Муторность

I have no reason — tezce

Не давая отчет своим действиям, Сынмин отрешенно добрался до дома. Хладность полупустой квартиры рывком выбила дверь, по непонятной причине хотелось вернуться как можно скорее. В голове сейчас только мысли о бессмысленном: о себе, точнее о том, что представляет собой это тело. Что в голове? — Крис, я вернулся, — Не успевая договорить это все также монотонно, ровно как и обычно, Сынмин улавливает тихий шорох за дверью в конце бесконечного коридора. — Прости, за вчерашнее, — Он виновато появляется из неосвещенного проема. Сынмин на это лишь молча снимает черное драповое пальто и проходит вглубь, протягивая ему навстречу руки. — Представим, что я этого не слышал. — Одну ладонь укладывая на кучерявые волосы, Сынмин тяжело выдыхает в чужое сутулое плечо. — Я хочу узнать тебя получше, — Чан аккуратно кладет уставшие руки ему на спину, боясь спугнуть. — Не думаю, что в нашем случае это выйдет быстро, но разве ты торопишься? — Мы, — Кристофер сцепляет руки. — мы никуда не торопимся.

///

Разглядывая маленькие ранки на ладони, Сынван решает заглянуть в телефон. Глаза снова хотят взглянуть на фотографии нового питомца. — Это мило, — Сыльги знает, что это странно, но ей так давно хотелось что-нибудь сказать. — Вы меня напугали! — Сынван шутливо вздрагивает, чувствуя, что сердце бешено колотится. — Вы давно тут стоите? — Вы свободны сегодня вечером? — Я первая спрос… — Осознание услышанного еще пришло. — Да. — Она растекается в смущенной улыбке. — Уже вечер, пойдемте куда-нибудь скорее. Сынван резво скидывает телефон в сумочку, стараясь забыть о незаконченном отчете. Сыльги, что была готова ко всему, спокойно подходит к двери. — Кофе? — Сыльги открывает ее, как только Сынван начинает приближаться. — Вас. — Она надеялась, что этого не будет слышно. А, впрочем, все равно. — Я тут недавно такой вкусный чай пробовала! И вот они уже идут по шуршащей листве куда-то, куда путь знает только Сынван. Сыльги только и хочется смотреть на искрящийся свет, исходящий от девушки, задумчиво идущей чуть впереди. — Я так далеко от Вас иду, совсем не ощущается, что это свидание. — Вы так рады, будто всю жизнь этого ждали. — Месяца три, как только решила, что не хочу пропускать университетские премьеры. Эх, на Вас так красиво падал свет от закулисного софита. — Сынван чуть останавливается, маленькими шажочками подходя ближе. Ее утонченные пальцы касаются челки, что съехала из-за ветра. Это убивает Сыльги еще сильнее. — Не переживайте, я не всегда такая идиотка, я просто немного выпила, — Она тянет свою ладонь к чужой румяной щеке. — тоже хотела попытать удачу. — Ты такая сумбурная. — Сыльги выхватывает маленькую ручку из порывов ветра и чуть прислоняет свои губы к еле теплой коже. — Пойдемте скорее, я сейчас расплавлюсь.

///

— У меня сегодня день рождения, — Сынмин чуть похрустывает шеей, когда поворачивает голову на часы. Чан, которого настойчиво попросили хотя бы три дня не пропадать из виду, переписывал конспект с фотографии. Он не успел ничего ответить, так как в дверь позвонили. — Блять. Он мог предположить, что это не было сказано в позитивном ключе, а потому, когда среди шагов Сынмина стали различаться чужие голоса, надел на себя черную толстовку. — С днем рождения! — Полупьяные Хенджин и Феликс лезут через порог к имениннику. — Вы не могли предупредить, я же не один живу? — Я думаю, что он не против, — Они переглядываются. — и познакомимся! — Да, все нормально, если ты об этом. — Чан выныривает из комнаты, натягивая, забытую за три дня, улыбку. Полчаса прошли за секунду, потому они сейчас сидят на полу кухне и играют в бутылочку. Любимое мартини, что сейчас льется внутрь как сок, стоит у колен Чана. — Твоя очередь, — Хенджин стыдливо опускает голову. — Чан. — Он касается горлышка и крутит его против часовой. Докручивается к себе. — Тогда мы выберем с кем, — Сынмин предусмотрительно молчит. — Со мной! — Феликс чуть ежится. — Минхо с локскрина убери сначала, а потом целуйся по-пьяни, — Хенджин склоняется к его уху, стараясь не сболтнуть лишнего. — Все слышно, — Сынмин чуть цокает. Кристофер прислоняется к лицу сидящего рядом, сдерживая слезы. «Минхо», но это уже неважно. Горячая ладонь мягко поглаживает уголок губ Сынмина, когда вторая рука самопроизвольно укладывается на чужое худощавое бедро. Ким лишь цепляется за его запястье, чуть простанывая в губы из-за неожиданности, и в итоге целует Кристофера первым. Как стыдно и как неумело он себя чувствует сейчас, но сильнее желания сбежать, только желание продолжить. Чан одной рукой притягивает его, усаживая к себе на колени, пока чувства на губах расплавляют все тело. Этот цветочный аромат Сынмина становится словно ощутим на вкус, когда младший чуть прикусывает его нижнюю губу. — Мне нравится, — Сынмин отстраняется, давая Чану увидеть распаленное лицо, давая Чану увидеть его таким уязвимым впервые. Сынмин укладывает голову на грузное плечо, продолжая сидеть на коленях Кристофера. Он чувствует, как события, что происходили вокруг, остановились, он чувствует только ритм своего сердца, простукивающий кожу старшего насквозь. Хенджин отвел Феликса умываться, как только увидел первые шаги навстречу, несколько минут назад. В порыве немого спора Енбок этого и не заметил. — Не прячь, пожалуйста, от меня руки, — Сынмин снова наматывает на длинные пальцы белокурые волосы. — представь, что они — твоя душа.