killing enid

      Шум машин, звяканье электронной почты, назойливые звонки и гудки по ту сторону экрана – современные технологии тяготили Аддамс. Наверное, единственными, что уважала Уэнсдей, были модернизированные орудия для убийств, хотя и на тех девушка, время от времени наговаривала, мол, недостаточно интересные, чтобы создавать фурор. Наверное, поэтому наемной убийце до сих пор приходят конверты с будущим делом и информацией о нем, вместо секретных шифров на смартфон. Хотя, если быть честными, Аддамс иногда изменяла своим принципам; с тех пор, как безымянные, но очень влиятельные люди «сверху» обнаружили нескрываемый потенциал девушки, Уэнсдей стала получать более серьезные работы, к которым приходилось подходить ответственно. Теперь информация в справочниках и абстрактные рассказы Константина не особо помогали делу и Аддамс была просто вынуждена приобрести ноутбук, дабы найти нужный материал и проделать свою работу на отлично. Использовала она «отрыжку современия» крайне редко и большую часть времени гаджет пылился на тумбочке.       Уэнсдей никогда не рассматривала паутину, как способ удовлетворения собственных нужд. По крайней мере так было, до тех пор, пока смолистые глаза не заблестели – целая разведка ради нее одной! Сегодня девушка сделала исключение: отложив конверт с фотографией Берлина, Аддамс открыла крышку ноутбука и в быстром темпе, – брюнетка успела набить руку, пока писала новеллы на печатной машинке в своей «прошлой жизни», ввела в поисковик интересующее ее имя. Энид Синклер, значит, верно? Взгляд бегал по фотографиям абсолютно разных девушек, а курсор мыши нажимал на все сайты подряд, в надежде зацепиться хоть за что-то. Инстаграм? А это еще что за хтонь? Уэнсдей прошлась по профилям четырех одноименных девушек, пока взгляд не остановился на одной. В грудной клетке что-то клацнуло, когда Аддамс вновь встретила светлые волосы и кристально чистые, голубые глаза. Уэнсдей нашла ее первой. Сможет ли теперь Синклер за ней угнаться?

Англия

      С каждой неделей на доске расследования появлялось все больше и больше новых лиц. С каждой неделей все новые и новые имена появлялись на заголовках газет. С каждой неделей умирала какая-то шишка в верховной цепочке правосудия. С виду простой офисный планктон, что втихую открыл букмекерскую контору? Убито. Прелестный дедушка, любящий муж и заботливый отец, который изо дня в день крадет деньги с налогов, что сдают простые граждане на помощь осиротевшим деткам? Убито. Благородная и богатая парфюмерша, ставшая успешной лишь потому что однажды связалась не с теми людьми? Убито.       Энид смотрела за тем, как их офис наполняется новыми фотографиями мертвых людей и лишь строила догадки вокруг да около. Ей казалось… нет, она была просто уверена, что все эти убийства связаны и за всем этим стоит один человек. Билл не верил. Говорил, что девушка лишь подменяет факты и крутит ими так, как ей угодно, лишь бы увидеть картину, которую Синклер хочет видеть, но та отмахивалась, говоря, что мужчина просто ничего не понимает. Она торчала в офисе с утра до ночи – благо семейной жизни у волчицы не было, так что девушка могла себе позволить подобную роскошь. Если головные боли вместе с изнурением можно было конечно назвать роскошью. Энид казалось, что она чувствует потенциальную убийцу. Выводя пальцем невидимые линии между фотографиями жертв, Синклер думала над тем, что Она делает сейчас. Куда ходит, с кем общается, как Ей даются постоянные перелеты? Может Она уже планирует новое убийство?       К обеду, что принесла Елена, девушка так и не притронулась, ведь была слишком погружена в размышления. Голова раскалывалась, а из мыслей все никак не могли выйти черные глаза. Какое-то отравляющее послевкусие после себя оставляла, с виду обычная уборщица. Энид стояла перед зеркалом в ванной комнате офиса и как можно скорее старалась освежиться, чтобы быстрее вернуться к делу. Хотя, признаться, она даже во сне от него не отходит. Синклер осмотрела свои локоны, что уже длительное время лежали на плечах, а не были собраны в хвост. Светлые брови нахмурились и отчего-то блондинка почувствовала злость. Ну да, сейчас бы прислушиваться к советам какой-то неизвестной девчонки! Энид заплела волосы и на мгновение остановилась перед дверью, прокручивая события в больнице.       – Кенни, можешь достать мне имена всех работников, что дежурили в ночь смерти Касси? – врываясь в общий кабинет, спросила Синклер. О, конечно он может. Кенни же чертов гений, что б его побрал! От такой резкости Билл подавился своим сендвичем и Елена аккуратно похлопала мужчине по спине.       – Мне казалось, мы закончили с Касси, разве нет? – вытерев крошки со своего подбородка, Билл отложил обед в ланч бокс, а затем завернул его в пакетик, – какая умная идея на этот раз осенила твою светлую голову, Энид? – с ухмылкой произнес мужчина. Несомненно Билл уважал свою коллегу, хоть иногда и бесился, что теперь Синклер руководит им, а не наоборот, как это было на прошлой работе, но, в целом, мужчина считал, что его напарницу заслуженно поставили на высокий пост. Правда это нисколечки не запрещало ему продолжать подшучивать над старой приятельницей.       – Уборщица. Там была уборщица, которая выходила раньше меня и возможно она что-то видела, – на светлой коже неожиданно появились мурашки, стоило лишь девушке задуматься о той необычной встрече, – не знаю, может ее запугали или еще что-то, но когда полиция приехала и допрашивала всех сотрудников, я не заметила ее среди толпы. Думаю, было бы неплохо с этим разобраться.       – У-у-у… кровожадная уборщица стоит за серией убийств… – с напускным ужасом стал говорить Билл, устрашающе жестикулируя при этом, – она приходит к своим жертвам и вымывает их пока от тех не остается и следа… – мужчина опустился на свое место, смеясь и переглядываясь с Еленой, что тоже была на грани ухмылки, – нет, если серьезно? Почему ты так прицепилась к этой теории, что все случаи связаны между собой?       – Я так чувствую, – начала Синклер на что получила смешок от Кенни.       – Что-то типа, как собачье чутье? – заостроумничал парень. Коллеги, что работали с Энид, знали о ее некоторых особенностях, поэтому даже и бровью не повели на шутку Кенни. Парень потеряно опустил взгляд и, покраснев, ответил, – прости, продолжай.       – Во-первых, все жертвы так или иначе имеют подводные камни, а во-вторых, – девушка запнулась, не зная, как вербализировать ясную картину в своей голове, – Она делает это ярко. У Нее есть свой почерк, Она будто так и кричит: «Увидьте меня!». Я не раз сталкивалась с наемными убийцами и все они делали свою работу аккуратно, маскируя все несчастными случаями, но эти преступления… Ей будто нравятся громкие заголовки в статьях и Она упивается славой. Упивается тем, что ее ищут, специально действует взбалмошно, чтобы игра продолжалась. В больнице Она, ведь, просто могла подсыпать что-то жертве, но нет! Она завалила двух здоровых охранников и феерично расправилась с Касси!       – Так, послушай, Энид… – после протяжного молчания уже без доли юмора начал Билл, – когда ты в последний раз спала? Я не отрицаю твоей теории, но и ты должна понимать, что серия убийств, которую мы наблюдаем, может быть всего-лишь совпадением, которое ты связала розовой ленточкой.       – Ты меня не слышишь? – девушка вздернула брови и намеревалась выдать какую-то колкость, но вовремя себя остановила, лишь сжимая руки в кулаки. В офисе внезапно стало тихо.       – Возможно, ты права, Энид, – вошедшая в помещение Мартинс, кивком поздоровалась со всеми присутствующими, – о, простите, я нагло подслушивала вашу беседу за дверью, – женщина кинула папку с новым делом на стол и перевела все внимание команды на себя, – у нас очередная жертва. Его звали Джан Ву – китайский полковник, посещавший Берлин. Возглавлял кибероперации, иначе говоря – он китайский хакер. Его убили во время очень специфичной фетиш-процедуры, – сколько бы ни работала Синклер с Каролин, девушка, кажется, никогда не сможет перестать восхищаться тем, насколько отчужденно Мартинс рассказывает о всех преступлениях, какими тяжелыми бы они ни были. Профессионал, что уж тут. Энид со своей чрезмерной впечатлительностью еще работать и работать, – ему нравились микрооперации, во время которых ему сдавливают яйца, – лицо Кенни приобрело оттенок помады на губах Синклер, а Билл вместе с той переглянулись, стараясь не засмеяться, – на твоем месте, Энид, я бы не смеялась. Подозреваемая европейской внешности, лет двадцати с чем-то. Сказала, что подменяет другого хирурга. Из свидетелей лишь ресепшионистка, принявшая ее.       – Отлично, у нас появилось куча зацепок! – стараясь не улыбаться, как дурочка, возгласила блондинка, – но причем тут я? – Мартинс остановила взгляд на девушке, отчего руководительнице отдела тут же стало неуютно.       – Она указала имя на ресепшне. Сказала, что ее зовут Энид Синклер, – повисло молчание. Девушка несколько раз открывала и закрывала рот, чтобы что-то сказать, а после клацнула челестью и упала на стул, ошарашено смотря на Каролин, – так что теперь я не знаю, насколько безопасно посылать тебя в Берлин на допрос свидетеля и осмотр помещения.       – Все нормально, я поеду с ней, – вызвался Билл и, если бы не деловая Мартинс, Синклер бы тут же кинулась мужчине на шею, благодаря за подаренный шанс. Признаться, блондинку напугало то, что о ней знают, но страх отступил за считанные секунды и в скором времени внутри живота забурлил интерес. Кажется, убийца каким-то образом прознала о том, что Энид приняла правила их негласной игры и вышла на новый этап этих взаимоотношений.       Незадолго после изучения нового дела в СМИ засветилась новость о мертвом после из Китая. Ну надо же какие быстрые! Правда что-то не сходилось… в пункте о причине смерти был указан сердечный приступ во время утренней пробежки. Тем же вечером было принято решение о срочном вылете. Синклер, по правде говоря, не очень любила все эти перелеты, хотя и была без ума от путешествий. Причиной ее тревоги стала не возможная встреча с убийцей, как можно было подумать, а простой чемодан с вещами, который девушка все время забывала то в аэропорту то на вокзале. Чтобы не оказаться без последней пары носков, Энид приклеила марку к своей сумке с ананасами и раз шесть попросила Билла проследить за ее вещами, пока они будут высаживаться.       Когда клыки блестели в свету ванной лампочки, девушка накинула на свои плечи пестрый халат и, забрав телефон со стиральной машинки, пошла на кухню, попутно проверяя сообщения. В куче «смешных» тик токов по мнению старпера Билла, блондинка наткнулась на чат с Кенни, что, к слову, довольно быстро справился с поручением своей начальницы. Фотографий было настолько много, что в мыслях даже прокралась идейка заварить себе кофе, но Энид быстро ее прогнала и, не изменяя традициям, взяла два пакетика черного чая и залила кипятком, приступая к работе. Девушка время от времени откладывала гаджет в сторону и, потирая виски, вспоминала лицо, что так сильно не давало ей покоя. Не обнаружив сходств ни с одной из сотрудниц больницы, информацию о которых предоставил ей Кенни, Синклер ухмыльнулась, облизывая губы и набирая номер Билла: «Мне кажется, я видела Ее» – первое, что услышал мужчина, подняв трубку.

Германия. Берлин

      Уэнсдей не интересовали деньги, она считала их простым ресурсом, в котором девушка никогда не нуждалась. Скорее ею двигало искусство. О, ну разве то, что Аддамс вытворяет со своими жертвами нельзя назвать картиной? После завершения своих творений, Уэнсдей любила еще на какое-то время задерживаться в городе и осматривать местные достопримечательности. Что может быть интереснее истории? Некоторые виды даже вдохновляли девушку, особенно, если речь шла о музеях, где экскурсовод проводил туристам лекцию про давние пытки. Ей богу, как же Аддамс забавлял страх на лицах нормисов!       – Ты по прежнему не хочешь говорить со мной про Лондон? – стоящий сзади Константин уже вторую неделю пытался поругать Уэнсдей пальчиком, но та лишь закатывала глаза, игнорируя его жалкие попытки чему-то научить и без того совершенную девушку. Пару дней назад она даже приставила к его горлу нож, чтобы тот наконец отстал.       – Я, в принципе, не хочу с тобой разговаривать, – морозно ответила девушка, отходя от нависшего силуэта и рассматривая картину на которой было изображено повешение.       – Уэнсдей, ты должна была сделать все так, чтобы это было похоже на самоубийство! – голос мужчины хоть и был тихим, чтобы другие вокруг не разобрали слов, но шлейф гнева в тембре чувствовался очень явно. Как жаль, что на Аддамс это не действовало от слова совсем.       – А разве это не было похоже на самоубийство? – равнодушно спросила брюнетка. Ей было совершенно неинтересно продолжать эту беседу, ведь девушка уже думала над тем, куда можно будет повесить ее будущую жертву.       – Сама себе перерезала горло? Да брось, – фыркнул Васильев, равняйсь с Аддамс.       – Рука соскользнула, с кем не бывает, – в любимой саркастичной манере ответила Уэнсдей, отходя от мужчины еще на шаг.       – Так соскользнула, что нечаянно задела еще двух человек? Чего ты добиваешься? Моей или своей смерти? – Константин схватил девушку за худое плече, но та рывком отстранилась. Наконец в ее мимике произошло хоть что-то и обычно такое выражение лица означало, что собеседнику несдобровать, – или ты хочешь, чтобы за тобой приехала эта Энид Синкер и…       – Синклер, – четко перебила того Уэнсдей, поправляя.       – Ну Синклер, какая разница? – завопил мужчина, вгоняя себя в краску от злости, – в любом случае, я поздравляю тебя. Твой заслуженный отпуск превращается в очередное задание. Эта заноза с шилом в заднице сейчас в Берлине, так что теперь твоей миссией будет выкинуть игрока с поля боя, – если до этого смолистые глаза отражали скорую кончину Васильева, то теперь в них горел какой-то приятный свет, что раньше мужчина еще не встречал.       – Энид здесь? – переспросила Аддамс, – где она находится?       – Ее самолет приземлится через два с половиной часа. Ставлю сотню на то, что она поедет сразу в ту «больницу», где совершилось убийство, – теряя интерес к былому искусству, девушка направилась на выход из музея, но мужская рука остановила брюнетку, хватая за рукав черной кожанки, – только без глупостей, Уэнсдей. Я серьезно.       – Ставлю две сотни на то, что сломаю тебе пальцы, если ты еще раз дотронешься до меня, – прошипела Аддамс, отпрянув.       До прилета бригады в Германию еще было полчаса, а Уэнсдей уже сидела в кафе, неподалеку от места преступления и поглядывала за людьми, которые то входили то выходили из помещения. Плана не было, девушкой руководил жгучий интерес и желание увидеть Синклер вновь. Она не собиралась убивать Энид, ни в коем случае. Кто же тогда будет вести расследование и охотиться за Уэнсдей? Если на поле боя останется всего один герой, борьба не будет интересной. К моменту, когда черная машина остановилась возле входа в клинику, внутри Аддамс было уже около четырех эспрессо, поэтому брюнетка не совсем понимала: у нее сердце сейчас выпрыгнет из грудной клетки от количества кофеина внутри организма или все дело в том, что из Ауди вышла высокая, шикарная блондинка с дурацким чемоданом в ананасовом раскрасе и подчеркивающей все достоинства стройного тела одежде. Вместе с Энид из автомобиля вышел ее коллега, что уже был близок к бальзаковскому возрасту. Те, встретив какого-то мужчину, оставили свои сумки и зашли в клинику.       Эх, Энид, ну и кто же в наше время оставляет свои чемоданы без присмотра среди белого дня? Разве ты не знаешь, о том, что поблизости может бродить какая-нибудь Уэнсдей Аддамс, которая с радостью цапанет с собой сумку своей жертвы? Выйдя из клиники после длительного разговора с персоналом, девушка обреченно заскулила, пиная своего напарника под бок. Видимо, оба пришли к выводу, что Энид таки забыла свои вещи в аэропорту. Правда работа не ждет, так что девушка оставила самобичевание для ночного монолога перед сном и принялась обрабатывать следующую зацепку. Интересным фактом оставалось то, что правительство Китая решило замести следы преступления и умолчать о нем. Немецкий знакомый Билла – тоже высокая шишка в обществе, согласился организовать встречу представителям органов с одним из послов Китая. Первое время мужчина отнекивался, но услышав имя блондинки, что совпадало с именем убийцы, обомлел и выставил условия: девять вечера, ресторан «Золотой Бриз», только он и чарующая леди.       Деваться было некуда, любая информация сейчас была на руку. Единственное, что стало задачкой – это украденный гардероб Синклер. Билл, будучи частым визитером Берлина, подкинул пару интересных местечек, где девушка могла бы себе найти платье на приближающийся ужин с послом и Энид даже слегка удивилась такому глубокому культурознанию своего напарника. Признаться, Синклер думала, что справится с подбором наряда куда быстрее, но увы и ах в вопросе о шоппинге Энид оставалась стереотипной женщиной, для которой даже незначительные мелочи казались сплошным провалом. Остановившись на персиковом платье, девушка еще недолгое время колебалась перед зеркалом: оно было красивым, но чего-то явно не хватало для дополнения наряда. Выйдя из примерочной, Синклер обнаружила, что рядом с ее кабинкой висел темный пояс. Он был настолько черный, что Энид на мгновение даже показалось, что стоило ей только глянуть на аксессуар, как тот сразу утащит девушку в бездну. Говоря правду, блондинка не помнила, чтобы оставляла себе что-то подобное на примерку, но то ли пояс не подошел такой же несчастной, то ли это милостивая консультантша решила проявить щедрость и помогла Синклер с недостающим элементом наряда. Что ж, доверившись матушке судьбе, Энид таки подчеркнула аксессуаром свою талию и он ей действительно подошел! О, пояс сделал блондинку еще более безупречной. А сам же таинственный стилист стоял за стеллажом с рубашками и наблюдал за тем, как его клиентка покупает предложенную вещь, в которую Аддамс успела заведомо прикрепить микрожучок. Ну вот, теперь она может следить за Синклер даже с номера своего отеля.       – Нет, ну ты представляешь, а потом я выхожу и там висит этот пояс. Господи, я не знаю какой гений его туда повесил, но спасибо ему огромное за это! – тараторила Энид, пока натягивала колготки. Билл, сидящий по левую сторону кровати, смеялся, вставляя колкие комментарии, а у того самого гения, что нагло подслушал чужой разговор, по лицу расползлась кривая улыбка. Главное, чтобы девушку сейчас никто не застал в настолько уязвимом положении.       – Ладно, ты почти меня убедила в существование высших сил, – засмеялся мужчина, осматривая свою коллегу, – нет, пояс правда отменный. Выглядишь секси, – Билл театрально зарычал, пародируя горе-самца.       – Секси? – вскинув светлые брови, усмехнулась Синклер, – такое чувство, будто я попала в гей бар в нулевых, ей богу! – девушка засмеялась, заражая смехом и своего собеседника, что невольно повел плечами, – подожди, ты был в гей барах? – на этот вопрос мужчина многозначительно ухмыльнулся, приводя Энид в удивление, – чего я еще не знаю о Вас, Билл Паргрейв?       – О-о-о, чего только не было за мою долгую жизнь, – с усмешкой произнес коллега.       – Не говори это так, будто ты помирать собрался, пожалуйста, – закатила глаза блондинка.       – Нет, что ты. Я еще тебя переживу, – ехидно засмеялся Билл, а после закинул ногу на ногу, оценивающе рассматривая свою оппонентку, – ну а у тебя? Были женщины? – Синклер пожала плечами, а уши Уэнсдей встали навостро, внимательнее вслушиваясь в последующую реплику.       – Нет, никогда не было, – мужчина разочарованно выдохнул, театрально закатывая губу, – я, конечно, нахожу их симпатичными, но чтобы…       – Как насчет той шизанутой маньячки, а? – в шутку сказал Билл, а внутри девушки весь мир неожиданно сжался, – хоть я ее и не видел, но между вами такая химия! – после этой фразы в мужчину полетела подушка и оба напарника звонко засмеялись, заставляя пухлые губы кривиться от нежелаемого звука, – так тебя провести до метро?       Уэнсдей была готова к ночной прогулке. Что ж, сегодня она была так же сногшибательна, как и всегда. Черный брючной костюм подчеркивал стройную талию, делая плечи объемнее. Еще у себя в отеле девушка обнаружила, что у Синклер нет ни одной темной вещи и это заставляло сомневаться в здравом уме ее жертвы. Единственной менее пестрой деталью стал светло серый шарфик. Не мудрено, что глаз Аддамс зацепил именно он. Легко накинув вещь на свою шею, девушка выдвинулась на охоту. Находясь уже в метрополитене, Уэнсдей сразу заприметила нужную ей пару – Энид достаточно выделялась на фоне остальных блеклых людей и на это было даже приятно смотреть. В груди черти стали водить хоровод. Ну вот же, сейчас Аддамс будет как никогда близка к находке! Девушка уже стоит на входе в поезд и собирается зайти внутрь, как чья-то крепкая рука останавливает ее, отодвигая назад.       – Извините? – брюнетка резко отошла в сторону, брезгливо вытирая место прикосновения. О боги! Ее остановил этот чертов помощничек Синклер! Разумеется тогда, по телефонному разговору, девушка описала Биллу внешность предполагаемой убийцы и конечно мужчина просто не мог не обратить внимания на столь подозрительную персону. Да еще и этот элемент на ее шее…       – Простите, хотел спросить, где Вы взяли этот чудный шарфик? – как ни в чем не бывало, спросил Билл, замечая, как озадаченность покидает бледное лицо, возвращая ему привычный покерфейс, – моя мама так давно мечтала о подобном. Не расскажете, где Вы его приобрели?       – Там, где я его купила – уже нет, – холодно отрезала девушка, строгой походкой покидая метро.       Ужин с послом из Китая был скучным и совершенно неперспективным. Мужчина то и делал, что заваливал Синклер комплиментами, явно намекая на что-то большее, нежели простое свидание в ресторане. Когда речь заходила о том, ради чего Энид и согласилась на эту встречу, мужчина умело переводил тему. Что ж, со временем девушке это порядком надоело и, опрокинув тарелку с устрицами, она поднялась со своего места, покидая ресторан. Хотя нахал и сам виноват – нечего было предлагать Синклер совместную ночь в отеле в обмен на дополнительную информацию. Оказавшись на воздухе, девушка включила телефон и обнаружила четыре пропущенных от Билла вместе с несколькими голосовыми сообщениями от того: «Энид, мне кажется я ее видел, она хотела зайти за тобой в поезд», «Она подходила под описание, так что я сейчас слежу за ней», «Эта девушка явно что-то замышляет, мне кажется это наша цель». Последнее голосовое сообщение было отправлено всего минуту назад: «Мы отправляемся в «Уотергейт» на Фанкейнштенштрасе. Подъезжай, как только освободишься».       Поймав первое попавшееся такси, девушка в скором времени добралась до клуба, про который говорил ее напарник. На звонки Билл не отвечал и Синклер искренне надеялась, что причина тому слишком громкая музыка внутри помещения. Первое, что бросилось в глаза по выходу из машины, километровая очередь в клуб. Нет, Энид успеет дважды состариться, прежде чем выстоит ее! Благо под рукой было удостоверение, что не с первого раза, но помогло договориться с вышибалой о срочном пропуске. Толпы внутри было в раз десять больше, нежели снаружи. Казалось, в таком забитом людьми помещении найти нужного человека равнялось поиску иглы в стоге сена, но вдалеке показалась дурацкий поркпай, который мужчина не снимал с самой посадки в Германию. На душе вновь стало легко – ну вот, сейчас Синклер доберется до своего героя, они выпьют по стаканчику Май-Тай и обсудят дальнейший план… надежду растоптали танцующие люди в момент, когда Энид встретилась с черным взглядом. Она заметила блондинку и в подтверждение того стали вздернутые брови и надменный взгляд. Она шла к Энид, быстро, твердо и девушка уже готова была обороняться, но темная фигура неожиданно напоролась на Билла. Спустя считанные секунды Синклер потеряла из виду своего напарника, а незнакомая знакомка скрылась за спинами толпы, что окружила внезапно упавшего на пол мужчину. В этот раз Энид ее отпустит и кинется в центр зала, где обнаружит тело. Билл истекал кровью на холодном полу, получив от «кого-то» ножевые ранения не совместимые с жизнью. Двое парней подняли мужчину и усадили на барный стул. Кто-то сзади вызывал скорую, громкий звук музыки перемешался с не менее громкими криками людей на фоне, а в голове у девушки текла станция белого шума. Она кинулась к напарнику, беря его за лицо, и что-то кричала, пока мужчина из последних сил указывал в сторону беглянки. Билл продолжал смотреть на Энид, свою шуструю коллегу, которую тот начал обучать, когда девушка была практически подростком. Воспоминания с ней всегда были только яркими и даже сейчас, пока Билл умирал, он смотрел на ее светлое лицо и думал о том, может быть Синклер и правда была его маленьким ангелом?

Англия

      Сегодня Лондон плакал особенно горько, а вместе с ним и десятки людей, собравшиеся на похоронах Билла. Сегодня чуть ли не впервые в жизни яркая девушка укутала себя в черный слой ткани. Сегодня Энид, пообещавшая бросить ради своего верного друга, позаимствовала сигарету у одного из присутствующих и сделала глубокую затяжку. До конца официальной части Синклер не выдержала – выбежала в соплях на улицу, когда слово предоставилось жене покойного, что вышла на подиум с маленьким ребенком на руках.       – Мой тебе совет, не стой под дождем, – хмуро произнесла Карон, накрывая голову девушки черным зонтом, – и возьми себе выходной. Думаю, тебе нужно время, чтобы устаканить мысли и понять, что тебе делать дальше.       – У меня уже есть план, – вытирая рукавом слезу, произнесла Синклер. Она развернулась лицом к Мартинс и даже не заметила, что больше не стесняется проявлять эмоции перед этой стальной леди, – я найду ее и убью собственноручно, – шмыгая носом, фыркнула девушка и поддалась вперед, когда Каролин решила заключить ее в короткие объятия.       По возвращению домой, Энид готова была сломать всю мебель и каждую вазочку, что стояла в квартире и единственное, что остановило девушку – это неподъемный штраф от арендодателя. Синклер упала на диван в гостиной, чувствуя, как ее внутренний зверь готовится к тому, чтобы вылезли наружу и раскромсать все вокруг. Может как-то выследить убийцу по запаху, а потом, во время полнолуния, съесть ее, не оставив и косточки? От кровожадных мыслей девушку вовремя оторвал звонок в дверь. Все таки, тому, кто сражается с чудовищами, следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. Открыв дверь, девушка встретила курьера, что доставил ей утерянный чемодан. Ну вот, теперь у Энид появится занятие в виде распаковки вещей, что сможет ее отвлечь от мрачных мыслей. Синклер оплатила за доставку и перенесла чемодан в спальню, намереваясь выгружать содержимое. Правда стоило Энид только глянуть внутрь, как девушка пошатнулась, знатно опешив. Вместо ее привычной одежды, внутри сумки лежало черное платье и того же цвета туфли, дорогие духи с очень резким запахом и записка, приклеенная к самому дну чемодана. Отодрав ее от ткани, Энид почувствовала, как дрожат ее руки, когда глаза пробежались по содержимому записки. Черным пером адресат аккуратным почерком вывел: «Sorry, baby».