Часть 6
4 марта 2023 г., 18:00
🎵🎵🎵
Минки заканчивает петь, снимает наушники и аккуратно вешает их на микрофонную стойку. Дэвид кивает и показывает палец вверх, явно удовлетворенный полученным результатом. Скромная улыбка на лице певца едва приподнимает уголки его губ, а сам он смотрит на своего главного ценителя — Чон Чонгука, который громко хлопает в ладоши под стихающие аккорды музыки. — Поражен, — Чонгук вежливо кланяется парню, выходящему из вокальной кабинки, и первым протягивает руку. Он действительно удивлен его голосом и не прочь познакомиться поближе с таким одаренным музыкантом. — Мне кажется, или Юнги нашел бриллиант? Минки сжимает теплую руку Чонгука, легонько стискивая его ладонь. Жест такой простой и привычный, и Чон едва не пропускает тот факт, что рука певца в его собственной совсем не чувствуется. Он внимательно смотрит на парня, сканируя его с ног до головы, и подмечает, что его гей-радар и в этот раз сработал на все сто. К тому же парень прекрасно сложен и внешность его достаточно сексуальна. От него веет непривычной загадочностью, что притягивает Чонгука и вызывает ещё больший интерес. Чхве смущенно улыбается, не убирая руки, и лишь кряхтенье Юнги разрешает неловкую ситуацию. — Тебе не кажется, — слова Мина звучат с легкой ноткой раздражения, и Чонгук в очередной раз понимает, что сегодня все идет как-то неправильно. Сначала Чимин сорвался, будто его кипятком ошпарили, теперь этот парень слишком явно дает ему понять свою ориентацию и заинтересованность, да еще и Юнги — всегда придирчивый к артистам, на очевидный успех лишь бурчит и равнодушно пожимает плечами. Все это вызывает противоречивые чувства и внутреннее волнение. Дэвид — единственный, кто носом чует накалившиеся страсти. Он-то прекрасно понимает, что выходка Чимина вывела Юнги из себя, и то, что всё списал на нервы — лишь удобное прикрытие для Чонгука. Со стороны казалось, что ощетинившийся продюсер, довольный Минки и одураченный Чонгук — вершины магического треугольника, сгущающего негативную энергию внутри и так небольшой комнаты. — Скажи круто! — Дэвид подскакивает к ребятам очень вовремя и хлопает Минки с Чонгуком по плечу, буквально повисая между ними. Юнги, что хочет выдать какую-то колкость, предусмотрительно закрывает рот в ответ на кивок и молчаливую просьбу звукорежиссера остыть. — Это просто супер! — снова оживляется Чонгук, продолжая рассматривать новичка поближе. — Рад, что ты присоединился именно к компании Юнги. Я думаю, что это отличный выбор. — Я тоже думаю, что это отличный выбор, — слегка передразнивая айдола, язвит Юнги, но Чонгук не замечает скрытого смысла в этой реплике. — С таким голосом тебя ждёт грандиозное будущее. Я уверен! — Чонгук не может скрыть своего восхищения таким необычным тембром, который очень выделяется среди привычных голосов артистов нынешнего времени. — Да, мне очень повезло работать с Юнги-щи, — Минки сама кротость и добродетель. Чонгук думает, что такой мальчишка, несомненно, станет успешным. Публика любит подобный типаж — тихий, скромный, слегка застенчивый, но с такой перчинкой, от которой всем станет горячо, как только Минки выйдет на сцену и начнет петь. Потому что его тембр — это нечто! Чонгук проворачивает свои мысли в голове, а последнюю на автомате выдает вслух: — Я просто влюбился в твой голос, когда услышал его из динамиков! Он действительно уникален! Фраза будто повисает в воздухе, и каждый понимает ее по-своему, погружаясь в собственные мысли. — Так, хватит! — всегда спокойный и отстраненный Юнги резко хлопает крышкой ноутбука так, что даже Чонгук невольно вздрагивает. — Мы закончили на сегодня. Все могут быть свободны! — Ты сильно спешишь? — Минки легонько трогает Чонгука за локоть, на его лице после действий Мина едва не появляется слезливая гримаса. Слова продюсера звучат неприятно для каждого из присутствующих, но свою роль Чхве играет на «отлично». — Юнги-хен, похоже, сегодня не в духе… Не хочешь прогуляться? — С удовольствием! — тут же отвечает Чонгук, и на его лице Минки видит довольную улыбку. — Я нигде не бывал тут кроме студии, — глаза парня блестят и Чон замечает ещё большую заинтересованность. — За корпусом есть сад. Думаю, нам стоит пообщаться, если мы и дальше планируем работать вместе, — Чонгук непринужденно улыбается, берет куртку с кресла и кивает на дверь. — Пойдем? Когда Минки и Чон покидают помещение, Мин обессиленно падает в кресло и взъерошивает свои волосы, оглашая опустевшую студию протяжным стоном. Следом из его груди вырывается крик отчаяния, отдающий нотками обреченности. — Ну прекрати, — Дэвид облокачивается об угол, складывает руки в замок и внимательно смотрит на Мина. — Юнги, ты же профессионал. Разделяй работу и личные чувства. Мне тоже жаль Чимина, но по-другому нельзя. Ты ничего не можешь сделать, так же, как и я. — Этот щенок ведет себя так, будто одурачил всех на свете. Чонгук за пару секунд очарован им, и только мы с тобой знаем, кто такой Чхве и как он умеет выносить мозги. — Для дальнейшего сотрудничества дружба Минки и Чонгука пойдет только на пользу. Да и перед «Маской» пусть немного пообщаются. С поддержкой опытного артиста новичок почувствует себя на сцене более уверенно… — Да плевать мне, как он будет чувствовать себя на сцене! — взрывается Юнги и поднимается с кресла. — Ты видел, в каком состоянии вылетел Чимин? Я не уверен, что он долго выдержит! Представить не могу, какая пытка для него все это. — Н-да, — бурчит Дэвид. — Ему крайне неприятно было слышать такие комментарии. Тем более от Чонгука. Он здесь оказался самой незаинтересованной стороной и выдал то, что думал. А что будет дальше? — Не знаю. Все это весьма неприятно, — соглашается Мин. — Как и любому другому человеку, который не привык к продаже своего интеллектуального труда или природных талантов. Такое впечатление, что я купил у него не голос, а всю его жизнь. — Для него голос и есть вся его жизнь. Я читал его биографию. Он с детства мечтал петь и заниматься музыкой, стал лучшим студентом института… — дальше Дэвид перечислять не рискует, они оба понимают суть. — У него больше ничего не осталось. — Черт бы побрал этого Минки… — с горечью выпаливает продюсер. Если бы на него не давили старые связи, через которые на Мина вышел Чхве-старший, он бы уже давно запустил для Чимина промо и имел контракт с обладателем поистине золотого голоса Кореи. Играя желваками, Юнги подходит к окну и отодвигает занавеску, чтобы отвлечься на звуки природы и немного успокоиться. Зеленая зона, что растянулась прямо перед окнами студии, всегда действует на него умиротворяюще. Сегодня листья деревьев почти неподвижны, погода теплая и безветренная. Внизу он едва различает фигурки людей, гуляющих по тропинкам, но одна из них бросается в глаза особенно ярко: на лавочке под вишней сидит Чимин. Сомнений нет, Юнги не ошибся. Парень уселся, подтянув к себе ноги, и уткнулся лицом в колени, желая закрыться от всего мира. Сердце Мина болезненно сжимается от осознания того, что он стал причиной такого состояния мальчишки. Внезапно Чимин поднимает голову и смотрит куда-то в сторону. Юнги следит за его взглядом и понимает, что он направлен на внутренний выход в дворик. Очевидно, что Минки и Чонгук успели спуститься на лифте и именно их заметил Чимин. Вид за окном становится для Юнги все более интересным, и он прилипает к стеклу, пока Дэвид возится с аппаратурой, сматывая провода. Продюсер видит, как Минки и Чонгук направляются к саду, весело болтают и даже смеются, словно старые добрые друзья, а Чимин, явно обнаруживший их присутствие, на секунду замирает и, вытерев ладонями глаза, стремительно покидает укромное место. От осознания, что парень плакал, становится гадко на душе, но продюсер все равно продолжает наблюдать за парочкой внизу. — Что ты там такого интересного увидел? — удивленно спрашивает Дэвид, заканчивая с техникой. — Да так, ничего, — Юнги отвечает задумчиво, прикусывая нижнюю губу и щуря глаза. В его голову закрадываются нехорошие подозрения, и если его опасения подтвердятся, то работать этим троим станет еще сложнее.🎵🎵🎵
Чимин бредет по улице, уткнувшись взглядом себе под ноги, не желая поднять глаза на окружающую его весеннюю красоту. Деревья уже пустили по кронам ярко-зеленый цвет, а на клумбах появились первые цветы. В воздухе витает запах грозы, которая вот-вот начнётся, но даже она не пугает мальчишку, он её попросту не замечает. Люди вокруг, ощущая приближение ливня, спешат добежать до укрытия, кто-то готовит зонты, и лишь Чимин продолжает идти, сам не понимая куда, изредка вытирая накатывающиеся слезы и шмыгая носом. В кармане вибрирует телефон, до которого дела нет, ведь все мысли сейчас о Чонгуке. Пак вспоминает его изумленный взгляд наполненный искренним восхищением голосом и свое дикое желание закричать, заявляя, кому именно он принадлежит. В тот момент хотелось и орать, и провалиться сквозь землю. Чтобы никогда не встречать этого гребаного Минки и не вкрашиваться так сильно в Чонгука. Нет, Чимин не какая-то размазня, живущая в волшебном мире грез! Он взрослый парень, умеющий оценивать реалии жизни, но тогда почему так больно в груди от осознания, что Чон Чонгук никогда не будет его? Зачем судьба вообще их столкнула? Что за испытания такие, которые он должен пройти? Мало ему было Чхве, так ещё и Чон со своим неприкрытым обожанием чиминового голоса, которым его охмуряет совсем другой человек. Чимин чувствует странный холод и не сразу замечает, что начался дождь. Лишь когда по лужам стучат крупные капли, он поднимает голову и понимает, что прошел пару лишних кварталов мимо дома. Рука тянется в карман куртки и выуживает из него телефон, пальцы снимают блокировку экрана. У Чимина десять пропущенных от Тэ, два от Юнги-хёна и одно короткое смс от Чонгука «у тебя все хорошо?» Пак набирает друга и, бросив фразу: «Я скоро», кладет телефон обратно в карман куртки, застегивает молнию и срывается на бег под проливным дождем. — Ты где был? Чего так долго? Где твой зонт? Хочешь заболеть? — шквалом обрушиваются вопросы друга, как только Чимин вбегает в просторный холл своего дома и сталкивается с Кимом. Тот стоит прямо у стеклянных дверей и держит в руках большой красивый сверток с бантом. — Я немного потерялся, — зачесывая назад мокрую челку, с которой ручьем стекает вода, Чимин прикрывает нос и негромко чихает. — Как тут можно потеряться? В трех соснах что ли? — Тэ подхватывает его за локоть и тащит к лифтам, а уже через пять минут они вваливаются в новое жилище Пака. — Ох, ни хрена себе! — забыв о друге, который возится со своими мокрыми шнурками, Ким, быстро скинув свои лоферы, проходит в просторную гостиную. — Я готов тут умереть! — восклицает он и кладет сверток на небольшой журнальный столик, уже позабыв, что это подарок на новоселье. Сзади опять слышна череда чихов и шлепки мокрых ног по керамической плитке. — Мне нужно в душ немного согреться, а то, не дай бог, заболею. Мне сейчас только этого не хватает для полного счастья, — бросает Пак, проходя мимо друга. — Там в кухне есть бар и твой любимый Мартини. Бокалы в навесном шкафу, еда в холодильнике. А… — он останавливается у дверей спальни. — На столешнице лежит визитка доставки еды. Все включено в оплату квартиры, можешь заказывать, что хочешь. — Ахуеть не встать! — улыбка на лице друга становится ещё шире, а глаза горят в предвкушении. — Прям все, что захочу? — переспрашивает он, крича в сторону уже закрытой двери в спальню. — Все! — звучит отдаленное. Через полчаса довольный, как слон, Тэхён сидит на широком мягком уголке и покачивает в руке бокал с Мартини, поглядывая, как оливка красиво плавает в прозрачной жидкости. Укутанный в плед Чимин слегка подрагивает от пробирающего все тела озноба. Он простоял десять минут под горячим душем, но, видимо, этого было мало. — Не крути носом и выпей лимонный чай с имбирем, я специально его разогрел. Меня бабушка так в детстве лечила от переохлаждения, — Ким делает глоток любимого напитка и расставляет руки, укладывая их на спинку дивана. — Почему мне нельзя переехать к тебе? Хочешь, я буду убирать, стирать, готовить. Я даже массаж стоп могу тебе делать, если захочешь. — Ты думаешь мне доставляет удовольствие жить одному в этих стенах? — Пак нюхает мутную жидкость в чашке и кривится от запаха имбиря. — Просто по контракту я не могу приглашать посторонних. — Хм… С каких пор я стал для тебя посторонним? — Ким надувает обиженно губы и, одним глотком допивая Мартини, ставит бокал на стеклянный стол. — Быстро ты забываешь друзей. — Не передергивай! — хрипит Пак, высовывая кончик языка и макая его в чашку, чтобы попробовать снадобье, которое наколдовал друг. — Ты всегда можешь прийти ко мне в гости, но жить я должен один. Думаешь, я не уточнял? Такие хоромы, как эти, слишком велики для одного. К тому же я привык жить с тобой и, если честно, очень скучаю, — он поднимает на Кима глаза и видит, как строгая гримаса сменяется легкой улыбкой. — Я тоже скучаю, малыш. Мне без тебя очень грустно, поэтому я готов приходить в гости хоть каждый день, тем более у тебя тут столько всего бесплатно, — он поднимается с места, захватывает длинными пальцами свой бокал и двигается в сторону кухни. — Давай, пей, поверь — тебе сразу станет легче. Скоро будешь как огурчик. Там много витамина С и имбирь для иммунитета, чтобы не заболеть, а себе я, пожалуй, ещё налью, — с кухни доносится звон бокала, в который упал кубик льда и Чимин тяжело вздыхает, понимая, что тоже не отказался бы выпить. Сегодня его нервная система дала сбой и он, позабыв о приличиях, буквально сбежал из студии на глазах изумленных мужчин. Как бы там ни было, ему нужно держать себя в руках и больше не позволять эмоциям брать верх над волей и разумом. — Ладно, — Чимин зажмуривает глаза и, задержав дыхание, выпивает залпом почти всю чашку лекарственного средства, приготовленного на благо его здоровья. — Это жесть конечно. Как его можно пить? — морщится от отвращения и с трудом удерживает в себе просящееся назад снадобье. — Не начинай. Ничего смертельного в этом нет. Меня бабуля все детство поила и вот, смотри, какой я вырос здоровый богатырь. — Не знаю, как остальные органы, но твоя печень — уникальная. Куда в тебя влазит столько алкоголя? — улыбается Пак, переключаясь на вернувшегося с уже наполненным бокалом друга. — Ты мне лучше скажи, как там у тебя дела с твоим, этим… Как его? Минки, вроде, — Тэ присаживается ближе к другу и поправляет спавший с плеча плед, укутывая, как ребенка. — Даже не вспоминай о нем! Слышать его имя не могу, а видеть эту наглую рожу и подавно. — Он так ужасен или ты ревнуешь его к своему голосу? — рука Кима ложится на выкрашенные в блонд волосы и пытается их взъерошить, делая на голове друга бардак. — Не говори ерунды! — огрызается Чимин, уворачиваясь от изящной ладони. — Просто он настолько фальшивый, что меня от него воротит. Не знаю, как люди вообще могут воспринимать его всерьез и верить наигранной невинности. — Почему ты так суров с ним? Я видел его фото, что ты показывал. Он очень мил и в то же время горяч, — произнося эти слова, Тэхён облизывает губы, а в его глазах появляются знакомые Чимину искры. На это Пак ударяет друга в плечо и недовольно закатывает глаза. — Даже не думай! Поверь мне на слово, там наивностью даже не пахнет. Он хищник, который без раздумий откусит тебе руку, только зазевайся. Не спорю, играть он может мастерски, в некоторых моментах я поймал себя на мысли, что, возможно, ошибся в нем. Но нет, проходит несколько минут и он показывает свое истинное лицо. — Оно у него красивое, — подтрунивает друг, видя, как Чимина бесит этот персонаж. — Мне иногда кажется, что он психически нездоров, — а вот теперь на лице Пака возникает тень страха, которую подмечает Ким. — У него взгляд такой… Как будто он готов любого в клочья разодрать. В комнате повисает пауза. Друзья сидят молча, переваривая сказанное каждый в своей голове и строя свои предположения. Чхве действительно избалованный мальчишка, но есть в нем ещё что-то опасное, от чего холодит кровь. Эту свою сущность он почти не показывает, но если понаблюдать внимательно, то можно уловить мгновения проявления животной натуры. — Не бери в голову. Просто выполняй свою работу и поменьше думай о нем. Поверь, для тебя самого так будет легче и лучше, — Ким прижимает хрупкое тело к себе и целует Чимина в лоб. — Э… Что-то ты горячий, парень. Пошли я уложу тебя в постель. — Но я ещё не хочу спать, — капризничает Пак, хватаясь за спинку дивана. — Отговорки не принимаются, тебе нужно в кровать! Я дождусь, когда ты уснешь, и потом тихонько уйду, захлопнув дверь, а завтра ты мне позвонишь и отчитаешься, как себя чувствуешь.🎵🎵🎵
В динамике очередной раз слышны длинные гудки, которые дико раздражают Юнги. Чимин впервые не явился в назначенное время и уже который раз не берет трубку. В мыслях продюсера всплывает вчерашний инцидент и ему дико не хочется оказаться правым в своих опасениях. — Может, у него что-то случилось? — подаёт голос Дэвид, протирая влажной салфеткой пульт управления. — Я уничтожу его! — взрывается Минки и швыряет на пол недопитый стаканчик с кофе. Он так долго шел к своей цели, и сейчас этот мальчишка ставит под угрозу весь его план. — А ну остынь! — рык продюсера больше похож на звериный. Его и так достал этот мажор. Он не позволит ему говорить плохо о Чимине, а тем более портить имущество компании. Пусть валит домой и истерит сколько хочет, но не здесь и не в присутствии Юнги. — Езжай домой. Я сам проясню, что случилось, и потом тебя наберу. И ещё, — Мин делает шаг ближе, приближаясь к Чхве вплотную и укоризненно протягивая указательный палец. — Не смей орать в моей компании и кидаться чем попало. Ты не дома, не забывай. Эти представления можешь устраивать своему папочке, а я — не он! Терпеть подобное не буду, вышвырну, как котенка! Делаю последнее предупреждение. Понял меня? Чхве пятится назад, понимая, что продюсер не шутит, и молча мотает головой. Он так долго ждал удобного случая, что сейчас просрать свой единственный шанс не может. Нужно взять себя в руки и быть паинькой, чтобы не наломать дров. — Понял, — наконец выдавливает он из себя, видя, что ожидают ответа. — Я погорячился, прости. — Нигде не лазь, сиди дома и жди моего звонка, — рявкает Мин и, что-то клацая в телефоне, отходит к окну. — Хорошо. Дэвид, пока, — бросает Минки в дверях, хотя никто на него уже не обращает внимания. Звукорежиссер поднимается со стула и подходит ближе к Юнги, легонько касаясь его плеча. Он видит, как тот взвинчен, ведь все идет наперекосяк. Главная фигура — Чимин, от которого зависит успешность проекта, сейчас не пойми где. — Что будешь делать? — поправляя на переносице очки, интересуется Дэвид. — Звоню Джи, пусть пробьет его номер, — не поворачивая головы, отвечает Юнги, прикладывая гаджет к уху. — Привет, дорогой. Пробей-ка мне номерок, я скинул тебе в смс. Меня интересует адрес, где сейчас находится этот абонент? — он опять замолкает на несколько секунд и добавляет: — Да, я могу подождать на линии. Юнги замолкает на несколько минут и в ожидании ответа начинает нервно ходить по комнате. При Минки он старался держать себя в руках и не выдавать нервозность, но сейчас, в присутствии своего друга, Мин позволяет эмоциям взять верх: — Да, я тут! Где?! Ты не перепутал? Окей, спасибо Джи. Пока. — Ну что? Где он? — в нетерпении спрашивает Дэвид, хватая Мина за руку и разворачивая к себе. — Он дома. Вернее в корпоративной квартире, — на последней фразе голос Юнги стихает, а он сам погружается в раздумья. Если Чимин не сбежал, а остался в квартире, то почему не явился в офис? Он ответственный парень и Мин даже не сомневается в его благоразумии. — Странно… — Может, с ним что-то произошло? — звучит голос за спиной, в тот момент, когда Юнги пытается найти логическое объяснение происходящему. — Телефон же не выключен, он просто не отвечает, при этом находится дома. Продюсер сует свой гаджет в карман джинсов, хватает лежащую на диване куртку и уже в дверях бросает фразу, даже не оборачиваясь: — Я съезжу к нему!
