Горячие пески пустыни

За разговорами вечер наступил незаметно; Леон увлеченно рассказывал Сэнди и Таре о Бо, о Ните, о том, как дядя учил его стрелять из лука, о своей прежней размеренной жизни где-то на окраине Парка Старр... На пустыню быстро спустился вечер, сменяя лазурь голубого неба на бесконечную синеву, напоминающую пролитые чернила; где-то там, вдалеке, теперь ярко мерцали звёзды. — Что ж, ты наверняка сильно устал в дороге, — заговорил Сэнди, когда в разговоре наступило затяжное молчание, — Не хочешь расслабиться, освежиться? Я отведу тебя к пруду, в столь позднее время там обычно никого нет, — предложил он, широко зевая уже в сотый раз за день. Было решено пойти к пруду и искупаться; Тара же осталась на хозяйстве и занялась какими-то проблемами с автомобилем. Ночью пустыня уже не казалась Леону такой удушающе-жаркой, хотя остатки дневного пекла по-прежнему ощущались раскалённым песком под его ногами. Пруд оказался примерно в миле от "логова" наркоторговцев. Здесь было значительно прохладнее, да и природа тут уже была совсем иная. В чистой, поблёскивающей в лунном свете воде отражались густые заросли камышей; у самой воды росли цветы с мелкими белыми лепестками; к тонкому песчаному берегу вела вытоптанная кем-то узкая тропинка, окружённая сухой травой. Сэнди первым спустился к воде. Леон проследовал за ним, наблюдая, как смуглокожий снимает с головы лавандового цвета платок, шарф и жилетку, а затем стягивает с бёдер штаны, складывая одежду на берегу — украшения с запястий и лодыжек он снимать не стал. Теплый ветерок нежно развивал густые темные волосы парня, когда его изящные ступни коснулись прохладной влаги. — Чего пялишься? Раздевайся и иди за мной, — сказал Сэнди, делая шаг глубже и заходя в воду по пояс. Опомнившись, Леон помотал головой в разные стороны и спешно принялся снимать с себя одежду. Он сам не заметил, как загляделся на парня, но готов был признать, что в ночном полумраке Сэнди выглядел чертовски изящно и прекрасно — словно какая-то восточная принцесса... Скорее принц, раз уж на то пошло. Зайдя в воду, Леон невольно поёжился, но быстро привык к прохладе, вспомнив свои невыносимые страдания от жары около шести часов назад. — Слушай, Сэнди, — начал Леон, проводя ладонью по водной глади, — Кем тебе приходится Тара? Она твоя подруга? Может, мать? Сестра? — Она моя тётка, — ответил Сэнди, набирая воду в ладонь и наблюдая, как та вытекает сквозь пальцы, — Тара взяла на себя роль моего опекуна после смерти моей матери, — эти слова прозвучали из уст парня настолько безэмоционально, что Леон нервно сглотнул. Сэнди всматривался в воду пустым взглядом, погрузившись в свои мысли. — Оу... Прости, я не знал, — виновато пробормотал шатен. — Все в порядке, с тех пор много воды утекло, — ответил Сэнди и усмехнулся собственному случайному каламбуру. Леон неловко засмеялся в ответ, снова рассматривая Сэнди. Его смуглая, наверняка приятная на ощупь кожа, подтянутое тело и томный печальный взгляд до неприличия настойчиво притягивали внимание Леона, заставляя его щеки гореть смятенным румянцем. — Перестань так смотреть на меня, будто съесть готов, — проговорил Сэнди, смущённо отворачиваясь, и отплыл дальше от берега. — Прости, — снова извинился Леон. Он поплыл вслед за парнем, и вскоре они снова оказались рядом. — Ты ведь ещё не передумал жить с нами? — спросил кареглазый, окунаясь под воду с головой и выныривая прямо перед лицом шатена; тот вздрогнул от неожиданности, когда они чуть не соприкоснулись носами. — Да, думаю, я останусь с вами на некоторое время, ведь торопиться мне совершенно некуда, — задумчиво ответил он, рассматривая Сэнди вблизи. От него приятно пахло лавандой и жасминовым ароматическим маслом. — Это прекрасно, — Сэнди расплылся в нелепой улыбке, глядя Леону прямо в глаза, но взгляд его все равно блестел какой-то непривычной тоской. Или Леон просто заметил это только сейчас? Леон с трудом удерживал зрительный контакт, чувствуя, как пылают его щёки. Они стояли посреди пруда по грудь в воде и молча пялились друг на друга около пяти минут, пока сильный порыв ветра не всколыхнул прибрежные камыши. — Становится прохладно, — заметил Сэнди, — Думаю, нам пора возвращаться, — сказав это, он как ни в чем не бывало поплыл к берегу. Ветер действительно усилился — судя по всему, приближалась песчаная буря, и им и правда стоило бы вернуться домой до начала непогоды. Выйдя из воды, Леон начал одеваться. Одежда липла к мокрому телу, вызывая неприятные ощущения, но это не было столь критично по сравнению с дневной "духовкой". Сэнди натянул штаны, но одеваться дальше не стал. Он сел на песок у самой воды и задумчиво глядел на водную гладь. В этот момент вся его уверенность и расслабленность улетучились, открывая перед Леоном совершенно другого человека, будто бы вовсе противоположную личность. — Ты в порядке? — взволнованно поинтересовался шатен, садясь рядом. Сэнди даже не глянул в его сторону. — Видишь то созвездие? — Почти шепотом заговорил Сэнди, указывая на яркое сочетание звёзд где-то в темном небе; его голос был настолько тихим и спокойным, что Леону внезапно захотелось спать. Шатен уставился вверх, отыскивая тот небесный участок, на который указывал собеседник. — Это созвездие Ориона, — начал рассказывать Сэнди, — Его назвали так в честь одного охотника из древнегреческих мифов, — он протяжно зевнул на последних словах, жмурясь и устало хмуря брови, — И знаешь что? Ты напоминаешь мне это созвездие, такой же воинственный и яркий, — признался парень, вернув свое внимание к пруду. Леон улыбнулся, потом смущённо шмыгнул носом, пряча лицо за длинной челкой. Ему впервые сделали комплимент, и он не был уверен в том, как на это следует отвечать. Не придумав ничего лучше, шатен нащупал руку Сэнди рядом и почти невесомо коснулся его пальцев своими. Тот еле ощутимо вздрогнул и шумно выдохнул, продолжая рассматривать бегущую по воде рябь. Из каких-то личных размышлений Леона вытащило неожиданное прикосновение чужой прохладной ладони к его щеке. Он в недоумении посмотрел на Сэнди — тот сидел перед ним на коленях и уверенно смотрел на него в ответ, хотя его ладонь мелко подрагивала — Леон отчётливо ощущал это кожей. Шатен приблизился к лицу сиреневолосого, неровно дыша прямо в чужие губы. Сэнди шумно сглотнул, бегая взглядом по его лицу, и аккуратно прикоснулся к губам Леона своими. По телам обоих прошла волнительная дрожь, смешанная с лёгким экстазом, но Сэнди тут же оборвал поцелуй. Он отпрянул назад, ярко краснея, и смущённо отвернулся. Подбирая одежду с земли и отряхивая её от песка, он не проронил ни слова. Парни поднялись по тропинке вверх и направились к трассе, по которой можно было добраться до палатки по прямой. По дороге они молчали и почти не смотрели друг на друга. О чем ещё им было говорить после произошедшего? В ночной темноте одинокий шатёр посреди пустыни напоминал красочную иллюстрацию из детской книги. Тара молчаливо встретила парней по возвращении домой. Починку машины она давно закончила, и теперь сидела на расстеленной постели в углу комнаты и задумчиво перетасовывала игральные карты с узорчатой синей рубашкой. В шатре по-прежнему стоял тяжёлый лавандовый аромат, а одинокая свеча озаряла палатку и создавала какую-то особенную атмосферу. — Уже очень поздно, я ложусь спать, — объявил Сэнди, потягиваясь, — Места здесь не особо много, поэтому, надеюсь, ты не против поспать рядом со мной, — он откинул подушки к краю постели и пригласил Леона лечь рядом, после чего задул свечу, погружая палатку во тьму. Парни накрылись одеялами — каждый своим — и смущённо слушали дыхание друг друга. Тара ещё не легла — судя по звукам, она сняла с головы платок и, вооружившись расчёской, приводила в порядок свои роскошные волосы. — Прости за то недоразумение у пруда, — прошептал Сэнди, почти погрузившись в сон. — Все в порядке, — как ни в чем не бывало ответил Леон. От промелькнувших в голове воспоминаний его щеки вновь загорелись румянцем, но в темноте, к счастью, этого не было видно. — Если захочешь, завтра я покажу тебе ущелье, — пообещал кареглазый, — Там очень красиво, вот увидишь. Леон ничего не ответил, так как тихое сопение рядом дало ему понять, что Сэнди уже спит. И как этот очаровательный парнишка так быстро заснул? Леон в какой-то мере ему даже позавидовал. И всё же на его лице просияла улыбка от осознания своей значимости. Он был действительно рад тому, что здесь им дорожат и принимают таким, какой он есть несмотря на столь короткое знакомство.