Гранат

      Звуки ударов по груше отражались от серых потрёпанных стен. Цепь, за которую был подвешен мешок, звонко стучала в воздухе. Удары наносили либо одиночно, либо по три сразу. Руки свело от усталости, а организм требовал отдыха, но мужчина продолжал упорно бить. Бинты, повязанные для защиты, слегка ослабли, перчатки казались невероятно тяжёлыми.       В голове у Вишни крутились слова Сары. Он даже не понимал, почему всё это вызывает у него такие странные эмоции. Это не было ревностью, как предполагал мужчина. Это было какое-то гадкое и неприятное послевкусие, отдававшее гнилью и безысходностью. Капелька пота скатилась со лба, прочертив дорожку к носу, и Вишня остановился, упирая лоб в грушу. Прикрывая усталые веки, он позволил сознанию унестись обратно — в ту самую ночь откровения Сары.       — Я была раньше Змеем, Вишня… — мужчина, что сидел напротив, замер, отказываясь даже дышать. Ночной прохладный воздух зарывался в его кудрявые волосы, пока рядом разносился шелест деревьев. Тишина была осязаемой, она давила и стучала в висках. Дракон сжал губы в одну тонкую линию, и с непониманием, наконец, взглянул на девушку.       — Но, как так вышло, что теперь они тебя настолько сильно ненавидят, подкарауливая в подворотнях… — мужчина нервно поёрзал на качели, не понимая абсолютно ничего в сложившейся ситуации. Ведь теперь Сару будет не так просто взять к Чёрным Драконам: она бывший член тех, кого они терпеть не могут — и это полная взаимность.       — Когда Змеи только начали образовываться — к ним было не так просто попасть. Спросом они пользовались у молодёжи, так как только набирали свою популярность, в отличии от вас, ведь Чёрные Драконы были уже сформировавшейся группировкой из взрослых людей, — Сара начала осторожно свой рассказ, окунаясь в омут прошлого.       Главное — успеть вынырнуть, но в этом она не сомневалась, ведь рядом был Вишня. И хоть теперь его доверие к ней, возможно, пошатнулось, — она в нём уверена, как никогда. Школьница слишком сильно растворялась в людях, что однажды чуть не погубило её.       Доверие — словно нож, который ты даёшь человеку. И он либо защитит тебя им, либо зарежет сам. Но, несмотря на это, Сара отчётливо понимала, что она отдаст этот нож Вишне, за что, возможно, и будет расплачиваться. Но слишком поздно — она точно знает, что из двух действий, как комбинации на игровой приставке, Дракон выберёт ту, что окажет меньший вред девушке. По крайней мере, ей так очень хотелось…       — Тогда я и не мечтала попасть к ним: у меня не было как такового желания, да и шансы малы. Но, однажды, меня познакомил Майкл с их главарём. И, как оказалось, я очень ему понравилась. Он стал поджидать меня после школы, я замечала возле своего дома постоянно его людей, мне звонили с неизвестного номера…       — Звучит как сталкерство, — саркастично заметил Вишня, слегка раскачиваясь на качели.       — Возможно, так оно и было, — согласилась О’Нил. — Но недостаток отцовского внимания сделал своё дело — я цеплялась за любое его проявление. Мы начали общаться с ним, чаще виделись. Он начинал мне нравиться, а потом и вовсе это всё переросло в слепую влюблённость. Всегда искренний со мной, честный, доблестный защитник, который рассказывал о том, как хорошо мы будем жить. Как он будет развивать свою группировку и всё будет прекрасно. Так оно и длилось первое время: мы встречались полгода, он предложил вступить в ряды Змеев официально, ведь до этого я и так была к ним вхожа. И я вступила, набила тату и теперь официально являлась девушкой главаря Змеев.       Сара замолчала, кусая нижнюю губу и отводя взгляд далеко вдаль. Ей было тяжело вспоминать эти моменты, которые даже при её вселенском желании не сможет забыть. Только если не сойдёт с ума или не потеряет часть памяти, а может и то, и другое — в ином случае, безнадежно надеяться на то, что воспоминания об этом сотрутся.       — Почему ты вообще начала общаться с «такими»? Ты же не из их контингента…       — Знаешь, за день до того, как я вступила, вечером к отцу пришли его собутыльники. И один из них полез к моей маме, — Сара сжала руки крепко в кулаки, чувствуя, как ногти впились в ладонь. — Отец ничего не сделал. Зато я выволокла этого урода на улицу, параллельно прихватив биту, которую мне подарили Змеи. Единственное хорошее воспоминание от них, — Сара фыркнула, но улыбнулась уголком губ.       — Я помню, как столкнула его с крыльца, он что-то невнятно пролепетал, вероятно от страха. Помню, как занесла биту себе за голову, сжимая крепко у основания, и резко отпустила прямо ему в лицу. Дальше не помню ничего — пелена ненависти настолько застелила глаза, что меня оттаскивали от этого падонка. Знаешь, — девушка с вызовом посмотрела Вишне в глаза, — я бы убила его, правда, мне бы хватило смелости, той, что не хватило у моего отца…       — Но, — Дракон склонил голову вбок и шёпотом спросил: — почему ты не смогла защитить себя в тот день? — оба поняли, про что спрашивает мужчина.       — Одно дело — защитить близких. И совершенно другое — себя. Я убью любого за родных мне людей, но я сама… — Сара покачала головой. — Это другой разговор. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Себя.       О’Нил перевела дыхание, пока Вишня пытался уложить в голове все факты. Затем, девушка продолжила, хотя мужчина не был уже так уверен, что хочет слышать всей правды.       — Однажды, я нашла у своего любимого шприц, — школьница покачала головой, неспособная сфокусировать взгляд ни на чём. — Я сама стала замечать, что всё вдруг стало не так, как прежде. Не только в наших отношениях, но и в банде. Он клялся мне, божился, говорил, что это ошибка и больше не повторится. Его брат, — Сара потёрла переносицу, — он был старше его самого, и именно он впервые принёс ту дрянь. Брат тоже был Змеем и является до сих пор. Когда один парень скончался в их группировке от передоза, а я в очередной раз нашла его «под кайфом» — поняла, что всё зашло слишком далеко…       Вишня слушал молча, широко раскрыв глаза и иногда покачивая головой. Он внимательно смотрел на Сару, понимая, что когда его сонный мозг до конца обработает информацию — он не сможет больше жить по-другому. Это звучало всё слишком…мерзко, по его меркам. Совершенно не то, что хотел бы услышать Дракон.       — Я сказала ему, что всё кончено. Что ухожу и от него, и из банды.       Начало рассветать. Небо окрашивалось в светлые тона, живность потихоньку просыпалась: где-то звучала кукушка, вдалеке лаяла собака. Звёзды попрятались обратно, словно весь их разговор о красоте космоса — был сказкой, которая случилась во сне.       — Он тогда так взбесился, кричал, что я без него — никто. Что жить мне не даст больше. Даже ударил меня по щеке, в попытках донести, какая же я дура… — Сара резко выпрямилась, точно от хлыста, а Вишня сжал цепь настолько сильно, что костяшки побледнели. Представляя на месте цепи шею того самого человека, что осмелился поднять руку на его принцессу, — становилось легче. Попадись он ему прямо сейчас — от того бы и живого места не осталось — Вишня это гарантировал.       — Затем он начал плакать, понимая, что сделал. Упал на колени, взывал к жалости. Я ушла, собрав всю свою гордость. Сказала, что больше никогда не вернусь и не прощу его. На счёт последнего, возможно, слукавила, но это было не особо и важно, — девушка замолчала. И молчание это продлилось так долго, что Вишня уже было понял — история подошла к концу. Он повернулся, чтобы посмотреть на девушку, и увидел: Сара сидела, запрокинув голову и закрыв глаза, а по щеке текла одинокая слеза, символизируя не то страх, что она ощутила, не то осознание, через что прошла.       — Он умер. В этот же день. Он слишком много употребил после моего ухода, а может спровоцировал алкоголем, — Сара шмыгнула носом и взглянула на Вишню. Тот сам дёрнулся, кладя руку на плечо девушки. — Его брат поджидал меня на похоронах. Понятия не имею, зачем туда пришла, вероятно какой-то нелепый порыв унять угрызения совести. Он сказал, что я и только я виновата в смерти брата. И он убьёт, убьёт, убьёт меня… — школьница расплакалась, содрогаясь плечами. Мужчина соскочил со своего места, заключая Сару в объятия.       О’Нил рыдала, рыдала настолько сильно, что боялась потерять сознание. Она жила всё это время в страхе, в понимании, что ей не от кого ждать помощи. Ей открыто угрожали, пытались изнасиловать, а девушка не могла ничего с этим сделать.       Безысходность убивает медленнее и сильнее, ломая рёбра изнутри, заставляя проглотить весь тот яд, всю ту ситуацию, и жить, жить в страхе, жить, оборачиваясь на каждый шорох. Школьница наконец-то почувствовала, что нужна, что она может доверять, может надеяться на то, что её спасут, наконец-то спасут! Ведь нужно не только говорить и показывать о желании спасения, но и иметь человека, который услышит эти мольбы.       — Мне страшно, Вишня, понимаешь? Просто страшно! — Сара громко всхлипнула, сильнее вжимаясь в крепкое мужское тело, пока он обнимал настолько сильно, будто боялся потерять, будто она могла вот прямо сейчас исчезнуть. Дракон целовал в макушку и шептал, успокаивая ни то школьницу, ни то себя: — Всё хорошо, маленькая, всё хорошо. Я не позволю им тебя забрать. Я тебе клянусь, маленькая, я тебе клянусь…       — Ей, старик, лады? — Вишня почувствовал, как его тормошат за плечо, в попытках привести в чувство. Он с силой разлепил веки, понимая, что он уснул в том положении, в котором прислонился к груше. Не сразу сообразив, кто его будит, мужчине пришлось пару раз поморгать, прежде чем увидеть знакомого.       — Тебе воды дать? Выглядишь отвратно… — продолжал парень со смуглой кожей и короткой стрижкой. Вишня небрежно махнул рукой, снимая перчатки и бросая их рядом с грушей. — Порядок, — отмахнулся Кудрявый. Он пошёл, продолжая пребывать в каком-то ауте, и обдумывая ситуацию.       Сегодня был сложный день и его сонливость была совершенно ни к чему. Сейчас предстояло пройти испытание Саре, чтобы как можно быстрее вступить под защиту Драконов. Вишня уже договорился с Аароном, позвонив тому под утро. Он уважал у Хиллу черту настоящего лидера: ночью, утром — не важно, Вишня мог позвонил и рассказать Аарону всё, что требовалось, и тот бы его спокойно выслушал, принимая к сведению.       Кудрявый объяснил ему ситуацию, что было необходимо сделать и кто примет в этом участие. Мужчины договорились какое будет у девушки задание. Срочность сейчас была необходима — это понимали оба мужчины. Но как донести это до банды, у которой сейчас и без О’Нил возникли проблемы — другой вопрос, но Хилл пообещал взять это на себя.       Вишня вышел из своей ванны, вытирая полотенцем мокрые волосы и упал на кровать, прикрывая глаза, в надежде поспать хотя бы немного перед началом нового сложного дня. Мужчина повернулся набок, кладя по инерции руку и чувствуя под ладонью холодную простыну, вместо тепла. С этими мыслями он и провалился в беспокойный сон, чувствуя впервые какую-то тревогу и необъяснимый страх…

***

      Сара лежала на кровати, положив ладони на грудь и стуча пальцами одной руки по другой. Уже во всю наступило утро, но девушка никак не могла уснуть, ворочаясь с одного боку на другой. Стоит ли ей в очередной раз доверять тем, кто обещает помочь? Стоит ли ей идти на испытание, о котором так скоро сообщил Вишня по телефону? Что, если просто уехать учиться, не отягощая себя бессмысленными группировками? Девушка понимала, что ей страшно, страшно от слов брата. Но ведь если она уедет — разве они побегут за ней?       Школьница перевернулась набок, дотягиваясь рукой до прикроватной тумбочки, на которой лежала маленькая мензурка — пробник духов. Сара взяла его в руки, садясь на кровати, покрутила на свету, заворожëнная видом. Затем откупорила чёрную крышечку и капнула на запястье, растирая по коже. Как только она поднесла к лицу запястье — в нос ударил вкусный аромат женских духов. Не слишком сладкие, в меру дерзкие и такие родные материны духи. Это всё, что могло успокоить Сару в тяжелые дни. Мать находилась очень далеко от неё и связь была потеряна. О’Нил тряхнула головой, отгоняя неприятные воспоминания.       «Может, не стоит туда идти?» — девушка бросила взгляд на часы, поворачивая голову. Смотря на них, она чувствовала нарастающую тревогу. Она не может подставить мужчину, ведь он так сильно печётся о ней. Но однажды школьница обожглась опытом оболочной заботы, которая создает исключительно красивую картинку, но никак не является подлинным чувством переживаний о другом.       Ведь и правда, принятие окончательного решения иногда может выглядеть, как гражданская война внутри себя с разрывающимися снарядами и режущими звуками вылета путь из тридцати миллиметрового калибра малокалиберной артиллерии… И прямо сейчас девушка пыталась дойти до своих войск, не наступив на мину, что разорвёт её…       Сара подходила к нужному месту. Повернув голову вправо, она разглядывала свой внешний вид в витрине, но когда заприметила впереди две высокие фигуры, то пришлось отнять взгляд от своего уставшего лица и худого тела, переводя его на беспокойного Вишню и курящего Бурого, который что-то едко критиковал, как змея создавая на шеи Кудрявого петлю. И Сара даже знала кого и за что критикует Бурый.       Ягодный облегчённо выдохнул, заприметив девушку, что задержалась на пятнадцать минут. Она, как ни в чём не бывало, подошла, когда мужчина улыбнулся для приветствия, а его оппонент сплюнул и кинул сигарету на асфальт. Все трое собрались возле здания с прозрачной витриной и пошарпанной дверью. Это была небольшая парикмахерская, о чём оповещала ярко-красная табличка. Ничего примечательного, но Сара отчего-то неуютно поёжилась.       — Вы решили сделать Бурому химическую завивку? — с иронией спросила девушка.       — Да, юмористка, и заодно твой длинный язык подровнять, — оскалился мужчина. В разговор влез Вишня, стараясь встать между двумя конфликтёрами.       — Сегодня твоё задание будет проходить в парикмахерской. Внутри тебя ждёт Анна, она в крации расскажет теорию, а затем придёт твой первый клиент, — Вишня подмигнул, но школьница лишь нахмурила брови.       — Что, прости? — недоумевала она.       — Всё просто, тебе сначала нужно будет её подстричь, а затем, в процессе или после — убить. Устранить, если тебе будет проще воспринимать это слово. Методы на твоё усмотрение, — Вишня выглядим таким невозмутимым, что Сара в самом деле подумала: она спит или это какая-то шутка. Мужчина хмыкнул, подталкивая девушку ко входу. Отойдя подальше от Бурого, Ягодный развернул школьницу к себе, придерживая за плечи и серьёзно смотря в глаза.       — Доверься мне, принцесса. Просто иди туда, — Вишня обнял девушку, на минуту прижимая к себе, но даже этого хватило, чтобы сердце начало пускать больше ста десяти ударов. Мужчина выдохнул, отпуская Сару и головой кивая на вход. Школьница постаралась унять дрожь в руках, и на ватных ногах направилась к дверке с надписью «Открыто».       Как только она зашла во внутрь — над головой прозвучала трель звоночка, повешенного, чтобы оповещать о новых клиентах. В глаза бросились три рабочих места, за которыми подстригали клиентов, у другой стены стоял кожаный диван и небольшой столик, на котором валялись журналы и прочие листы с изображением причесок, макияжей и интересного комбинирования вещей.       На этом самом чёрном кожаном диване сидел Аарон, лениво листая журнал. Ноги его были вытянуты, на согнутой руке покоилась голова. Выглядел он очень уставшим, словно не спал всю ночь, а может и несколько ночей в целом. Мужчина взглянул на Сару исподлобья, и, отложив журнал в сторону, махнул ей сесть рядом. Нахмурившись, девушка осторожными шагами дошла до Аарона и опустилась рядом, чувствуя мурашки по коже.       В парикмахерской было прохладно: окно было открыто на улицу, где дул промозглый ветер. Или это её тело так реагировало на главаря? О’Нил точно не могла сказать, какие эмоции он вызывал: восхищение, страх? Уважение? Больше похоже на правду, но было в нём что-то такое, что тянуло Сару, как личность к нему. «Отсутствие отца» — шутила она в голове, когда её импульсы быть Хилла порасторопнее и начать уже хоть что-то говорить дошли во вселенную, и он повернулся в её сторону всем корпусом.       — Ты знаешь, зачем здесь? — Сара было хотела ответить, что нет, возможно, тогда Аарон ответил бы «Я тоже», и они разошлись, не совершив огромной ошибки для девушки. Но вместо этого школьница ответила:       — Я предполагала ровно до того момента, пока не обнаружила тебя, а не Анну, — О’Нил покрутила головой в подтверждение своих слов, ведь в помещении были только Аарон, Сара и её ледяной страх и непонимание происходящего.       Мужчина кивнул, словно и ожидал этих слов. Это всё больше походило на собеседование о принятии на работу в этот самый парикмахерский салон, чем беседа с главой крупной опасной группировки.       — Знаешь, как к нам попадают? — Хилл внимательно всматривался в лицо Сары, словно был психологом, который умело отличал правду от лжи. Девушка неуверенно кивнула. Она знала лишь, что есть испытание, пройдя которое можно к ним попасть. Но о том, что ещё способствует вступлению — она не имела ни малейшего понятия.       — Когда о нашей банде пошли слухи, к нам стали приходить люди с желанием присоединиться. Поэтому мы подумали ряд испытаний, которые должен был пройти каждый претендент, чтобы мы стали ему доверять.       — Ряд испытаний? Но я думала, что испытание одно — это какое-то убийство конкурентов, крупное преступление, — Сара растерянно посмотрела на главаря. Он ухмыльнулся, зачесав волосы назад.       — Не всё так просто, малышка Сара. Мы отрывали не кружок «Умелые ручки», а серьёзную банду, в которой есть и уголовники, и прочие люди, о чьей репутации ходят такие легенды, что после одного испытания сразу доверять им никто не станет, — Сара понимающе кивнула, садясь набок и уперев руку в изголовье.       — Испытание делилось на два блока: первый — о котором знает будущий член банды, и второе — о котором не знает. Первое испытание состоит из того, что нужно сделать что-то незаконное и предоставить доказательство того, что это сделал именно он — ты всё верно говоришь…       — А в чём суть второй части? — Хилл загадочно улыбнулся и щёлкнул О’Нил по носу, поднимаясь с дивана.       — Это сложный мир, Сара, здесь не летают розовые бабочки и единороги, а я не антагонист из подросткового романа, который рассказывает о всех своих планах. Вторая часть — это проверка чести, которая, возможно, предстоит и тебе.       — То есть, вы принимаете меня к себе? Вот так просто и без испытания? — девушка, недоумевая, покачала головой. — Но ведь я могу предать вас, вы же не доверяете всем, как ты говорил, — школьница встала рядом с главарём и их разница в росте была видна, как никогда: мужчина был выше её на три головы.       — Ты давно могла сдать наше место шерифу. О казино же знают люди и посерьёзнее него, так что нам беспокоиться не о чем. Ты нравишься мне, Сара, я наблюдал за тобой. Да и моя бабушка, миссис Хилл, доверяет тебе, — при словах о приветливой старушке, перед глазами школьницы возникает образ её антикварной лавки: запах имбирного печения и старых листов в ней, и любимые истории о мистике от женщины. Девушка улыбнулась тёплым воспоминаниям и этот жест не ускользнул от Дракона. Он тоже улыбнулся, положив руку на её плечо.       — К тому же, за тебя вступился один человек. Это не просто член банды, это тот, кто заменил мне семью, тот, на кого я могу положиться, — внутри Сары неожиданно запылал огонь, словно её внутренний дракон разжёг пламя. Словно она долго не могла дышать, и в её легкие наконец-то поступил кислород.       Школьница в смущении отвела глаза, когда Аарон сжал её плечо чуть сильнее, заставляя вернуть внимание к нему, и продолжил серьёзнее: — Вишня пользуется вниманием женщин, он казанова, Сара, и девушек в его жизни было не мало. Но ни за одну он не переживал так, как это делает с тобой. Я, честно, удивлён, ведь думал, что его нрав никогда не позволит себе оберегать одну единственную. Именно по его уговорам мы принимаем тебя к себе. Добро пожаловать в семью, Сара О’Нил — Хилл протянул руку удивлённой школьнице.       Девушка не понимала свои чувства — всё смешалось в один клубок. Это был и колючий, словно розы в заброшенном саду, страх нападок со стороны других членов банды, а такого натиска она может не выдержать. Это было чёткое желание доказать и сделать всё, чтобы Аарон не разочаровался в ней. Это теплая нега, что разливалась в ней — благодарность к Вишне. Сара протянула руку в ответ и крепко пожала её.       — И ещё, — Хилл прокашлялся. — О том, что тебя взяли без испытания знаем только мы трое: я, ты и Вишня. Но тебе придётся всем рассказывать, в том числе и Бурому, что поджидает нас за дверью, о том, что твоим испытанием была Элизабет Бенд. Проходила ты его в парикмахерской. Убила её острой бритвой. Красивая, остросюжетная байка — поверь в неё. Играй роль до тех пор, пока она не станет твоей второй кожей. Мы не головорезы, Сары, я бы хотел, чтобы ты это знала. Я не собираюсь ломать тебе психику, поверь. Для меня ты — младшая сестра, так что… — Аарон развёл руками.       Девушка благодарно кивнула и задумалась о том, воспринимает ли Вишня её как младшую сестру или это нечто более сокровенное? Разница у них с Хиллом есть, но всё же они близки — значит, что-то общее их объединяет, например — мышление… Школьница тряхнула головой и повернулась в сторону выхода.       — Сегодня вечером намечается вечеринка в честь твоего вступления, малышка Сара, — главарь открыл дверь, пропуская девушку и выходя следом. Пара направилась в сторону курящих Вишни и Бурого.       — В мою честь? Ничего себе, — она широко улыбнулась: ещё не успела толком вступить к Чёрным Драконам, но уже ощущает их сплочение и то, как Аарон относится к каждому из членов банды.       — В шесть приходи в казино, — Хилл подмигнул и хлопнул стоящего к нему спиной Вишню. Тот резко развернулся и выразительно взглянул. Главарь кивнул и покосился на Сару. Их немой диалог забавлял девушку, но она подумала, что дружба их гораздо сильнее, чем кажется. Мужчин связывают поистине крепкие и доверительные отношения. Голубые глаза Ягодного устремились на О’Нил. На миловидном женском лице расцвела улыбка и румянец. «Всё под контролем. Её приняли», — мужчина внутренне заликовал.       Радость их не разделял пока только Бурый, стоявший поодаль от всех. Аарон сказал ему о том, что Сара теперь Чёрный Дракон. Он скривил губы, уставившись в горизонт, но затем перевёл взгляд на девушку, что неуютно сжалась.       — Если вы думаете, что я буду жать руку малолетке, по глупой ошибке вступившей к нам — вы ошибаетесь, — Бурый хотел пройти мимо Сары, но путь ему преградил Вишня, вытянув руку. Аарон рыкнул: — Уймись. Она теперь член нашей банды.       — Шла бы ты, куколка, на уроки, — Бурый проигнорировал слова Хилла, сбросил руку и пошёл прочь от компании. Вишня покачал головой. — Я поговорю с ним, — наклонившись, прошептал он. От его голоса по телу девушки побежали мурашки, и она смущённо кивнула.       Простояв ещё несколько минут, чтобы обсудить планы — молодые люди, через время, разошлись по делам: Аарон и Вишня отправились в казино, а Сара — домой, так как отсутствовала на уроках по причине своей болезни, как сообщила в школу. Шаркая ногами по солнечному городу, она погрузилась в свои мысли, параллельно рассматривая местность вокруг.       В заливистых лучах Сентфор выглядел очень красиво. Проходя мимо парка, О’Нил видела парочки, что гуляли, мило обнявшись. Девушка невольно подумала о том, как же ей хочется погулять здесь с Вишней: держаться за руки, смотреть на закат и прижиматься в нему ближе, ощущая запах табака вперемешку с бурбоном и дорогим одеколоном.       Парочки проходили мимо огромной клумбы с разноцветными цветами, которая длилась почти во весь центр парка. Они целовались, кто-то фотографировался, кто-то проходил чуть дальше до памятника — высшей точки. С неё открывался невероятный вид на набережную, которая находилась на несколько уровней ниже земли, уходя вниз. Вдоль всего парка высились огромные ели, пихты и сосны, верхушки их насколько уходили ввысь, что разглядеть многие не представляло возможности.       Сара прошла дальше, доходя до не менее интересного места — винтажной улицы, которую так прозвали сентфорцы. На ней находили домики, века девятнадцатого, которые должны были снести, но мэр города оставил, запечатляя местную память о том, как выглядел Сентфор некоторое время назад. На этой же улице стоял самый дорогой особняк во всём городе — особняк Морнингов. Проходя мимо резных окон, сделанных вручную, шпилей на крышах и высоких балконов — захватывало дух. Словно погружаешься в другое измерение, где нет ничего, что сейчас орудует в городе: банды, оружие, казино.       Вспомнив об этом, школьница обхватила себя руками. «Что будет дальше?» — проносился голос в голове. Сара остановилась, выдыхая и принимая чёткое решение. «Что дальше? Дальше казино, вечеринка и моё членство в Чёрных Драконах. Не жалей о своих поступках, Сара!» — с этими мыслями она и не заметила, как дошла до своего дома.       Повернув дверную ручку, девушка зашла домой и настроение её упала к нулю. В коридоре так и валяли вещи, что принёс пьяный отец. Пахно алкоголем и затхлостью. О’Нил поморщила и пнула ближайшую куртку, что валялась разорванная и заляпанная чем-то красным.       Она злилась, ужасно злилась на отца, за то, что приходилось краснеть из-за его выходок, приходилось терпеть его пьянки и грязь дома. Она любила его, где-то очень глубоко, но на поверхности ненавидела его образ жизни, если это вообще можно было назвать жизнью.       После того, как мать уехала — он запил ещё сильнее. А уехала она по этой же причине — алкоголь, который постоянно употреблял мужчина. Школьница вздохнула, заходя в ванную и набирая ведро воды. Впереди никакой не отдых — впереди уборка всего дома.

***

      Вишня сидел за столом в своём кабинете. Из-за закрытой двери доносилась музыка — в казино уже начиналась подготовка к сегодняшней вечеринке. Цифры в глазах плыли и разобраться с проблемой в виде чёрной бухгалтерии никак не получалось. В голове была другая проблема — Сара О’Нил. Мужчина ухмыльнулся, откидываясь на кожаную спинку стула. Он завёл руки в свои чёрные кудри слегка встряхивая их.       Что ему делать с ней? С такой маленькой, но всё время попадающей по-настоящему во взрослые передряги. Складывается ощущение, что она манит и завлекает своим светом и необычайной красотой не только Вишню, но и неприятности. Повлияет ли её бывшее членство в Змеях на сложившуюся ситуацию? Он не знал, и усложняло ситуацию то, что Дракон испытывал странные и необычные для него чувства.       Что-то среднее между безграничным счастьем, приникающего в каждую клеточку тела и расслабляя её, заставляя эндорфин увеличивать выработку серотонина и адреналина, а те в свою очередь — выработку пролактина и дофамина. Совокупность перечисленных нейромедиаторов вызывает у человека ощущение счастье, то, что ощущает одна из частей души Ягодного.       Или же это был страх, колющий и ноющий, словно в тебя воткнули тупой нож, который и не такой острый, чтобы убить тебя, но и не настолько тупой, чтобы не оставить даже и царапины. Словно мозг его вырабатывал кортизол — мужчина не мог определить точно…       Вишня достал из кармана сигареты, зажал одну между зубами и поджёг её. Он затянулся, заполняя рот дымом, и вытолкнул немного воздуха из нижней части горла. Затем сложил губы трубочкой, выпуская кольца.       Кабинет наполнился запахом никотина. Хозяин казино расслабился, прикрывая веки, и позволяя на минуту представить, что нет никаких проблем. Что сейчас он проснётся, ему снова семь, а на кухне, напевая какую-то мелодию, печёт блинчики мама. Но его мечты о прошлой лучшей жизни разорвались, когда дёрнулась ручка в его кабинет, а затем постучали.       Он сразу понял, кто к нему нагрянул. Так не церемонясь к нему входил только один человек — Хилл. Когда он повернул замок против часовой стрелки, продолжая держать между сложенных губ сигарету, правда оказалась на его стороне — там стоял Аарон. Вишня наклонился, упираясь в дверной косяк, и перехватил никотиновую палочку двумя пальцами.       — Всё готово, — сказал главарь, кивая головой в сторону зала. Его оппонент в удивлении поднял брови. Тогда главарь повернул руку с часами. И правда — шесть десять вечера.       — Быстро время летит, — со вздохом сказал Вишня, делая затяжку и заполняя рот никотиновым дымом. — Я сейчас подойду, — бросил он, и мужчина кивнул, уходя обратно в зал, а Вишня направился к столу, чтобы убрать бумаги. Он сгрёб их в кучу, выдвигая ящик, чтобы убрать туда, когда сзади резко раздался голос:       — Вишня! — Кудрявый дёрнулся, роняя пару листов, и громко выругался, поворачиваясь на звук. Бурый стоял, ухмыляясь и сложив руки на груди. — Там проблемы с баром. Бармена то нашего нет, — он развёл руками.       — Сука, — сказал мужчина и бросил сигарету в пепельницу. Затем положил бумаги в ящик и закрыл на ключ. — Чего смотришь? Пошли, я всё улажу, — он вышел из кабинета и направился в сторону зала.       В казино во всю играла клубная музыка, басы заливали всё пространство: они качали и разогревали тело. Витал запах дорогого алкоголя, дыма, отовсюду доносились басистые голоса других членов банды. Мужчина заметил Итана. Тот отпил из горлышка пиво и махнул им брату. На лице его была рассечена губа. Кудрявый вспомнил, что они так и не поговорила о той встречи со Змеем, который и оставил этот шрам на лице Итана. Он кивнул в ответ и решил обязательно разобраться с этим чуть позже. Сзади подошёл Бурый, выплывая из тени, словно ночной зверь.       — Ты чего там ворошился? — Вишня нахмурил брови, но не успел Бурый ответить, как сбоку раздался голос.       — Привет, — оба повернулись на звук. Сара стояла, облачённая в серое блестящее платье, которое разделялось посередине большим кольцом. Волосы каскадом спадали, подкрученные в небольшие локоны. Бурый хмыкнул и направился к выходу, по дороге забирая у кого-то бутылку мартини, чтобы отпить с горлышка. Вишня выдохнул, не в силах отвести от девушки взгляд.       — Принцесса, — с улыбкой начал он, — прекрасно выглядишь, я даже начинаю комплексовать, — Сара залилась смехом, который подхватил и Ягодный. — Пойдём, я познакомлю тебя с этим местом и некоторыми членами банды, — приобняв школьницу, они направились к столу, за которым всё и началось: знакомство с Итаном, Бурым и Хиллом, первая встреча с Вишней и устройство на работу. А также ссора с Майклом…       — Кстати, — вспоминая про одноклассника, девушка покрутила головой по сторонам. Мужчина повернул к ней заинтересованный взгляд. — А где Майкл? Что-то я его не вижу… — Вспомнив про Тёрнера, он сжал кулаки и поморщился. Но, прокашлявшись, сказал: — Его сегодня не будет.       Сара поняла, что здесь что-то не так, но решила не портить себе праздник этими мыслями. «Может, оно и к лучшему…». Из колонок полилась более медленная музыка, и О’Нил заметила девушку, что высилась на сцене и откровенно танцевала, одетая в короткую юбку и почти прозрачный топ. Она то спускалась ниже, скользя руками по телу, то наоборот выпрямлялась, перекладывая высокий хвост с одного плеча на другое. Школьница широко раскрыла глаза, поворачиваясь к невозмутимому мужчине.       — У вас есть стриптизерши? — обомлела она и повернула голову обратно, словно не веря своим глазам.       — Да, и не одна. Они танцуют посменно, — девушка, что танцевалась, заприметила мужчину и кокетливо помахала ему ручкой, совершенно не обращая внимания на его спутницу. Он неловко покашлял и сдержанно кивнул.       — Она ведёт себя так, будто не только стриптизерша, но и проститутка, — фыркнула Сара, на что Вишня промолчал, распыляя в ней обиду и какую-то горечь. Пара подошла к компании из нескольких мужчин в кожаных куртках с нашивкой дракона. Они развалились на диване и что-то шутили, но заметив приближающихся Сару и Вишню — замолчали, с интересом рассматривая первую.       Поздоровавшись со всеми, мужчина представил О’Нил, сказав, что она новый член их банды. Все отреагировали спокойно, с ноткой радости и подозрения. Один из них налил в рюмку какую-то жидкость, что в приглушенном свете не разобрала девушка, и протянул ей.       — Это традиция такая, — кивнув на полную до краёв рюмку, сказал парень. — Пей.       — Не стоит… — начал Вишня, но другие его перебили недовольными возгласами:       — Это традиция!       — Эй, через это все проходили.       Мужчина недоверчиво взглянул на школьницу. Та кивнула, говоря, что всё нормально. Взяв рюмку в руки, она осушила одним глотком содержимое. «Водка. Это была водка» — поняла Сара, как только её горло больно обожгло, а в уголках глаз защипало. Было ужасно непривычно и плохо, хотелось вернуться и вылить это обратно. Но она постаралась держаться стойко, хотя выходило не очень. Компания одобрительно заулюлюкала.       — Дайте ей закусить, — сказал Вишня, засуетившись, видя, что Саре очень и очень нехорошо. Кто-то протянул ей чашку с почищенным гранатом. Девушка кинула горстку в рот, но мужчина, видя это, только покачал головой, с оскалом замечая: — Ты бы ещё семечек дал…       — Это водка? — спросила девушка, не отойдя от ужасного вкуса во рту.       — Помилуйте, королева, это чистый спирт! — парень, что протягивал ей рюмку, улыбнулся. — Что же ты, никогда алкоголь не пробовала? — О’Нил, поморщилась, беря ещё одну горстку граната в рот. Зëрна подливали кислости, что не улучшало ситуацию, но девушка поняла, что сочетание очень даже вкусное — из этого можно сделать неплохой коктейль.       — Я работаю здесь барменом, но чистую водку не пила, — сказала она и тут же поняла, что не вышла сегодня на смену. Сара бросила испуганный взгляд на Вишню, но тот, словно прочитав её мысли, кивнул, говоря, что они разберутся с этим чуть позже.       Её собеседник оживился, придвигаясь ближе. — И какой самый необычный коктейль ты готовила? — девушка не понимала, проверка ли это её знаний или обыкновенный интерес, но, пораздумав, ответила:       — Я готовила большое количество напитков, но думаю, что самым необычным будет коктейль из граната и водки. — Кудрявый улыбнулся, одобрительно кивнув головой. Обстановка в компании разрядилась, Сара чувствовала себя более комфортно.       — И какое было у тебя испытание? — голос раздался где-то слева.       — Элизабет Бенд, убила её острой бритвой, — наступило небольшое молчание.       Кто-то присвистнул: — Неплохо убить спонсора наркоты у Змеев…       О’Нил замолчала, чувствуя, как разряды тока ползут по её ногам. Она понятия не имела, кто этот человек, но правда горячим песком насыпалась в её глаза. Обсуждения за столом продолжились, но девушка наклонилась к Вишне.       — Так она жива? — мужчина отрицательно покачал головой. От этого стало ещё хуже, словно рвотный позыв подкатил к горлу. Она знала ответ на свой вопрос, но желание убедиться в обратном было сильнее.       — Это ты её убил за меня? — в ответ тишина, Ягодный делал вид, будто увлечён беседой и Сара прекратила этот расспрос, стараясь оставить размышления на более лучшее время. Но оставаться здесь, сохраняя спокойствие, никак не получалось. Поэтому она коснулась плеча мужчины и прошептала:       — Выйдем на улицу? Я хочу подышать… — он кивнул и пара направились к выходу, вставая из-за стола. Вырываясь к проходу, девушка заметила, что казино очень быстро и плотно разрасталось: людей в кожанках и с татуировками дракона становилось всё больше.       И выглядели они по-разному: кому-то было двадцать и смотрелся он более дружелюбно, чем те, кому было уже тридцать и которые не стеснялись носить оружие, что находилось в зоне видимости. У которых были шрамы — страшно увидеть было их, не то, что получить. Почти у всех они были на руке, так же, как и у Бурого. Это какая-то закономерность…       Что, если это и есть то самое второе испытание, о котором говорил Аарон? Школьница неуютно сжалась. Кто-то выпивал, кто-то курил, кто-то и вовсе обнимался в танце с танцовщицей, вытворяя непотребные движения. Когда они дошли до железной двери, что открыл Вишня, погружаясь с Сарой в темноту, она осталась под огромным впечатлением от увиденного, от тех людей, с которыми она теперь стояла плечом к плечу в рядах Чёрных Драконов.       Молодые люди прошли по тёмному узкому коридору, что совершенно не освещался. Мужчина прижал к груди О’Нил, уверенно ведя за собой, но вторая дверь, ведущая на улицу, заклинила. Пока он разбирался с ней, школьница так и стояла, прижатая к его телу.       Ощущая под руками крепкое тело и его запах, Сара не дышала, замерев. Футболка обтягивала мышцы, сосредоточенный взгляд, запах никотина. Вся эта составляющая была адским коктейлем, который жёг в груди сильнее водки. Девушке почему-то стало невыносимо жарко: то ли алкоголь так влиял на неё, то ли присутствие мужского тела. Наконец, замок поддался и Вишня открыл дверь, выходя на улицу. Свежий воздух ударил в лёгкие и школьница перевела дыхание. Слишком много эмоций она получила за сегодня, ей просто необходимо привести мысли в порядок. Ягодный потянулся, разминая шею и смотря в небо.       — Темно уже, — заметил он, вглядываясь в сгущающиеся сумерки. — Пойдём, я проведу тебя на крышу, там можно посидеть.       Мужчина повёл Сару за железное здание казино к двухэтажной пошарпанной постройке. На разваленном здании сверху стояли кресла: автомобильные и обычные. Майкл рассказывал ей, что на автосвалке есть определённая территория, где Чёрные Драконы собираются для проведения срочных обсуждений, без лишних глаз и ушей. По всей видимости — принесены они именно оттуда. На одном из кресел сидела чёрная фигура, которую нельзя было рассмотреть более чётко.       Вишня помог забраться девушке на второй этаж этого сооружения, и она увидела Бурого в той самой чёрной фигуре. Ягодный нахмурился и похлопал себя по плечам. — Подожди меня здесь, я спущусь на минуту за курткой. — О’Нил кивнула и прошла чуть дальше от края.       Бурый сидел на кресле, отдалённом от всех других, и поставлено оно было так, чтобы открывался вид на ночной город. Взгляд мужчины был спокойный, он держал сигарету в правой рукой, поставив локоть на подлокотник.       Грубая кожаная куртка, серьга в ухе и какой-то медальон, висевший на груди. Девушка, наконец-то, смогла увидеть его в полном обличии, не страшась и не отводя ежесекундно взгляд. Мужчина же, казалось, совершенно не замечал школьницу. Сара взяла ещё одно кресло, подвинула его рядом, и опустилась, садясь вполоборота.       — Тебе тоже придётся меня принять. Я теперь член вашей большой семьи, — осторожно начала Сара. Бурый ухмыльнулся и промолчал, продолжая смотреть вдаль и изредка делать затяжки.       — Зачем тебе это? Быть поближе к сентфорскому казанове? Стараешься выглядеть устрашающе? — мужчина повернулся к девушке и покачал головой. — Ты ломаешь свою жизнь, Сара. Нагло вырываешь ей глотку.       О’Нил вздохнула. Она совершенно не ожидала подобной речи от него в данный момент. Бурый ещё задержал взгляд на лице девушки, затем откинулся на спинку и полез в карман. Через пару мгновений он достал пачку сигарет и протянул одну Саре. Она удивлённо взглянула на него, но взяла протянутую ей сигарету, с благодарностью кивнув. Покрутив её в ладонях, она не имела понятия, что делать, ведь раньше никогда не курила.       Сзади подошёл Вишня, заметив О’Нил рядом с Бурым, он нахмурился. Взгляд его проскользил по девушке, затем по её рукам, в которых была зажата сигарета.       — Подсаживаешь на никотин? — с укором заметил Ягодный. Бурый закатил глаза, раздражëнно вставая со своего места.       — А ты что, не наигрался в роли родителя? Она сама может принимать решения.       — Ты должен давать отчёт своим действиям, — мужчины поравнялись, встав лицом к лицу. Школьница напряглась, готовая вот-вот вскочить, чтобы разнимать их. Оба разгневанны и слишком накалили воздух вокруг себя.       — Как и ты, Вишня. Угомони свою манию величия, — Кудрявый дёрнулся и Сара вскочила с кресла, жалобно пискнув. Бурый сплюнул и пошëл прочь от пары, спустившись вниз.       Мужчина выдохнул, прикрывая глаза и пытаясь успокоить разбушевавшиеся нервы. Он стал замечать, что Бурый стал каким-то странным последнее время. Словно сам не свой: дёрганный, хамит ему и Аарону. Они были в хороших отношениях, но сейчас в банде творилось непонятное.       О’Нил терпеливо ждала, переминаясь с ноги на ногу. Праздничное настроение сошло на нет, хотелось просто зарыться в плед дома и долго-долго лежать, обдумывая всё, что произошло за последние два дня. Вишня стянул с себя куртку, накрывая ею оголённые плечи девушки.       — Осторожно, там ствол, — сказал он и О’Нил подивилась его спокойствию. Такие вещи не говорятся будничным тоном, но, видимо, не в их ситуации. Когда грубая кожаная куртка, размера в три больше её самой, коснулась плеч — Сара ощутила тяжесть в правом кармане — подтверждение слов мужчины.       — На следующей неделе у нас будет ежегодное ралли. На него допущены всё члены Чёрных Драконов. Ты в том числе, — Кудрявый подмигнул, сменяя тему. Девушка заулыбалась, бросаясь мужчине на руку.       — Серьёзно? Всегда мечтала побывать на нём… — она прижалась к Ягодному сильнее, наклонив голову к его плечу. Пара осталась стоять в тишине, наблюдая за ночным городом. Сзади из казино раздавались крики и музыка.       — Вернуть тебя на праздник? — спросил Вишня, поцеловав в макушку школьницу. Она отрицательно помотала головой. Ей так хотелось просто стоять рядом с ним и наслаждаться пейзажем Сентфора в горящих огнях.       — Проведи меня до дома, — Сара подняла голову и их лица столкнулись. Оставалось пару сантиметров от их губ и девушка тяжело вдохнула, чуть отводя голову в сторону. Мужчина поцеловал О’Нил в щëку и протянул руку, помогая спуститься.       — Подождешь минуту? Я предупрежу Аарона, что мы ушли, — остановившись возле казино, мужчина постучал и скрылся за железной дверью.       О’Нил чертила полуокружность ногой, дожидаясь Вишню. Волосы развивались на ветру, но куртка грела плечи и душу, ведь это была именно его вещь. Пахно приятно, чем-то родным, ощущались нотки древесные и кориандра, доносившиеся из парфюма. Слева она нащупала пачку сигарет и зажигалку.       Сзади, неожиданно, в полной тишине и непроглядности раздался шорох: кто-то наступил на ветку рядом с девушкой. Сара дёрнулась, нервно оборачиваясь по сторонам. Сбоку мелькнула тень. О’Нил засунула руку в карман, аккуратно доставая пистолет. Она не знала, был ли он заряжен или вообще исправен. Но когда огнестрельное оружие коснулось пальцев — под подушечками появилась некая уверенность, которая бежала по венам, чтобы в конечном итоге разлиться по всему телу. Девушка увидела чью-то коротко подстриженную голову, что мелькнула возле куста, где попадала полоса света от уличного фонаря. Неизвестный скрылся в кромешной тьме.       Школьница почувствовала, как затряслись её руки, как безнадежно себя она ощущала. «Змей! Это был один из Змеев!» — с ужасом поняла Сара. Она стояла одна, лицо к лицу столкнувшись с теми, кого боялась, ненавидела и презирала. Она понимала, что они обрубят её жизнь в одно мгновение.       Сердце колотилось, норовя вот-вот вырваться из груди, разорвав её. Полетели бы брызги крови, она бы обмякла, упав на колени, а затем и на землю. Девушка понимала, что не ощущает ничего: ни холод оружия, ни порывы ветра, что перекидывали пряди на лицо, закрывая обзор. Но школьница боялась убрать их: вдруг она увидит, что все Змеи собрались вокруг кольцом, готовясь разделаться.       Почему они здесь и как вычислили её? Вопросы роем неслись в голове, пока мозг судорожно пытался сообразить, что будет менее опасно в такой ситуации. Пойти обратно к Драконам? Девушка попятилась назад, ощущая тяжесть тела на негнущихся ногах. Переставлять их казалось невероятно трудно, словно те были наполнены раскалённым свинцом. Спиной она ударилось в чьё-то тело, и была готова закричать, когда резко развернувшись увидела Вишню.       Тот недоуменно смотрел на бешенные глаза Сары, метающие молнии, на её руку, сжимающую наполовину вынутый пистолет. Она выглядела настолько потерянной и напуганной, что мужчина перехватил её руку, вытаскивая из неё оружие. О’Нил, наконец, отошла от шока или минутной комы. Тряхнув головой и заправив волосы за уши, она ещё раз повернулась назад, убеждаясь в том, что никого нет. «Боже, неужели это паранойя?»       — Что произошло? — спросил Вишня. Он выглядел так же растерянно, как теперь и Сара. Она не знала, что отвечать. Она точно сошла с ума, она сейчас топит в своём болоте проблем его, она заставляет и его жить в страхе — думала девушка.       — Ничего, — отрицательно качнула головой школьница, — просто показалось.       — Постарайся в следующий раз не хвататься сразу за оружие. Всё же оно заряжено, — мужчина убрал его в штаны с боковой стороны.       Молодые люди в тишине направились к выходу с огороженной территории. Вишня взял девушку за руку, словно это был обычный жест с его стороны. Но мысли О’Нил были заняты сейчас только тем, что она видела. Неужели школьница действительно болеет тревожным расстройством? Она ненормальная? Вишня прав, Сара схватилась за оружие, готовая убивать. Что, если она бы выстрелила, и, о боже — попала бы в Дракона? Тогда она чуть не убила человека, который полез к её матери. Она толком не помнит, что было…       Кудрявый осторожно потянул её на себя, привлекая внимание. Девушка натянуто улыбнулась, прижимаясь к руке мужчины. Рядом с ним Саре становилось спокойно, словно он и в правду мог решить все проблемы. Путь их прошёл в тишине, оба молчали, обдумывая события.       — Зайдёшь завтра за курткой? — начал Вишня, — ты так быстро убежала, что Хилл не успел тебе отдать её.       — Да, конечно. Мне так жаль, что я испортила вам праздник. Толком не побыла на нём, — виновато сказала Сара, прикусывая щёку изнутри. Она чувствовала угрызение совести, что заветный праздник в её честь не увенчался успехом или её долгожданным весельем.       — Ничего. Ещё соберёмся на ралли. Думаю, там заряд драконьей энергии ты получишь вдвойне, — Вишня подмигнул, а Сара немного расслабилась. Они шли по дорожке, что освещалась с двух сторон фонарями, создавая атмосферу загадочности и романтичности. Где-то на лужайках бегали ребята, босыми ногами притаптывая молодую траву. Пара дошла до поворота, за которым находился дом Сары. До него оставалось всего ничего, но девушке так не хотелось расставаться, что она замедлила шаг.       — Спасибо тебе за этот день. Ты так много для меня делаешь, я даже не знаю, что сказать. Обычно драконы держат принцессу в башне, но ты наоборот, спасаешь меня, как настоящий принц… — школьница смущёно взглянула на Вишню. Тот тепло улыбнулся, наклонившись ближе.       — Я лучше буду драконом. Но сильным и доблестным.       Они завернула на улицу, где находился дом О’Нил. Сделав несколько шагов, молодые люди остановились, не в силах пошевелиться. Дом полыхал огнём, его жар доносился даже до стоявших поодаль Вишни и Сары. Девушка в ужасе уставила на то, как обвалился кусок крыши, падая вниз, тем самым поднимая ещё одну волну огня. Школьница громко закричала, бросаясь к полыхающему входу.       — Отец! Нет!