Оплачивая чувства

На следующий день Чимин сам ему звонит, но не дозванивается. Чонгук сбрасывает его звонок и ставит телефон на беззвучный, кладет тот обратно в карман и поднимает полный уверенности (почти) взгляд на сидящую напротив женщину. — Сколько? — спрашивает она без прелюдий. — Двадцать, — он нервно сглатывает, пытаясь уловить изменения эмоций на чужом лице, но видит одно лишь напускное спокойствие. — Миллионов вон? Или тысяч долларов? — Чонгук не понимающе хмурится, а она продолжает. — В любом случае, сумма реальная. Напиши свой счёт и через пару часов они будут у тебя. А я тебя со своим сыном чтобы больше не видела. — Подождите, — Чонгук не совсем понимает, что испытывает в данный момент: горечь, обиду или замешательство. — Я думал вы спрашиваете мой возраст, — он замечает, как она медленно выдыхает, на секунду, кажется, злясь, но быстро берет себя в руки. — Хорошо. Тогда сформулирую понятнее. Сколько ты хочешь за то, чтобы больше никогда не встречаться с Чимином? Наверное этого и следовало ожидать. Ещё в тот самый момент, когда Чонгук принял вызов с неизвестного номера и после короткого диалога согласился на встречу. Женщина, представившаяся матерью Чимина, позвала его в кафе на серьёзный разговор. И он явно не сулил ничего хорошего. Жаль только, у Чонгука не было времени как следует к нему подготовиться, продумать все возможные варианты событий и их решения, найти ответы на вопросы, которые ему бы с большой вероятностью задали. Наверное, следовало бы встречу отложить, время оттянуть и хотя бы посоветоваться с Чимином. Но в стремлении доказать всем и в первую очередь себе, что он достаточно зрел, чтобы самостоятельно делать выбор, Чонгук Чимину ни о чем не сообщил и, собравшись со смелостью, сразу же бросился решать проблемы. Только никто его не предупредил, что данные проблемы легко могут вызвать дрожь в коленях. Честно признать, мать Чимина выглядит слегка пугающе, но весьма эффектно: ровная осанка, твердый взгляд, командный тон и безэмоциональность на лице. От нее веет роскошью и безграничной уверенностью. Кажется, будто она любого сотрет в порошок, кто помешает ее планам. И Чонгук этим кем-то является. Но у него нет путей к отступлению. Он уже сидит перед ней. В рваных джинсах, своих любимых кроссовках и толстовке — типичный студент перед весьма элегантной леди. — Я не… — он перестает мять пальцами салфетку и пытается добавить в свой голос твердости. — Я ничего не хочу. Мне не нужны ваши деньги. Она ухмыляется. Почти незаметно закатывает глаза, и продолжает наседать. — Мои нет, а Чимина? Только не нужно мне рассказывать сказки о великой любви. Не поверю. Все имеет цену, так назови мне свою. Я заплачу больше, чем он, — в ее голосе нет и нотки сомнения. И теперь уже Чонгук начинает слегка раздражаться. — Перестаньте. Я не поменяю своего решения. Женщина таким ответом явно не довольна. Она прожигает взглядом в нем дыру, но Чонгук его стойко выдерживает. Она похожа на Чимина, или скорее он на нее. Не только внешностью, но и, кажется, характером. Желанием все контролировать и подчинять. И если с Чимином Чонгук готов идти на уступки, то с будущей родственницей им будет очень сложно найти общий язык. — Вы все равно скоро разойдетесь. У Чимина есть жених, и он не потерпит любовников. Сказанные слова больно бьют под дых. Чонгук меняется в лице, и она это замечает. Понимает, что нашла слабое место и продолжает давить. — Тебе с ним не тягаться. Что ты можешь Чимину дать, кроме красивого тела и милой мордашки? Ничего. Чимин это и сам понимает. И ты, если не глупый, скоро поймёшь. Ты ему надоешь и с чем по итогу останешься? Я два раза деньги предлагать не буду, — она победно улыбается, видя, как ее слова действуют на него. — И тем не менее вы тут. Зачем, если заранее знаете исход наших с ним отношений? Или вы чего-то боитесь? — Наглый мальчишка, — шипит она недовольно, кажется, теряя терпение. — Разве не видишь, что игры закончились. Я не всегда буду доброй, тебе лучше меня не злить, иначе… — Что? Убьёте? — он сам своего предположения немного пугается. Но кто знает, что в голове у этих богатых. — Детей не трогаю, но… Больно сделать смогу. — Спасибо вам, — Чонгук ее удивляет, — за Чимина. Теперь я понимаю, в кого он такой милый пошёл. Она краснеет от злости, а Чонгук рад, что вывел ее хоть на какие-то эмоции. — Ты его не получишь! — Это ему решать, — и в доказательство своей правоты, он достает телефон. На нем около десятка пропущенных от омеги за те недолгие полчаса их встречи. — Может спросим у него прямо сейчас? Чонгук и сам не понимает, откуда в нем столько уверенности, ведь Чимин может сейчас звонить, чтобы окончательно с ним порвать. А даже если нет, то так провоцировать мать Чимина все равно не желательно. Но он больше не может молчать. Ему надоело, что все вокруг словно только и пытаются его унизить. Показать ему его место, что он не достоин быть там, где есть на данный момент. И если Чимин тоже действительно так считает, то пусть лучше выскажет все прямо сейчас, чтобы окончательно его добить. Ещё и фраза о женихе. Неужели Чимин принял предложения Джинхо? И поэтому он выгнал Чонгука из своего дома? Чтобы тот не мешал готовиться к свадьбе? Эта мысль больно сжимает грудь. Чонгук прикусывает нижнюю губу и отворачивается. Ему нужно несколько секунд, чтобы взять себя в руки и настроиться на разговор с омегой. — Я дам тебе время подумать, — мать Чимина вновь обращает внимание на себя. Она поднимается с места, очевидно, собираясь уходить. — В твоём возрасте и море кажется по колено, но не стоит тягаться с тем, кто тебе не по зубам. Потом пожалеешь. — Приятно было познакомиться, — Чонгук говорит ей напоследок, вызывая опять еле заметное закатывание глаз и пренебрежительный взгляд. Даже привычки у нее с Чимином похожи. Чонгук выдыхает, когда та покидает кафе и опускает взгляд к так и не тронутому заказу — кусок в горло не лезет. А вот Чимин в мысли очень даже. Чонгук решает для начала открыть новые сообщения, а уже после перезванивать. Омега в них спрашивает адрес и Чонгук не задумываясь кидает геолокацию. Что же, сегодня у него день наполнен встречами, ведь Чимин вскоре к нему подъезжает. Он влетает в кафе разъяренной фурией. Ищет глазами по залу, а, находя, слегка успокаивается. Чонгук не успевает удивиться чужому появлению, как к нему уже садятся и взглядом прожигают дыру. — Я тоже по тебе сильно соскучился, — альфа пытается разрядить обстановку, но не выходит. — Чонгук, — опасно сузив глаза, шипит Чимин. — С кем ты только что виделся? И почему не брал трубку? — С твоей матерью? — Чонгук начинает понимать, что сейчас ему за это влетит, поэтому нервно сглатывает. — Зачем? Почему ты меня не предупредил? Что она тебе сказала? Ты рассказал ей о нас? — Она вроде как сама догадалась… — А ты подтвердил? — Чимин злится. — Ты должен был все отрицать. А ещё лучше с ней не встречаться. Зачем ты полез, куда тебя не просили? Так сложно было обсудить это со мной? — Я… — Что «я»? Из-за тебя одни проблемы. — Чимин, хватит. — Что хватит, Чонгук? Зачем ты лезешь, куда тебя не просят? А мне потом за тобой разгребать? — Прости… Чонгук опускает виновато глаза, но понимает, что если Чимин сейчас продолжит, он просто встанет и уйдет. Да, он действительно соскучился по омеге, но вместо того, чтобы радоваться встрече, вынужден выслушивать упрёки. Сделанного не воротить, а Чимин ему не мамочка, чтобы поучать. Он и так после знакомства с его матерью весь на взводе, ещё и Чимин решил его добить. Чонгук не рад, что вообще на все это согласился. — Сильно испугался? — тон Чимина меняется и взгляд становится мягче. Чонгук в ответ фыркает и бурчит, что-то о том, что он вообще-то альфа и взрослый. — Я же знаю, что она может быть довольно жёсткой. Надеюсь, она тебе не угрожала. — Почти нет, — такой ответ Чимина явно не устраивает, что видно по его нахмуренному лицу. — Но мне кажется, я ей даже понравился, — спешит он добавить, чтобы разрядить обстановку. — Она сказала, что я милый, — но он не уточняет, что это было сказано о его внешности и в не совсем приятном контексте. — Ты точно мою мать ни с кем не перепутал? — Такую точно ни с кем не спутаешь. Возникает минутная тишина, в которой Чонгук размышляет, как ему действовать дальше. Чимин, сидящий напротив, кажется, расслабляется, но вот сам Чонгук до сих пор напряжен. Он никак не может выбросить из головы фразу о женихе. Если он сейчас предъявит это омеге, не пошлет ли тот его? Скажет не лезть не в свое дело? К Чимину хочется пересесть поближе, как минимум обнять, уже не говоря о поцелуях, и рассказать как сильно скучал, но есть ли в этом всем смысл, если Чимин выбрал другого? К ним подходит официант, и омега делает заказ. Радует то, что Чимин никуда не спешит, и не собирается сейчас исчезнуть так же внезапно, как появился. — Что ты делаешь? — Смотрю, — Чонгук не отводит от омеги взгляда. — Ты красивый. Казалось бы Чимина давно не должны смущать подобные выходки и комплименты, но лицо слегка покрывается румянцем. Сейчас, когда ушло переживание за альфу, он чувствует себя странно. Во-первых, потому что сам пугается пережитых эмоций. Как только он узнал, что мать звонила Чонгуку, сильно разволновался, а когда Чонгук не взял трубку, совсем места себе не находил. Ему даже пришлось перенести сегодняшнюю деловую встречу, чтобы лично убедиться, что все в порядке. А что мать альфе наговорила, он узнает уже от неё, Чонгука же пока оставит с этой темой в покое. Он же решил держать его подальше от себя, так что впутывать в отношения с семьёй того точно не стоит. Ну а во-вторых, как же он соскучился по-своему альфенку. Они не виделись всего-навсего три дня, а ощущение будто прошла целая вечность. Засыпать одному оказалось очень тяжело, возвращаться в пустую квартиру и не слышать рассказ о прошедшем дне — тоскливо. Однако он себя упорно убеждал, что справится, что нужно только ещё немного времени. Может быть это по итогу сработало бы, но, сидя напротив альфы сейчас, Чимин понимает, что сегодня в пустой квартире ему будет особенно сложно. Ощущения, будто он сорвался после голодовки, и теперь нужно начинать все сначала. — Как ты узнал о встрече? — спрашивает альфа, наконец-то делая несколько глотков давно остывшего кофе. — Она сама мне сказала, — недовольно бурчит Чимин. Мать у него хоть и лезет не в свои дела, но делает это весьма показательно. Она не видит смысла скрывать свои действия от Чимина, слишком в них уверенна. — Ммм… Понятно. Чонгук подозрительно тихий. Он хоть и смотрит на Чимина с блеском в глазах и восторгом, но что-то в его привычном поведении меняется. Нет той игривости, к которой омега привык, нет того напора и наглости как в словах, так и в действиях. Его бы альфенок давно к нему пересел и бесстыдно шептал на ухо всякие пошлости, утащил бы подальше от чужих глаз и дал волю губам и рукам. И Чимин бы соврал, если бы сказал, что не хочет этого. — Как учеба? — Нормально. — Ты обижен на меня? — делает разумное предположение, на что альфа протяжно выдыхает. — Если я скажу «да», что-то изменится? — Все не так просто, Чонгук, — Чимин не готов к откровенному разговору. И извиняться перед альфой нет смысла, потому что он не может дать ему то, чего он хочет. — С Джинхо проще? — невесело усмехается альфа. — Его не нужно ни от кого скрывать, твоя мать наверняка от него без ума. Он не приносит тебе столько проблем, как я. Идеально же. Но почему тогда ты здесь? А не с ним? Или ты после него ко мне прибежал? — Ты забываешься, — Чимину не нравится слушать в свою сторону упрёки. — Я тебе ничего не обещал. Если мы продолжим, мы поссоримся. Чонгук прикусывает язык, он не хочет провоцировать Чимина, но язвительные слова сами вылетают из его рта. Быть постоянно в подвешенном состоянии утомительно, но полностью отказываться от омеги он не в силах. Остаётся только ждать, пока от него откажется Чимин. — И у меня нет ничего с Джинхо, — Чимин не собирался рассказывать это альфе, но как-то оно само получается. Настроение Чонгука за доли секунды меняется. — Правда? — Да, я ему отказал. Альфа слишком очевидно пытается скрыть лезущую на лицо улыбку. И вот Чимин уже наблюдает возвращение своего альфенка. Тот толкает язык за щеку и смотрит на него довольным взглядом. — Это потому что я тебе больше нравлюсь? — Чимин на данный вопрос закатывает глаза. — Можешь не отвечать. Я и так это знаю. — Самоуверенный мальчишка. — Глупый хён. Когда ты уже примешь свои чувства ко мне? — Кто сказал, что они есть? — омега возмущённо давится воздухом, а потом ещё раз, когда Чонгук наклоняется к нему через стол и оставляет лёгкий поцелуй на губах. — Остальное получишь, когда признаешься, что любишь меня. Чимин удивлённо распахивает глаза. Нет, ну вы посмотрите на этого альфу. Он что, решил Чимина шантажировать? Сам же минуту назад выглядел обиженным брошенным щенком, а теперь ставит ему свои условия. — Я не согласен. — У тебя нет выбора, хён. Либо ты забираешь меня целиком, либо ничего не получишь. Они сверлят друг друга взглядами. Чонгук после того, как слышит, что конкурент устранён, становится слишком смелым. Чимин же упертый и даже в борьбе с собой не хочет проиграть, но не станет ли это поражение на самом деле победой? Разойтись приходится уже спустя полчаса. Чонгуку необходимо вернуться на учебу, а Чимину на работу. Вечером он планирует заглянуть к родителям и обозначит свои намерения. Альфа, сам того не понимая, добавил Чимину много хлопот. Родители, конечно, не смогут ему запретить видеться с Чонгуком, но активно наседать с нравоучениями будут. Не хочется разочаровывать отца, ведь он всегда давал ему самостоятельно делать выбор, и не хочется, чтобы его решение стало позором. Как он теперь выглядит в их глазах? Глупой омегой отказавшийся от перспективного альфы ради какой-то интрижки? Ради альфы, который подставляет репутацию и имидж компании, думая не тем местом, каким нужно? Они же уже наверняка в курсе, сколько Чонгуку лет, посчитают, что он соблазнил ребенка? Хоть альфа и совершеннолетний, но их разница в возрасте для многих может быть слишком большой. Если бы было наоборот и альфа был старше него, никому не было бы дела. У тех же отца с матерью разница даже больше, но опять же старше альфа. Да и прошлое Чонгука не придает ему баллов, мать наверняка много чего интересного узнала, о чем даже Чимин не в курсе. Если на него нападут со всех сторон, он не уверен, что выдержит. Ему приходится постоянно отбиваться от пренебрежения партнёров по бизнесу только из-за того, что он родился омегой, держать лицо и не делать ни единой осечки, которую бы альфе простили, а на омегу спустят всех собак. Спасибо отцу, который всегда за него заступался, был молчаливой защитой, ведь альфу все уважают. Не отвернётся ли он от Чимина после такого? Чем быстрее близится вечер, тем он больше нервничает. Кто знает, что мать уже успела отцу наговорить. Не поставят ли они Чимину ультиматум? Вряд ли они действительно его выполнят, если Чимин откажется играть по их правилам, но сам факт этого разобьёт ему сердце. Да, он давно не зависит от них материально, но морально… Родственные узы никуда не деть, семья для него не просто слово, и в свое время Чимин получил много любви и поддержки. То, что мать загорелась его замужеством, конечно, бесило, но и ее можно понять, зла она ему точно не желает. И Чимину, возможно, нужно было ее раньше послушать, прежде, чем все завертелось. Прежде, чем он успел вляпаться в Чонгука. Не получается. Не получается выбросить его из головы и уменьшить участие в своей жизни. Он так плотно в нее засел, что без своего альфенка Чимин уже не чувствует себя полноценным. Привычка ли это, или он действительно к нему что-то чувствует? Как ему поступить, чтобы потом не пожалеть? Встречу с отцом приходится отложить, потому что мать сама к нему заглядывает к концу рабочего дня. Чимин долго сверлит ее недовольным взглядом, как и она его в ответ прежде, чем разорвать возникшую тишину. — Это уму не постижимо, Чимин! — выплескивает она негодование. — Ты не мог найти себе кого-то постарше? Он же ребенок! — Ему двадцать! — Я в курсе! — Зачем ты полезла к нему, я же просил. — А зачем ты мне врал, что он просто водитель? — Затем и врал, чтобы ты не лезла к нему со своими разговорами. — Я нашла его бывших омег, они все довольно обеспеченные, а некоторые так вообще замужние! — Она выплескивает это на Чимина с большим негодованием. Конечно, в ее глазах он просто альфонс, решивший нажиться на ее сыне. — Ты же понимаешь, что он с тобой только ради денег? Этот вопрос заставляет Чимина злиться пуще прежнего. Он и так старается не обманываться и каждый раз напоминает себе, с чего у них все началось. Несмотря на то, что Чонгук постоянно пытается убедить его в искренности своих чувств, он знает, что без денег тот бы быстро потерял к нему интерес. Даже если альфа сам верит в свою «любовь», большая вероятность, что она исчезнет, если перестанет подпитываться материально. Это неприятно, но это факт. Деньги — это часть самого Чимина, и навряд ли бы сам омега согласился проживать свою жизнь в нищете, стремиться к материальному благополучную — это нормально. Любить, когда вокруг сплошные проблемы из-за его отсутствия — очень сложно. Каждый сам выбирает, как ему жить. — А я с ним из-за его красивой мордашки. Продолжим выяснять, кто из нас двоих больший мудак? — Чимин, — мать притворно хватается за сердце, — у вас же с ним не настолько серьезно? Он же ещё совсем незрелый. Он бросит тебя при первых же трудностях. Как ты потом справишься? А что если ты залетишь? — Ты же сама с нетерпением ждёшь внуков, — усмехается Чимин, но матери, очевидно, становится плохо от таких комментариев. — Не переживай, мы не собираемся заводить детей, — спешит он смягчить удар. — Один вариант не лучше другого, — бубнит она недовольно. — Что ты ему сказала? — вмиг омега становится серьезным. — Предложила ему деньги, — не видит она смысла скрывать. — А он? — Отказался, — она недовольно сводит брови, — наверное, было мало, в следующий раз назову сумму побольше. — Следующего раза не будет, — говорит Чимин настойчиво. — Я сам все решу, не нужно к нему лезть. — Ты его защищаешь. Как же сильно он тебе запудрил мозги. Это и не удивительно, ты же никогда не встречался с альфами, не понимаешь насколько они могут быть коварными. — Мам, перестань. Я тоже не подарок. Соблазнил молоденького альфу деньгами. Разве не подло? Я же прекрасно понимал, почему он за меня зацепился. И позволил ему все это. А теперь между нами действительно все сложно, и не он один в этом виноват. Женщина подходит к нему и заключает его в свои объятия. — Чимин, все могут совершать ошибки. Главное, уметь с ними справляться. Вы ещё молоды, пройдет время, и вы забудете друг о друге, — она утешающе гладит его по спине, а Чимин со всех сил старается не заплакать. — Я пока ничего не говорила отцу, потому что надеюсь, что ты всё-таки одумаешься. Знаешь, сколько ещё таких альф у тебя будет, дорогой? Смотри, какой ты у меня красивый, любой готов упасть к твоим ногам. — А если мне не нужен любой. Я не хочу никого, кроме Чонгука. Я лучше навсегда останусь один, чем с альфой, который мне противен. Зачем он мне нужен, я и так сам отлично справлялся все это время. — Если справлялся, так чего же повелся на малолетку? — она отстраняется и сверлит его недовольным взглядом. Чимин же смотрит на неё обиженно, лучше бы она продолжала его утешать, а не попрекала. Он не знает ответ на заданный вопрос, поэтому молчит, а мать недовольно вздыхает. Ей не нравится Чонгук, и ее в этом можно понять. Будь Чимин на ее месте, наверняка, считал бы так же. Да и на своем месте, он понимает, что поступает довольно глупо: отказал перспективному альфе, а с неудавшимся альфонсом окончательно порвать никак не может. Чимина успешно обвели вокруг пальца, а он даже не заметил. Кажется, альфенок все-таки в чем-то прав, и у Чимина, действительно, есть к нему чувства.