Излом

      Больничный закончился на следующий день, когда в палату пожаловал сам Сандаймэ хокагэ-сама. Он самолично хотел проверить состояние Удзумаки Наруто-тян.       Сам же носитель этого имени в это время отсутствовал по очень уважительной причине - ходил в уборную. И, хоть об этом знали сиделки, ему было высказано много неприятных слов. Девушки, любящие пунктуальность, терпеть не могли халатность и безответственность, поэтому Удзумаки услышал в свой адрес "пару ласковых".       - Ну же, не стоит так сильно реагировать на то, что ребёнок захотел сходить в туалет, - с, по-отечески, тёплой улыбкой проговорил хокагэ, положив руку на плечо мальчика.       - Он уже не раз сбегал из палаты под предлогом прогуляться или сходить в туалет. - медсестра, словно обиженная таким обращением к себе, вышла вон, довольно громко закрыв дверь.       - Как это понимать? - Хирузэн-сама тут же перешёл на серьëзный тон, прожигающим взглядом смотря на беззащитного больного обитателя больничной палаты.       - Вы о чём? - мальчишка отстранился чуть в сторону, натягивая улыбку дурачка.       - Я про дыру в твоей головушке, Наруто-кун, - старичок ткнул пальцем в бинты.       - Ударили, что ещё то? - Удзумаки не спешил оправдываться.       - А кто? - глава селения словно присутствовал на допросе.       - Не помню - ударили сзади и я тут же отключился, а когда очнулся - били девчонку. - Удзумаки-блондин опустил взгляд.       И его бы и дальше допрашивали, если бы на эту ерунду у господина хокагэ-сама хватало времени. Старик просто пришёл проведать Наруто, чтобы удовлетворить свой внутренний голос: что-то вроде совести, как говорили мудрецы.       А самого мальчика выпустили, вытолкнули с больничного крыльца в тот же день, предворительно взяв с него строгое обязательство прийти через неделю на осмотр. Возможно, девушки в облегающих нарядах хотели попросту избавиться от "демона" под боком, а возможно та сотрудница разболтала, что видела его в архиве. Впрочем, такое скорое выписывание позволило ещё несколько дней погулять с бинтованой головой. Об этом он даже не переживал, чувствуя себя раненным в бою: было чем запугивать малолеток.       Первая остановка была возле рамэнной "Раамэн Итираку" Тэути-сан. Помниться, там ему удалось познакомиться с Ирука-сэнсэй, тогда была акция на купоны и Наруто смог буквально вырвать его последним, отчего стоящий позади сэнсэй пришёл в ярость, потребовав, чтобы и им тоже выдали купоны. Его голубые глаза зацепились за вывеску: "Акция", а это значит, что как раз сейчас идёт выдача тех самых купонов. В синхрон с мыслями о еде, живот заурчал, причём довольно болезненно.       Как и в тот раз, он получил последний купон, с трудом упросив владельца рамэнной отдать его. Тэути-сан не был скрягой, или не любил баловать детей, а потому, даже пусть и относительно предвзятое отношение к мальчишке, он разрешил ему пообедать за счёт этого купона.       - Это не честно! - выкрикнул кто-то далее в очереди.       От этого знакомого голоса у блондина пробежали мурашки по спине: захотелось расплакаться - настолько сильно давила на нервы ностальгия по детству, когда он ещё не ходил в Ниндзя Гакко. И сейчас, смотря из-под бинтов на, ещё молодого, без каких-либо признаков старения, Ирука-сэнсэй, в его голове возникали ностальгические образы времён, когда наставник бегал за ним, пытаясь заставить учиться.       - Всё честно, Ирука-тян, - Тэути-родзин неуклонно следовал своим правилам и традициям.       - И в чём же здесь честность? - будущий директор Ниндзя Гакко, будучи довольно вспыльчивым, никогда не оставлял возможности покричать, даже буть то самая неподходящая ситуация. Об этом Удзумаки-хокагэ-сама понял ещё в детстве, особенно на совместных миссиях с сэнсэем.       - Ты уже туунин, поэтому и обеспечить себя в состоянии. Интересно же, почему я должен выдавать квалифицированному синоби купон на одну процию раамэна, а ребёнку - нет. - Теути и в прошлый раз также объяснил всё всем присутствующим.       Так, если Ирука-сэнсэй уже туунин, значит ему как минимум уже шестнадцать. Помниться, он хвастал, что смог стать туунином в шестнадцать, когда им - его классу - не исполнилось и пяти лет. Это не относилось к Сакуре-тян, Чодзи-тян и, вроде бы Сино-кун, которые родилась раньше всех в классе, до Ирука-сэнсэя. Получается...       - Чёрт, блин, простите, ттебайо, - Наруто поклонился и убежал.       На него только сейчас нахлынула волна некоторого беспокойства, волнения, паники! Он был уверен, что такого не произойдёт - его мозг был устойчив к стрессу, об этом твердили врачи. Однако, поднявшаяся, подступившая к самому горлу, паника, взяла верх. Такого не было, не должно быть, мозг чётко знал, что произошло, но... это но затаилось среди его бесконечных мыслей, заставляя давиться от них.       Мальчишка перевёл дыхание, когда понял, где остановился. Здесь была полиция, жандармерия деревни, в которой работали поголовно все из клановых семей, кто плох был на передовой. Но в частности это касалось одного клана, в котором был рождён его друг.       Мимо проходили блюстители правопорядка и, будто бы непреднамеренно, смотрели через плечо на незванного гостя: он появился не вовремя, ой как не вовремя.       Проведя под бинтом пальцем, Наруто обнаружил, что весь вспотел. Ему так не хотелось чувствовать себя грязным, но недавние события совершенно выбили из него того самого "чистюлю".       - Мальчик, - его позвал знакомый голос, который где-то он слышал, только вот где... - ты не потерялся?       Перед ним стояла девушка с песочным цветом волос и внимательно рассматривала его, словно была с ним знакома.       - А? - он запрокинул голову, чтобы лучше видеть это бесстрастное лицо молодой особы и застыл - она была похожа на мать Гаары-сан. - Н-нет, я не потерялся. А вы сами, ттебайо?       Она только хихикнула на такое заявление и хотела было уйти.       - А вы кто? - мальчишка ухватился за рукав девушки, не собираясь ту отпускать.       Уж сильно это было подозрительно: девушка, одна, незнакомая, с сильной чакурой, ещё и с навыком, как у дзëунина, как минимум.       - Я? - она взглянула через плечо, и её взгляд резко похолодел. - Исполнитель.       У Наруто всё резко ухнуло вниз - этот синоби из другой деревни, и, если голос так похож на голос Гаары-сан, то, возможно, из Сунагакурэ Но Сато. Тогда это Ящамару, тот самый, про которого так часто рассказывал Гаара-сан.       Помниться, в прошлый раз, Наруто так и пролежал в лесу два дня, пропустив какое-то похищение. По документам, составленных ещё Сандаймэ-хокагэ-сама, было ясно, что выкрасть они хотели его, дзинтюурики Кьюби Но Йоко. А это значит, что выкрали какого-то другого мальчика с похожей внешностью, а потом попросту свернули тому шею, когда поняли, что никакой он не носитель Кьюби.       - Вы играете на инструменте? - Удзумаки улыбнулся, пытаясь выразить своими, едва видными из-под бинтов, глазами всю его доступную наивность.       - Можно и так сказать. - он улыбнулся в ответ.       В том, что это был он не было сомнения, он себя выдал. Если девушки тут же пытаются выпутаться из захвата: это своеобразный инстинкт; то мужчины и юноши попросту набирают побольше врагов вокруг себя, чтобы разом их всех скосить.       - Ух ты! - у мальчишки заблестели глаза.       Где-то на краю деревни он инстинктивно почувствовал его, мужчину, от которо исходила странная аура. Это чакуру бывший герой Дайëджи Нинкай Тайсэн не мог не запомнить - это Йондаймэ кадзекагэ-сама.       - Хочешь, покажу? - Ящамару немного развернулся на пятках.       На крыше последовало движение: кто-то следил со стороны. И, если бы это были АНБУ, то Удзумаки смог бы сбежать, не опасаясь ни за свою жизнь, ни за чью либо. Но оттуда не было чакуры, лишь слабые проблески знакомой детской энергии, словно маленький ребёнок пытается получить контроль над своим кейракукей. Это и пугало - ведь чакура была ему незнакома, как и всё новые и новые источники.       - Что-то случилось? - юноша заинтересованно осмотрел своего неожиданного спутника.       - Нет-нет, извините, просто голова болит - мне железякой как дали, до сих пор звенит, ттебайо. Я бы им задал жару, а они сбежали, придурки. - Удзумаки сжал кулак - он чувствовал приближение большого количества чакуры - они все шли к нему.       Дрожь в коленах усилилась, словно он вышел на открытое поле ночью. По спине сползла неприятная капля, заставив рубашку прилипнуть к солёной дорожке. Нервы были готовы сдать, нажать заднюю и навсегда спрятаться где-то в далёком уголку его сознания.       - Тогда тебе стоит отправиться домой, я тебя провожу. - он настаивал на этом и даже не стыдился в открытую говорить перед полицией.       - Нет-нет, не стоит, я вот собирался к другу зайти - он ногу подвернул и дома валяется. - но это была откровенная ложь.       - Будь осторожен, с такой травмой, как у тебя, малыш, опасно одному гулять. - мужчина снова улыбнулся и уже сам вырвался из захвата.       Удзумаки быстро развернулся, чтобы более не встречаться взглядом с этим фанатиком, который с улыбкой на устах разрушил детство его друга.       - Извини, - рядом снова появился Ящамару, всё ещё улыбаясь. - я тебя провожу.       Мальчишка кивнул, изо всех сил ускоряя шаг, стараясь не начать бежать - ему не терпелось встретиться со старым другом, который теперь уже совсем не старый.       Блондин вошёл в ещё оживлённый квартал клана Утиха, его не раз проводили взглядом, но, к удивлению, никто не подходил и не налегал на железо. Всё было мирно и спокойно, будто здесь никто не знал о наступающей катастрофе. Это даже немного укололо по сердцу сироты - он не знал своих родителей, лишь раз встретился с ними, вернее сказать, с их остатками чакуры, и от этого хотелось плакать.       Ноги сами привели его к дому друга - здесь он ни разу не был, хотя успел побыть в домах всех своих друзей, только особняк Саскэ оставался для него неприступным храмом. Слабо постучав, он приоткрыл дверь - помниться там была прихожая.       - Извините! - Удзумаки-хокагэ-сама ступил внутрь.       Из-за угла появился Итати - старший брат его друга, и тут же с нескрываемым любопытством осмотрел вошедших.       - Какими судьбами? - только и проронил он, бросив короткий оценивающий взгляд на Ящамару, а затем практически вплотную приблизился к мальчишке. - Вы к Саскэ?       Сказать, что Удзумаки-блоднин был ошеломлëн - ничего не сказать, его глаза чуть на лоб не полезли, когда молодой Итати с лёгкостью распознал в стоящем сзади синоби, и даже придумал, вернее сказать, додумал байку о том, что они вроде бы как друзья.       - Да, к Саскэ, - усатый кагэ тут же небрежно стянул с себя сандалии, откинув их к углу, обнял Утиха-старшего.       Сам Итати только немногр прищурил глаза, но даже не шелохнулся, всё ещё оценивая гостей.       - Вы же не знакомы! - вдруг вспохватился Наруто, отпрянув от объятий. - Это... - он запнулся, указывая пальцем на песочную голову позади себя, - Я... я забыл...       У обоих старших чуть глаза на лоб не полезли.       - Ящамару, очень приятно... - опекун Гаары-сан протянул руку.       - Итати. - Утиха-одзи-сан ответил на рукопожатие с лёгкой улыбкой.       - А я - Наруто, чтоб вы знали. - он широко улыбнулся, упирая руки в бока.       И снова они были удивлены - знают ведь имена.       - Ну так что, Итати-нии-сан, можно к Саскэ? - носитель титула Нанадаймэ-хокагэ-сама повис на логте Итати.       - Конечно, только смотри не заблудись, Наруто-тян. - парень улыбнулся с ноткой ехидства.       - Не заблужусь, нии-сан. - и Наруто поспешил убежать, даже не попрощавшись со своим новым случайным знакомым.       Таким образом, Утиха-доно стал спасательным кругом для утопающего в своих нервах Удзумаки-сама.