Disgusting dreams

В такой более-менее размеренной обстановке прошло почти две недели. Уэнсдей стала более адекватно относиться к Энид и её попыткам сблизиться с ней. Чаще всего Аддамс просто игнорировала это. Но то утро, когда они переспали, не выходило из головы девушки. Засосы почти пропали, что не могло не радовать Уэнсдей. Теперь ей не надо врать, что она просто пострадала на тренировке, хотя все понимали откуда у неё такой след. Были даже моменты, когда Уэнсдей позволяла Энид спать вместе с ней. Отчего Энид чуть ли не прыгала на месте от радости. Бывало такое, что Уэнсдей позволяла себя целовать. Но это было исключением из правил. Но никто из девушек не зарекался о начале отношений. Было понятно, что переубедить Уэнсдей в ориентации почти невозможно. Как минимум до того момента, пока она сама это не поймёт. Уэнсдей делала вид, что ей всё равно, когда Энид её обнимает, но обнимала в ответ. Делала вид, что ей противно проникать в чужой рот своим языком, но притягивала сильнее. Делала вид, что она разрешает спать с ней только из-за жалости, но на самом деле не могла заснуть без Энид. Конечно, Энид заметила эти изменения. Но не спешила действовать или даже начинать разговор о каминг-ауте своей соседки. Но это продолжалось до того, пока Уэнсдей не захотела первой проявить внимание к Энид. Казалось, что она катастрофически хотела почувствовать Энид, а если быть точнее, быть в ней. Но Уэнсдей была неуверенна в том, что собирается сделать. До этого момента она даже об этом не думала. Сегодня некоторые ученики вечером посещали дополнительные занятия по подготовке к будущим экзаменам. Но Уэнсдей и так была к ним готова, поэтому не тратила на это время, а была в комнате, пока Энид сидела в классе. Ближе к восьми часам вечера Синклер вернулась после учёбы, но не увидела свою соседку. Устало бросив портфель на кровать и повернувшись спиной к центру комнаты, она стала искать тетрадь с конспектами. Энид поняла, что учить что-то у неё сейчас нет сил. Она подошла к шкафу с чистой одеждой и взяв оттуда вещи, направилась в сторону ванной. Энид была озадачена тем, где сейчас находится Уэнсдей. Это было странно. В такое время её соседка всегда была в комнате. Но где же она сейчас? Синклер разделась и встала под горячие струи воды, массируя кожу головы. Она не услышала того, что кто-то зашёл в ванную и начал подходить. Резко её обняли со спины, от чего Энид тихо вскрикнула. Повернув голову, она увидела Уэнсдей, на которую также лилась вода, но ей было всё равно. — Уэнсдей! — ошарашенно воскликнула Энид. — Что ты тут делаешь? Как… как ты вошла? Я же закрывала дверь. — Вещь умеет вскрывать замки. Это его заслуга, — немного ухмыляясь, сказала Уэнсдей, начиная целовать Энид. Синклер была в таком шоке, что даже не знала, что ей делать. Она не успела отреагировать, когда её припечатали к холодной стене, пока губы Уэнсдей спускались на шею. Аддамс даже не разделась. Всё её тело и одежда насквозь были мокрыми, а по чёрным волосам стекала вода. Резко одна из ладоней Уэнсдей стала сжимать грудь Энид, а вторая поглаживала по талии. — Уэнсдей, — Энид кое-как собирала слова в предложения, — Не тут же. — Мне всё равно, — ответила Уэнсдей, хватая одну ногу Энид и немного приподнимая. Рука тёмноволосой быстро находит клитор и начинает круговыми движениями его массировать, получая первый стон. У Энид захватывает дыхание. Она слишком долго этого ждала. — Это ты такая влажная или это душ? — усмехаясь прямо в губы, сказала Уэнсдей. Энид хотела возразить, но её слова были прерваны резким входом сразу двух пальцев в неё. Уэнсдей была неуверенна. Она не знала точно, что делать, поэтому пользовалась только теорией, которую немного знала. Немного сбавив темп, Уэнсдей вовсе перестала двигать рукой. — Мне продолжать? — сомневаясь в своих действиях, спросила Уэнсдей. — Просто не останавливайся, прошу, — жалобно проскулила Энид, дёргая бёдрами. Два пальца вошли обратно, из-за чего Синклер выпустила когти в плечо Уэнсдей. Но никто из девушек никак на это не отреагировал. Пальцы двигались быстрее, почти вышибая из оборотня стоны. В какой-то момент Уэнсдей решается опуститься на колени и проводит языком по клитору, от чего Энид запрокидывает голову и начинает неразборчиво повторять имя тёмноволосой. Поняв, что она делает всё правильно, Уэнсдей продолжает ласкать языком и рукой Энид. Из-за того, что Энид ждала этого долго, она кончает почти сразу после присоединения языка, выгибаясь в спине. Уэнсдей встаёт с колен и тыльной стороной ладони вытирает рот. Энид на ватных ногах пытается хоть как-то прийти в себя, смотря на довольную Уэнсдей. — Думаю, теперь ты можешь идти, — переводя дыхание, сказала Энид. Уэнсдей так и поступила, сжалившись над Синклер.

***

Аддамс вышла из ванной комнаты и поспешила сменить мокрую одежу на сухую. Пока она переодевалась, из головы не выходили моменты, которые только что произошли. Она не знает, поступила ли она правильно, когда зашла к Энид в душ. Она противоречила самой себе. Уэнсдей вроде была гомофобкой, а сейчас почти находится в отношениях с девушкой. Эти сомнения не давали Уэнсдей спокойно жить. Поэтому сейчас она уже обдумывала то, что скажет Энид. Они должны разобраться в их отношениях и точно понять, кем они друг другу приходятся.