Let me consider you an Angel

Он приехал этой ночью. Он не мог не приехать. Это слишком важно. Алекс узнал у врачей насчёт состояния блондинки. Ему нужны были подробности, как можно больше. Но объяснить всё это было трудно даже докторам. Не иначе как чудо. Но никто и не догадывался, что происходило с самой девушкой в коме. Впрочем, она и сама то уже смутно помнит все эти действия. Смутно помнит то, что происходило с ней там, в каком-то ином мире, будто зазеркалье. Да, зазеркалье, это оно и есть. В ту ночь он просидел у её кровати, наблюдал за Ангелом, ему так хотелось застать её пробуждение. Она ведь должна проснуться, так сказали врачи. Эти его уставшие и покрасневшие глаза и щетина, что успела появиться за этот тяжёлый промежуток жизни, который каждый день убивал его всё больше и больше. В планах Тёрнера было не спать, но, видимо, у организма были свои планы и под самое утро, сон победил. Он заснул, приложив голову поближе к её руке. На фоне последних недель, когда организм был морально и физически истощён, отдых нужен был ему, как никогда раньше. Алекс просто отдохнёт пару часиков, но обязательно проснётся до её пробуждения. Он предчувствовал, что блондинка очнётся именно сегодня. Он это знал. Так много времени прошло. А сидя дома, в темноте, с бутылкой крепкого алкоголя в руках, вот тогда-то минуты казались часами, время замедлялось. Целая вечность прошла. Этот момент. Всё как тогда. Как в коме, да нет же! Всё как тогда, год назад! Как 12 августа, через день после этой псевдогибели блондинки, что ранее была предсказана зеленоглазой пожилой женщиной. Сабрина приоткрыла глаза. И вот, она видит перед собой Алекса. Он кемарит. Устал, изнеможён, убит. Дай же полюбоваться тобой подольше, так давно я тебя не видела. Так скучала, - чуть ли не плача, думала девушка. И стало так спокойно на душе. Он здесь, он рядом. Это уже не тот противный сон, когда фронтмен её не узнавал, и сейчас она это понимает. У неё получилось. Она действительно здесь и это реальность. Победа над волком вернула ей жизнь. И теперь можно не бояться, ведь это не проклятый сон. Свет. Так мешает сейчас. Белое просторное помещение. Всё так ослепляет, нужно привыкнуть к этой обстановке. Это её личная палата, всё предусмотрел Алекс, как и год назад. На часах 6:14. Раннее утро. Девушка нежно коснулась руки Тёрнера, аккуратно, кончиком пальца, но этого хватило, чтоб он моментально открыл глаза и, приподнявшись так резко, живо, посмотрел на возлюбленную. Всё произошло так быстро. - Сабрина, - посмотрел прямо блондинке в морские глаза. Ах, как же изменились его карие, тёмные, за это время ставшие пустыми как пропасть, но сейчас приобретшие бывалый блеск. Сколько эмоций сейчас в них преобладает. И сколько всего Алексу пришлось пережить за это время. А кстати, сколько она спала? Савина прижала свою ладонь к его руке, только прижала, ведь на тыльной стороне находился катетер, трубка от которого вела к капельнице, этот прибор так мешал сжать ладонь в кулак или хотя бы банально сжать руку Алекса, давая ему всё больше осознания реальности. Она тут, всё прошедшее это простой кошмар. Хотелось действительно в это верить. А он приблизился, навис над девушкой и стал сминать такие нежные желанные губы в чувственном поцелуе. Как давно он не целовал её. А когда отстранился, Сабрина вдруг спросила, - Сколько я была в коме? - 18 дней, - сказал он с явной грустью в голосе. Сколько?! 18 дней?! Так много?! Это же половина месяца. Половину чёртова месяца она проспала. Видела ведь всего 3 сна, таких нереальных, в зазеркалье, а может... Может на самом деле их было гораздо больше и мозг просто стёр воспоминания об этом непростом времени? Хотя сейчас это и неважно. Теперь ведь всё хорошо. Остальное уже неважно. В тот день Сабрина позвонила Ксюше. Ох, как же рада была Вишнёвская вновь услышать голос подруги, такой родной, близкой по душе, такой давней. Они болтали, как и прежде. Блондинка узнала много всего нового, узнала как обстоит жизнь в Петербурге. Она пробовала даже дозвониться до родителей, но всё безуспешно. Те, как всегда, заняты и построить с ними хоть какой-либо малый контакт стало совсем безуспешно. Они просто отдалились на совсем, будто их никогда и не было рядом. Ещё через неделю Савину выписали. Она ещё долгое время принимала кучу разных лекарств и таблеток. Рана от ножа затянулась. Тем не менее на всю жизнь останется напоминание об этом дне — 11 августа. Напоминанием является шрам, полученной от "волка" Грейс. Наверняка эта сумасшедшая отбывает сейчас наказание за содеянное. А может она и мертва, ведь Сабрина одержала верх над брюнеткой. - Алекс, а где сейчас та девушка...? Что с ней? - спрашивала блондинка. - Она там, где ей и место, заживо гниёт в тюрьме. Я позаботился об этом, она там надолго застряла, - ответил фронтмен, глаза его словно стали ещё ярче от одного только упоминания об этой убийце, которой сейчас приходится совсем не сладко. 11 августа. Она снова выжила. Прошёл ровно год с той ночи, когда Алекс сбил её на своей машине, девушка тогда направлялась в аптеку за лекарствами для Вишнёвской. И снова ей повезло, правда, повезло по-своему. Досталось конечно ей не хило. Но она сейчас здесь и снова видит этот прекрасный мир. 11 августа. Они с Алексом спустя целый год после их знакомства пошли в ресторан. Её должен был ожидать там сюрприз, который по итогу не удался. А кстати, что за сюрприз? *Прошло 2 недели* Ты готова? - спросил Алекс, войдя в спальню. Он снова выглядит, как и прежде, молодо, живо, ухожено, словно того кошмара не было. Сабрина рада, что смогла его оживить, а именно она и является его лекарством, она способна исцелять. Она — эликсир жизни. - Да, готова, - сказала блондинка, одетая в прекрасное вечернее платье. Она разглядывала свою фотографию, ту, что они с Алексом забрали из дома в Санкт-Петербурге. Сам фронтмен был одет в чёрный смокинг с галстуком. - Я думаю мы можем ехать, - произнёс мужчина. Блондинка кивнула, и они направились к машине. Всю дорогу Сабрина мучила его вопросами: "Куда же мы направляемся?" и "Что же это за сюрприз?". Но брюнет не раскрывал всей правды. Сюрприз же на то и сюрприз. Он должен быть неожиданным и приятным. Должен быть раскрыт в самом конце. В поведении Тёрнера читалось небольшое волнение. Он слегка нервничал, это девушка заметила ещё на выходе из дома. Ехали они порядка получаса и оказались в каком-то парке. Где-то там, вдалеке виднелось озеро, но идти им в противоположную от него сторону, куда-то по небольшой дорожке. Вокруг куча деревьев, но вдали что-то светится, сверкает. Пройдя ещё чуть дальше и выйдя из леса, она ступила на вымощенную плиткой дорожку, которая вела куда-то. Вокруг много растений и кустарников, сама дорога изогнутая, контур её покрыт свечами по обеим сторонам. Всё так красиво горит, светится. В какой-то момент, контур тропы стал покрываться ещё и алыми лепестками роз. Этот цвет напомнил ей о временном знаке, оставленном помадой такого же оттенка на зеркале в самолёте, когда они с Ксюшей впервые полетели в Лондон. Ах, воспоминания. Заметив лепестки, Сабрина вдруг приостановилась, обернулась и посмотрела на Алекса, задавая ему немой вопрос. - Иди вперёд, - ответил он ей, и блондинка продолжила движение. Но вскоре она снова остановилась, теперь уже застыла в удивлении от увиденного. Дорога закончилась, а в самом конце её находилось сердце, выложенное теми же лепестками роз, чуть поодаль от него красовалась светящаяся надпись: "MARRY ME", что можно было перевести как: "Выходи за меня". Сердце пропустило пару ударов, дыхание сбилось, она просто стояла, приоткрыв рот. Это что, тоже очередной сон? Ну уж нет, может Савина и наивная, но теперь точно может отличить реальность от зазеркалья, действительность от сна. Девушка обернулась, а сзади всё также стоял Алекс и улыбался. - Идём, в самое сердце, - произнёс тот. Сабрина повиновалась, молча пошла к сердцу из лепестков, улыбалась. Встав в указанное место, Тёрнер взял её ладони в свои. Улыбался, немного задумался, посмотрел на надпись, затем вернул свой взгляд к блондинке и начал: - Мой светлый Ангел обними, Мой мир своим большим крылом, Не дай задуть огонь любви, В котором плещется страсть с любовью в сердце моём, Развей сомнения мои, И принеси в моё сердце любовь и покой. Будь моей до самого конца. А потом он вдруг замолк, пошарил рукой в кармане брюк, опустился на одно колено, прямо перед девушкой. По её щекам побежали слёзы. Это слёзы радости. Брюнет достал из кармана красную коробочку, под цвет лепестков и открыл её. Внутри лежало кольцо. Сверкает, как звёздочка упавшая с неба. Оно такое красивое, просто невероятное. - Ты готова быть моей до самого конца? - спросил мужчина. Не прошло и минуты, ответ последовал. - Да, - сказала блондинка, не прекращая улыбаться. Тёрнер поднялся, тут же прильнул своими губами к её. Он слегка нависал над ней, обхватывал руками, в одной из которых всё ещё находилась алого цвета коробочка с кольцом. Обоих захватывала буря эмоций. Оба улыбаются. И наконец, оба безмерно счастливы. Когда они отстранились, Сабрина чуть выставила руку вперёд. Алекс достал из коробочки кольцо и надел его на безымянный пальчик девушки. Ночное небо усыпанное звёздами. Одна из таких звёзд теперь на её безымянном пальчике. Небольшой ветерок, приятно обдающий прохладой последних летних дней. Луна светит высоко в небе. Где-то там, наверное, сейчас лежит серый кот с янтарными глазами, отдыхает под деревом в саду. Где-то там сейчас Серафима Алексеевна заканчивает с приготовлением пирога, который она рассчитывает разделить на всех соседей. Где-то там Ксюша Вишнёвская сидит в компании Серёжи, и рассказывает ему что-то очень забавное и тогда оба начинают хохотать. Где-то там сейчас родители Сабрины всё ещё работают, не замечая часов, в прочем, жизнь разлучила их с дочерью, они никогда не увидятся, никогда больше не созвонятся. И где-то там, очень далеко, по разным местам ходит, бродит старушка, рассказывает людям об их будущем и лишний раз предупреждает их об опасности. Каждому своё. У каждого своя судьба. Пускай принятие решений вещь трудная, но всему рано или поздно придёт своё время. И самое главное, что предостерегая об опасности, бабушка уводит беду подальше, пусть и запугивает простых людей, что до этого жили спокойно. Сабрина являлась одной из таких людей, старушка просто поменяла ход событий, изменила судьбу. За Сабриной не ходит смерть по пятам, её ожидает долгая и счастливая жизнь в компании любимого человека, Алекса Тёрнера. Девушка вскоре устроится на престижную работу, прямо как заверял Алексей Ильич. Она журналистка — это её призвание, своей работой она полностью довольна. Ранее, шумный брюнет, как тогда назвала его старушка, теперь спокоен за своего Ангела, ведь ей ничего не угрожает, они вместе, и он оберегает её, поддерживает во всех начинаниях и делах. Чтобы не произошло он будет с ней рядом, как и заверил тогда. *** Пройдёт 8 месяцев. Таких бурных и плодотворных месяцев. Всё это время будет проходить подготовка к их с Алексом свадьбе. Сабрина, наконец, встретится лицом к лицу с родителями фронтмена. *** - Я волнуюсь, вдруг я им не понравлюсь? - обернулась на брюнета Савина. - Как ты можешь кому-то не понравиться? Давай, стучись, - сказал Тёрнер, улыбнувшись. Последовало 2 стука в дверь. - Секундочку! - сказал женский голос, а потом последовали шаги, приближающиеся к двери. Дверь открылась. На пороге стояла небольшого роста женщина с седыми волосами. Она посмотрела добрыми глазами сначала на Алекса, а потом перевела свой взгляд на блондинку. - Как же я рада наконец увидеть тебя в живую! - проговорила мама Алекса, заключая девушку в крепкие объятия. - И я очень рада, Миссис Пенни! - произнесла, улыбаясь, Сабрина, угодившая в объятия женщины, и обнявшая ту в ответ. - Вы проходите в дом, - пригласила Пенни. - Дэвид! У нас гости! Ты погляди кто пришёл! - позвала мужа Миссис Пенни. Пара прошла внутрь дома, а после, женщина закрыла дверь. *** Церемония пройдёт над водной гладью, такой притягательной и таинственной. Гостей будет не много, только самые важные и близкие обоим люди: родители Алекса, заменившие девушке родных, музыкальная группа, Майлз Кейн, и даже Ксения Вишнёвская там побывает, причём не одна, а со своим Серёжей. У Ксюши выступают из глаз слёзы радости, то и дело стекающие по щекам, но она упорно вытирает их платком. А потом все неожиданно замолкают. Светловолосая девушка ступает не спеша, на ней прекрасное белое платье, фата. Все смотрят на неё. Такая чарующая. - Ангел, - произнёс Алекс в изумлении. Самый лучший день в его жизни, тогда она сказала такое простое, но верное: "Да". *** Это был тёплый и солнечный май, самый его конец. Тот день запомнился на всю жизнь, отпечатался в памяти, как самый счастливый для них обоих. Они каждый раз будут вспоминать о дне их свадьбы и о всех других днях, проведённых вместе. Их ничто не разлучит. Они неделимы. Они — это то, что у них есть. The End...