меня, Гарри. Гарри медленно проник скользким пальцем внутрь, и Луи ощутил сильный жар, пытаясь сдержать стон, чувствуя, как Луи сжимается вокруг его вторгающегося пальца. Лицо Луи скривилось от боли, он прикусил нижнюю губу, пока не почувствовал металлический привкус крови. — Ты такой тугой, как ты себя чувствуешь? — прошептал Гарри, пытаясь скрыть, как это возбудило его, чтобы проверить Луи. — Б-больно, — засмеялся Луи, пытаясь скрыть боль с помощью юмора. — Но я хочу, чтобы ты продолжал. Гарри кивнул сам себе и медленно убрал палец, что вызвало у Луи протяжный стон дискомфорта. — Я знаю, что тебе больно, Луи, но это скоро не будет так плохо. Обещаю. Луи кивнул, всё ещё зажмурив глаза, когда Гарри чуть быстрее втолкнул палец внутрь. — Просто сделай это. Добавь ещё. — Ты уверен? — Да, пожалуйста. — Луи больше не мог ожидать ещё большей боли, он просто хотел принять всю её сразу. Он почувствовал, как средний палец Гарри сжимается вместе с указательным. Луи подавил болезненный стон, кусая подушку под руками, втягивая её в зубы, когда боль пронзила нижнюю часть его тела. Длинные пальцы Гарри двигались внутри него, и Луи не мог поверить, насколько это было больно. Он слегка покачал головой. — Ты хочешь, чтобы я остановился? — Нет, нет, пожалуйста, не надо. Луи задыхался. Гарри продолжил, вытянув пальцы так, чтобы остались их кончики, затем снова втолкнув их внутрь и снова раздвинув. Луи пытался найти хоть каплю удовольствия, но безуспешно. Как это можно считать приятным? Он не был уверен, сожалеет ли он об этом. — Я собираюсь добавить третий, Луи. — Прежде чем Луи успел среагировать, безымянный палец Гарри тоже скользнул внутрь, так что дыхание Луи было неровным от боли. Ему казалось, что он вот-вот взорвётся. — Чертовски больно. — Будет лучше, пожалуйста, поверь мне. Луи не знал, можно ли вообще доверять Гарри, но сейчас он доверял ему больше всего на свете. Гарри двигал тремя пальцами внутрь и наружу вместе, сгибая их все, чтобы растянуть тесные стенки Луи, кусая губу, когда он вводил и выдвигал пальцы, медленно ускоряя темп. Дыхание Луи, казалось, становилось тяжелее с течением времени. Гарри ускорил темп своей рукой, быстрее работая пальцами внутри Луи. — По ощущениям, — выдохнул Луи, — неплохо. Приятная тёплая волна накрыла Луи, когда он привык к этому чувству, вцепившись руками в подушку. Ему нравилось ощущение внезапной наполненности, когда что-то работало внутри и снаружи него, и тогда его осенило, что может наполнить его ещё больше. Он был напуган, но готов. — Я хочу чтобы ты трахнул меня, — Луи потянулся назад и потянул Гарри за запястье, поэтому он убрал пальцы с Луи и вытер их об уже грязные простыни. — Блять, ты уверен? — Гарри задыхался. Луи перевернулся на спину, наконец, снова увидев потемневшие глаза Гарри и красные, обкусанные губы. — Да, пожалуйста, — Луи поймал себя на том, что снова умоляет, глядя на Гарри сквозь ресницы. — Хочу тебя внутри меня. Гарри быстро кивнул, снова потянувшись к ящику, на этот раз за презервативом. Он оторвал верхушку упаковки зубами, не теряя времени, накатывая презерватив на свой большой член, расправляя его к основанию. Луи жадно наблюдал, проводя рукой по собственному члену, наблюдая, как Гарри льёт щедрое количество смазки на его покрытый член. — Согни ноги в коленях и подними их для меня, Луи, — велел он. Луи быстро подчинился, так что его колени были прижаты к груди, и Гарри улыбался про себя, увидев это. Он нанёс ещё немного смазки на кончики пальцев, быстро распределив её по отверстию Луи, прежде чем бросить тюбик со смазкой в открытый ящик. Он приблизился к Луи, навис над ним, и всё вдруг стало таким реальным: Гарри собирался трахнуть его. Они были нос к носу, и у Луи перехватило дыхание, когда он почувствовал, как головка Гарри прижимается к его входу, заставляя его привыкнуть к вторжению. — Ты хочешь этот член внутри себя, а? — Гарри промурлыкал прирученным шёпотом. — Я, чёрт возьми, дам его тебе, Луи. Луи вздрогнул от возбуждения. Он ответил взглядом, горящим и страстным, прямо в глаза Гарри. Они сохранили зрительный контакт, когда Гарри ввёл свой член в Луи, только головку, и Луи тут же резко втянул воздух и задержал дыхание. — Дыши, детка, — прошептал Гарри. — Я не хочу, чтобы ты потерял сознание. Это случалось раньше. Луи рассмеялся бы, если бы не разрывающая боль, как будто его разрывали, когда Гарри толкался глубже в него. Он тяжело дышал, ногти впивались в его бёдра, пока он держал их, брови нахмурились от боли. — Ты так хорошо справляешься, продолжай дышать для меня, — подбадривал Гарри, продолжая прижиматься к Луи, в то время как его руки упирались по обе стороны от Луи для равновесия. Их лбы были прижаты друг к другу, в сантиметрах друг от друга смотрели друг другу в глаза. Вскоре Гарри был полностью внутри, и Луи едва мог дышать. Каждый вздох был прерывистым, нижняя губа дрожала, пальцы ног подгибались. — Хороший мальчик, Луи. — Блять это убивает, — выдавил Луи тише, чем шёпот, пытаясь найти хоть каплю удовольствия, глядя глубоко в эти зелёные шары. Гарри потянулся к члену Луи, дроча, чтобы уменьшить боль. Это сработало, и Луи тихо застонал от удовольствия, которое это доставило. — Я сейчас сдвинусь, можно? — Да, сделай это, — согласился Луи, кивая и затаив дыхание. Гарри отвёл свои стройные бёдра назад, так что его член с некоторым трением выскользнул из Луи, и тот вздрогнул и закрыл глаза. Гарри поцеловал подбородок и челюсть, снова пытаясь смягчить боль, снова двигая бёдрами вперёд и назад. — О мой бог, ты чертовски огромен, — прошептал Луи, замерев. Ему казалось, что он не сможет пошевелиться; будто парализован болью. Гарри не ответил, сосредоточившись на том, чтобы Луи почувствовал себя хорошо. Он начал медленно вращать бёдрами внутри Луи, издавая глубокие стоны, и Луи почувствовал что-то. Член Гарри задел что-то чувствительное. — Да, чёрт возьми, — выдохнул Луи чуть выше. — Боже мой, это так приятно. Удовольствие начало побеждать в битве с болью. Луи ощущал, как его тело наполняется блаженством, как будто он был на седьмом небе от счастья, откидывая голову на подушку. Гарри ухмыльнулся про себя, наблюдая за реакцией Луи, найдя устойчивый темп, когда он вставлял и вынимал свой член, держась за бёдра Луи. Он наблюдал, как его член исчезал и появлялся снова с каждым толчком, тихо постанывая про себя при этой мысли. Луи издал долгий, радостный стон, всё ещё положив голову на подушку и закрыв глаза. — Ты чувствуешься чертовски хорошо, — проворчал Гарри, — такой тугой, дерьмо, Луи. — Трахни меня, Гарри, — грязно выдохнул он. — Сильнее. Трахни меня сильнее. Гарри так и сделал. Он постепенно ускорил свои движения, теперь входя и выходя быстрее. Рот Луи открылся, и он будто задохнулся, не издавая ни звука, глядя глубоко в глаза Гарри, когда он начал тереться бёдрами о член Гарри, не в силах насытиться этим чувством, его желудок снова и снова переворачивался от удовольствия. Этого всё ещё было недостаточно. Ему удалось отдышаться после смены скорости толчков. — Блять быстрее, сделай это сильнее, — внезапно в его голосе прозвучал требовательный тон, за которым последовал стон. — Ты хочешь этого очень сильно и быстро, да? — Гарри промурлыкал прямо в ухо Луи. — Ты уверен? — его горячее дыхание заставило Луи вздрогнуть. Луи кивнул, уткнувшись лицом в изгиб шеи Гарри. Бёдра Гарри двигались невероятно быстрее, пока он не стал вколачиваться в Луи так быстро, что изголовье кровати начало громко биться, прислоняясь к стене, тук, тук, тук. Громкие шлепки по коже наполняли воздух, и Луи с каждым резким толчком издавал прерывистое «ах», отпуская ноги так, что они падали вниз, держась за бицепсы Гарри изо всех сил. Губы Гарри снова нашли губы Луи, грубо целуясь с ним, и резкий стон Луи с каждым толчком заглушался губами Гарри. Луи начал надрачивать свой член вместе с толчками, дыша совершенно неровно, а из его горла вырывались всхлипы с закрытым ртом. Губы Гарри оторвались от его, и их лбы снова соприкоснулись, пока продолжались жёсткие толчки, и резкие шлепки по коже. — Б-бб… — Луи изо всех сил пытался закончить ругательство, каждый раз его прерывал стон, лицо откидывалось назад к плечу Гарри, приглушая стон кожей. Он быстро дрочил себе вместе с толчками, слыша, как дыхание Гарри постепенно становится более прерывистым по мере того, как толчки продолжались. — Я близко, — произнёс он на ухо Луи. — Хочу, чтобы ты тоже кончил. Луи работал над этим, быстро двигая руками вверх и вниз по своему члену, морщась от сосредоточенности и того удовольствия, что давал ему Гарри. —Гарри. Близко. — Он прикусил губу, сглотнув комок в горле, когда почувствовал, как его тело бурлит, готовясь к оргазму. Гарри продолжал трахать его в быстром темпе, не сводя глаз с Луи ни на секунду, слушая, как хныканье Луи постепенно становилось всё более и более пронзительным, каждое из которых приближало Гарри к тому, чтобы кончить. — Кончу… — прошептал Луи, не в силах больше сдерживаться. — Гарри, я сейчас кончу… Гарри остановил свои движения и вынул член из Луи, сорвав презерватив, прежде чем его рука начала работать над ним. Их тяжёлое дыхание наполняло воздух, становясь быстрее и громче, когда они оба достигли оргазма. Луи громко застонал, более высокий, сдавленный всхлип, в то время как Гарри застонал глубоко и низко, их тела тряслись вперёд, когда их сперма вытекала, покрывая животы друг друга. Затем последовала череда ругательств, когда их тела пришли в себя, снова опустились, всё ещё глядя глубоко друг другу в глаза. Гарри поцеловал Луи один раз, коротким, простым поцелуем — таким он и должен был быть с самого начала.