Гормити. Война за свет

- А вот и поселение, - пробормотал себе под нос Трек, оглядывая окружение. Свод огромной пещеры возвышался, казалось, на десяток метров и был увешан сталактитами, отбрасывающими огромные тени. Сам грот был подобен большой круглой площади: камни на полу были выложены узорной брусчаткой, торчащие из неё высокие сталагмиты были увенчаны светящимися кристаллами, напоминая уличные фонари; на равном расстоянии друг от друга были выдолблены углубления в стенах пещеры, каждое из которых снабдили табличкой, вероятно, указывающей имена хозяев. Все было до невозможности ровным и аккуратным, как не всякий архитектор мог бы обустроить. Гормити явно вложили много труда в своё творение. А вот и они. Великаны обступили каменного, в ошеломлении сидевшего посреди поселения. Судя по лицам, их шок был не меньше. - Пропустите! - из-за толпы раздался строгий голос. Рыцари расступились, открыв дорогу своему лорду. Внешне он смахивал на эдакого городского франта: серебряные пуговицы на его медном фраке сверкали под светом кристаллов, а шлем на голове имел вид невысокого цилиндра; при этом в его стиль гармонично вписывались броня, трость с похожим на кирку набалдашником и защитные очки, как у горняков. Невозможность рассмотреть его глаза сквозь толстые линзы одновременно успокаивала и тревожила. Нижняя часть его лица пока не выражала никаких эмоций. - Добро пожаловать, гормский путник, - торжественно произнёс Гормити. - Я, лорд Врахос, Первозванный Хранитель Камней, приветствую тебя от лица всех рыцарей нашего поселения. У теперь ещё более удивлённого парня хватало сил лишь изумлённо таращиться на великанов, пока он не понял, что весьма неловко молчит в весьма странной позе. Но стоило ему начать вставать на ноги, как вдруг его снова прибило к брусчатке, теперь под весом товарищей, упавших на него из всё ещё открытых сверху ворот. *** -О, здрасьте, - упавший последним Эрон первым делом поднял голову и улыбнулся Гормити. - А мы тут с миссией... - Да слезь уже с меня! - Рифф спихнул с себя ветреного, не дав ему договорить. - Какой позор... - Айкор с трудом выполз из-под огненного и сразу же вскочил на ноги, спешно отряхиваясь и нервно поглядывая на рыцарей. Избавившись от веса товарищей, Трек наконец смог подняться, но невольно поджался, когда Врахос, стоявший впереди толпы, недовольно поджал губы. - Миссия, говорите... - лорд опустился на одно колено, почёсывая подбородок. - Сомневаюсь, что столь молодые люди отправятся сюда с благими намерениями. - Мы герольды Горма, - каменный осторожно вытянул руку с браслетом. Большие пальцы Гормити сняли артефакт с руки парня и поднесли к его толстым очкам, после чего выражение его лица смягчилось, и он снова заговорил: - Исток подавляет силу Гормити, закованных внутри, но я всё ещё чувствую её. Вернув смуглому браслет, великан опять встал ровно и готовился продолжить свою речь, когда из ворот выпала Ао-ки, одним Щитом Света поймав себя и другим заблокировав вход. - Абеха идёт сюда, я долго не выдержу! - напряжённым голосом выкрикнула хранительница. - Закройте ворота, скорее! - Позвольте для начала разобраться в ситуации, - Врахос вновь принял недовольный вид. - У нас нет времени! - напряжённо выдавила девушка. - Закройте вход! Прежде, чем последовала какая-либо реакция Гормити, щиты Ао-ки разбились, и она приземлилась, с трудом удержавшись на ногах, пока Даркан залетал внутрь поселения. В процессе торможения после сильного разгона он срубил кристальные верхушки пары сталагмитов и врезался в перегородку между двумя углублениями, сломав её. При попытке подняться существо ударилось головой о свод теперь объединённого грота, отчего с него посыпались мелкие камни. - Это что за безобразие?! - разозлившийся лорд обернулся к Абехе, перехватив свою трость двумя руками и удлинив её ствол и один из концов кирки-набалдашника, отчего она стала похожа на косу. - А нечего было весь этот марафет наводить, - усмехнулся Даркан, наконец вылезший из углубления. - Сейчас я вам устрою настоящую беллецу! - Стена теней! Чёрные камни полезли из-под брусчатки, выбивая булыжники со своих мест. Рыцари легко разбили край растущего хребта, но тот прибывал снова, заставляя их повторять свои приёмы. Наконец, сам Врахос вмешался: - Пещерное эхо! Взмахом своей косы он создал ударную волну, выдернувшую чёрную стену из земли и повернувшую её вспять, прямо в лицо существу, отчего оно снова отлетело в углубление. - Не дайте ему добраться до Ядра, - великан опустил голову, рассматривая выбитую брусчатку, из трещин под которой сочился тусклый жёлтый свет. - Слышали? - Рифф посмотрел на товарищей, еле оставаясь на месте в предвкушении боя. - Вперёд! - Не торопись, - Айкор остановил его строгим взглядом. - Гормити могут защитить Ядро сами, а нам нужно вывести Абеху наружу. - Я и это имел в виду, - огненный закатил глаза, с трудом сдержав свой порыв. - Тёмный рой! У герольдов больше не было времени на раздумья, так как куски жала направлялись в их сторону. Вдруг Трек выскочил вперёд и заблокировал атаку энергетическим щитом, образованным Истоком, когда тот был выставлен на вытянутой руке. Впрочем, клинки, отскочив от щита, не вернулись к владельцу, а облетели кучку гормианов для удара с боков, но и там путь им был преграждён благодаря Ао-ки и Эрону. Один из камней после отражения, на первый взгляд, полетел к хозяину вместе с остальными, однако резко развернулся и устремился к ослабившему бдительность Треку. Вместо того, чтобы снова выставить артефакт, от неожиданности каменный закрылся рукой, зажмурившись, после чего услышал стук сверху. Подняв взор, он увидел, как один из булыжников с пола прижимает тот кусок жала к своду пещеры, но стоило ему опустить руку, как камень тут же упал, освободив клинок, который тут же вернулся к Абехе. - Вот это да, - Эрон отпрыгнул от булыжника, приземлившегося прямо у его ног, и взглянул на смуглого. - Как ты так быстро овладел своей силой? - Сам не понял, как это вышло, - Трек со смесью изумления и недоверия осматривал свою руку, по мановению которой это случилось. - Не время понимать, время действовать! - прикрикнул Рифф, переведя взгляд от парней к Даркану и бросившись в атаку. Получив оплеуху огненным шаром, существо наконец отвернулось от рыцарей, сквозь которых пыталось пробиться к Ядру, и обратилось к герольдам. Выставив вперёд восстановленное жало, оно с кличем понеслось к ребятам, но они уже знали средство: Ао-ки выставила навстречу Щит Света, войдя в который, острый чёрный камень в миг сточился почти наполовину и мог сточиться ещё больше, если бы его хозяин вовремя не остановился. Щит рассыпался, впрочем, на данный момент он не был необходим. Пока Абеха в ужасе пялился на обрубок своего жала, Эрон запрыгнул на него и перескочил на спину Даркана. - А ну слезь с меня, пара́зито! - существо попыталось сбросить с себя ветреного, но тот крепко вцепился в неровности его чёрного панциря. - Слезу, но не без последствий, - как следует обхватив спину врага ногами, насколько позволяла его растяжка, синеволосый отпустил каменные выступы и поставил руки около её середины. Гул ветра начал эхом отражаться от стен и потолка, пыль запорхала по пещере. Эрон вроде как начал создавать сферический вихрь, но его не было видно, будто весь воздух стекался внутрь... Взрыв. Панцирь раскололся на куски чёрного камня, с грохотом разлетевшиеся по гроту и оставившие везде много вмятин, трещин и пробоин. Парня отбросило к своду, откуда ему посчастливилось упасть и закатиться в одно из дальних углублений, куда осколки не долетели. Пухлое серое тело с трудом удержалось на ногах, опираясь на обрубок жала, хотя и тот обломился окончательно под большим весом. Трек с беспокойством заглянул за упавшего Абеху, высматривая в углублениях Эрона, но вскоре услышал его звонкий смех: - И это называется "великий и ужасный сеньор"? - в нелепой манере ветреный пародировал акцент Даркана, выходя сквозь пыль. - Впечатляет! Существо заклокотало от гнева, жёлтый кристалл на его руке засветился, и новый панцирь начал расти по всему его телу, а когда оно встало, полностью защищённое, из руки выросло новое жало, больше прежнего. - Похоже, я поторопился с выводами, - без смеха добавил синеволосый, остановившись в проходе. Абеха обернулся. Судя по навострённому жалу, паренька ждало наказание за сказанное мгновениями ранее. Надеясь на удачу, каменный поднял руку, попытавшись сосредоточиться. Ожидания оправдались: один из булыжников поднялся в воздух, а по ловкому движению смуглого и вовсе прилетел в затылок Даркану. Однако его это не сильно отвлекло, вероятно, из-за толстого слоя брони. Но и герольд не собирался останавливаться, орудуя бывшей брусчаткой, как Айкор - ледяными кинжалами. Наконец, существо всё-таки обратилось к нему и получило послдений булыжник в незащищённое лицо. Помотав головой и приметив в руке юноши Исток, оно обратило атаки на него: - Тёмный рой! Новое жало разделилось на более крупные и острые, чем раньше, клинки, полетевшие не направленно, как ожидалось, а хаотически. Чёрные камни впивались в стены, свод и пол, на котором оставляли ещё больше трещин, чем было, атаковали Гормити и гормианов, умело орудовавших щитами и контратаками, и в целом учиняли множество разрушений. - Нас будто в улей посадили, - Эрон с трудом пробрался к своим, оставшись невредимым. - Они ко всему летят, как на мёд! - А ведь интересная мысль, - подумал вслух Айкор, отразив ледышкой очередной клинок, летевший в него. - Цель Абехи - забрать Исток или уничтожить Ядро. - Спасибо, а то мы после трёх Дарканов так и не догадались, зачем они приходят, - раздражённо ответил Рифф, отпрыгнув от чёрного камня, летевшего в него. - Значит, эту же цель должен преследовать и его рой, - продолжил ледяной, не обратив внимание на сарказм соратника. - Если бы он преследовал Исток, то летел бы точно к Треку. Но рой летает вразнобой, потому что не может обнаружить свою цель, значит, он преследует Ядро! - Значит, заманим их Ядром, чтобы не путались под ногами! - когда огненный понял, к чему клонит его товарищ, к нему пришёл его обыкновенный пыл. - Вы в своём уме? - Ао-ки поставила Щит Света и посмотрела на трещины на земле, сияние откуда становилось всё ярче. - Мы должны защитить Ядро, а не помочь его уничтожить! - Мы и не будем, - принц нырнул под щит и начал объяснять свой план. Тем временем Абеха продолжал бороться с рыцарями, используя полёт с помощью крыльев из его панциря, как преимущество. Но великаны не уступали своих позиций, отражая удары, особенно Врахос, яро боровшийся за безопасность артефакта, спрятанного под его ногами. - Стена теней! Чёрный хребет начал лезть из пола, делая трещины ещё больше и заставляя его уже крошиться. - Пещерное эхо! Лорд просчитался, вырвав камни с корнем: пол раскололся окончательно, обнажив постамент с мерцающей жёлтой сферой. Как и ожидалось, тёмный рой тут же устремился к нему, но встретил сопротивление в виде прозрачного ледяного купола, выросшей вокруг него. Каменные клинки беспомощно долбились об лёд, оставляя на нём мелкие царапины и вмятины. - Надолго купола не хватит, - быстро сказал Айкор. - Действуем, пока есть время. Команда стала работать, как часы: Трек привлёк внимание Даркана булыжниками, Рифф ослабил его бдительность огненными шарами, Ао-ки повредила его панцирь сферами из энергии Света, а Эрон, подорвав под собой сферический вихрь, запрыгнул на его спину, под крылья, но, к сожалению, не смог удержаться там, так как обнажённая серая кожа оказалась слишком гладкой, чтобы крепко за неё ухватиться. Однако вскоре подоспела помощь от ледяного: подняв ледяной купол в воздух, он отправил его прямо в спину существа, а вместе с ним и чёрные камни, упёршиеся в лёд по инерции и следом воткнувшиеся в нежное тело, отчего Абеха не только отлетел прямо под открытые ворота, но и взвыл от боли. Последний шаг. Пока Даркан ещё не пришёл в себя, Трек вскинул руки вверх. Булыжники, оказавшиеся под существом, начали медленно поднимать его в воздух. Этот приём требовал большой концентрации, но каменный твёрдо держался. Впрочем, скорость подъёма была невелика, и Абеха уже успевал отойти от болевого шока прежде, чем окажется за пределами поселения. - Пещерное эхо! Ударной волной Врахос окончательно выкинул непрошенного гостя из ворот и, как только бывшая брусчатка упала назад, закрыл их. С противоположной стороны послышались проклятия и шорох открывшегося тёмного портала. Смуглый осмотрелся: всё поселение было завалено осколками старой брони Даркана, раскиданными булыжниками и сбитыми со сталагмитов светящимися кристаллами; стены и потолок потрескались, усеянные вмятинами и пробоинами; в центре развороченного пола мерцало Ядро. С порядком пропало и чувство уюта, так что парень чувствовал себя смущённо, а недовольный вид лорда, также оглядывавшего весь этот хаос, смутил его ещё больше. Он ненадолго отошёл обсудить что-то с рыцарями, но вскоре встал перед герольдами. - Значит, так, - строго начал великан. - Я готов помочь вам с поиском Печатей и предоставить вам доступ к Ядру, когда вы уничтожите их. Но мы не можем позволить вам оставаться здесь, в том числе на ночлег. Из-за того, что Печати находятся в местах с высокой концентрацией энергии или вообще с энергией из других миров, Ядро ведёт себя нестабильно даже в запечатанном состоянии, и нам не ведомо, как его аномалии могут повлиять на простых гормиан. К тому же, после причинённого беспорядка ваше поведение внушает нам меньше доверия. - Вообще-то, это Даркан тут всё разворотил, а не мы, - Рифф скрестил руки на груди, всем видом оспаривая справедливость обвинений. - Во-первых, часть разрушений устроена вами самими, - Гормити наклонился к подросткам, недовольным тоном проговаривая им это всё в лицо. - Во-вторых, Даркан проник сюда именно по вашей неосторожности. Так что вина за ущерб всецело лежит на вас. Но мы можем восстановить всё сами, поэтому не смею вас задерживать. Ребята поражённо переглянулись, осознав, что они остались без места для ночлега и наставника для герольда Камня, пока Врахос в мгновение ока зарядил их компас и вернул его Ао-ки. - Пещерное эхо! Прежде, чем они успели возразить что-то ещё, ударная волна отправила их прямо в открывшиеся ворота, и спустя миг все они снова оказались на дне каньона, среди скал. - И как нам теперь отсюда вылезать? - огненный в недовольстве посмотрел наверх. - Мой щит всех нас не выдержит, - хранительница выглядела по-странному подавленно, так что никто и не думал просить её о помощи. Трек посмотрел себе под ноги - песка почти не было, только голая твёрдая земля. Тут в его голове промелькнула занимательная мысль. - Ну-ка, встаньте покучнее... - каменный подошёл к друзьям, послушно сгруппировавшимся. - Ты собираешься поднять нас всех на камне? - в восторженном предвкушении протянул Эрон. - Ты уверен, что выдержишь? - спросил Айкор, скорее, не со скептицизмом, но с беспокойством. - Тебе ведь большого труда стоило поднять Абеху даже на небольшое расстояние. - Думаю, мы уж полегче будем, чем эта махина, - ответил ветреный, воодушевляюще взглянув на герольда Камня. - А ещё, может, дело было в том, что он сразу много булыжников поднимал, а тут он может один большой. Тревожно сглотнув и сделав глубокий вдох, каменный закрыл глаза и начал поднимать руки вверх. Снизу послышался треск, будто кусок земли откалывался от остальной тверди. Руки ощутили странное давление, словно сопротивление, но он старался его перебороть, причём, видимо, удачно: давление и движение воздуха почувствовало всё тело, будто поднимаясь. Следом зазвучали и удивлённые возгласы товарищей, которые, впрочем, смуглый старался игнорировать. В какой-то момент Трек открыл глаза. Они уже поднялись над ущельем, его бездна под собой захватывала дух, но почему-то не было привычного страха высоты. Твёрдый камень под ногами заставлял его чувствовать себя спокойнее, будто он не летит, а просто стоит. В совокупности эти ощущения дарили какую-то лёгкость, чувство свободы... Солнце ещё было далеко от горизонта, но уже клонилось к нему, когда кусок земли с герольдами спустился на песок пустыни, окружавшей каньон. Парень выдохнул, когда давление сошло с его плеч. - Может, сразу отправимся за первой Печатью? - предложил Рифф. - Всё равно до захода ещё далеко. - Ночлег можно и потом поискать, - утверждающе добавил ледяной. - Только теперь все своим ходом, раз уж мы вылезли из ущелья, - кивнула девушка. - Чтобы никто не переусердствовал. И ребята дружно отправились на поиски: Ао-ки, восстановившая силы под лучами солнца, вела всех за собой верхом на Щите Света; на равных с ней летел Рифф с помощью реактивной тяги своего огня; по другую сторону от неё на прежнем камне летел Трек, теперь с ещё большей лёгкостью после ухода "пассажиров"; прямо под ними Эрон стремительно катился вперёд на "ветросипеде"; Айкор догонял его на ледяной глыбе. Каменный чувствовал даже больший комфорт, чем при путешествии верхом на Гороке. Эта странная смесь независимости и спокойствия словно придавала ему сил. Это ощущение было ново для него, хотя что-то, связанное с ним, пробуждалось в глубине памяти, где-то даже на бессознательном уровне... *** Кир впивался взглядом в рану на тыльной стороне ладони, ожидая, когда его мать выкинет старые бинты и намотает новые. Луно ещё спал в его комнате, а солдаты уже отправились к разлому на разведку. Шаги Зоттобо гремели по полу дома. Но ничего не удерживало на себе внимание юноши так сильно, как боль. Жжение в чёрном кресте на его руке не прекращалось всю ночь, но из-за него полукровка даже не обращал внимание на лёгкое чувство недосыпа. Монотонные шаги лишь изредка сменялись лёгким постукиванием, но ему было всё равно. Он даже забыл про отвращение к своему виду, ибо фиолетовые пятнышки были на другой стороне его бирюзовой ладони. Всё мешалось в кучу и казалось неважным на фоне этого жжения. - М-можно? Сын Войдуса через силу оторвал взгляд от раны и перевёл его к дверному проёму, устало подняв голову. Корво скромно стоял, ожидая разрешения на вход, но у парня не было сил ответить. - Ох, Корво, здравствуй, - Дарканша вошла на кухню из другой комнаты с бинтами в руках, заставив гостя посторониться. - Мог бы и постучать. - Я стучал, но мне никто не ответил, - лишь теперь Кир смекнул, что это были за постукивания. - Какими судьбами? Головушку-то хоть поправил свою? - жестом пригласив скрипача войти, женщина-Даркан начала перевязку. - Со мной-то ладно, - ворон присел на свободное место. - Я за Кира беспокоюсь. Я видел, что вчера было. Страшно, очень страшно... - Полно, ты ещё захнычь, - отрезала дама в ответ на начавшиеся причитания. - Ещё бы было не страшно! Да что мы можем сделать? Этот придурок не успокоится, пока не добьётся своего. - Может, не надо так грубо? - Корво украдкой смотрел на полукровку. - Да, его выбор был безрассудным, но... - Не так грубо? - с тенью недоумения усмехнулась Зоттобо. - Да я бы его и погрубее назвала, да боюсь, у тебя сердце выскочит от таких словечек. Да и с каких пор ты его защищаешь? - Ну, как же, - потупился Даркан. - Он же мой лорд... - Ты совсем, наверное, умом тронулся? - с раздражённым усилием Дарканша затянула узел на ране, отчего сыну Войдуса пришлось сдерживать стон. - Неужели ты забыл, что он делал? Как он тебя унижал, оскорблял, как чуть не убил? - Вздор! - скрипач вскочил со стула, начав парировать на повышенных тонах. - Этот молодой человек - самое благородное существо на этой чёрной земле! А ты, даже зная все риски, которые он берёт на свои хрупкие юные плечи, смеешь обливать его помоями, можно сказать, прямо в глаза ругать его, и притом называться ему родной матерью! Дом погрузился в тишину. Взгляды двоих Дарканов сошлись, когда до них дошло, что говорили они о разных личностях. Ворон смущённо сел, стыдясь своих нападок. - Допустим, - вздохнула Зоттобо, собирая бинты в кучу после окончания перевязки. - Теперь у меня к тебе единственный вопрос - с каких это пор ты зовёшь Кира своим лордом? - В-вчера я присягнул ему, - с дрожью ответил Корво. - Разве он тебе не рассказал? - Разве ему вчера до этого было? - женщина-Даркан встала, готовясь относить бинты, но остановилась. - Я так понимаю, ты не знаешь, что у него была заварушка с Ксатором. - Заварушка? - только сейчас скрипач заметил, что рука его нового лорда перевязана. - О, какой ужас! Шаги матери отдалялись с каждым ударом пульса в висках. По ощущениям, фальшивые глаза ворона впивались в юношу. Но ему было всё равно. Вместо раны объектом его наблюдений стали бинты. Жжение стало ещё сильнее. Жар приливал к вискам и лбу, а кипящие слёзы - к глазам, не выглядывая на поверхность, но ошпаривая всё изнутри. Сердце покалывало. *** Стук кирок звучал в такт рабочей песне, насвистываемой всей сменой. От ударов острого орудия камни пускали безобидные искры. Грязь сильно въелась в кожу, особенно на руках, но любые перчатки были бы слишком велики. Подходящего размера их просто не шьют. Все рассчитаны на взрослых и рукастых. - Смотрите! - воскликнул один из горняков. - Смотрите, что я откопал! Остальные рабочие вяло обернулись к нему, но, увидев, что он нашёл в камне, поспешили к нему. Сирен тоже стало любопытно, впрочем, когда она подбежала, его уже обступила толпа амбалов в годах и вытянутых студентов на подработке. И если через худощавые тела и ноги последних было легко протиснуться, то через первых пройти было за гранью возможного. - Небось, старинная вещица, - протянул горняк, вероятно, любуясь на свою находку. - В музей сдадите - вознаграждение дадут, - посоветовал один из студентов. - Лучше уж на рынке сбагрить, - возразила одна женщина. - Там хоть поторговаться можно, цену набить! - Тогда уж сразу на аукцион! - усмехнулся горожанин, приехавший на заработки. - Там барахольщики хоть душу отдадут за эту ерундовину! - Чего сразу ерундовина-то? - шахтёр запыхтел, послышалось шарканье его сапог. - Ух, тяжёлая, зараза... - Наверное, из железа, - возник другой студент. - Можно в металлолом её сдать. - Где ты такое железо видал, дурень? - начал поучать его один из старших горняков. - Цвета такого оно не бывает, если б краска, то слезла б давно! Да и кому в голову пришло б такой блин выплавить, чтобы он и такой большой, и внутри не полый, раз столько весит? Каким-то чудом девчонке удалось нырнуть сквозь основную массу народа, и теперь, пусть через щели между чужими ногами и телами, она могла разглядеть находку - круглую гладкую жёлтую плиту с традиционным символом Камня в центре. Хрупкая работница чуть не упала, когда вся толпа захохотала, глядя на потуги нашедшего поднять её. Впрочем, смех начал утихать, когда бедолага уступал место более крепким коллегам, но и те почти не могли осилить "вещицу". - Может, ну её? - предложил один из его товарищей. - У нас ещё работы немерено, а с этой болванкой полдня проваландаться можно, да проку от неё не будет! Это мнение единодушно было принято за верное, и все продолжили раскопки. Сирен тоже вернулась к работе, но невольно поглядывала на эту плиту. Что-то с ней казалось странным. Да и шрам на боку снова заныл, а это всегда не к добру. Хотя для неё это не был повод для отлынивания, так что она, подтянув потуже повязку, скорее взялась за дело. - Стена теней! С мерзким возгласом, прозвучавшим из-за пределов шахты, вход в неё закрылся выросшей из земли угольно-чёрной стеной. Лишь свет фонарей не дал гроту погрузиться во тьму полностью, но всё равно было слишком темно для нормальной работы. Нытьё в шраме превратилось в резь. - Что случилось? - спросил кто-то из шахтёров. - Обвал? - Точно нет, - один из мужиков подошёл к стене. - Они будто из земли вылезли, даже тряски не было! - И как нам теперь выбираться? - тревожно спросил один из студентов. Потихоньку начала подниматься паника. - Вот были бы здесь герольды... - протянул горняк, обнаруживший ту плиту. - Да, помню, как в тот раз, когда Барур кучу-малу устроил, они быстро с этим рогатым выход пробили... - вздохнул один из рабочих, бывших на смене в тот день. - Может, это снова его, ну, Барура, происки? - высказал теорию горняк. - Или настоящего Даркана... - А если Даркана, то герольды снова придут? - кротко спросил отчитанный ранее студент. - И спасут нас! - поддержала одна из женщин. В шахте поднялся гомон, пока окрылённые надеждой шахтёры усаживались ждать герольдов. - Да что вы все, как помешанные?! - в приливе недовольства воскликнула Сирен. - Герольды, герольды! У них и без нас хлопот хватает! А мы сами выберемся! Что руда, что стена - всё камни! Ну-ка, давайте все вместе! Впрочем, воодушевление прошло даром - во всём гроте бряцала лишь одна кирка, и та - в руках малолетки. С каждым ударом резь в боку приливала, а сзади слышалось хихиканье вперемежку со словами: "Вот чудачка!", но у неё и мысли не было останавливаться. - Да брось ты это, аж смотреть больно, - ляпнула одна из женщин. - Так вы не смотрите, а помогайте, - процедила девчонка. - Уж копать не так больно, как смотреть. Ещё несколько минут работа велась в одиночку, но в какой-то момент начала бряцать вторая кирка, с ней полился свист рабочей песни. Это была та самая женщина, пару мгновений назад не державшая язык за зубами. Почувствовав прилив сил, работница стала подсвистывать старшей коллеге, её удары стали увереннее. Затем присоединилась третья кирка, затем четвёртая, а вскоре и вся смена долбила чёрную стену, параллельно наполняя шахту звучным свистом. С каждым ударом боль становилась сильнее, но вместе с тем крепчал и дух Сирен. Она не могла и подумать о том, чтобы остановиться, пока не услышала из-за стены знакомые голоса. *** Герольды приближались к месту расположения первой Печати, когда их встретили знакомые шахты. Трек уже предвкушал встречу со старой подругой, однако чернокаменная заслонка в одном из мест раскопок смутила не только его, но и остальных, так что команда остановилась перед этой картиной. - Похоже, Абеха нас опередил, - протянул каменный, оглядывая масштаб проблемы. - Видимо, решил, что ему мало досталось от нас, - хмыкнул Рифф, осматриваясь в поисках врага. - Вот только где он сам? - Самое главное, что его здесь нет, - ответил Айкор, рассматривая стену в поисках решения. - Никто не помешает нам освободить тех, кто оказался в ловушке. - Расступитесь, сейчас мастер-подрывник всё сделает! - Эрон вышел вперёд, очевидно, собираясь взорвать камень изнутри, как он это сделал с панцирем Абехи. - Стой, не надо, - обеспокоенно остановил его Трек. - Куски же разлетятся во все стороны! Вдруг кого-то из горняков заденет? - Или нас и тебя самого, - дополнил ледяной. Пока парни спорили, Ао-ки уже начала уничтожать стену с помощью шаров из энергии Света. Пусть они разъедали не самые большие куски чёрного камня, но барьер уменьшался на глазах. Наконец, в одном из мест слой стал настолько тонким, что раскололся... От удара кирки с другой стороны. - Есть! - с той стороны сквозь стук кирок и мелодичный свист послышался знакомый юный голос. - Одну дырку пробили, не останавливаемся! Мы уже близко к выходу! - Сирен? - хранительница присела, аккуратно заглядывая в пробоину, пока парни, услышавшие её обращение, в замешательстве подходили к тому месту. - Ао-ки? Приветик! - девчонка просунула свободную руку в дыру и помахала. - Сирен?! - хором удивились ребята. - Это герольды! - послышались возгласы горняков. - Они пришли! Мы спасены! - Так, спокойно! - ветреный рванул к пробоине, заставив девушку невольно уступить ему место, и начал кричать прямо туда. - Все отойдите в безопасные места! У вас же есть безопасные места, верно? Короче, прячьтесь, если в вас летят обломки, то не стойте, как вкопанные, а бегите, вам ясно?! Спустя полминуты копошений в гроте прозвучал отклик одного из рабочих: - Мы готовы! Синеволосый не стал медлить и начал концентрировать воздух прямо в шахте, просунув руки в дыру. Безопасности ради Ао-ки закрылась Щитом Света, куда же поднырнули и остальные. Вскоре сферический вихрь дорос до размеров проёма... Взрыв. От силы ветра Эрон отлетел и плюхнулся в песок, а остальные отъехали немного назад, ибо щит сработал, как парус. Из-за местоположения взорвавшейся сферы большинство крупных кусков вылетело наружу. Стена не была расколота полностью, но получившийся проём был достаточно большим, чтобы толпа радостных горняков выбежала из шахты чествовать своих героев. Среди них была и Сирен, бросившаяся первым делом обнимать Трека, отчего тот впал в ступор, чувствуя, как его щёки наливаются румянцем. Его ступор не прошёл даже тогда, когда она отбежала обниматься с другими друзьями. Но, помотав головой, он вспомнил про изначальную цель их визита. Пока рабочие горячо благодарили подростков, шахта, где, судя по компасу, находилась Печать, пустовала. Воспользовавшись этим, каменный шмыгнул внутрь и почти сразу увидел её лежащей на камнях, будто кто-то нарочно её откопал. На миг возник вопрос, как именно нужно уничтожить Печать, но смуглый быстро придумал ответ: подняв взмахом руки камешек с земли, он бросил его в плиту, и та, к удивлению, рассыпалась на частицы энергии Камня, хотя парень вообще не верил в этот план и попробовал просто наудачу. Вскоре Трек вышел из пещеры, а чествование и не прекращалось, только теперь, завидев его, рабочие, потерявшие его прежде из виду, затащили его в кружок, где тот упёрся в своих товарищей, купающихся в лучах славы. Потом их всех начали подбрасывать в воздух, но каменный предпочёл забыть это ощущение сразу, как только его поставили на землю вместе с остальными. - Ох, в коем-то веке наши подвиги оценили по заслугам, - довольно произнёс огненный, поправляя волосы после такой встряски. - Если бы вы в прошлые разы так быстро не уходили, вы бы попадали и на пиры в вашу честь, - хмыкнула Сирен. - Пиры? - впервые за последние минуты смуглый выглядел заинтересованным. - Ты бы видел, какой банкет был в Каменном Замке после того, как вы его освободили! - вспомнила девчонка. - В тот день вы к полудню ушли, а пирушка была вечером! - У нас было важное дело, - ответил принц прежде, чем его падкий на лакомства друг успел огорчённо вздохнуть. - Кстати, у нас и сейчас есть дела. - Уже на одно дело меньше, - улыбнулся Трек. - Я уничтожил первую Печать. - Отлично, можем двигаться дальше! - воодушевлённо воскликнул Рифф. - Тёмный рой! Толпе повезло, что Ао-ки успела закрыть всех большим щитом, так как каменные кинжалы молнией прилетели в нападение, хоть и развернулись обратно, видимо, во избежание риска быть повреждёнными из-за энергии Света. - Все в укрытие! - крикнул герольд Камня, и по его кличу горняки спрятались в шахте. Сам юноша, надеясь задержать врага, поднял в воздух тот кусок камня, на котором он до этого прилетел сюда, но, осматриваясь, он никак не мог найти Даркана. Его товарищи также зависли в замешательстве, глядя по сторонам и стоя наготове для обороны. Вдруг над ними от скал, где были выдолблены шахты, по направлению дороги пронеслось жужжание. Вскоре Абеха снизился до самой дороги, развернулся и, выставив вперёд жало, понёсся к герольдам на всей скорости. Хранительница снова поставила щит, но существо, похоже предусмотрело этот ход и взмыло вверх прямо перед ним. Поднявшись высоко над гормианами, Даркан начал пикировать на них, вращаясь, отчего его жало напоминало сверло. Здесь и пригодился тот большой кусок камня: Трек успел поднять его над собой, так что Абеха впечатался в него, разбив своё оружие, после чего запулил его куда-то вдаль. - Ого, быстро вы, - удивлённо произнёс один из горняков, выглядывая из пещеры. *** - А я говорил, а я говорил! - Кончай уже истерику! Вот, он очнулся. Кир поднялся с лавочки, на которой прежде сидел, а затем упал. Очередной сон наяву будто бы ослабил жжение в ране, но стоило ему чуть шевельнуть рукой, как боль прилила с новой силой. - Ты как себя чувствуешь, - небрежно, но с тенью беспокойства бросила мать. - Ты несколько часов лежал, как овощ. - Сердце покалывало, сейчас нет, - сухо ответил полукровка, ибо язык у него двигался с трудом. - А я говорил! - в очередной раз повторил Корво. - Это Тьма твоё сердце разъедает! - Не болтай глупостей, - вздохнула Зоттобо. - Это, теперь, от раны в сердце дало... - Это всё я винова-ат!.. - Даркан заревел, разумеется, без слёз, ибо они не могли течь из глаз-камушков. - Улома-али ведь!.. А я говори-ил!.. К дурному лишь эта Тьма-а!.. Серде-ечко твоё хру-упенькое!.. Прости-и меня, дурилу-у!.. - Хватит! - сын Войдуса стукнул здоровой рукой по столу. - Мне самому сейчас хоть в истерику, а тут ты ещё ноешь! Уж не добивай, пожалуйста! От повышенного тона скрипач впал в ступор, издав последний всхлип, после чего осторожной, но шатающейся походкой отправился к выходу, чуть не падая. Вздохнув, юноша тихо добавил: - Зоттобо, он в таком виде сам домой не дойдёт. Можешь его проводить, пожалуйста? Спустя минуту дом опустел. Лишь Кир сидел, донимаемый жжением в ране. Среди вереницы мыслей о боли проскочила одна, выбившаяся из общей массы: "Почему Корво ноет, а мне нельзя?" В обычном состоянии он бы ответил сам себе, что если он собирается занять место лорда, то он не должен позволять себе показывать слабость, тем более, таким человечным, таким гормианским образом. Но сейчас ни о чём другом, кроме боли и этого, он думать не мог, так что такого ответа он себе не дал. Крупные капли покатились из глаз. Сдерживать стоны больше не было сил. Не хотелось. Впрочем, подсознательный стыд всё-таки дал ему толчок, чтобы тот удалился в свою комнату ради таких слабостей, и скоро он уже свернулся на лавочке, заменявшей кровать, насколько ему позволили её размеры, уткнувшись лицом в стену. Боль лилась из него через эти слёзы, вырывалась через эти стоны. Вдруг тёплая рука опустилась ему на плечо, лёгкими движениями ощупывая его. Осторожные пальцы дошли до ключиц, до шеи, до скул, до уха, даже погладили пару прядей волос. - Чего это ты? - молодой и по-гормиански живой голос спросил из-за спины. Кир и не знал, что ему ответить. В голове была каша, где не было понятно ничего, кроме боли. Не только той, что в руке. Сердце покалывало. - Живое в тебе умирает, ты и страдаешь, - ответил, по сути, себе же тот голос. - Тьма живое губит. Все это знают. И ты тоже. Полукровка развернулся. Луно стоял над ним, выпучив свои слепые глаза. - Даже тепла от тебя меньше стало, - гормиан снова пощупал его, будто демонстративно. - Уж мне такое трудно не заметить. Юноша сел, стараясь успокоить своё дыхание. Наконец, когда оно перестало сбиваться, он вернул себе дар речи: - Значит, становлюсь настоящим Дарканом. Перестаю быть химерой. Скорее бы. - Ну, не знаю, - нащупав место, слепец присел рядом. - Мне хоть спокойнее было, когда от тебя тепла больше было. Уютно было, как дома. Но, видать, так уже не будет. Раз это началось после присяги... Сын Войдуса вскочил со своего места в непонятном порыве, но жжение в руке, на которую он оперся, сковало его, и тот, вздохнув, снова сел. - Может, тебе и лучше быть химерой, - пожал плечами парень. - Ты ведь чувствовал себя намного лучше раньше. - Ты просто не видишь, какой я, - сдержанно сказал Кир, вытирая лицо. - Для Дарканов я чужак из-за гормской крови, у меня даже тело формы простого человека. А когда я впервые показался на глаза одной гормианке... Если б ты знал, как она обомлела, как она уносила от меня ноги... Очередной стон вырвался из его груди, и он закрыл лицо руками, несмотря на никуда не исчезнувшее жжение. - Ох, брат, я-то думал! - усмехнулся Луно. - А ты всего-то по девчонке сохнешь! Открою тайну: то, что тебя какая-то фифа испугалась, ещё не значит, что ты урод. - О чём ты вообще говоришь? - слова гормиана предотвратили начинавшуюся истерику. - Ты не думай, что все ловеласы писаными красавцами были, - продолжал слепец. - Я, конечно, не видел, какой ты, но по тому, что я у тебя нащупал, могу точно сказать - на человека похож, и на том хватит! Тебе любой мужчина в Горме скажет, что девушки любят тех, кто с изюминкой, а в тебе этого изюма будет видимо-невидимо. Знаешь, что главное? Харизма! Уверен, стоит тебе рассказать при встрече этой твоей фифе историю о том, как ты Ксатора свергаешь - разумеется, приукрашенную - она от тебя отлипать не будет, пока до мельчайших подробностей всё не разузнает! А там, глядишь, и всякие твои дурные черты она сочтёт за идеал! А если и нет - ты ещё молод, насколько я могу судить, у тебя ещё всё впереди! Гадкие утята превращаются в прекрасных лебедей, знаешь ли! Может, и ты преобразишься... - Хватит этих глупостей, - сын Войдуса снова вскочил с лавки и пошёл к выходу из комнаты. - У меня есть дела поважнее, чем думать об этом! Хлопнув за собой дверью, полукровка услышал за ней лишь тихое бормотание, но не придал ему значения. Он даже на несколько секунд забыл о жжении в кисти и уже собирался идти исследовать разлом вместе с солдатами, но стоило ему увидеть свою мать на входе, только что вернувшуюся от Корво, так его тут же вновь сдержала боль, и он устало поплёлся на кухню. *** Так как солнце уже скрывалось за горизонтом, герольдам пришло время искать себе место для ночлега вместо секретного поселения. К счастью, их каменная подруга нашла решение - разместить их у себя дома. Ветхие избушки соседствовали со свежими домиками, по которым сразу было видно, кто был побогаче, а кто - беднее. Не менее заметны были следы дикого разбоя даже в самом духе деревни. - Ого, Барур не хило постарался, когда разносил вашу деревню, - Рифф удивлённо смотрел по сторонам. - Это не только его рук дело, - вздохнула Сирен. - Несколько лет назад сюда приходили настоящие Дарканы. Вот то был разбой... А Барур лишь доломал то, что они не успели, и прикрылся ими. - Неудивительно, что местные поверили его вранью, - ответил Айкор. - Они не могли знать об осколке, но помнили происки Дарканов. К тому же, в народе могут гулять любые суеверия, и ими можно было усугубить ситуацию. - А ещё Барур - племянник главы деревни, - добавила девчонка. - Его слово имело для нас почти тот же вес, что и слово самого главы. Конечно, только до того случая. Вы бы видели, как его камнями закидывали, пока он с деревни бежал! Последняя фраза была произнесена ей с каким-то особым удовольствием, но ребята предпочли это проигнорировать. Вскоре подростки подошли к старому, но на вид крепкому дому. - А твои родители не будут против того, что мы будем здесь ночевать? - спросил Трек. - Их нет дома, - Сирен махнула рукой. - Заходите! Внутри все было обставлено скромно, но со вкусом, хотя какие-то пустующие места будто говорили о том, что на них должно было что-то стоять. Зал был широким: на одной его стороне стояли явно просиженное, но ещё не облезшее кресло, небольшой столик с какими-то книжками и пустым подсвечником, по-чудному крупный шкаф и пара тумбочек; на другой стороне была оборудована кухня с большим обеденным столом, диваном того же стиля, что и кресло, и единственным в помещении окном; напротив входа с крыльца располагалась дверь в дальнюю комнату, откуда, стоило захлопнуться входной, послышался топот. Из комнаты выбежал худенький белокурый мальчик лет десяти. Лицо его почти в точности повторяло лицо Сирен, но тон его кожи был явно светлее, ибо в неё, должно быть, ещё не успела въесться грязь шахты. - Ура, сестра! - вопил мальчуган, пока не увидел герольдов, отчего потупился, но явно не сбавил своего напора. - У нас что, гости? - Айнар, знакомься, это мои друзья, - девчонка улыбнулась младшему брату. - Они будут ночевать с нами. - Приветик, - Эрон поздоровался хором с остальными и помахал ему с дружелюбной улыбкой. - Ух ты, - Айнар осторожно подошёл к друзьям сестры, глазея на них. - А вы с маскарада пришли? - Мы герольды Горма, - горделиво произнёс огненный. - Это те самые?! - мальчик с ещё большим изумлением стал их осматривать, иногда бросая взгляд на свою сестру. - Про которых ты рассказывала?! Которые разоблачили того злого дядьку и прогнали Дарканов из Замка?! Которые... - Знакомьтесь, ребят, ваш самый преданный фанат - Айнар Пинхас, - добродушно усмехнулась Сирен, глядя на изумление мальчика. - Не доставай их своими вопросами, им надо отдохнуть. И тебе самому скоро спать ложиться. - Ну, можно я ещё посижу с вами? - жалостливо пролепетал мальчуган. - Иди, иди ложись, - щенячьи глазки Айнара на его сестру не действовали, так что он с разочарованным видом поплёлся назад в другую комнату. Ребята быстро разобрались с ночлегом: парни отправились к дивану на кухне, хотя его размеры не внушали доверия, впрочем, им было не впервой спать скученно. Ао-ки же было предложено место на кресле на противоположном конце помещения, от которого она воздержалась, предпочитая сон в одной кучке с ребятами, на что получила следующий комментарий от каменной: - Я тоже, конечно, мальчикам доверяю, но всякое может быть, в таком-то возрасте... Ну, это дело ваше, не буду лезть. Тогда девчонка сама устроилась в этом кресле. *** Глубокая ночь. Обычно Трек проваливался в сон почти сразу, как только ложился, но сейчас его переполняла буря эмоций, не дающих ему спать. Во тьме закрытых глаз он видел, как воспоминания об этом дне шли длинным караваном. И вот, очередное: она прижалась к нему объятиях, с улыбкой до ушей, с её небольшой забавной щелью между передними зубами, с зажмуренными от удовольствия глазами... В тот момент, когда она прижалась к нему правым боком, он почувствовал что-то странное. Трепет в его душе сменил настроение с нетерпения на тревожное отторжение, и каменный сам не знал, почему. Смуглый открыл глаза и увидел тусклый свет. Опустив запрокинутую голову, он нашёл Сирен ставившей в подсвечник на столике зажжённую свечу. Как оказалось, размер дивана был недооценён, так что все подростки на нём свободно умещались без нужды заваливаться друг на друга, поэтому Треку не составило труда аккуратно слезть с него так, чтобы никого не разбудить. Девчонка тут же его заметила, но он продолжал двигаться к ней, пока не встал около столика, опустив взгляд. - Ты чего не спишь? - прошептала каменная. - Не могу, - тихо ответил смуглый. В неловкой тишине юноша забегал глазами, пока не обратил внимание на книги, лежавшие на столике под светом свечи: - А что это за книги? - Это моего дедушки. Он верил в Святейшую, в Первоосквернённого там, и прочих из того же... Прям сильно верил. Молитвы знал, книжки, вот, про них читал. Это после него осталось. - А ты веришь? - Ну, так... У меня особо нет времени на все эти молитвы. С тех пор, как родителей нет дома, я вкалываю в шахте. Раньше я бывала там по чуть-чуть, потому что у дедушки была большая пенсия, но потом он ушёл из дома и пропал, так что теперь всё на мне. Только вот, ночами иногда читаю, если не до сна. Хотя так редко бывает. - А... Сколько уже родителей нет дома? - Три года. С последнего перед сегодняшним нападения Дарканов. - Это они их?.. - Не знаю. Ходили слухи, что какие-то люди в ту ночь бежали из деревни... Парень застыдился своих вопросов, когда подруга отвела взгляд в сторону при этих словах. - А ты веришь? - вдруг спросила Сирен. - Я?.. Ну, где-то так же, как ты. У нас вообще особо не верят. Ну, так, слышал что-то про Святейшую, как ей Тьма грудь вспорола, а потом она людей в Горм привела... - Да, всё так. А про Первоосквернённого знаешь? - Только имя... - Я тебе сейчас про него прочту. Девчонка шустро схватила верхнюю книжку из стопки, открыла страницу, где была закладка, и начала читать шёпотом: "Когда Святейшая разделила Свет сердца своего на Стихии и даровала их народу, люди разделились по ним и пошли на все четыре стороны Горма. Но был среди народа один мальчик; когда же Святейшая делила свой Свет, мальчик в благоговении подошёл к ней ближе всех, и часть чистого Света коснулась его, отчего тот стал весь светлый, не обретши ни одну из Стихий. И оставался мальчик в благоговении смотреть, как Святейшая возносилась на небо Ярчайшей Звездой, пока все расходились по своим сторонам; и когда мальчик оторвал взгляд от величия Святейшей, он никого из людей на том холме уже не нашёл. И отправился мальчик сквозь лес, и звал он старших слезливо; на зов же его прибыла дикая Тьма, ослепшая от Света из сердца Святейшей, и оттого ещё более дикая. Не ведая, что пред ней, Тьма страшнее лютого зверя изуродовала мальчика, выдрала ему глаза, многие увечия нанесла и осквернила его чудо жизни в Горме, тело его бросивши в том лесу. Но Свет, дарованный ему Святейшей, остался жив и вознёсся на небо к Ярчайшей Звезде, став душой мальчика. И Первоосквернённый Дикой Тьмою Гормиан вымолил у Святейшей дар для всякой силы внутри гормиан, дабы стала она душами их, по смерти носителей своих возносящимися на небо в царство их. С той поры же Первоосквернённый оберегать стал и Святейшей служащих, ибо сам пред ней благоговел, и странствующих, ибо сам странствовал, и болезных и раненых и увечных, ибо сам погибал в муках боли и увечий, и умерших, ибо первым из них стал на острове Горм, и скорбящих, ибо сам скорбел по каждому, лишённому чуда жизни, и детям, ибо сам был в малолетстве при смерти; оттого же являлся в своём истинном детском облике с закрытыми навеки глазами и перед Святейшей служащими, дабы укрепить их в вере в неё своим примером, и перед странствующими, дабы направить их на верный путь и уберечь от бед, и перед болезными и ранеными и увечными, дабы дать им веру в своё выздоровление и в облегчение их участи, и перед умершими, дабы сопроводить их в Мире Мертвецов, и перед скорбящими, дабы утешить их в скорби, и перед детьми, дабы наставить их по жизненному пути". Трек, присевший около столика, задремал, его храп наполнял воздух помещения. Не сдержав улыбки, Сирен закрыла книгу, задула свечу и поджала ноги на кресле, готовясь спать, хоть и чувствуя, что сон не будет сладким: с того момента, как шрам на боку начал болеть, он не переставал до сих пор. Каменная напрягала все силы, стараясь отвлечься от неприятных ощущений, когда услышала голос: "Не волнуйся, девочка. Всё это время ты была на поводке у своей дурной жизни, но теперь пришло твоё время быть дикой".