Ради мира

— 6 — Возможно, бродить вдвоем с тегином по Чанъаню было не самым разумным решением. Особенно после того, как он взял меня за руку и переплел наши пальцы, взглядом останавливая не успевшие прозвучать возражения. Его хватка казалась несильной, но, стоило мне потянуть руку к себе, его пальцы моментально сжались сильнее, не оставляя сомнений, что отпускать он не намерен. Помешкав мгновение, я сдалась и просто пошла назад, возвращаясь из переулка на оживленную улицу. Без вопросов тегин поравнялся со мной и пошел рядом. Воспоминания о встречах с Ачжунем полгода назад играли со мной странную шутку. Умом я уже тогда понимала, что он вел какую-то свою игру, и его дружелюбие вполне могло быть не совсем искренним, служащим его собственным скрытым целям. Тем не менее, я подсознательно доверяла почти незнакомому человеку, который несколько раз спасал меня от беспредельного отчаяния просто тем, что оказывался рядом в самый тяжелый момент, не говоря о том, что дважды спас мне жизнь и ничего не потребовал взамен, что было особенно ценно, если он знал, кто я на самом деле. Теперь, когда мне стала известна его настоящая личность, следовало бы быть особенно осторожной, подвергать сомнению каждое слово тегина и подозревать недоброе за каждым действием. Всякий раз, исподтишка взглядывая на молча идущего рядом тегина, я видела, что несмотря на внешне расслабленный вид, он обыскивал цепким настороженным взглядом улицу и спешащих по ней людей, словно в любой момент ожидал нападения. Было бы легко представить, что за его выходом в город прячется что-то, что может подвергнуть Тан опасности. Но я почему-то вместо этого испытывала стойкое ощущение, что все будет хорошо. Холодная маска тегина дала трещину, позволив увидеть, что за ней скрывается все тот же мужчина, что защищал меня в Ючжоу. И, хотя кое-какие сомнения у меня все же оставались, да и ответы на некоторые вопросы ждали ответа, я сочла возможным ненадолго отложить их, не желая слишком быстро нарушать мирную прогулку и не ожидая ничего плохого. — Что ты хочешь знать, Чангэ? — задержавшись возле прилавка с глиняной посудой, хозяин которого куда-то отошел, спросил тегин, будто прочитав мои мысли. Я посмотрела на него. Его взгляд ненадолго остановился на моей закушенной губе, — неосознанное действие, совершаемое в глубокой задумчивости, — потом поднялся выше и встретился с моим. — А? — вырвалось у меня от растерянности. Неужели я что-то произнесла вслух, не заметив? Тегин повел головой, очерчивая окружающее нас пространство. — Не думаю, что дело в том, что тебе в самом деле захотелось показать мне Чанъань. У тебя в глазах сотни вопросов. Спрашивай. Я отвечу, если смогу. Он застал меня врасплох и потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать великодушие его предложения. Тегин добровольно шел мне навстречу, хотя, конечно, это могло означать и то, что он надеется на ответную откровенность. — Уверен? Ладно… Когда ты догадался, кто я такая? — задала я самый волнующий меня вопрос. Тегин хмыкнул, должно быть, не впечатленный выбором темы, но, верный обещанию, ответил: — Я еще при первой встрече, когда ты стражников разгоняла, подумал, что ты похожа на девушку, а во время игры в цуцзюй окончательно в этом убедился. Девушка из Восточного Дворца, перед которой дрожат стражники, которой сходит с рук покушение на Ли Шимина и удается побег из-под стражи, должна быть принцессой. Потом в Ючжоу я услышал, как Ван Цзюнько называл тебя принцессой Юннин, и видел печать наследного принца у твоего юного приятеля. Я удивилась: — Ты знал про печать? Но… разве Ван Цзюнько не обещал передать ее Ашилэ? Ты мог забрать ее у Адо… Тегин помрачнел и тяжело вздохнул. — Да, мог. А еще я мог бы разоблачить тебя и отправить в Главный Шатер… Чангэ. Мне бы не хотелось, чтобы ты считала меня таким человеком. Война есть война, но люди должны оставаться людьми. Я не желаю зла людям Тан. И не хочу гробить Соколиное войско в кровавой и бессмысленной войне. Не ведая того, этими своими словами он ответил на десяток моих вопросов. Почти убежденная и немного успокоенная, я решилась спросить: — Что ты на самом деле делал сегодня в Чанъане, можешь сказать мне? — Сведения, — подумав, коротко ответил он. Настала моя очередь задуматься. — Разве это не означает, что Ашилэ продолжают искать повод для развязывания войны? Ведь по сути, хан Яньли нарушил прежнее мирное соглашение, захватив Шочжоу и Цзинъян, и дойдя до реки Вэй. Можно ли быть уверенным, что и нынешний договор не ждет подобная участь? Я знала, что этот вопрос вызывал у дяди и его советников особую тревогу. Яньли был известен своим вольным обращением с договорами и обещаниями. Если соглядатаям Ашилэ удастся получить и передать хану доказательства главной сегодняшней слабости Тан, он вполне мог возобновить военные действия даже после того, как наш с тегином брак будет заключен. Тегин смотрел на меня с непонятным выражением и будто пытался что-то для себя решить. Потом молча потянул меня за собой дальше вниз по улице. Я уже успела пожалеть, что озвучила то, чему лучше бы оставаться невысказанным, прежде чем он сдержанно ответил: — Сам по себе сбор информации еще не означает стремления к войне. Тан ведь точно так же засылает в степь своих лазутчиков, чтобы знать, что там происходит, и принять защитные меры в случае угрозы. Я уверен, что отец удержится от опрометчивых решений, если наш брак будет действительным. А ты, — уверена ли ты, что твой приемный отец не откажется от соблюдения договора после того, как восстановит численность войск Тан и заключит военные союзы на западе и в пустыне? У меня мгновенно пересохло в горле. Он все знал. Тогда, скоро это станет известно хану? Тегин искоса взглянул на мое наверняка растерянное лицо и отвел взгляд, продолжая размеренно шагать вперед. Движение помогло мне постепенно успокоиться и собраться с мыслями. — Дядя всю жизнь провел, защищая Тан от нападений извне, — убежденно сказала я, — он не водил войска в завоевательские походы. Я верю, что для него нет ничего важнее благополучия Тан… Но если договор будет разорван, войска Тан будут сражаться до последнего человека! — Я на твоей стороне, Чангэ, — спокойно произнес тегин. — Не надо бояться. — А кто говорит о страхе?!.. — огрызнулась я. — Кстати, Сун, — до меня вдруг дошли его предыдущие слова, — что значит «если наш брак будет действительным»? Каким он еще может быть? — Я не собирался действительно связывать свою жизнь с танской принцессой, — с легкой насмешкой, как мне показалось, над самим собой, ответил он. — Думал, будет достаточно поставить ей рядом шатер, дать женщин в услужение, и пусть делает, что хочет… Мне в голову пришла почему-то не очень приятная мысль. — У тебя уже есть возлюбленная? Или ты предпочитаешь рабынь-наложниц? — спросила я наигранно беспечно, с замиранием сердца ожидая ответа. — А если так, что ты скажешь? — спросил он с серьезным видом, но его выдал дрогнувший уголок губ, — тегин просто забавлялся. — Ммм, делать что хочу, конечно, довольно привлекательно, — как бы задумчиво протянула я, принимая игру. — Но нам, знаешь ли, нужно мир сохранять, а делить своего мужчину я ни с кем не собираюсь… Тегин раскатисто засмеялся и притянул меня к себе. — Чангэ, ты такая… На самом деле, мой шатер пуст, — наклонившись к моему лицу, доверительно произнес он. — Женщины меня никогда особо не интересовали. До тех пор, пока не встретил тебя, принцесса. Тебя я буду рад ввести в свой шатер. — Эй, а как же отдельный шатер, и «делай, что хочешь»? — развеселилась я, не пытаясь отстраниться и не обращая внимания на проходящих мимо людей, косящихся на двух обнимающихся посреди улицы парней. — Тегин Сун, где твое милосердие? Неужели позволишь мне зачахнуть в твоем шатре? — Будет тебе все, что захочешь, — пообещал тегин, легко проводя кончиками пальцев по моей щеке. — Чангэ, ты станешь моей? Я почувствовала, как зачастило сердце, а щеки опалило жаром смущения. Именно в этот момент я впервые по-настоящему осознала, что стоит за словами «выйти замуж». Стало очень неловко и захотелось спрятаться от всего мира. Позволив себе слабость, я на мгновение прижалась лбом к груди тегина. Его сердце тоже билось быстро, и каким-то образом это помогло мне успокоиться. — Прежде чем я отвечу тебе, ты должен встретиться кое с кем очень важным для меня, — приняв решение, сказала я, глядя ему в глаза. — Готов ли тегин сделать это? Он серьезно кивнул: — Да.