Бог открыл горячую линию

24 года — немалый возраст для того, чтобы начать всё сначала. Но плох не сам возраст, а такой образ мысли. Ты думаешь, что уже поздно, но вспомни, а было ли вообще хоть когда-то «вовремя»? Ответ предугадать несложно: нет. Потому что такие люди родились уже опоздавшими жить. Что хорошего в том, чтобы в 25 думать, будто вся жизнь уже прошла мимо? Разве это не глупость? Но люди так думают. И живут. Без смысла, без цели. Отбрасывают мечты и стремления и просто доживают, если это слово применимо к полувеку. После работы Савамура спешил в спортзал. Бабочки предвкушения порхали в желудке, а с лица не сползала глупая улыбка, сколько бы ни пытался Дайчи придать своей физиономии спокойный вид. Решив, что домашних тренировок недостаточно, чтобы прийти в форму и сдать вступительные в академию, парень записался в зал. Когда-то давно он уже ходил туда, а потому не мог удержаться от приятных воспоминаний. Всё его естество стремилось вновь оказаться на беговой дорожке или под штангой, выплеснуть накопившуюся боль и обиду, почувствовать приятное растяжение в мышцах и покалывание в ногах. Но все надежды и мечты рухнули после первой же тренировки. Савамура упал на скамейку в раздевалке без сил. Откинувшись назад, он с глухим ударом стукнулся затылком о железный шкафчик. Не так себе представлял свои ощущения Дайчи. Ни удовлетворения, ни облегчения. Только ужасная усталость и желание схорониться под ближайшей лавочкой. — Уже сдулся? — прозвучал ехидный голос прямо перед ним. Савамура неохотно открыл глаза и окинул взглядом непрошеного собеседника. Это был молодой человек примерно того же возраста, что и Дайчи. Брюнет с глупой причёской и кошачьим прищуром. — Тебе-то какое дело? — раздражённо ответил парень. — Увидел, как ты выходил из зала, покачиваясь, словно лодка в море. Решил проверить, не откинулся ли ты по дороге. — Следил значит? — Я бы сказал, что проявлял наставническую заботу. Для новичка можно было бы вести себя и повежливее. — Я не новичок. Просто сложный период был, — почти грубо отвечал Дайчи, чем только возбуждал интерес в незнакомце. — Но спасибо за заботу. — Так значит восстанавливаешься? — усмехнулся брюнет. — Кто-то явно переоценил свои возможности. — Дай уже помереть спокойно. И без тебя тошно, — лёг на скамейку, свесив руки, Савамура. — Эх, слабый ты человек. Чуть что — сразу в гроб. Давай помогу! — Спасибо, у меня нет денег на тренера. Но если бы и были, я бы не стал заниматься у человека с такой дурацкой причёской и самодовольной улыбкой. Незнакомец рассмеялся. — Кто-то явно не в духе, — он поправил волосы, но они только сильнее растрепались. — Вообще-то я работаю в японской волейбольной ассоциации. Раздражение на лице Дайчи наконец сменилось интересом. — В самом деле? — Куроо Тецуро, приятно познакомиться. — Не могу сказать, что взаимно. Ты ужасно надоедлив, но, кажется, хороший парень. Я — Савамура Дайчи. — Кажется, это первое доброе слово от тебя в мой адрес! Я польщён. — Почему ты до сих пор разговариваешь со мной? Не ручаюсь, но похоже, что от меня исходит чёрная зловещая аура, буквально кричащая «отстань, иначе ты труп». Или ты мазохист? — Я видел, как ты сильно старался во время тренировки. Несмотря на то, что устал уже после пробежки, всё равно довёл дело до конца. Это заслуживает уважения. — Всё-таки следил, извращенец… В конце концов Дайчи рассмеялся. Он не мог более удерживать серьёзное выражение лица. Улыбка сама по себе расплылась, и парень не в силах был злиться дальше. Тецуро тоже усмехнулся. — Так что, ждать тебя на следующей тренировке? Или будешь собирать косточки, лёжа на диване? — Это что, вызов? Думаешь, я настолько слабак, что не смогу дойти до зала? — Нет, я думаю, что ты просто слабак, — кивнул Куроо. — Но у тебя есть потенциал. — Вот ведь гад, — прыснул Савамура. — Однажды я тебя уделаю. Не думай, что делаешь мне одолжение. — В таком случае, буду ждать. Удачи, старичок. — Ты создаёшь впечатление отчаявшегося одинокого человека. Тебе это не к лицу. — А я думал, что нравлюсь тебе. — Старайся думать лучше. Это полезно по жизни. Молодые люди пожали руки, но между ними блеснула молния, не иначе. Савамура отправился в душ, а Куроо вернулся в зал, чтобы закончить свою тренировку. *** — Звучит, словно вы встретились в песочнице, и он разрешил поиграть с его грузовиком, — расплывшись в улыбке, хохотнул Асахи. — Да у него и ментальный возраст — 5, наверное, — кивнул Дайчи. Он немного помолчал, задумавшись, а затем продолжил. — Но всё равно Куроо — славный малый. Старается быть серьёзным и уверенным в себе, но видно, какой он всё ещё ребёнок внутри. — Так вы теперь друзья? — Не знаю. Даже улыбка порождает во мне неведомое желание ударить его головой об стену, но мне интересно, какой финт он выкинет ещё. Савамура, раскинувшийся в стареньком кресле, приподнялся и взял с журнального столика кружку. По ней было видно, как много она пережила. Сколы на ручке, маленькие трещинки по всему дну. И всё же из неё клубился ароматный пар. Дайчи отпил, горячая жидкость разлилась через душу по желудку. Брюнет ощутил истинное блаженство. — Ну да Бог со мной. Сам-то как? Давно я не слышал о твоём умопомрачительном шустром друге. — Я никогда его так не называл, — запротестовал добряк. — И всё же с ним всё в порядке. В последнее время я очень занят, но, кажется, он не намерен сдаваться. — Только не говори, что он караулит тебя после работы, — усмехнулся Дайчи. — Это нельзя назвать караулом, потому что он приходит и сразу заявляется в мой отдел. У меня не остаётся выбора, кроме как бросить все дела и идти с ним, — удрученно пожаловался парень, накручивая чайный пакетик на ручку кружки. — Не думал, что существует человек, способный вытащить тебя с работы. Мне он определённо нравится. А тебе? Савамура многозначительно посмотрел на друга, отчего совсем смутил бедолагу. Асахи отвёл взгляд и зарделся. — В последнее время Ноя вечно твердит о путешествии. Предлагает бросить всё и на целое лето отправиться колесить по миру. Безумие, правда? — нерешительно поднял карие глаза на собеседника Азумане. Дайчи в ответ только изогнул бровь. — Ты хоть раз за эти годы брал отпуск? — Незачем было. — Тогда поезжай. Почему нет? Если этот парень хочет показать тебе мир, не упускай возможность и, по возможности, его самого. — Прекрати издеваться! — почти обиделся Асахи, отставляя кружку. — Извини, парень, но у тебя ведь на лбу всё написано. Ты просто до невозможности прост. И я думаю, что твой друг тоже не идиот. — Вот спасибо. С каких пор ты стал таким насмешливым? — Отнюдь. Так что насчёт парня? Может, хотя бы познакомишь нас? Героев надо знать в лицо. Азумане замешкался. Его глаза загорелись, и в них замерцали звёздочки удивления. — Ты правда хочешь? — Естественно. Ты ведь мой друг, — Асахи посмотрел на него с некоторой тревогой и недоверием. Савамура понял. — Не беспокойся за меня. Всё уже хорошо. Я со всем справляюсь. Даже если ты бросишь меня и улетишь с ним на целое лето, я не умру. — Прости… Ты со всем справляешься. И у тебя есть новые друзья. Всё будет в порядке. Но я почему-то не уверен. Никогда не бросал всё ради безумной авантюры. — Тогда самое время попробовать. В любом случае, у тебя есть целая весна. Подкопи деньжат и вперёд! Шатен признательно улыбнулся. Ему важно было ощутить дружескую поддержку. И приятно было видеть Дайчи. Того самого, которого он встретил почти 2 года назад, когда тот только устроился в их фирму. Немного уставший, но в целом жизнерадостный. Глядя на него казалось, что всё обязательно будет хорошо. Иначе просто не может быть. — Мне пора уходить, — очнулся, взглянув на время Дайчи. — Куда ты? Разве у тебя сегодня не выходной? — Азумане по инерции подскочил с кресла и проводил друга взглядом. — Так и есть. Но в пять начнутся курсы. Ты ведь помнишь, я собираюсь стать блюстителем правопорядка? — Савамура наскоро натянул синюю толстовку и кинул пару вещей в рюкзак. — Извини, что не предупредил. Совсем из головы вылетело, когда ты пришёл. — Ничего страшного. Я не собирался засиживаться. Молодые люди вышли из маленькой квартирки и направились вниз по лестнице. — Так в какую тебе сторону? — Нам по пути. *** — Старик, ты просто ужасен. — покачал головой растрёпанный брюнет. — Закрой свой рот, пока я случайно не уронил эту штангу прямо тебе на ногу. — Это не я пытаюсь наложить в карманы больше, чем сами карманы. Просто успокойся и начни с чего-то попроще. Можно ведь и выгореть запросто. А если ты спину надорвёшь, я этого не переживу. — Какая забота, — передразнил Дайчи. — Надеюсь, мне не придет счёт за твои советы? — Первый месяц бесплатно. Куроо любезно помог поставить чересчур тяжёлую штангу, и Савамура облегченно выдохнул. — Зачем ты так усердно тренируешься? Тело у тебя вроде и так что надо, — Тецуро оценивающе оглядел слабые рельефы, выделяющиеся под футболкой в обтяжку. — Не предел мечтаний, конечно, но на месте какой-нибудь красотки я бы подзапал. — Занятия спортом помогают мне вернуться к жизни, — честно признался брюнет, вытирая воротником пот со лба. — Два месяца назад он помог мне впервые за долгое время выйти из дома. Теперь спорт помогает мне исполнить мою мечту — поступить в полицейскую академию. Куроо, не ожидавший такого откровения, даже не смог придумать шутку (даже несмешную) и просто кивнул с каким-то скрытым уважением. — Так тебе нужна хорошая физическая подготовка? Не хочешь присоединиться к нашей любительской волейбольной команде? Никаких обязательств. Мы просто собираемся дважды в неделю, тренируемся и играем. Дайчи оживился. Не было никакого резона брать дополнительные тренировки. Спортзала вполне хватало для постепенного укрепления тела и набора мышечной массы. Всё и так шло хорошо. Но что-то в груди Савамуры ёкало при слове «волейбол». Какое-то детское волнение расползалось у него по костям. Хотелось оборачиваться, искать источник звука, идти на него. — С чего бы тебе меня звать? Я ведь совершенно не умею играть, — как можно спокойнее спросил парень. — Кажется, ты как-то говорил, что играл в школе, — пожал плечами Куроо. — Это было так давно. Я растерял все навыки. — Я не буду отзывать своё предложение, — настаивал нахальный брюнет. — Завтра в 8 будет тренировка. Приходи. Если не понравится, больше звать не стану. Савамура секунду метался, думая, хорошая ли это идея. Ему хотелось. Хотелось просто до безумия. Но в голове всплыли слова Суги: «Не пытайся влить в себя больше, чем это возможно. Для нового нужно сначала вырасти». Это правда. Дайчи понимал. Он не раз уже обжигался, ломался, и приходилось начинать всё с начала. Куроо вопросительно посмотрел на брюнета, не понимая, почему тот молчит. Наконец, Савамура сдался: — Идёт. — Кажется, ты уже выдохся? Предлагаю в завершение тренировки перед растяжкой 5 километров на дорожке, кто быстрее. — Иди ты! — Испугался, старик? — Только не плачь, когда я добегу первым. *** Дайчи подошел к двери и прислушался. Тихо. Он еще раз проверил адрес и указания по поиску зала на бумажке. Вроде все верно. Чертов Куроо, просто ужасный почерк! И все же… Где все? Савамура был практически наверняка уверен, что это нужное место, но волейболистами и не пахло. Брюнет подошел к двери чуть ближе и аккуратно положил ладонь на ручку. Она с легкостью поддалась. Оказалось, что не заперто. Дайчи осторожно просунул голову внутрь. Перед его взором открылась поистине удивительная картина. Высокий молодой человек, взмыв, практически застыл в воздухе. Заходящее позади солнце, сквозившее из окон, освещало его силуэт и придавало парню почти божественный вид. Внезапно рука, заведенная за голову, с необычайной скоростью ударила по мячу и тот, казалось, лопнув, — такой был звонкий звук, — пролетел над сеткой. Все это произошло за доли секунды. Никто не успел даже повернуть головы в сторону открывшейся двери. По ту сторону сетки от божественного подающего довольно невзрачный парень ошеломленно вытянул руки, но удержать мяч, больно ударивший по ним, не смог. Тот резко отскочил вбок и устремился прямо по направлению к Савамуре. Парень не успел ничего понять. Только глаза рефлекторно испуганно распахнулись, а рот приоткрылся. Невероятно долгое для всех мгновение. И наконец прозвучал отчетливый громкий удар. Бах! Из глаз посыпались искры, и Дайчи сам не понял, как оказался на полу. В области носа страшно зудело, а электрический свет ламп загородили встревоженные мужские лица. — Старик! Не смей отбрасывать коньки! — неприятно знакомый голос прозвучал прямо над Савамурой. Он попытался сфокусировать взгляд, но Куроо всё равно троился в карих глазах. Ну уж нет! Три Тецуро — перебор даже для Дайчи. — Только после тебя, — сипло прохрипел брюнет, боязливо ощупывая лицо. Потери носа или глаза не обнаружилось, поэтому он облегченно выдохнул и приподнялся. — Прости, перестарался! — внезапно нос к носу перед Савамурой вырос тот самый божественный блондин. Его жёлтые глаза, казалось, горящие, смотрели прямо в душу. Но вид у культуриста был больше смешон, нежели грозен, как могло изначально показаться по горе мышц под обтягивающей футболкой. Парень был похож на сову. Крутил своей испуганной головёшкой в разные стороны и никак не мог понять, всё ли в порядке или можно паковать чемоданы на нары. — Я в норме, — выдавил наконец Дайчи. Лицо совоподобного волейболиста моментально прояснилось. Он вздохнул и протянул свою широкую крепкую ладонь, чтобы помочь незнакомцу, наконец, подняться с пола. Савамура отряхнулся и огляделся. Все с интересом пялились и рассматривали его опухшее лицо. — Савамура Дайчи, товарищи, — гордо представил калеку Куроо и дружески похлопал его по плечу. Брюнету оставалось лишь глупо улыбнуться. — Савамура! Прости ещё раз! Я заигрался и не рассчитал силу. Ты точно в порядке? Врача не надо? — суетливый блондин обхватил мощными пальцами челюсть Дайчи и ещё раз осмотрел на предмет серьёзных травм. Похоже, он не на шутку перепугался. Даже сильнее, чем сам Дайчи. — Это Бокуто Котаро, — представил Тецуро, отгоняя шумного парня от Савамуры. — Он — игрок MSBY. Слышал что-нибудь про «чёрных шакалов»? — Бокуто, ты профессиональный волейбольный игрок? — разинув рот, спросил Дайчи. Молодой человек лишь застенчиво хохотнул и почесал затылок. — Почему ты тогда играешь здесь? — брюнет оглядел компанию молодых людей. — Или здесь все — члены национальной сборной, а меня просто не предупредили? Спортсмены засмеялись. — Куроо просто пригласил поиграть, — пожал плечами Котаро. — А от таких предложений не отказываются. — Как насчёт того, чтобы размяться? — Куроо поднял с пола злополучный мяч и покрутил на пальце. — Старик, ты стоять-то можешь? — Ещё хоть одно слово — и у тебя будет такой же макияж, как у меня. — Мне не идёт синий, — хохотнул Тецуро и тут же получил пендель. В качестве разминки парни минут десять пробегали по залу, обмениваясь оплеухами и пинками. Остальные только улюлюкали да подсказывали, с какой стороны соперник собирается нанести новый удар. Наконец успокоились. — Я буду осторожен, — заверил Бокуто и снова встал на подачу. Он бесшумно взмыл в воздух, как настоящая сова, и его лик вновь осветило заходящее солнце. Но в этот раз Савамура был готов. В памяти всплыли уроки, полученные в средней школе. Полусогнутые ноги, руки, сосредоточенный взгляд. Удар! Крученый мяч на мгновение отразился в горящих глазах. Дайчи отскочил чуть назад и принял мяч, хоть и ужасно, связующий едва сумел довести его, но всё-таки принял. Необычайное чувство детского восторга охватило его душу. Он радостно огляделся и встретился взглядом с Куроо. Тот смотрел насмешливо, но с какой-то родительской гордостью. — Неплохо, Савамура! — одобрительно крикнул Бокуто. — Попробуй немного расслабить руки и смягчить приём. Следующие полтора часа прошли как в тумане. Дайчи ошибался, и у него получалось, он пропускал мячи и принимал их. Казалось, брюнет пытался наверстать за одну тренировку всё то, что было упущено за долгие годы. — Ты довольно хорош в защите для человека, который не играл почти десять лет, — заметил Бокуто. — Если бы не бросил в средней школе, мог бы стать классным игроком. — Приму за комплимент, — улыбнулся Савамура, утирая пот. — Давно я так не бегал. — Не перестарайся, атлет, — подошёл ближе Куроо. — А то откинешься и больше не придёшь. Лучше уж мы будем мучить тебя постепенно. — Я смотрю, ты из тех, кто любит растягивать удовольствие? — Ты так хорошо понимаешь меня, старик. — Оу! Мне уже пора, — встрепенулся, взглянув на время на экране телефона, Бокуто. — Я обещал Акааши встретиться после тренировки. — Приятно познакомиться, Бокуто-сан, — дружелюбно улыбнулся на прощание Савамура. — Можно просто Бокуто, — махнул на прощание светловолосый и исчез в дверях спортзала. — А ты чего встал? — подтолкнул в спину Тецуро. — Домой, что ли, не надо? Дайчи задумчиво взглянул на парня. — На самом деле, нет, — честно признался он. — Правда, что ли? — удивился Куроо. — Пойдём тогда выпьем. Но только немного. Мне завтра на работу. — Ну и кто из нас старик? — рассмеялся Дайчи, за что снова получил пинок под зад. Так Савамура завёл новых друзей. Или, скорее, они его? Он так и не понял, как это случилось. Но всё чаще брюнет стал появляться в стенах этого спортзала. Куроо учил его интересным трюкам, на которые позже порой и сам вёлся. Нечасто на игры забегал Бокуто. В такие дни Дайчи всегда просил подавать на него. Ему доставляло чувство нереального удовлетворения — хорошо принять мяч Котаро. Конечно, беловолосый бил аккуратно, рассчитывая силу, чтобы не сбить парня с ног, но постепенно, видя прогресс, наращивал обороты. А после тренировок они втроем шли в ближайший бар или кафе и наедались мяса или шли бродить по заковыристым улочкам, забегая на детские площадки и дурачась. Савамура всегда был против таких ребячеств, но, в конце концов, опасливо озираясь по сторонам, присоединялся и веселился вместе с молодыми людьми. Всё реже Суге приходилось слышать о проблемах в семье или внезапных периодах выгорания. Всё чаще друзьям Дайчи приходилось слышать о Суге. Жизнь шла своим чередом и распускалась вишневыми цветами. На Японию опустился апрель. Но страдания старания не окупились. Прошла неделя, а Дайчи всё никак не мог смириться. В голове то и дело всплывал вступительный экзамен, томительные ожидания. И письмо. Дрожащими руками Савамура разорвал конверт. А внутри — отказ. Конечно, он понимал, что поступить было на грани фантастики. Но всё равно до последнего верил. Оказалось, зря. — Значит, не поступил? — задумчиво переспросил Куроо, отпивая кофе из бумажного стаканчика. Савамура хмуро кивнул. — Но у тебя ведь уже есть высшее образование? — Да, экономическое. — Тогда почему бы тебе не устроиться работать экономистом в полицию? Всяко лучше, чем терять год до поступления. — Что? — Ты ведь не собираешься всю оставшуюся жизнь работать в магазине, правда? — приподнял бровь Тецуро. Редко случалось, чтобы он был так серьёзен. — Так поищи вакансии в полицейском участке. Как минимум притрёшься, познакомишься с работой изнутри. А там уж видно будет. Понимаешь, вот ведь в чём дело? Если пытаться сразу прыгнуть выше головы, толку из этого выйдет мало. Ты лучше постепенно, ступенька за ступенькой поднимайся. Даже если кажется, что прыгнуть — в разы эффективнее и быстрее, на самом деле результат там, где постоянная работа над собой и преодоление, а не ожидание чуда и жажда идеального успеха. Савамура ухмыльнулся. — А я ведь даже не задумывался над этим, — он крутил в руках пакетик сахара и с интересом смотрел на собеседника. — Моя работа настолько изнурила меня, что я и помыслить не мог над тем, чтобы вернуться к ней. — Так ты максималист, Савамура? — Похоже, я прожил 24 года и до сих пор не знаю, как устроен этот мир, — рассмеялся Дайчи, поражаясь своей глупости и детскому черно-белому видению мира. За последний месяц контраст начал стираться и проявились цвета. Савамура будто очнулся от многолетнего сна. — Это нормально. Люди, и умирая, не знают, как устроен мир. Не знают даже, как устроены они сами. — Ты про кишки? — наконец, вмешался в разговор Бокуто, до сего момента уплетавший бургер размером с его голову. — Да, только про те, которые находятся в голове.