No such thing as a painless lesson/Нет такой вещи как безболезненный урок

Когда наступил следующий день, Незу объявил, что объявляет официальный «день отдыха». Это означало, что смотреть в будущее никто не будет, и что каждый, очевидно, волен делать все, что захочет. Объявление стало неожиданностью для студентов. Как и их будущие коллеги, они начали привыкать к ощущению, что одно происходит сразу за другим. Тем не менее, изменение планов было встречено с облегчением. Все еще не оправились от того, что было показано накануне, и от некоторых событий, которые к этому привели. Поэтому никто не чувствовал необходимости спорить с решением Директора. Поначалу никто не был уверен, чем заняться. Итак, после того, как завтрак был съеден и все было убрано, люди некоторое время просто бездельничали. Мидория обнаружил, что сидит на полу спина к спине с Иидой, в то время как Тодороки, Урарака и Асуи лежат вокруг них. Голова Урараки покоилась на животе Тсую, в то время как голова Тодороки покоилась у ног Мидории. Сам Мидория поначалу говорил мало. Вместо этого он просто позволил голосам других захлестнуть его. Асуи некоторое время рассказывала о своих братьях и сестрах, и это было круто, потому что никто из них раньше не подозревал, что у нее такая большая семья. Это заставило остальных задуматься, каково было бы им иметь столько братьев и сестер. Или, в случае Тодороки, интересно, на что это было бы похоже, если бы он мог быть так же близок со своими братьями и сестрой, как, казалось, Асуи со своими. Это вдохновило Ииду поделиться парой историй, которые у него были из детства с Тенсеем, что вызвало немало смешков. Оказалось, что склонность Ииды по-настоящему вживаться в любую роль, которая ему была отведена, появилась не так давно. Мидория не нарушал молчания, пока ему в голову не пришла внезапная идея. Он смотрел на Тодороки, и часть его мозга снова начала размышлять о его причуде. Он попытался отключить это, напомнив себе, что они должны были расслабиться и все такое, но прежде чем ему это удалось, ему в голову пришел вопрос, и он выпалил: «Тодороки, не мог бы ты не дать кубику льда растаять у тебя во рту?» Легкая беседа прекратилась, и все повернулись, чтобы посмотреть на Изуку. В случае Ииды это было своего рода подвигом. «Что?» — спросил Тодороки. «Это только что пришло мне в голову…помнишь, как ты тренировался поддерживать температуру воды вокруг себя во время летнего лагеря? Как ты думаешь, ты когда-нибудь сможешь контролировать свою температуру настолько, чтобы лед не таял у тебя во рту?» «Я.…не знаю. Возможно?» Мидория с облегчением увидел, что Тодороки на самом деле выглядел заинтригованным этой идеей, а не напуганным. «Жаль, что ни одна из наших причуд здесь не работает, иначе мы могли бы проверить эту теорию.» — сказал Иида. «Нам придется занести это в список дел.» — сказала Урарака. «Я не знаю, может быть, тебе стоит начать с чего-нибудь другого. Твой рот находится очень близко к мозгу, так что пытаться поддерживать там такую низкую температуру — плохая идея.» — указала Асуи. «О да, верно.» — пробормотал Мидория, чувствуя себя немного смущенным. «В конечном итоге он получил бы самую страшную заморозку мозга века.» — Урарака хихикнула. «Может быть, было бы лучше попытаться удержать его от расплавления, держа двумя руками.» — предложил Иида. «О-о-о! Что, если мы пойдем другим путем и проверим все с его жарой?» — Урарака села, чтобы как следует рассмотреть Тодороки. — «Ты пробовал готовить что-нибудь на собственном огне? Что, если бы ты мог приготовить яйцо на ладони? Или сделать тосты?» «Тостер Тодороки!» — сказала Асуи со смехом. «Если бы я мог понять, как это сделать, я бы сменил свою фамилию на Тостер.» — Тодороки сказал это с очевидной искренностью, заставив остальных рассмеяться. Это было примерно в тот момент, когда Кода неуверенно подошел к группе и сказал что-то о карточной игре, которую организовывали Оджиро и Шоджи. Вскоре все они оказались в другом кругу на полу и гадали, где Шоджи нашел игральные карты. Первым побуждением Тошинори и Айзавы, когда у них появилось свободное время, было сесть и начать обдумывать какие-нибудь планы. Остальные быстро положили этому конец. «Сколько раз я должен повторять вам, что когда я говорю «расслабься», я имею в виду настоящий отдых, а не просто более спокойную работу?» — потребовала Исцеляющая девушка, прогоняя Всемогущего с дивана, на который он сел первым. Тошинори посмотрел на Айзаву в поисках поддержки, но у него уже был частичное прикрытие благодаря Мику. Младший блондин о чем-то бессвязно болтал, и это, очевидно, заставило Айзаву автоматически впасть в какое-то оцепенение. Что в некотором роде имело смысл, поскольку Тошинори видел, как Ямада делал именно это, пока Айзава дремал в учительской. «Не выгляди таким расстроенным, Всемогущий, было бы гораздо лучше строить планы, когда у нас будет больше информации, не так ли? В конце концов, было бы обидно все усложнять только для того, чтобы все переосмыслить из-за какого-то нового откровения, не так ли?» — указал Незу. — «Почему бы тебе не навестить студентов? Я уверен, им не помешало бы заверение, что у тебя все хорошо после того, что мы видели вчера.» Тошинори признал, что Директор был прав, и отошел посмотреть, что делают ученики. Его внимание привлекла группа, расположившаяся в круг, с молодым Шоджи, держащим колоду карт. Ну, карточные игры обычно были забавными, но не требовали напряжения, верно? Мина решила, что свободный день — идеальная возможность начать строить кое-какие планы для группы, о которой они говорили, когда все это только начиналось. Итак, теперь вокруг нее сидели Джиро, Яойорозу, Хагакуре и Минета. В данный момент она с благоговением смотрела, как Джиро перечисляет все музыкальные инструменты, с которыми у нее был опыт. «Сколько тебе было, когда ты начала играть?» — спросила она. «Наверное, я никогда не думала об этом. Моя мама музыкант, а папа композитор, так что я вроде как всю свою жизнь была окружена музыкой и пробовала играть на многих разных инструментах. Мне больше всего нравится рок, поэтому я больше всего играю на гитаре.» — объяснила Джиро. «Ну, каждой группе нужна гитара, верно? Мы уже на правильном пути! Что касается меня, я хочу руководить танцорами группы!» «Можно мне тоже стать одним из танцоров?» — Хагакуре нетерпеливо спросила. «Конечно! Мы позаботимся о одежде с длинными рукавами, чтобы люди действительно могли тебя видеть.» «Ура!» «Мое музыкальное образование было сосредоточено на классической музыке, поэтому клавишные, вероятно, были бы лучшим инструментом для меня.» — напомнила им Яойорозу. «К тому же, нам понадобится не только гитара, если мы хотим, чтобы эта идея сдвинулась с мертвой точки, и, знаете, их тоже не один вид.» — сказал Джиро. «Э-э, я никогда не играл на гитаре, но я мог бы попробовать научиться. Я уже довольно хорош в технических вещах, так что, вероятно, мог бы помочь с настройками, пока учусь.» — предложил Минета. «Это хорошая идея! Важно сделать все правильно, особенно если мы хотим создавать эффекты и прочее!» — Мина согласилась. «Когда мы вернемся, я могла бы посмотреть, есть ли у нас какие-нибудь старые инструменты, которые ты мог бы использовать для практики. Таким образом, ты сможешь понять, хочешь ты продолжать или нет, не покупая ничего дорогого.» — предложила Джиро. «Это было бы потрясающе! Спасибо!» В то время как остальная часть группы болтала о том, кого еще пригласить в группу и кто, возможно, хотел бы научиться играть на различных инструментах, Минета наслаждался тем фактом, что он тусовался с кучей девушек, и ни одна из них за все это время не дала ему пощечину и не накричала на него. Он молча ругал себя за то, что не попробовал этот подход раньше, и стал еще более решительно настроен сохранить это улучшение, как только они все выберутся из этого места. «Итак, игра называется «Мафия». Шоджи объяснял собравшейся группе, пока Оджиро доставал определенные карты из колоды. «Каждому раздадут карточку, и по этой карточке будет определяться, кто вы — гражданское лицо, член мафии, шериф или доктор. Я собираюсь стать мэром, что означает, что я говорю вам всем «ложиться спать» в каждом раунде, что означает, что вы все закрываете глаза, а затем я говорю разным ролям «просыпаться» и рассказывать мне, что они планируют делать. Когда мафия просыпается, он или она выбирают, кого убить. Шериф укажет на кого-то, и я скажу ему, является ли этот человек членом мафии или нет. Доктор выбирает одного человека для спасения. Вы все «проснетесь» в разное время, так что никто не будет знать, что планируют другие роли.» «Значит, мирные жители просто сидят без дела?» — спросила Асуи. «Нет, после того, как я расскажу вам, как прошла ночь, вы все можете обсудить, кто, по вашему мнению, члены мафии, и проголосовать за то, чтобы кого-то изгнать из города. Мафия захочет убедить вас вышвырнуть кого-то другого, в то время как шериф захочет убедить вас вышвырнуть мафию, предполагая, что вы вычислили одного или нескольких членов.» «Итак, нам придется выяснить, кто пытается быть наиболее убедительным — члены мафии, шериф или просто гражданский человек с предчувствием.» — сказал Тошинори. Группа была удивлена, когда он попросил присоединиться к игре, но была более чем приветлива, когда они прошли через это. «Это верно.» «Так почему же мэра не выбирают по карточке?» — спросил Сато. «Ты можешь сделать это таким образом, если хочешь, но я думаю, что я должен быть мэром. Даже с отключенными или приглушенными нашими причудами у меня все равно слух лучше, чем у большинства из вас, так что это могло бы дать мне несправедливое преимущество, если бы я получил другую роль. Я мог бы слышать, как люди двигаются в «ночное время».» «В этом есть смысл.» — Мидория согласился. «Как определяется победитель?» — спросил Тодороки. На этот раз ответил Оджиро. «Мафия победит, если перебьет всех в городе. Все остальные победят, если проголосуют против мафии до того, как это произойдет.» «Все поняли?» — спросил Шоджи. Получив единодушные кивки, Оджиро протянул карты рубашкой вверх, и каждый выбрал одну. «Должны ли мы это делать?» — Каминари заскулил. «Если вы, неудачники, собираетесь сидеть и пялиться, пока идет приготовление, а потом собираетесь что-нибудь съесть, вам придется потом убирать.» — Бакуго настаивал. «Это только честно, ребята.» — Киришима отметил, отмеряя ингредиенты для Бакуго, которые нужно добавить в блюдо. Взгляд, который Бакуго бросил на Каминари и Серо, сказал, что пара пожалеет, если попытается сбежать после еды, поэтому они неохотно согласились на условия. «Эй, Бакуго, хочешь сразиться со мной на руках после того, как все закончится?» «Я в деле, Дерьмоволосый!» «Итак, ночь прошла.» — сказал Шоджи. — «К сожалению, Урарака оказалась не в том месте не в то время и стала свидетелем совершения преступления членом мафии. Итак, мафия решила покончить с ней, чтобы убедиться, что она будет молчать. Доктора не было в городе по вызову на дом, поэтому его не было рядом, чтобы спасти ее.» «Что?! Я уже выхожу?» — пожаловалась Урарака. «О, Урарака, мы едва знали ее.» — мрачно сказал Токоями. «И все же иногда нам кажется, что мы все еще слышим ее голос.» — Оджиро смахнул воображаемую слезу со своего глаза. «Деку! Иида! Тодороки! Асуи! Поклянитесь, что отомстите за меня!» — воскликнула она. «Я клянусь сделать все возможное!» — заявил Иида. «Я попробую.» — сказала Асуи. «Да, мы сделаем все возможное, чтобы разобраться с этим!» — Мидория согласился. Тодороки, казалось, был чем-то недоволен, но кивнул в согласии со словами Мидории. Группа начала обсуждать, за кого им следует проголосовать в качестве возможного члена мафии. Оджиро отметил, что Кода был ужасно тихим, что заставило остальных напомнить ему, что Кода всегда был тихим. Токоями обвинили, потому что, очевидно, кто-то слышал, как он сказал «разгул в темноте» ночью, но, учитывая, что они все еще не знали точно, что это означало, он мог сказать это для любой из ролей. На протяжении всего выступления Иида говорил громче всех и пытался направлять разговор. «Мой юный Иида, ты увлекаешься этим так же сильно, как и в те времена, когда тебе поручали роль злодея!» — Тошинори пошутил. Это заставило людей с подозрением смотреть на Ииду. Вскоре люди начали решать, что Иида действительно слишком увлекся игрой, а это означало, что он, скорее всего, член мафии, пытающийся отвести от себя подозрения. Итак, хотя Изуку и пытался защитить его, в итоге именно он был отвергнут. Когда наступила ночь, Ииде и Урараке не нужно было закрывать глаза вместе со всеми остальными, поскольку они были на улице. Однако им не разрешили никому рассказывать о том, что они видели. Шоджи призвал Мафию проснуться. И Токоями, и Тошинори открыли глаза. Урарака и Иида уставились на Всемогущего, потрясенные и возмущенные. Герой только ухмыльнулся им. Когда Бакуго и Киришима закончили с супом, они съели его все вместе. Каминари и Серо решили, что необходимость убрать за собой после ужина того стоит, потому что вкус был изумительный! «Как ты вообще научился так хорошо готовить?» — спросил Киришима. «Это не так сложно, просто следуй указаниям.» — сказал Бакуго между глотками. «Скажи это моей маме и мне. Клянусь, мы оба могли бы обжечься водой.» — сказал Каминари. «Может, тогда тебе стоит перестать казнить себя на электрическом стуле.» «Я не использую свою причуду, когда пытаюсь готовить!» — Каминари сказал это слишком громко. Серо посмотрел на него. — «Ладно, я попробовал это один раз! Я имею в виду, что электричество должно быть очень горячим, поэтому я подумал, что на нем можно готовить очень быстро, когда я был маленьким. Поверь мне, я больше никогда не совершу этой ошибки.» «Доктор, проснись.» Тодороки открыл глаза. «Доктор, пожалуйста, укажите на человека, которого вы хотите спасти.» Тодороки указал на Мидорию, который сидел рядом с ним. Шоджи вздохнул: «Доктор, вы не можете каждый раз выбирать одного и того же человека. Пожалуйста, выберите кого-нибудь другого.» «О боже, Джиро, ты тоже умеешь петь?» — взволнованно спросила Мина. «Ну, я думаю, мне нравится петь, пока я играю, но я не уверена, что я смогу петь перед реальной аудиторией…» «Ты мог бы сначала просто спеть для нас. Это будет хороший первый шаг между уединением и выступлением перед толпой.» — предложила Яойорозу. «Может быть …» Осталось всего три человека. Мидория, Всемогущий и Токоями. «Что ж, я думаю, мафия побеждает.» — объявил Шоджи. — «Их осталось двое, так что нет необходимости делать еще один раунд только для того, чтобы они убили последнего человека.» Трое оставшихся раскрыли свои карты, и теперь все смотрели на Всемогущего, разинув рты. «Всемогущий был членом мафии?!» — недоверчиво переспросил Сато. «Это был идеальный шторм, никто не посмел бы обвинить его.» — Кода сказал в тихом ужасе. Всемогущий слегка рассмеялся: «Должен признать, это, безусловно, дало нашей команде преимущество.» «Ква, я говорил тебе, что нам следовало исключить Токоями.» «Ты хочешь, чтобы стало еще хуже?» — спросил Шоджи. — «Первым, за кого ты проголосовал, был Шериф.» «Подожди, это та роль, в которую так вжился Иида?!» — спросил Оджиро. Урарака мрачно кивнула. «Видимо, я должен пересмотреть свою стратегию, когда мне назначат более благородные роли.» — посетовал Иида. После того, как мальчики поели, Каминари и Серо принялись за уборку. Они обнаружили, что все было не так плохо, как они думали. После того, как ты увидел все эти вещи и не смог ни на что повлиять, было удивительно полезно контролировать что-то маленькое и видеть изменения, которые произвели твои действия. Аояма пришел вскоре после того, как пара начала уборку, и присоединился к их помощи. Пока они это делали, Бакуго потащил Киришиму к столу, чтобы они могли попробовать армрестлинг. Поскольку Киришима не мог использовать свою причуду, обоим было довольно любопытно, как все пройдет. Когда они начали, то на несколько секунд зашли в тупик, затем Бакуго начал отталкивать руку Киришимы вниз. Киришима сопротивлялся, но вскоре его рука ударилась о крышку стола. Киришима ухмыльнулся: «Я не должен был ожидать ничего меньшего, но теперь я хочу знать, как ты поступишь, когда я смогу использовать свою причуду.» Бакуго ухмыльнулся в ответ: «Давай!» «Что вы, ребята, делаете?» — неожиданный голос заставил их подпрыгнуть, и они обернулись, чтобы увидеть плавающий комплект одежды. Пока шла игра в мафию, Незу нашел шахматную доску и вызвал Исцеляющую девушку на партию. Старая героиня прекрасно понимала, что против Директора не попрешь, даже если его причуда прямо сейчас ослабла, но все равно решила попробовать. Было бы интересно посмотреть, как далеко она продвинулась, поскольку у него сейчас был своего рода «гандикап», а ей было нечем заняться. Незу, казалось, действовал по той же логике и хотел бросить вызов самому себе с этим новым ограничением. Когда их игра была закончена, он бросил вызов Айзаве, а затем Ямаде. После завершения игры в мафию пара студентов даже подошли, чтобы попробовать. Мидория продержался дольше всех студентов, что на данный момент никого не удивило, но все партии по-прежнему были довольно короткими, и Незу каждый раз уверенно побеждал. Исцеляющая девушка не могла не задаться вопросом, не последовал ли Незу собственному совету и тайно планировал все в своей голове, пока играл. Ее бы это не удивило, но у нее не было возможности узнать. Хагакуре зашла на кухню, чтобы поискать еды для группы, и когда она увидела матч по армрестлингу, ей стало любопытно, и она вернулась, чтобы спросить, не хочет ли кто-нибудь еще посоревноваться, и это каким-то образом привело к тому, что вся «дискуссионная группа» переместилась на кухню и были подведены официальные итоги. Компания стала больше, когда люди начали переходить с соревнований по шахматам и игры в мафию. Ожидая своей очереди, Бакуго увлекся разговором между Мина и Джиро, и выяснилось, что в какой-то момент он брал уроки игры на барабанах. Это неизбежно привело к тому, что его втянули в планирование группы, несмотря на его символические протесты. Минета спрятался за спинами других участников группы, отчаянно надеясь не втянуться в армрестлинг. Он знал, что у него нет шансов, особенно после того, как вошел Шоджи. Что касается Шоджи, то все соревнование было отложено из-за споров о том, имеет ли смысл для Шоджи участвовать в соревновании сейчас, поскольку его многочисленные руки и тому подобное могут свидетельствовать о том, что у него все еще есть свои причуды, в то время как у других их нет. Итак, хотя некоторые участники довольно далеко продвинулись в соревновании (включая Шоджи, Бакуго, Киришиму, Оджиро, Ииду и Сато), победителя не было, прежде чем всех позвали на ужин. Каминари довольно долго дулся, с тех пор как Джиро победила его в армрестлинге. Джиро самодовольно сказала ему, что ему нужно тренироваться усерднее. Аояма держался по краям различных групп. Каждый раз, когда он думал о попытке присоединиться к одной из них, он не мог заставить себя сделать это. На данный момент он не чувствовал, что заслуживает быть частью чего-либо. Он не заслуживал разделять смех, не заслуживал считаться частью группы, особенно после того, к чему привели действия его другого «я». Он позволил себе присоединиться к чему-то, только когда увидел, как Серо и Каминари убираются. Помощь в уборке не могла компенсировать того, что он сделал, но ему стало немного легче от того, что он сделал что-то полезное. Он даже не мог заставить себя съесть что-нибудь в течение дня. Когда снова пришло время спать, все почувствовали себя более готовыми к следующему просмотру, чем в начале дня. Что ж, было два исключения, но никто этого по-настоящему не заметил. В конце концов, Аояма довольно хорошо научился притворяться поверхностным и незатронутым. И, как и в USJ, никто особо не сомневался в его отсутствии в какой-либо группе. Бакуго сумел не обращать внимания на чувство вины, грызущее его желудок, сначала готовя, а затем занимаясь всеми другими делами, которые попадались ему на пути. Он знал, что потеря Всемогущий его причуды была не только его виной, в конце концов, теперь он знал историю Один за всех, но темный уголок в его сознании продолжал напоминать ему, что он потерял последние угольки этого во время миссии по спасению Бакуго. В нем говорилось, что весь мир увидел ослабленную форму Всемогущего из-за этой миссии, из-за него, и он не знал, как с этим справиться. Так что, по крайней мере, на какое-то время, он просто решил этого не делать. Несмотря на все это, даже двум конфликтующим мальчикам через некоторое время удалось заснуть, и утро они встретили вместе с остальными одноклассниками.