Когда наступит после

Солнечные лучи плавно скользили по простыням, оставляя яркие отблики на шёлке, да приятно ласкали щеки Тодороки. Этих солнечных зайчиков сцеловывает крылатый герой за спиной, довольно потираясь кончиком носа о нежную кожу партнёра. — Значит, проснулся и до сих пор не выпустил меня? — Тойя лениво улыбается, но и сам не хочет открывать глаза и куда-то идти. — М-м-м, — противоречиво мычит Ястреб, уткнувшись в шею парня, и бубнит следом: — Вы арестованы, между прочим, мистер Тодороки. — Да? Интересно знать, за что? — За чудовищное преступление, — герой вздохнул и чуть приподнялся на локте, теперь нависая над парнем. — Ещё никто и никогда так нагло не крал мое сердце, как вы. Тойя довольно скалится, припоминая эту кражу во всех подробностях. Он в тот день опять ссорился с отцом, там пылал едва ли не весь кабинет первого ныне героя. И тема-то такая, деликатная, касающаяся его женитьбы на какой-то левой девке. Шум был такой, что ни одна живая душа не сунулась бы к ним, ещё и на пять километров от агентства держалась бы подальше. Но одной пернатой заднице все ни по чем, чуть ли не с ноги ворвался тогда в кабинет и попал под горячую руку Тойи. Точнее, под его горячие губы и злой взгляд, скошенный на отца. Так, собственно, Кейго и влюбился, а Тойя поставил жирную точку на своей женитьбе и теперь вовсю и везде любит Таками. — Ну подумаешь. Тебе же понравилось тогда, — седовласый жмёт плечами и тянет на себя героя, неторопливо целуя. Кейго и не отрицает, к тому же дицо Старателя в тот момент стоило того. А последствия внезапного поцелуя ему уж очень нравятся и избавляться от них ни в коем случае не намерен.