И десятый будет моим

Они встречались уже шестой раз. С каждым разом Эдвин вел себя все более уверенно и спокойно, но все еще ревновал к любому проявлению нежности в сторону Стива. Последнего это забавляло и беспокоило. Беспокоило, потому что похожие чувства испытывал он сам, каждый раз, когда его золотой бог дотрагивался до белой тонкой кожи кореянки. Да, Стив ревновал. Он четко это осознавал. Но стоило ему коснуться Эдвина чуть более интимно, чем за плечо или руку, как тот моментально мрачнел и отодвигался, будто прячась за Нинель. -Смотрите, что я добыла! – Нинель скинула каблуки у входа в спальню и повалилась на кровать прямо в пальто, высоко задрав ноги в тонких чулках, позволяя широкой юбке упасть мягкими складками и обнажить крепкие белые ягодицы, едва прикрытые кружевными трусиками. Она швырнула пакетик с чем-то серо-коричневым в Стива и велела: -Сделай нам по косячку! Стив рассмеялся, а Эдвин, напряженно следя, как из ящика журнального столика извлекается тонкая бумага и скручивается в тонкие рулетики с серым порошком внутри, тревожно закусил губу и глухо спросил: --Это что, травка? -Она самая! – довольно потянулась Нинель, сдавливая гладко выбритые щеки юного любовника. -Я не буду! – Эдвин занервничал сильнее, когда Стив, прикурив первую трубочку, протянул ее кореянке. -А так? – Нинель набрала в рот ароматного дыма и потянулась к Эдвину. Она прижалась губами к его губам, выдула дымное облако ему в рот и тут же зажал нос, заставив парня вдохнуть. Эдвин закашлялся до слез, а Нинель снова набрала дыма в рот и повторила процедуру. После второго раза Эдвин как-то притих. Щеки его порозовели, глаза пьяно прикрылись. Он выглядел таким расслабленным и мягким, что Стив не удержался и проделал тот же трюк, что и Нинель минутой раньше. Впервые за те несколько недель, что они встречались втроем в одной постели, Эдвин позволил Стивену себя целовать и ласкать. Точнее, не так. Эдвин не сопротивлялся, потому что едва ли осознавал, что происходит. Это был такой соблазн – воспользоваться податливостью и почти детской беспомощностью Эдвина! Стив мгновенно скатился в самые пошлые фантазии, но дальше поцелуев и невинных поглаживаний не спешил заходить. В его фантазиях не было Нинель, а прямо сейчас она лежала с другой стороны и тоже водила тонкими пальцами по прорисовавшемуся под рубашкой выпуклому соску Эдвина. Ленивые ласкания все же шаг за шагом привели их к тому, что постепенно все трое обнажились и уже вовсю целовались, невзирая на лица. Стив искренне наслаждался пухлыми горячими губами и изумительным мускусным запахом Эдвина. В промежутках между поцелуями они смеялись, пили вино, которое Стив купил накануне, грызли крекеры, посыпая ими друг друга, вяло кидались подушками и подпевали какой-то мути из телевизора. В конце концов, они просто уснули, так и не занявшись сексом. Вповалку, переплетясь телами, как спутавшиеся нитки. Утро разбудило Стива тихими вздохами и копошением за спиной. Он какое-то время полежал с закрытыми глазами, прислушиваясь к стонам и шорохам. Он знал, чем занимаются Эдвин и Нинель. И укол ревности принял как должное. Внезапно захотелось напугать их до икоты, чтобы разлетелись в разные стороны, как нашкодившие щенки, так и не закончив начатое. Но Стивен точно знал, что выдаст себя с потрохами. И Нинель потом просто засмеет его с его детской влюбленностью. Влюбленностью… М-да… Стив прикусил губу и сильнее зажмурился, не позволив набежавшим на глаза слезинкам скатиться по щекам. Влюбленностью, значит? Идиот! Он дождался приглушенного хихиканья Нинель и длинного протяжного вздоха Эдвина и пошевелился, давая парочке понять, что проснулся. Он еще даже не успел повернуться на спину, как к его боку прижалась кореянка, прикусив шершавый от щетины подбородок и промурлыкав: -Ты вовремя… Позади нее поджал губы Эдвин. -Прости, милая, - Стив коротко чмокнул Нинель в нос. – У меня через час встреча в Пасси. Так что я в душ и убегаю. Стив встал и, приветливо улыбнувшись Эдвину, пошел в ванную. Ну, не хотелось ему смотреть на то, как этот недотрога будет пускать слюни на корейские микросиськи.! Быстро помывшись и побрившись, Стивен с деловым видом вернулся в спальню, где на кровати вовсю нежничали Нинель и Эдвин. Он постарался как можно небрежнее прошествовать к шкафу и вытащить чистую рубашку и запасной костюм. С полминуты он потратил на выбор галстука. Потом он все-таки подошел к кровати, поцеловал Нинель в губы и потрепал по спине Эдвина, едва удержавшись, чтобы не влепить ему затрещину, как непослушному ребенку, и с самой милой улыбкой попрощался до вечера. Никакой встречи в Пасси у Стивена, разумеется, не было. Просто эти серо-синие глазищи лишили его разума, раз он так позорно сбежал от участия в такой привычной групповушке. Прошлявшись несколько часов по городу, Стив позвонил Нинель и сказал, что срочно уезжает на неопределенное время. Он даже умудрился пошутить, попросив кореянку поцеловать от него «нашего общего друга Эдвина». После этой шутки его реально затошнило, и он ввалился в бар, где оказался единственным посетителем, и к изумлению бармена попросил бутылку русской водки. И пил до тех пор, пока видел мутную лампочку над входом…