Способ расслабиться

Девушка в который раз поправила свои очки, бросая нервные взгляды за окно. Ее коллега в белом халате, лениво помешивая ложкой чай, тоже наблюдал за тем, как по ту сторону эктобарного стекла по стройплощадке бегали две синекожие фигуры. Один из них чуть ли не в панике что-то кричал, будто оправдывался, пока второй молчаливо и, надо сказать, прямо-таки ужасающе преследовал его. — Военные всегда так себя ведут? — протянула лаборантка, начиная отстукивать ноготочками по столику. Вот и тебе и «доброе утро». Стоило позавтракать у себя в комнате, а не спускаться в кафетерий. — Может, тот лысый сделал что-то не то? — предположил мужчина, сидящий за столом напротив, и сделал глоток, но тут же поперхнулся, когда убегающего догнали и с силой дернули за его полосатый хвост, повалив спиной на бетон. — Блять… — выругался он, когда откашлялся, но тут же прижал руку ко рту. — Прошу прощения, — поспешно добавил он. Его коллега только махнула рукой, мол, тут все постоянно матерятся, уже не привыкать, и начала: — Может, охрану вызвать? Это уже ни в какие ворота… — Они сами все видят, что происходит, — мужчина кивнул в окно, где вдали не только ползали роботермиты, но и по всему периметру были понатыканы автоматические пулеметы. Не стоило сомневаться, что во всей этой технике встроены камеры. Лежащий на земле рекомбинант выставил перед собой руки в сдающемся жесте, когда второй развернулся к нему лицом и сел над ним на одно колено, крепко ухватив за грудки его камуфляжной рубашки. Солнцезащитные очки, упавшие рядом, нещадно раздавил массивный ботинок. — Всего-то один выстрел из транквилизатора, и мордобоя можно избежать, — задумчиво протянула девушка, снимая очки и начиная протирать их платочком, выуженным из кармана халата. — Им совсем не жаль будет, если собственность RDA пострадает? Это же столько денег в них вгрохали! — Это все солдафонские мозги, — мудро произнес мужчина. — Ну не может копия солдатского сознания решить все мирно, — он снова пригубил чай. — Хвосты красивые, — вдруг задумчиво сказала девушка, накинув на переносицу очки и не обращая внимания, как ее коллега снова подавился. — Вон как бетон мутузят, боюсь, сломаются. Откашлявшись, мужчина посмотрел в окно, где нависший над лежащим рекомбинант что-то злобно объяснял, активно и явно угрожающе жестикулируя одной рукой, пока второй продолжал удерживать край зеленого воротника. Их хвосты действительно довольно активно выражали их эмоции. И, если у лысого он пытался спрятаться под его полусогнутыми коленями, периодически вылезая и тревожно елозя по бетону, что уже образовалась стойкая пыльная завеса вокруг его ног, то второй хвост яростно скакал в разных направлениях и с силой бился о серую твердую поверхность, что со стороны выглядело даже болезненно. Ох, что бы не сделал тот, кого ругают, второй был за это в бешенстве. Дверь в кафетерий открылась и отвлекла людей от созерцания яростных солдатских нотаций за окном. В помещение зашла грузная женщина и, увидев своих коллег, подошла к ним. — Слыхали новость? Скоро у нас детишки будут. На этот раз подавились оба лаборанта, так не вовремя поднесшие кружки ко ртам. — Какие детишки? Проект одобрен? — Лиза же таблетки пьет! На мужчину тут же посмотрели две пары округлившихся глаз. — Что? Она не сказала, что мы с ней встречаемся? — вдруг виновато спросил коллега, будто заниматься сексом было преступлением. — На кой черт тут ты со своей блондинкой? — изогнула бровь женщина и устремила взгляд за окно. — У этих двоих пополнение в семействе намечается. За стеклом агрессор резко встал, с яростью потянув на себя лежачего, и без видимых усилий закинул того себе на плечо. Даже с такого расстояния можно было увидеть, как натянулись канаты мышц на синей спине, хотя камуфляжная футболка и пыталась скрыть это великолепие от посторонних глаз. Обладатели этих глаз (точнее, женская половина) с восхищением вздохнули. Мужчина между ними обидчиво нахмурился. — Они гермафродиты что ли? — девушка снова сняла очки и неловко прочистила горло. — Они уже того? Это самое? — Дорогая моя, — укоризненно покачала головой женщина, — сколько ты тут уже работаешь? На’ви не являются гермафродитами, как и вся живность на Пандоре за редким исключением. Я сама не в курсе, но вроде как некоторые морские виды… — Вам поговорить больше не о чем? — неожиданно вспылил мужчина, но тут же стушевался под строгим взглядом женщины. — Забыл, где работаешь? Тебя, как никого другого, должны интересовать подобные разговоры. Коллега виновато промолчал, хлебнул чай и посмотрел в окно, за которым высокая фигура размеренным уверенным шагом направлялась за угол здания, из-за которого несколько минут назад и выбежали эти рекомы. Синекожий мужчина на его плече почти панически упирался в его широкую спину, что-то говорил и просто люто размахивал хвостом во все стороны. Кажется, не раз попал по синей морде несущего, поскольку тот одним резким и ловким движением поймал придаток и, чуть ли не свернув в бараний рог, зафиксировал за кисточку к пояснице своей ноши рукой, которой ее и придерживал. — Так что за детишки? — уже нетерпеливо спросила девушка, отвернувшись от окна, когда объекты обсуждения вышли из поля зрения. — Птенчики, — тепло улыбнулась женщина, — у их икранов будут птенчики. Видеозапись с ночных камер весьма четкая. Хотите ознакомиться? *** Лайл не понимал, почему из-за своего икрана страдает он? И почему полковник так взбеленился, когда его «малышка» поделилась радостной новостью со своим наездником, стоило тому сделать связь. И, увидев, как Куоритч резко вскинул голову, чуть ли не физически пронзив капрала своим взглядом, тот понял, что этим утром облетать периметр Города-плацдарма они не будут. Наверное, стоило просто спрыгнуть со своего икрана, на которого успел взобраться Лайл и получить хвастливую весточку через цахейлу, встать смирно, как полагается подчиненному солдату и вести себя, как взрослый мужик, но то, что увидел Уэйнфлит в горящих желтых глазах полковника, заставило его повести себя подобно глупому мальчишке, который в чем-то опростоволосился и решил сбежать с «места преступления». Он бросился в сторону под непонятное ворчание икранов позади и готов был поклясться, что за ним погнался сам дьявол во плоти. Во плоти Куоритча, который кинулся за ним с такой скоростью и яростным шипением, что Лайл даже подумал, что это его последний день на Пандоре. — Я-то что сделал?! — панически выкрикнул он, когда свернул на стройплощадку, на которой сегодня должны были собрать новый жилой блок. Но вместо ответа услышал только, как натурально умеет рычать полковник, стремительно догоняющий его. Когда чужие пальцы ухватили его за хвост (весьма больно) и дернули назад, Лайл едва сдержался, чтобы не взвизгнуть, как девчонка. На миг ему показалось, что его позвоночник сдвинулся вслед за хвостом, а потом он сам повалился назад, довольно болезненно шлепнувшись на задницу. Тут же навис Куоритч, порывисто сел над ним, но так и не опустился всем своим многокилограммовым весом, чтобы прижать капрала к площадке. Либо он щадил в страхе сжавшиеся внутренности своего солдата, либо знал, что тот больше не сделает попытки убежать, как нашкодивший щенок. А потом его пальцы жестко вцепились в грудки чужой рубашки и дернули к себе, заставляя распластавшегося на спине рекома приподняться и опереться на локти. — Как это понимать, капрал?! — прорычал Майлз в зажмурившееся лицо. Тот только поджал уши, когда услышал, как его любимые очки, свалившиеся с головы, с треском распрощались с жизнью. — Это просто животные, полковник, — удивительно робко начал Лайл, словно юнец на службе в первый день. — Может, у них сезон спаривания сейчас… — Ебаться они будут, когда я дам приказ! — Смотреть в пышущие яростью желтые глаза было страшно, но Уэйнфлит сумел выдержать этот взгляд. — Какого хрена ты позволил этому случиться?! — Я? — недоуменно спросил Лайл, наблюдая, как скалится полковник, и как яростно за его спиной мечется хвост. — Я-то тут причем? — Притом, капрал, что любая тварь, будь то ты или дикий зверь на службе, должна вести себя соответствующе, — зло выплюнул Куоритч, но уже более привычным голосом, будто брифинг проводил, но на повышенных тонах. — А ты, во-первых, — одна его рука отпустила зеленый воротник и выставила перед синим носом один палец, — не проследил за ними. Во-вторых, — уже два пальца угрожающе замаячили перед лицом капрала, — позволил своему подопечному нагнуть мою… — Но он же не Вас нагнул, — вставил Лайл, и понял, что ему не жить. Майлз сжал челюсть, из-за чего его скулы прочертились, а желваки вздулись. Вот когда, его ж дивизию, он потерял способность держать язык за зубами! Если подумать, то он с того самого момента, как они… Куоритч порывисто склонился к самому лицу капрала и прошипел, почти не размыкая губ: — Это я тебя сейчас нагну. И не успел Уэйнфлит хоть что-то сказать в свое оправдание, как его взвалили на широкое плечо. Несмотря на то, что ситуация была нестандартная и даже пугающая, спокойный и твердый шаг полковника странным образом вселял уверенность, что Майлз уже не злится. Во всяком случае, не так сильно, как несколько минут назад. — Сэр, Вы уверенны в своем решении? — Лайл попытался принять более удобное положение, поскольку в его диафрагму сильно упиралось чужое плечо, и дышать от этого было затруднительно. — Может… может сначала в разведку? — Именно там, капрал, — Куоритч мстительно оскалился и без обиняков скрутил мешающий полосатый хвост. — И так будет каждый раз, пока генерал не даст добро закончить первоначальную миссию. — Так бы и сказали, что хотите расслабиться, — Лайл довольно усмехнулся. — Я ведь тоже непрочь.