Часть 24
4 апреля 2023 г., 18:00
Перелетев через ограду, полетела, ошарашенная подобной неожиданностью, вниз. Спустя миг чьи-то сильные руки поймали меня и прижали к груди. Мой вчерашний партнёр по танцу, придворный маг с грустными глазами, воспарил со мной на руках обратно в окно и поставил меня на пол перед девицей, которую я меньше всего хотела видеть в это прекрасное утро. Майра, или как её там звали, раскрывала рот, словно рыба, и изумлённо таращилась на меня.
Серьёзно? Я не думаю, что разбилась бы насмерть, упав со второго этажа, но было бы не очень приятно.
— И как это понимать, принцесса?
Холодный тон придворного мага заставил даже меня, стоящую рядом, выпрямиться и застыть, приходя в себя. Настолько его голос был строг и преисполнен осуждения. Слёзы вмиг наполнили её глаза и, глупо захлопав ресницами, она сделала испуганный вид и затараторила:
— Я… Я… Хотела её обнять, но она упала. Я так испугалась! Хорошо, что вы были рядом, я бы не простила себя, случись с ней что-то.
Теперь уже я в изумлении приоткрыла рот. А она, похоже, знает, что делает, неплохо сориентировалась в ситуации. Принцесса сделала шаг ко мне с трясущимися руками, чтобы обнять, но я отшатнулась и врезалась в мага за спиной. Он придержал меня за плечи, а она ощутимо напряглась, увидев мою реакцию.
— Я думал, обнимают вот так…
Наклонившись, он обхватил меня руками и, бережно прижимая меня к себе, вдохнул запах волос. Мои глаза округлились, как и у Майры, а мужчина спокойным тоном продолжил:
— А не толчком обеих рук в спину…
Она опешила и начала путаться, сбивчиво подбирая слова, но, похоже, ничего толкового не придумала:
— Что вы! Вам показалось, господин, не говорите, пожалуйста, принцу, это недоразумение…
Его просторная мантия почти полностью поглотила меня, а он повернулся к моему лицу и шёпотом спросил:
— А вы как считаете? Мне показалось? Вас хотели просто обнять?
Я тоже повернула голову к нему, и расстояние между нами стало совсем близким. Ощущая, как моё лицо загорелось, я сглотнула ком в горле и, стараясь не отводить взгляд, ответила:
— Нет, вам не…
Меня прервал громкий возмущенный крик рядом:
— Отец, что ты себе позволяешь?!
Придворный маг чуть закатил глаза и со вздохом выровнялся:
— Майра, иди прочь. Я ещё подумаю, как с тобой поступить, так что без глупостей, а ты…
Маг перевел взгляд влево, где стоял Альфред…
— Я же говорил тебе называть или по имени, или как все — «придворный маг». Что за нежности на людях?
Так, стоп, что?! Я продолжала таращиться на мужчину, пока он перебрасывался репликами с Альфредом. Значит, этот красивый мужчина, возможно, мой родной отец? Хотя он больше походил на старшего брата Альфреда, но они же эльфы, я по привычке пытаюсь подходить к ним с человеческими мерками. Для них что пятьдесят, что двести лет — это ничто. Тем более, что чем сильнее маг, тем дольше сохраняется его юность.
От одного осознания, что всё это может быть правдой, глаза стали влажными. Это… мой родной отец? У меня наконец-то появится настоящая семья? Мне очень хотелось, чтобы это было так.
Всхлипнув, я резко развернулась и крепко обхватила придворного мага за талию, сжимая, что есть сил, а он нежно приобнял меня одной рукой. Ледяной тон испарился, словно его и не было. Куда приятнее было слышать его тёплый и мягкий голос:
— Вот это приятная неожиданность. Право, я даже немного растерян.
Альфреду это явно не понравилось. Он надвинулся на нас, словно грозовая туча, окружённый магическими искрами и готовый вот-вот взорваться. В руке появился ледяной хлыст, который я у него ранее не видела. Но его отец спокойно щёлкнул пальцами свободной руки, и мы втроём очутились в каком-то другом помещении. Я даже моргнуть не успела. Судя по всему, это были личные покои придворного мага.
— Ты на кого магию поднял? Забыл, кто перед тобой?
Тон сменился вновь, а мощные потоки магии заполнили комнату. Их было видно даже обычным зрением, они постоянно перетекали друг в друга, при этом словно изгибая само пространство в непонятные, но явно опасные вихри. Его давящая аура вызвала страх в моём сердце, пригвоздив его к пяткам. Магия была такой сильной и пугающей что, мне казалось, если я неосторожно шевельнусь, меня тут же разрежет ею на маленькие кусочки, и я даже не успею этого осознать.
Но всё произошло из-за меня, моей неосторожности, Альфред ведь просто приревновал. Не хочу, чтобы из-за меня кто-то пострадал. Вцепившись в мага как можно крепче, я закричала:
— Это я виновата! Если хотите наказать, то накажите меня. Альфред просто волновался обо мне, он бы никогда не сделал ничего плохого. Простите его.
Его тело в моих руках начало содрогаться от смеха. Ощутив, что зловещая магия растворяется, я отстранилась, делая шаг назад. Маг не сдержался и засмеялся во весь голос, рассеяв свою убийственную ауру.
— Никогда не сделал плохого? Ты, похоже, очень плохо знаешь Альфреда, голуба. Пусть он и намного добрее своей сестры, это правда, но подобные ссоры у нас частое дело. Просто дети думают, что они выросли, и иногда возникает необходимость показывать им их место.
Тем временем Альфред схватил меня за руку и потянул к себе:
— Фелис — моя, Элронт. Не прикасайся к ней больше.
Вот и познакомились. Элронт перехватил мою вторую руку, останавливая движение моего тела.
— А ты у неё спрашивал? Или, как обычно, тебя это не интересует?
Растянутая меж двух огней, я решила прекратить их разборки:
— Перестаньте, мы же семья! Вы, Элронт — мой отец, а ты, Альфред — брат! И я говорила тебе это уже много раз!
Элронт начал высматривать что-то на потолке, задумчиво протянув:
— Когда это я успел?..
Я расстроенно перевела на него взгляд:
— Вы знали Мэриэль Эйтэль?
Он отпустил мою руку. Судя по остановившемуся взгляду — знал.
— Да, звёздочку я знал.
Отвернувшись, маг подошёл к окну и принялся всматриваться куда-то вдаль, не оборачиваясь на нас с Альфредом. Я напряглась всем телом, ощущая, как вторая кисть тоже освободилась от хватки, и стараясь обуздать бурю эмоций внутри. Слёзы получилось сдержать, а вот голос вырвался слишком громким:
— Расскажите, пожалуйста, всё, что знаете! Это очень важно для меня, я ведь толком ничего не знаю о своём прошлом!
Маг всё так же стоял, смотря вдаль:
— Мэриэль… Раньше я был придворным магом Нобелуса, главой небольшого клана эльфов. Нас было немного, но все королевства имели магов при дворе, это стало нормой даже для Нобелуса, где большинство жителей — люди, настороженно относящиеся к магии, — тяжело вздохнув, он на мгновенье затих.
Но сразу же продолжил, опережая мои вопросы, так и норовившие вырваться наружу:
— Тогда Мэри, сбежав от семейной рутины и грусти, вступила к нам в клан, хотя и не была эльфом крови. Но ей просто хотелось быть среди сородичей, с существами, похожими на неё, у которых и мысли не будет осудить её за уши и магию… Мы очень сдружились. Она была чрезвычайно добра и всегда всем помогала, старалась быть полезной, но король Брентор, мягко говоря, не разделял её побуждений. Это его раздражало, если не сказать хуже. Хоть их брак и был изначально по договоренности, но перед её красотой и жизнерадостностью сложно было устоять даже такому холодному и скупому на чувства человеку. Но, — спокойный до этого момента голос мужчины, стал отрывистым и холодным, — вместо того, чтобы тратить драгоценное время своей человеческой жизни вместе с ней на развитие этого чувства, он зарывал её ссорами и упрёками, даже бил… Как-то я принёс ей свитки и застал её за лечением себя. Она была вся в побоях! Я был так зол, что готов был убить короля, но она умоляла меня, чтобы я не рушил их хрупкую связь. Чувство долга перед королевством у неё было сумасшедшее, но нас, её друзей, вторую семью, это беспокоило. Она имела магию, но не пользовалась ею для защиты, ведь Брентор, как она говорила, «просто человек, как я могу ущемлять его ещё и этим?» — эльф драматично развёл руки в стороны, цитируя ненавистную фразу моей матери.
После чего его кулаки сжались, а тело напряглось и ссутулилось. Ладони шумно ударили по подоконнику, вынуждая меня вздрогнуть и прийти в себя после услышанного. Альфред молча сидел на стуле, а я подошла и аккуратно положила ладонь на спину Элронту, медленно поглаживая.
— Если вам тяжело, можете рассказать в другой раз.
Всё так же смотря прямо, он улыбнулся уголками рта:
— Это тебе, наверное, тяжело. Столько лет жить, не понимая, что вообще происходит, и кто ты на самом деле. Так что ты, я думаю, достойна знать правду, какая бы она неприятная ни была.
Его голова наконец-то повернулась в мою сторону, и я вновь поймала этот взгляд, как тогда на балу, в конце нашего танца. Взгляд, полный боли и вины, которая до сих пор таилась глубоко-глубоко и обжигала его сердце воспоминаниями по сей день, не давая возможности простить самого себя. Прикрыв глаза, он вновь вздохнул и выровнялся. Ко мне протянулась его рука, в которую я с лёгким сердцем вложила свою.
Он не спеша подвёл меня к софе, и мы вместе сели. Альфред недовольно буравил нас взглядом, всё так же сидя на стуле. А маг, бережно удерживая меня за руку, продолжил:
— «Счастливая семейная жизнь» продолжалась несколько лет, и её душа начала вянуть. Она оживала только когда была с нами, но со временем в её лице накопилось столько боли и отрицания. Она хотела творить магию, быть собой, но муж запрещал, и вскоре она перестала даже приходить к нам.
Маг замолк. Посмотрел на сердитое лицо сына.
— Моя жена, мать Альфреда, Фелисиаль тяжело пережила первые роды. У нас с ней уже была дочь — Илларинария, но Фел хотела ещё детей, и мы пошли на риск — провели обряд второй раз, что и погубило её жизнь. Ты ведь знаешь, что эльфам крови очень тяжело завести детей? — он посмотрел в мои шокированные глаза и, понимая, что я вообще не ведаю даже такого, продолжил: — Мы, по сути, бесплодны. Только в определённые дни года можем провести определённый обряд, задействовать всю свою силу и зачать дитя. И вот… Она умерла при родах. Я остался с двумя детьми, клан помогал, но было очень непросто. И тогда после длительного отсутствия вновь появилась твоя мать, Мэриэль. Как оказалось, король просто запер её в собственной комнате. Но узнав о смерти Фел, она не могла не прийти, они очень хорошо дружили все эти года, — маг аккуратно провёл большим пальцем по моим костяшкам. Рассматривая наши руки, он, очевидно, подбирал правильные слова. — Оказалось, что твоя мама много раз была беременна, но беременность постоянно прерывалась из-за нервов и побоев. Она… так прикипела к Альфреду. У меня создалось впечатление, что она считала его своим ребёнком. Сначала я был ей благодарен за помощь, но она была будто одержима младенцем. Но только с ребёнком на руках я видел её прежнюю улыбку, такую чистую, не осквернённую суровыми испытаниями её «королевской» жизни… Поэтому не мог ничего сказать против. Я очень много занимался магией и постоянно телепортировал её из закрытой комнаты к нам в убежище, пока в конце концов не проложил тайные ходы в замке. Твоя мама любила, словно родную, и маленькую сестрёнку Альфреда — Илларинарию. Но именно в нём видела, наверное, всех своих умерших детей. Несбыточное желание счастливого материнства, которое постоянно ускользало из её жизни. Не знаю, за что с ней так поступила судьба. Она ведь была такой хорошей. Светлой, словно луч солнца, — он улыбнулся мне так тепло, а его глаза были полны слёз.
Всё-таки чувства меня не подвели. Такого сильного, уверенного мага, до сих пор глодало прошлое, застывшее в его глотке словами и норовившее вырваться через глаза. Найти освобождение.
Шмыгнув носом, Элронт несколько раз поморгал и посмотрел на светлый потолок, набираясь смелости продолжить:
— Как раз начались проблемы в королевстве, а король даже не посещал свою драгоценную королеву, будто забыл о ней. Но нет худа без добра — мне казалось, со временем она придёт в себя, ведь она становилась всё живее. Лицо покинула вечная печать тревоги, она стала общаться с сородичами. Даже начала творить магию спустя столь долгое время. Это радовало меня. Чувства, которые у меня были к ней, но которых я ранее не мог допустить, потому что у меня была моя дорогая Фел, начали постепенно обретать силу. И мы начали видеть друг в друге больше, чем друзей, семью, поддержку… Я старался отвлечься работой. Мы с соратниками были на пороге великого открытия. Можно сказать, запретного с точки зрения всех законов нашего мира, но тем не менее это был прорыв. Порабощение одного из Духов! На самом деле, хотя бы частицы его силы, но всё же! Идея пришла ко мне во сне, всё было так… — мужчина высвободил руку и замахал ею в воздухе, словно показывая, вспоминая этот великий момент в его жизни. — Так явно, просто и легко. А до этого я был в бесконечном поиске, понимаешь? Я уже отчаялся, что достиг всего, что возможно в магии, и тут этот сон. А с другой стороны Мэри стала больше обращать внимания на меня, подавать мне знаки. И я не выдержал. На радостях нырнул в омут с головой. И в любви, и в исследованиях, — резко рубанув рукой воздух, эльф горько улыбнулся, после чего словно опомнился и, мечтательно тая в своих воспоминаниях, заговорил: — Ты не подумай, всё было обоюдно, я не использовал магию подчинения. Я любил твою мать и ценил. Мы наслаждались друг-другом, позабыв о том, что она не принадлежит ни себе, ни мне. Проблемы в королевстве и опасность войны со временем утихли. Вернулся твой второй отец — Брентор. Это стало концом всего. Радость, что вновь была в глазах его жены благодаря мне и сородичам, вызвала ещё больший его гнев. И…
Голос затих, а он устало потёр лицо руками, стараясь решить, как говорить всё дальше.
— Скажем… я пришёл не вовремя. Был огромный скандал, после которого король изгнал всех эльфов из королевства. Это была неимоверных масштабов резня. Моих сородичей убивали просто на месте, без разговоров. Мэри меня прогнала, испугавшись, что мои дети могут остаться без отца или пострадают сами. Меня с радостью приняли в Авкавероне на службу при королевском дворе, высоко оценив мои способности. После я и вовсе занял пост главного придворного мага. Убедившись, что дети в безопасности, я вернулся за твоей мамой. И оказалось, что она была беременна. Она не могла забеременеть от короля, срок был больше, мы понимали это лучше повитух при дворе без всякой магии. В довершение всего она была беременна близнецами. Ох… Как я просил, чтобы она ушла со мной! Я понимал, что это может стать причиной серьёзных проблем для всех, но я хотел просто её украсть и уехать туда, где никто нас не сможет найти, а потом и своих детей забрать туда же. Но Мэри уже была так запугана, что ничего не соображала и игнорировала все мои уговоры, постоянно твердя, что я нужен Рие и Альфреду. Я боялся, что она потеряет наших детей, она бы этого не вынесла, я прямо ей об этом сказал. И она впала в истерику, хоть и понимала это, но мои слова будто подтвердили всё и стали последней каплей. Я тоже едва не поддался панике, но успокоил её магией подчинения, потому что был напуган её состоянием. И… предложил провести ритуал, чтобы вселить в неё частицу Духа воды, которого мы как раз и исследовали. Мы не видели иных путей, мы знали, что она потеряет близнецов, если ничего не сделать. Дух должен был защищать её, как свой сосуд, когда ей грозила бы опасность. Как это будет работать на самом деле, мы не знали да и не могли знать, ведь о подобном никто даже и помыслить не мог. Но Мэри уже была готова ко всему. Она была решительно настроена родить, стать матерью, чего бы это ни стоило. Даже хотела назвать дочь в честь своей подруги, моей жены, — Фелисиаль. Но, узнав о том, что вынашивает двойню, попросила одну назвать Фелис, а вторую — Сиаль. Я не стал возражать. Думаю, Фел была бы счастлива, узнав о таком.
Маг посмотрел на меня, пытаясь что-то понять в моём выражении лица. Но не думаю, что это было возможно. Все его слова походили на сон. Мираж. Всё такое чужое и непонятное. Просто не укладывалось в голове. Я могла придумать и вообразить себе что угодно, но не такое… Да, король не славился своей добротой, но чтобы так поступать со своей женой, которую к тому же любишь? Почему? Неужели он был так ослеплён своей гордыней?
Я приоткрыла пересохшие губы и тихо спросила:
— И? Ритуал был проведён, точно был…
Маг кивнул, поправляя складки своей мантии:
— Да, голуба. Это было очень тяжело и непросто. Мне пришлось потратить уйму своей крови на начертание магического круга для заклинания такого уровня. Мы так спешили со всем этим, ведь каждая минута могла стать последней для детей. Тогда казалось, что мы сделали всё, что могли. Но Мэриэль была уже на грани, моё присутствие только ухудшало её состояние. С неутихающим беспокойством на сердце я был вынужден вернуться к своим детям в Авкаверон, пообещав твоей маме больше не попадаться на глаза. В конце концов я не выдержал и решил приехать к ней уже спустя полгода. Но никого уже не было. Ни её, ни детей. Всё, что мне удалось узнать, так это то, что роды были тяжёлые, и никого не смогли спасти. И я погрузился с головой в исследования и службу при дворе, пытаясь заглушить боль, понять, что же я сделал тогда не так, почему заклинание печати Духа не сработало. Я ведь… Я ведь сделал всё согласно контракту, — его глаза расширились, в них читалось непонимание и отрицание.
Вытирая слёзы, я не выдержала и обняла его:
— Оно сработало. Дух был запечатан во мне. Или его часть… — я тем временем пыталась переварить услышанное. Похоже, у меня должна была быть сестра, но я никогда не слышала ничего на этот счёт… Наверное, выжила лишь я. Сейчас меня больше беспокоило кое-что другое:
— Но почему я стала эльфом крови? Разве мать была не обыкновенным эльфом? — я отстранилась, видя, что Элронт более-менее взял себя в руки.
— Я рассчитывал, что Дух защитит и спасёт Мэри. Что выживет ещё и она, помимо ребёнка, — пробормотал он так, словно смирился, и вновь посмотрел на меня. — При связи двух эльфов, если один из родителей является эльфом крови, то дети обречены унаследовать его силу. Не бывает эльфов крови наполовину, эта сила вытесняет всё. А ещё это значит, что ты точно моя дочь. Ты только моя и Мэри, — он наклонился и поцеловал меня в висок, крепко сжимая руку.
— Нужно проверить, что творится в тебе сейчас, милая. Не против укуса? — маг улыбнулся, меняясь в лице. Правда, в отличие от его нахального сына, лик Элронта при этом не выражал ни похоти, ни нетерпения.
— Нет, вам — что угодно.
До сего времени сидевший как статуя Альфред резко поднялся и подошёл к нам вплотную, сжимая кулаки до побелевших костяшек:
— Так это что, правда?! Эта глупышка — моя сестра?!
Элронт опустил мою руку и поднялся, нависая над сыном:
— Девять к десяти, что это так и есть. А после того, как я попробую её кровь, добавится недостающая десятая, если тебя это устроит, мой дорогой сын. Так что веди себя подобающе и вежливо с младшей сестрой. Понял меня?
Сорвавшись на крик, Альфред подошёл к двери:
— Нет, не понял! Я не согласен и никогда не приму это!
Дверь громко хлопнула, оставив нас с отцом наедине.
— Прости, дорогая, у меня очень разбалованные дети. Им не хватало строгости в детстве, а сейчас же… такта в поведении. Я надеюсь, ты поладишь и с ним, и со старшей сестрой.
После всего, что я только что узнала, было неловко рассказывать обо мне и Альфреде, но я должна была. Я поднялась и постаралась выразиться вежливо:
— Простите, Элронт, но ваш сын заинтересован во мне в несколько другом смысле, а сестра… Почему-то она настроена ко мне враждебно. Я могу ошибаться, но то, что мне довелось пережить, указывает на это.
Неловко улыбаясь, будто извиняясь за их поведение, маг подошёл ко мне и приобнял одной рукой.
— Ну что ты, милая, они, конечно, со странностями, но не настолько. Ну, может, немножко… Что-то могло случиться из-за недопонимания, но я уверен, они примут тебя! Ты такая хорошенькая, отлично впишешься в нашу семью.
Ну да, белая ворона во всех смыслах. Все сородичи черноволосые, одна я после стычки с волком поседела.
— Скажи «папочка»!
Чего?! Я опешила, застыв на месте и краснея до корней волос. Что за внезапное пробуждение отцовских чувств. Где тот взрослый, серьёзный мужчина с аурой убийцы? Я аж ощущаю, как он так и светится любовью и счастьем.
— Не бойся, я разрешаю называть себя «папочка», когда нет посторонних, а в других случаях лучше зови по имени. Но я скоро введу тебя как официального члена семьи, и сможешь называть меня так при всех. Замечательно, да?
Без лишних слов он начал тискать меня в объятиях, чуть ли не кружа по комнате. Это что, он сейчас так пытается компенсировать упущенное между нами? Или то, что провёл за исследованиями всё время, пропустив, как его дети стремительно выросли? Я ощутила, что смущаюсь. Если так подумать, я ведь всегда хотела такой искренней доброты и благосклонности, такого светлого чувства, настоящего ощущения семьи и любви в ней. Тогда почему бы и нет? Хотя всё произошло так быстро, сказать, что непривычно — ничего не сказать.
— Эл… Папочка, можете пока не спешить. Всё же я здесь по делу и не хочу оплошать. Давайте пока не афишировать наше родство?
Элронт изобразил крайнюю степень огорчения на лице, но отнёсся с пониманием:
— Как скажешь. Но я так рад, что хотя бы ты выжила благодаря контракту! Это чудо! Невероятно!
— Контракту? — переспросила я. Второй раз уже слышу про какой-то контракт. Но ликующий отец не обратил внимания на мой вопрос, продолжая тараторить, поглощённый чувствами.
— …Я сразу почувствовал, что ты не такая… Особенная. Нам нужно почаще видеться, Фелис! Ты, наверное, и магией не очень владеешь? Ох, сколькому я тебя научу. Если в тебе действительно частица Духа, то ты не представляешь, какой у тебя потенциал! Ты даже меня можешь превзойти, понимаешь?! Выйдешь за рамки… Восхитительно!
Он слегка потряс меня за плечи, при этом говоря настолько восторженно, что этот блеск в глазах, интерес к новому начал отражаться и в моих.
— Да, но мне нужно всё обдумать. А потом я возвращаюсь обратно в Ахрию.
— Куда?! — резко остановившись и меняясь в лице, он непонимающе выгнул бровь. — Это не самый лучший выбор, милая. Ничего хорошего там не жди: после переворота королевство стало весьма неспокойным, а последние пару лет все эти происшествия с мутировавшими тварями… Военная мощь, конечно, никуда не делась, но что им в голову взбредёт — неизвестно. Но, — смотря мне в глаза, он продолжил уже тише, ощутимо расстроившись, — я вижу, что ты уже всё для себя решила. Тогда, Фелис, когда ты сделаешь всё, что нужно, ты вернешься к своей новой семье?
Перспективы здесь я видела самые радужные, да и понравилось мне в Авкавероне. Сестра и брат… С ними ещё предстоит разобраться, но отец — сокровище. Один он стоит того, чтобы я вернулась и дала нам всем шанс стать «семьёй».
Кивнув, я одарила его улыбкой и легонько обняла. Он приободрился:
— Хорошо, я буду ждать. Ты же не завтра уезжаешь? У нас есть немного времени? Я хоть чему-то должен тебя научить, чтобы ты наверняка вернулась целой и невредимой к нам. Договорились?
— Да. Только мне уже нужно идти. Не подскажите, где во дворце библиотека? Мне крайне интересно, какие здесь книги, — несмотря на все вопросы, мне было дико не по себе от такого внимания. Хотелось побыть наедине со своими мыслями и постараться уложить это всё в голове.
— Без проблем, я покажу тебе библиотеку и даже дам книгу из своей коллекции, которая будет полезной и интересной. Как дочитаешь — вернёшь, и я дам другую. У меня много редких книг, которые тебе понравятся.
Маг довольно придержал меня за плечо и щёлкнул пальцами. Мы переместились в огромное помещение, залитое мягким светом больших окон. По центру зала расположились столы, по сторонам уходили вверх лестницы. Даже стоя на месте я видела, что и на первом, и на втором этаже книжные шкафы забиты совершенно разными по размеру и переплётам книгам. В углу можно было разглядеть витрины с ворохами старых свитков и каких-то непонятных предметов. Наверху тоже были места, где можно присесть и почитать. Людей здесь было маловато: несколько человек сидели недалеко от входа и всё.
— Ты не расстраивайся. Вижу, что хмурая. Обычно книги берут и читают в комнате или в парке, кому как удобно. Народ у нас любит почитать. Ах, вот кстати и та книга, что упоминал.
Будто из воздуха в руке появилась книга в чёрном кожаном переплёте, на которой была вышита символика эльфов крови, которую мне уже довелось видеть в библиотеке Альфреда. Элронт наклонился к моему уху и прошептал:
— Это первый том об эльфах крови. Всё с самого начала: как создавались, почему и что используем, кому обязаны силой. Я собрал всю информацию, что смог, и выстроил в хронологической последовательности. Книга непростая, поэтому как почитаешь — щёлкни пальцами и скажи в голове «исчезни», и она растворится, потом так же, но «появись», представляя её. Команды отдавать лучше голосом, возможно, позже научишься и без него. А теперь — я вынужден откланяться. Мы обязательно ещё увидимся, будь осторожна, милая.
— Вы тоже, Элронт, берегите себя и спасибо, что поймали меня и рассказали правду.
Улыбнувшись, он щёлкнул пальцами и исчез. Эффектно выглядит, ничего не скажешь. Сразу видно, высшая магия, не то, что у меня. Я сразу пошла наверх и, выбрав самый дальний угол возле окна, села, положив голову на стол.
Как-то много всего сразу… Но на самом деле я даже рада, хоть немного завеса тайны о матери и обо мне начала приоткрываться. Может, я зря беспокоюсь? После разговора с Альфредом в парке у меня появилась нездоровая мысль, что потерянный глаз его сестры и того волка, от которого я отбивалась заледеневшим кинжалом, после чего он разорвал мне лицо — отнюдь не совпадение. Он ещё тогда что-то говорил, да и вёл себя крайне разумно. Но мало ли кто без глаза ещё, да и я ведь до сих пор не знаю, могут ли маги превращаться в животных? Впрочем, выглядела она тогда в башне Альфреда той ещё стервой. Нашего короткого времени знакомства мне хватило, чтобы появилось ощущение, будто в ней не было ни капли слабости. Но вдруг я ошиблась, и она такой была только потому что застала меня со своим братом? Может она просто приревновала, может же быть так? И отправить меня сюда как подарок могла из этих же побуждений…
Такое чувство, что внутри появился тёплый огонёк. Вполне вероятно, что я опять кидаюсь из крайности в крайность, но словно я была одна во тьме, и наконец-то нашлись люди, которые мне хотя бы отчасти родные и которым я важна. Мне хочется вернуться сюда ради них, познать счастье быть частью семьи, настоящей семьи. Если честно, даже не очень хочется уезжать, как-то я растаяла возле отца, ощутила, что могу быть слабой и не бояться. Я, конечно, не знаю, насколько это правда, но он был так эмоционален… не думаю, что это было наигранно. Я люблю и отца на севере, но по-своему. Как-то за шестнадцать лет мы с ним особо и не сблизились как семья. Да и после истории Элронта остается некая обида за мать. А здесь меня хотят принять, не требуя ничего взамен… Я буду дурой, если откажусь от счастья познать настоящее значение семьи.
Но всё же… Нужно быть осторожнее, сейчас на кону очень важное. Непростительно так легко, даже просто в мыслях, отказываться от помощи другим. Кстати, получается, я подставляю отца? Он же придворный маг королевства Авкаверон и, если они не заключат союз с Элатриксом, будут ли они достаточно ослаблены, чтобы на неё покусилась Ахрия? Этот Ланшерр, хоть и не дурак, но кто его знает. Так, Фели, думай!
Я легонько похлопала себя по лицу, отрываясь от стола. Я могла бы попросить отца о помощи, чтобы снять эти ошейники. Но Сара осталась там, за морем. Её нужно сперва привезти сюда, да и вряд ли она захочет остаться здесь. С другой стороны, там она будет в опасности, меня могут шантажировать ею. Да и не знаю, получится ли справиться с этими ошейниками? Если они созданы на магии владельца, то без самого владельца, наверное, никак. Тогда что я могу сделать для этого милого Авкаверона, чтобы уравнять своё «предательство»? Заставить короля Ахрии, Ланшерра, подписать закон о ненападении? Или сделать что-то такое, чтобы им было не до войны? Так-то я хотела разобраться с работорговлей, но не факт, что на тёплое зачищенное местечко не придут новые любители лёгкой наживы, ещё хуже. Нужно посмотреть в корень зла. А этот корень, чувствую, так просто не выдернуть, нужно хорошенько подумать. Так, мне обязательно нужно чему-то полезному научиться, пока я здесь.
