Муторность

donitsk — pjusk

Кристофер просыпается. Глаза бегло разглядывают темноту, чужое дыхание где-то под боком. Он аккуратно поднимается, усаживаясь на краю кровати. Осознания происходящего нет, лишь столп в голове: «Тебе ведь еще на учебу сегодня». Следует поспать, но спать не следует. 6:29 Кристофер продолжает сидеть на краю. Ноги проваливаются сквозь матрас, а сознание не придает значение существованию. Будто избежал пары часов, отторгнув и не заметив их. Сынмин наблюдает за ним со спины: сколько времени прошло, засыпал ли он в этом промежутке? Временные петли существуют? А групповые? Звенит будильник. Чан неспеша поднимается и шагает в сторону своей спальни. Ручка проворачивается, и дверь закрывается, словно кирпичная стена из ниоткуда. Он падает на кровать, сжимая одеяло в клубок. Голова интуитивно подворачивается внутрь. — Ты уверен, что пойдешь сегодня? — Сынмин наслышан о звоночке на прогулы. — Тебя оставить? — Ком в горле. — Ты слишком много видел, — За дверью молчат пару мгновений. — не хочу, чтобы на тебя это влияло. Прости. — Извиняться стоит мне, — Ручка снова проворачивается, и Сынмин переступает порог. Он стоит так неимоверно мало, чтобы извлечь еще хоть что-то для себя, но все же разворачивается и выходит, решая все-таки принести ему успокоительного.

///

Сынмин староста первого курса факультета режиссуры кино и телевидения. Но это не столь важно, как отношения людей друг с другом, с мыслями, с искусством, за которыми ежедневно наблюдает Ким. Это повод жить, но какой ценой? — Сынмин, Сынмин, Сынмин, что там по расписанию? — Хенджин вероятно шел за ним по коридору уже какое-то время, но обратил на себя внимание только сейчас, очевидно потому, что устал ждать пока его заметят. — Кан Сыльги отменила пару, сказала идти на совместную с архитекторами. — Это же в другом корпусе, — Хенджин чуть приостанавливается. — Мы уже в нем. — Сынмин останавливается у аудитории, даже не зная имени преподавателя. — А что за пара-то? — Я ебу? — Он хотел бы спросить это жестами, но желание произнести заветные четыре буквы сжимало его шею. — Ладно, — Хван потер глаза кулаками. — напиши в общую, на всякий, вдруг кто не прогуливает. ______________________ Ким Сынмин (староста 1р) Здравствуйте еще раз, хотелось бы уточнить, как зовут преподавателя, и что вообще за пара

постановщица Кан (Сыльги) неразговорчивая в жизни аа

Сон Сынван: история архитектуры

Ким Сынмин (староста 1р) Благодарю! ______________________ — Ужас, как она у тебя записана, — это во-первых, — Хенджин наваливается на его плечо. — а во-вторых: почему это она так быстро ответила? Сынмин лишь молча дергает ручку двери, параллельно набирая сообщение о поменявшемся расписании, и заходит в аудиторию. Девушка, чуть старшего него самого, что стоит в углу кабинета, облокотившись одной рукой на стол, и перебирает какие-то бумаги, вероятно и есть та самая Сон Сынван. — Здравствуйте, не думала, что кто-то все же придет, — Она отвлекается от своего, явно удручающего занятия, и, лучезарно улыбаясь, покачивает пальцем из стороны в сторону. — моих сегодня так мало. — Сынван чуть разглядывает Сынмина и, вошедшего за ним, Хенджина, но больше ничего не говорит. Хван выскакивает вперед и, таща младшего за руку, просит прощение за опоздание. Сынмин, словно в тумане, шагает по ступенькам наверх, не чувствуя ни пульсирующей боли в его запястье, ни эха от ботинок, не чувствует ровным счетом ничего. Он аккуратно присаживается за парту, доставая из шоппера общую тетрадь, когда приходит новое сообщение. ______________ сосед Кристофер спасибо ______________ Оставляя его непрочитанным, Ким укладывает голову на руки и ложится на парту. — Хочешь поговорить? — Хенджин тычет в него ручкой. — Серьезность тебе не идет, не пытайся. — Не пизди, что не хочешь. — Лучше заглядывайся на эту чудную девушку, а не на мои мозгования. — Мой радар чует тут другие интересы, — Хенджин решает не настаивать. Сынмин обнаруживает, что пара пролетела за тяжелым сном, когда Хван снова тычет в него ручкой, мотая головой в сторону исписанной тетради. — Фотографировать будешь? — Звучит любезно, — Немного вытягиваясь. — спасибо. — Она всю пару на нас смотрела, — Хенджин скидывает единственную ручку с причудливым орнаментом и тетрадь в рюкзак. — подойди к ней. — Может потому что нас всего десять человек? — Сынмин, покачиваясь, выходит из-за парты. — Хотя, наверное, тобой любовалась. — Со стопроцентной вероятностью говорю, что ее мы не интересуем, — Хенджин чуть усмехается, потому что такое примечание, даже не всерьез, все же было приятным. — в людях ты, конечно, плохо разбираешься. Сынмин на это тоже молчит и спускается по ступенькам. — Я хотела Вас спросить по поводу студентов… — До свидания, — Хенджин миловидно улыбается, злорадствуя обязанностям старосты. Дверь закрывается за последним ушедшим студентом, и Сынван остается наедине со своим вопросом и, почти незаметным, юношей. — Кристофер, мне говорили, что он живет с Вами, — Она достает телефон из кармана. — Вроде бы о таком не распространялся, но, — Сынмин разглядывает ее усталое лицо, что так неумело прикрыто широкой улыбкой. — да. — Извините, наверное, это слишком личное для него, но в последние дни он выглядел нездорово, может Вы знаете, что случилось? — Она открывает контактную книжку. — Можете не давать конкретики, просто знак, что хотя бы Вы в курсе. — Я намекнул ему на отдых сегодня, — Она хочет его телефонный номер. — можете написать мне, если будете его искать: +82 XX XXXX YYYY Сынван кладет руку на сердце, после набора, благодаря и вводя в ступор Сынмина, который так давно хотел, чем-то помочь.