Любопытство Бога Мудрости

Мона поморщилась, ощущая солнечный луч, что назойливо пытался разбудить её. В комнате было свежо, но ранняя осень не планировала пока наступать холодом на город, отчего утреннее солнце всё ещё пригрело, пускай и не так сильно, как этого бы хотелось. Лениво потянувшись, астролог попыталась перевалиться на другую сторону, но тут же поняла, что крепкие мужские руки, что прижимали её к себе, не позволяли этого сделать. Ах, точно. События ночи пёстрыми картинками промелькнули перед глазами, отчего по телу вновь разлилась волна тепла, заставляя кончики пальцев судорожно подрагивать. Мона чуть прикрыла глаза, судорожно выдохнула и преодолевая сковавшее его препятствие, всё-таки перевернулась, сталкиваясь со Странником. Его лицо было удивительно равнодушным, тёмные длинные ресницы чуть подрагивали, а губы чуть подёргивались в кроткой улыбке. На шее красовался аккуратный маленький след от укуса — какая жалость, что как только Странник проснётся, он вновь натянет на себя эту надоедливую безрукавку с длинным горлом, пряча от мира эту маленькую метку. Хотя, конечно, оставлять любые следы на теле другого человека — весьма по-детски. Мона чуть приблизилась, касаясь кончиком носа Странника и, нелепо потеревшись, оставила еле ощутимый поцелуй. Девушка закусила губу, думая, стоит ли его сейчас будить — в прошлый раз эта затея не удалась. Утром Странник был крайне раздражителен, и сейчас так не хотелось вновь нарушать это хрупкое утро очередной ссорой. — Я не сплю, — пробурчал он, чуть нахмурившись. — Так что можешь не вести себя так тихо. Он открыл глаза, с ясностью смотря на Мону, чуть дёрнувшуюся от испуга. На его лице вдруг появилась улыбка — бесхитростная и довольная. — Дурак, — шепнула девушка, легко ударяя Странника в плечо. Тело всё ещё чувствовало усталость последних дней, но голова, которая до этого была похожа больше на бесполезное дополнение к туловищу, сейчас была чиста от глупых и волнующих мыслей. И, словно пытаясь передать всю лёгкость своего состояния, Мона беззаботно улыбнулась в ответ. Странник неожиданно подорвался, хватая Мону за руки. Всего секунда, и парень неожиданно оказался сверху, прижав ослабевшие ладони астролога над её головой. На его лице всё ещё была эта раздражающая самодовольная улыбка, а глаза сверкали озорными огоньками. Сейчас Странник напоминал довольного кота, и, словно в подтверждение, неожиданно облизнулся, наклоняясь чуть ниже. Мона попыталась дёрнуться, но на самом деле лишь показательно, ведь, если честно, ей так нравилось в такие моменты ощущать собственную слабость. — Ты так мило выглядишь по утрам, — ласково прошептал парень, наклоняясь ещё ниже. Мона могла почувствовать, как его губы почти прикасаются к её щеке, а тёмные волосы щекочут лицо. — Я искренне наслаждаюсь этими моментами, ведь когда ты просыпаешься, ты становишься сразу же такой занудой, что… — Ну! — вскрикнула девушка, чуть дёргаясь, пытаясь освободиться от цепкой хватки. Странник лишь рассмеялся, поглаживая пальцами тонкую кожу на кистях рук астролога. Мона окинула взглядом его голое тело — впервые она была так близко к нему и могла увидеть каждый шрам в солнечном свете. Некоторые из них были рваными, неосторожными и явно получены в бою, а другие… Астролог сглотнула — ровные, хирургически точные. Глупые мысли о том, сколько же разных экспериментов мог пережить Странник, заставили Мону громко сглотнуть. И среди всех этих разбросанных по телу отметинах располагались еле заметные голубоватые узоры, которые, если честно, Мона могла бы рассматривать бесконечно долго. — Меня это немного смущает, — тихо шепнул Странник, пытаясь отвлечь девушку от такого бесстыдного рассматривания его тела. — Да, даже куклы могут выглядеть так побито. Мона улыбнулась, сталкиваясь с парнем взглядом — Странник был напряжён, но утренняя нега никуда не делась, лишь спряталась за огоньками беспокойства. Он чуть сильнее сжал её кисти, отчего девушка чуть прогнулась в спине, прикасаясь оголённой грудью к Страннику. Почему-то эта неосторожная грубость словно пробила её слабое тело электричеством, разжигая в груди неосознанное чувство наслаждения. И чувствовать его холодную кожу своей грудью — вообще являлось чем-то из ряда вон выходящим, и проснувшееся, отдохнувшее тело было готово вновь ринуться в бой. — Ты чего? — с ухмылкой прошептал Странник, высвобождая одну из рук. Его холодные пальцы ловко прикоснулись к тонкой талии. — Не знаю, — Мона прикусила губу, чуть отвернувшись. Она окинула взглядом плечо Странника, покрытое еле заметными алыми полосами. Видимо, укус на шее — не единственная метка, что астролог успела оставить ночью на его теле. — Ты временами бываешь таким нежным… меня это даже пугает? — Мона нервно хихикнула. — Тебе не угодишь, — отпуская её кисти рук, Странник чуть приподнялся, практически садясь на Мону, сохраняя хрупкое равновесие. — Твоя очаровательная глупость совсем не вяжется с образом гениального астролога, что ты навязываешь каждому. — Да я не об этом! — пискнула девушка, глухо ударяя ладонью по кровати. — А о чём тогда? — Странник задумчиво потёр подбородок, рассматривая слабое голое тело, что так беспечно лежало сейчас под ним. Безусловно, очень худое, но не менее привлекательное, манящее своей хрупкостью. — Я вчера поняла, что мне… — Мона чуть сглотнула, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы их смогли правильно истолковать. — Мне нравится, когда ты груб со мной в постели. — Не понял, — глаза Странника заметно расширились от удивления, а лицо исказилось, выражая искреннюю озадаченность. — Я, конечно, только рад лишний раз тебя как-нибудь обозвать, но не во время же… — Идиот! — Мона вновь взвизгнула, немного подёргав ногами, отчего Странник пошатнулся. Сделав глубокий вздох, астролог прикрыла глаза, стараясь изъясниться как можно точнее, и при этом не провалиться сквозь землю от стыда. — Меня, вероятно, возбуждает, когда ты меня… Трогаешь. Грубо. О, Архонты, никогда не думала, что буду такое говорить… — Теперь, кажется, понял, — Странник, оставаясь всё ещё в странной задумчивости, слез с девушки, падая рядом. — То есть, мне теперь можно тебя официально бить во время секса? — Но несильно! — возмутилась Мона, понимая, как глупо звучали её же мысли, которые вслух озвучил Странник. И, словно в подтверждение тому, насколько ситуация была глупой и неловкой, желудок астролога издал невероятный гул, оповещая хозяйку о том, что было бы неплохо перекусить. Странник, до этого находящийся в прострации от полученной информации, вдруг издал тихий смешок, кладя свою ладонь на оголённый живот Моны. — Давай мы начнём хотя бы с завтрака, а потом уже, если будут силы, обсудим твои извращённые сексуальные предпочтения. — Идиот! — вновь повторила Мона, вскакивая с кровати и стыдливо прикрываясь одеялом.

***

Цыплёнок в медовом соусе оказался едой Архонтов для Моны, которая, на самом деле, ничего толком не ела последние дни. Поэтому, когда она только ощутила дурманящий аромат жаренного мяса, во рту невольно скопилась слюна, а мышцы челюсти противно свело. Странник по привычке пил горячий чай, проигнорировав сахарные кубики, что были так заботливо положены Сарой на край блюдца. Он задумчиво и раздражённо смотрел на астролога, что чуть ли не с рычанием набросилась на бедного цыплёнка. — Тарелку не съешь, — буркнул парень, делая глоток чая. — Холофо, — в ответ промычала Мона, наслаждаясь забытым вкусом и испытывая настоящее наслаждение. — Вся перепачкалась, как маленький ребёнок, — Странник чуть привстал, пытаясь рукой достать до щеки девушки. Когда его пальцы коснулись испачканной кожи, неожиданный крик заставил его руку вздрогнуть. — Мона! — раздался за спиной детский оклик, и девушка замерла. На лице застыло глупое выражение, а сама астролог невольно попыталась понять, кто так сильно рад был её видеть. Кли и Альбедо, уже по привычке, тоже решили позавтракать в «Хорошем охотнике». И вот этот неосторожный факт Мона явно не учла. Странник подозрительно покосился на подходящую к ним парочку. — О, давно вас не было видно, я уже подумал, что вы вдвоём покинули Мондштадт, — улыбнувшись, сказал Альбедо. Странник было уже хотел открыть рот, но увидев раздражённый и строгий взгляд Мегистус, тут же его прикрыл, лишь неприветливо кивнув. — Рад видеть, что ты в порядке, — Альбедо повернулся к Страннику и как-то слишком неоднозначно посмотрел. Кажется, он что-то хотел добавить, но тут же прикусил губу, переводя взгляд на астролога. — Мона, наконец-то ты улыбаешься. После нашей последней встречи, когда я оставил тебя в расстроенных чувствах, я очень переживал. Вижу, моя помощь больше не требуется? Мона закашлялась, отодвигая тарелку с цыплёнком в сторону. Ей хватило лишь одного озадаченного взгляда Странника, чтобы понять всю неоднозначность ситуации. — Я Вас раньше не видела, — ловко выскочила Кли, увлечённо рассматривая незнакомую одежду Странника. — Вы издалека? Мона мысленно похвалила Кли, что так вовремя перевела всё внимание на себя. — Да, я прибыл из Сумеру, — Странник развернулся к девочке и наклонился. Неожиданно для астролога, на лице парня не было и следа предыдущего раздражения, а губы расплылись в приветливой улыбке. Это было что-то новенькое. — Как здорово! Мама рассказывала мне об удивительных созданиях, у них похожие шляпы, как Ваша! Как же их там… ранама…манарама…арна. — Аранары, — всё также с улыбкой ответил парень, встав со стула и присаживаясь на корточки перед сбившейся с мысли Кли. — А людей они привыкли называть нарами. Чудесные и раздражающие создания, на самом деле. Но тебе, я думаю, было бы с ними весело. Эти волшебные существа очень любят маленьких детей. Мона упустила тот момент, когда Странник с Кли, увлечённые беседой, вдруг исчезли из поля её зрения. Она повернула голову, столкнувшись с холодным взглядом лазурных глаз Альбедо. — Это не похоже на тебя, — ответила Мона, рассматривая напряжённое лицо алхимика. Она была явно зла на сказанные им слова. — Ты явно хотел ещё что-то сказать. — Передумал, — неожиданно приветливо ответил парень, присаживаясь на соседний стол. — Прошу простить меня. Я искренне переживал за тебя в последнее время, и меня немного раздражает то, как беспечно он сидит рядом, будто бы ни в чём не виноват. — Кто бы не был виноват, это не твоё дело, Альбедо, — сухо констатировала Мона. Она всё ещё была поражена подобным поведением, казалось бы, всегда сдержанного алхимика, что следил за каждым своим словом. — Я сама в силах разобраться в своих проблемах. — Я знаю, — он улыбнулся, потрепав светлую макушку. — Поэтому и приношу свои извинения за такую вольность. Ты, безусловно, права, и я проявил лишнюю грубость. Но давай поговорим о приятном — как твои дела с перерасчётами? Мона шумно выдохнула, оседая на стуле. В последние дни она искренне старалась заняться чем-то полезным, но ослабевшее от переживаний тело не позволяло ей этого сделать. Даже на работе в газете пришлось взять неоплачиваемый отпуск за свой счёт — поэтому эта невероятно вкусная курица больно обожгла карман астролога. В этот момент Мона действительно обрадовалась тому, что Странник ест либо очень мало, либо вообще ничего себе не берёт. Хоть какая-нибудь польза от этого несносного… — Мне было не до этого, — честно ответила девушка, понуро рассматривая пустую тарелку. — Но в ближайшее время я зайду к тебе, чтобы… Раздался детский вскрик и оба дёрнулись, резко подрываясь с места. Мона подняла голову и увидела то, чего вообще не ожидала. Наверное, такого рода картина в принципе не вписывалась в образ Странника, что, казалось бы, давно сложился в голове у астролога. Парень, в привычной своей манере левитируя, посадил себе на плечо Кли и с ехидной улыбкой приземлился прямо… на верхушку фонтана, который являлся, несомненно, главной достопримечательностью всего Мондштадта. «Придурок! Идиот! Ещё бы на статую Барбатоса залез!», — пронеслось в голове у девушки. — А ну-ка слезайте оттуда быстрее, пока мы не позвали магистра Джинн! — крикнула Мона, чувствуя себя крайне неловко перед любопытными людьми, что пришли в «Хороший охотник» за вкусной едой, а не за зрелищами. А эта парочка, что весело смеялась, горделиво посматривая на Мону и Альбедо сверху, определённо привлекала к себе внимание. Кли заболтала ногами и звонко ойкнула, а Странник осторожно спустился на землю, снимая с плеча девочку. — Альбедо, а ты знал, что этот нара, ой, то есть, господин Странник умеет летать! Я ещё не видела никого, кто умел бы такое делать с Глазом Бога! — радостно вскрикнула она, хлопая в ладоши. — А ещё Странник хочет сходить со мной на рыбалку! Представляешь, сколько рыбы мы сможем наловить? Мона удивлённо приподняла бровь, смотря на Странника, который в ответ лишь улыбнулся и пожал плечами. — Способности в левитации… Интересно, — Альбедо задумчиво потёр подбородок. — Мы могли бы позже все вместе отправиться на прогулку. С твоего согласия, конечно, я бы хотел изучить твои способности. Это и в правду представляет большой научный интерес, — подытожил алхимик, ожидая услышать ответ. — Только если исследование будет проходить в виде спарринга, — Странник скрестил руки на груди, недовольно постукивая пальцами. Несмотря на улыбку, что растянулась на его лице, в глазах блеснул непонятный огонёк злости, отчего Мону немного передёрнуло. — Ну, раз так, то в следующий раз обязательно встретимся и отправимся на прогулку, — Альбедо пожал плечами и, взяв за руку Кли, поднял ладонь в прощальном жесте. — Был рад встрече! Ещё увидимся! Парочка неловко помахала в ответ, а затем Мона, разрываемая чувствами возмущения и удивления, неожиданно развернулась к Страннику. — И что это сейчас было? — строго спросила она, пытаясь выведать хотя бы каплю информации. Нет, действительно, мило щебечущий с детьми Странник — это совершенно новое для астролога открытие. — С Кли очень весело, — Странник пожал плечами и зашагал в сторону дома, не видя ничего странного в своём поведении. — И с чего это ты вдруг подружился с ребёнком? — не в силах успокоиться, Мона быстро догнала парня, подхватывая его за руку. — С детьми интересно. Они глупы не по своей воле, а значит, искренни в своих порывах, чем знатно меня забавляют, — спокойно ответил Странник, всё же улыбнувшись. — Единственные существа, на которых мне не хочется ругаться. «Воистину, мне предстоит много всего узнать о нём», — подумала Мона, рассматривая неровную плитку под ногами.

***

Дни вновь приобрели знакомые очертания. Незыблемая стабильность, которая, казалось, была потеряна, вдруг неожиданно вернулась, отчего Мона не переставала глупо улыбаться. Жизнь текла своим чередом — Странник уходил рано утром, Мона продолжала работу над исследованием (временами, в компании Альбедо), выпустила новые статьи для своей колонки в «Паровой птице», и, конечно же, по вечерам временами занималась совсем уже интересными вещами в компании Странника. Обсуждать недавние странные слова Альбедо Странник не пожелал — Мона искренне беспокоилась, что с неё спросят за столь неоднозначные, как ей показалось, слова алхимика, но парень словно пропустил это мимо ушей и вовсе не обратил на это внимание. Намного больше его поразила Кли, о которой Странник мог говорить без привычной для себя строгости и колкости. Несколько раз они даже выбирались все вместе на прогулку — и каждый, Архонты, каждый раз у Моны захватывало дух от того, насколько же Странник увлечённо и легко общается с ребёнком. Столь размеренная и спокойная жизнь абсолютно устраивала астролога. Но временами ей не давали покоя многочисленные письма Нахиды, после прочтения которых Странник становился хмурым и молчаливым. — И долго ты ещё? У меня уже шарниры заржавели, — пробурчал Странник, стоя в дверях. Мона, судорожно бегая по комнате, пыталась найти свою накидку. Сегодня вечером они, наконец, отправятся на горы Буревестника. Астролог давно уже мечтала залезть на одну из почти развалившихся смотровых башен, чтобы с невозмутимым спокойствием рассмотреть звёзды. Конечно, они могли бы отправиться и на утёс — однако, перспектива столкнуться со слащавыми парочками, что часто посещали это место, её совсем не радовала. — Пойду так, — буркнула Мона, подходя к Страннику. — Ты замёрзнешь, на улице давно не лето, — строго сказал он, с раздражением смотря на девушку. — Ерунда, мы же ненадолго, — улыбнувшись, Мона юркнула мимо Странника к двери, оставляя последнего лишь поскрипывать зубами от осознания глупости этого нелепого астролога. — Какая же ты дура, ведьма. — Я всё слышу! — звонко крикнула она в ответ, спускаясь по деревянному крыльцу. Парень потёр переносицу и, нащупав ключи от дома в кармане, отправился вслед за Моной. Солнце постепенно покидало темнеющее небо, отбрасывая последние лучи золота на засыпающий Мондштадт. Горящие в пожаре осени деревья особенно ярко блистали в этом свете, а еле ощутимый ветерок разносил листья костра по неровным каменным дорогам. На улице было удивительно свободно и свежо — и астролог, поддавшись неосязаемому чувству, глубоко вздохнула, пытаясь ощутить влажный воздух города. Она ловко взяла Странника под локоть, скромно улыбаясь в ответ. — Ты чего это? — парень изумлённо приподнял бровь, наблюдая за жизнерадостным астрологом, которая горделиво вышагивала рядом с ним. — Настроение хорошее, — она повернулась к парню, очаровательно улыбаясь, обнажая ряд ровных зубов. — А у тебя разве нет? — А чего хорошего? — он всё ещё также озадаченно смотрел на неё. — Ну… — Мона закусила губу, пытаясь сформулировать мысль. — Вот небо — красивое, деревья — красивые. И ты… Тоже, милый, скажем так. Она отвернулась, пряча неуклюжую улыбку. Вдруг осознание того, как редко они говорят друг другу комплименты, заставило астролога поёжиться. И нет, дело совершенно не в том, что её оголённых плеч коснулся прохладный ветер. Так они и шли до ближайшего телепорта, каждый в своих раздумьях, на краю сознания наслаждаясь молчаливым обществом друг друга. Когда вдалеке показалась смотровая башня, небо уже давно потемнело, а звёзды вдали от города заблестели поразительно ярко. Правда, девушка поёжилась, ощущая, как ночная прохлада пробирает до самых костей. Она всем видом пыталась показать Страннику, что ничуть не замёрзла, но стучащие зубы и подрагивающие плечи предательски сдали её. — Замёрзла? — ехидно спросил он, продолжая ровно шагать по возвышенности. Башня была совсем-совсем близко. — С-с-с… Совсем нет, — выпалила девушка, стараясь сохранить остатки воздуха в лёгких. Под башней были разбросаны какие-то ветки и доски, тлел костёр. Видимо, совсем недавно тут ошивались хиличурлы. Странник аккуратно вступил на хлипкую лестницу, с подозрением осматривая дырявые доски. В его голове уже было промелькнула мысль отказаться от столь глупой затеи, но астролог, воодушевившаяся открывшимся видом неба, неожиданно резко схватилась за лестницу вслед, подгоняя парня грозным взглядом. Плечи всё ещё дрожали, а губы приобрели какой-то неестественный фиолетовый оттенок. На дрожащих ногах Мона, наконец, поднялась на последний этаж башни, с восторгом рассматривая мелькающие звёзды. Порыв морского ветра, что был прямо под боком, заставил астролога вновь дёрнуться, и она, уже не стесняясь, обхватила себя руками за голые плечи, пытаясь согреться. — С-с-с-странни-и-ик, — проскулила она, оборачиваясь и смотря жалостливым взглядом на парня. Тот лишь недовольно нахмурился, подходя ближе. — Ну нет, — он потряс головой. — Я тебе говорил, что в таком виде сейчас лучше не соваться в ночной лес. Не хочешь меня слушать — не надо. Мне от этого ни горячо, ни холодно. Но теперь сама с этим разбирайся. Мона, продолжавшая трепетать от холода, сделала шаг ближе, игриво наклонив голову. Дрожащими пальцами она потянула за край кимоно, затем, безумно глупо выпятив нижнюю губу, вновь повторила: — Ну, Стра-а-а-анник, — и, подойдя чуть ближе, кокетливо-грустно посмотрела в его глаза. Парень лишь отвернул голову, чуть задрав нос. Вот уж нет — раз астролог столь самоуверенна, то он не будет ей помогать. По крайней мере, это будет для неё наукой — выбирать одежду по сезону, а не щеголять в этом развратном боди по всему Мондштадту… — Архонты с тобой, глупая, — буркнул Странник, наконец, сдавшись этим прекрасным блестящим лунным глазам. Недовольно сняв с себя кимоно, он аккуратно отцепил брошь с Глазом Бога и подвязал её на поясе шорт. — Я знала, что ты не оставишь меня тут умирать от холода, — с улыбкой пропела Мона, благодарно надевая одежду Странника. Тот лишь хмыкнул и, ухватившись руками за голубую накидку, небрежно закинул её, подобно шарфу, на Мону. Совсем по-детски, неуклюже, но это вызвало у девушки лишь широкую улыбку. Девушка, неловко помявшись на месте, неожиданно прильнула к парню со спины, оставляя на оголённом плече осторожный поцелуй. — Ну и что мы тут забыли? Кажется, ты хотела мне что-то показать, — всё также недовольно ответил Странник, скрещивая руки на груди. — Звёзды, в городе их не видно так хорошо. В регионе Анемо Архонта вообще небо прекрасное для изучения астрологии, — Мона неловко ткнула пальцем в небо. — Лживое небо отражает в воде настоящую истину. Все эти созвездия принадлежат обладателям Глаза Бога. — То есть, ты знаешь, что произойдёт с тем или иным человеком, у которого есть Глаз Бога? Мона лишь довольно хмыкнула, разворачивая свою астролябию, брызгами задевая Странника. Тот фыркнул, но внимательно посмотрел на мелькающие символы в звёздной панели. — Вот давай, выбери любое созвездие на небе, и я всё тебе расскажу об этом человеке. Без имён, конечно. Мы же не хотим вмешаться в чью-то судьбу и сломать поток? Мона улыбнулась, понимая, что ни с кем ещё так открыто не обсуждала тайны звёзд и судьбы. А что уж Странник, который лишь поверхностно понимал, о чём сейчас лепечет астролог. — А мою судьбу ты можешь прочесть? — тихо спросил он, потупив глаза вниз. — Могу, но не стану этого делать. Я посмотрела лишь однажды, в нашу первую встречу, и это было больше астрологическим чутьём. Все те чувства, что мне открылись, мне совершенно не понравились. Мне хватило лишь твоего голоса, чтобы понять, кем ты был раньше, и какой тёмный след тянется за тобой. — А что случится в будущем? Разве тебе не было бы интересно узнать? Мона задумчиво закусила губу, раздумывая над словами Странника. Каждый раз, когда этот подлец выкидывал очередной финт, будь то долгое путешествие по Сумеру или болезненный сон, девушка порывалась открыть своё гадание, но вовремя останавливалась. — Твоя судьба связана с моей. А главное правило любого астролога — не смотреть собственную судьбу и стойко принимать то, что уготовано. Я не знаю, надолго ли наши пути сошлись, но если я сейчас загляну в твоё будущее, то рискую здорово обломаться и узнать о себе то, чего бы мне совершенно не хотелось. — Понятно, — задумчиво хмыкнул парень, делая шаг назад. Он неловко пошаркал по старому дереву, рассматривая рассохшиеся доски. Мона тяжело вздохнула. Конечно, она могла бы заглянуть в его карту и узнать ещё больше, но почему-то совершенно точно боялась это делать, опасаясь правды, что может сломать и без того хрупкий мир, что сейчас держался между ними. — Только не говори, что обижаешься, — Мона ласково подошла к парню, беря его за руку. Тот лишь улыбнулся, продолжая рассматривать доски под ногами. — Как тебе могла взбрести в голову такая глупая мысль, — он поднял голову и улыбнулся — совсем беззлобно, приветливо и крайне тепло. — Я уже говорил, что ты выглядишь очаровательно мило в моей одежде? Мона ойкнула и поняла, что щёки покрылись предательским румянцем. Почему-то слышать комплименты от Странника было, как бы это не прозвучало, очень странно. Чаще всего любая похвала была наполнена сарказмом и издёвкой, но сейчас он звучал невероятно искренне. — Спасибо? — шепнула она, чувствуя, как его пальцы сжимают её ладонь. — Согрелась? Мона довольно хмыкнула, чуть приподнимая голову, чтобы освободиться от импровизированного шарфа, который то и дело закрывал её рот и нос. Странник свободной рукой снял свою шляпу, и это могло означать только одно — он, вероятно, вновь хочет её поцеловать. Девушка не прогадала — уже через мгновение его тёмные, озёрные глаза с искрами задора смотрели на неё, а бледное лицо оказалось совсем близко. Мона прикрыла глаза, судорожно выдыхая — каждый поцелуй был сладостной пыткой для неё, но от этого эти кроткие касания казались только желаннее. Но поцелуя не последовало — Мона так и застыла на месте, прикрыв глаза, а колючий ветер неожиданно коснулся её щёк, отчего девушка резко распахнула глаза и встретилась с озадаченным, испуганным взглядом Странника, который что-то рассматривал вдали. — Пошли, — грубо сказал он, сильнее сжимая ладонь Моны. — Но мы… — Я сказал, пошли! — неожиданно крикнул он, и астролог дёрнулась — эта резкая перемена в его настроении не сулила ничем хорошим. Они быстро спустились с башни, и Странник, почти бегом, всё также крепко сжав руку Моны, спустился, не переставая оглядываться по сторонам. — Стой, — Мона неожиданно попыталась затормозить, упираясь каблучками во влажную землю. — Объясни, что происходит. — Телепорт можешь создать? — Странник развернулся и резко схватил опешившую девушку за плечо. — Могу, но сначала скажи, что происходит, — астролог освободила свою ладонь из цепкой хватки и скрестила руки на груди. — Хватит с меня сюрпризов. Рассказывай. — Ещё минута, и тебе будет нечем говорить, — злобно прошептал он, приближаясь к испуганному лицу девушки. — Сейчас от тебя требуется лишь сделать телепорт, глупые вопросы потом будешь задавать. Его голос звучал угрожающе грубо, и Мона, сделав рваный вдох, взяла Странника за руку, крепко сжимая холодную кожу. Второй рукой девушка ловко взмахнула и, прикрыв глаза, быстро открыла под ногами телепорт, надеясь не прогадать с местом приземления. Всего секунда, яркая вспышка — и вот они уже стоят на крыльце, сырые с ног до головы. Мона обернулась и встретилась с раздражённым и обеспокоенным взглядом Странника, с волос которого крупными каплями стекала вода. — Прости, — девушка неловко улыбнулась, пожимая плечами. — Не надо было на меня кричать и торопить! — она легко стукнула Странника по плечу, что искал в карманах ключи от дома. Дверь противно скрипнула и он, всё также раздражённо и хмуро, прошёл на кухню, по пути кидая мокрую безрукавку на пол. Мона незаметно прошмыгнула следом. Она возмущённо посмотрела на мокрую одежду, что небрежно лежала на полу. — И что это было? — она скрестила руки на груди, опираясь о стол. Странник пожал плечами и вновь противно скрипнул зубами. Ах, как же Мону раздражала эта его глупая привычка! — Я услышу ответ? Мона нахмурилась, чувствуя, что если будет продолжать так давить на Странника, то ничем хорошим эта история вновь не закончится. Но что ей оставалось делать, если столь резкая перемена в его настроении так сильно пугала астролога? Вновь проглотить язык и ждать у моря погоды, пока очередная напасть не скосит её окончательно? — Там были Фатуи, — сухо ответил Странник, разворачиваясь к Моне. Холод озёрных глаз пробирал до костей, но Мона лишь сглотнула, ощущая, как неприятно к коже липнет сырая одежда. — Неубедительная причина, ты выглядел слишком напуганным, а какая-то кучка солдат тебя не могла так испугать… — Верно, — Странник кивнул, но после, чуть нахмурился. — Но ты была со мной. Я не хотел повторения сумерской истории. — А может быть хватит считать меня слабой и никчёмной? — пискнула девушка, чуть топая ногой от заполнившего её возмущения. Ну, действительно, сколько можно? Моне казалось, что она сумела показать Страннику, что представляет независимую боевую единицу и без него. — Я так не считаю, — Странник подошёл чуть ближе и, неожиданно для самой Моны, вдруг крепко схватил её за талию, прижимая влажную одежду к коже. Неприятно. — Просто сейчас немного не те обстоятельства, чтобы с ними связываться. — Тогда ты либо мне лжёшь, либо чего-то не договариваешь! — Мона не собиралась успокаиваться, но неожиданно влажные руки, что пробрались под кимоно и нежно ласкали её бедра, вывели девушку из этого гневного состояния. — Можно сказать, что и не договариваю. Но сейчас, пока ничего не понятно, я не хочу посвящать тебя в детали этого дела. Хотя бы притворись умной и не задавай лишних вопросов. Странник приблизился к её уху и практически прорычал последние слова, а после, чуть спустив руки, подхватил девушку, усаживая на стол. Мона лишь охнула, ощутив, как влажные губы прикасаются к мочке её уха. Звёздные серьги шумно лязгнули и беспомощно упали на пол. — Но ты такая милая в моей одежде, что, боюсь, сейчас я не смогу сдержаться, — прошептал он, целуя нежную влажную кожу за ухом. Мона вздрогнула — эти ласки вызывали по всему телу отвлекающее от мыслей тепло. — Ты переводишь тему, — на выдохе произнесла Мона, обхватывая Странника ногами и прижимая ещё ближе к себе. — Это нечестно. — Кто говорит о честности моих методов? — астролог была готова поклясться, что слышала, как его губы дрогнули в ехидной улыбке. Она по наитию чуть приподняла голову, подставляя шею, и Странник, которому не надо повторять дважды, тут же прильнул к холодной коже губами. Мона уже знала, к чему приводят подобные ласки, но сейчас, испытывая смесь злости и возбуждения, была просто не в силах оттолкнуть этого нахала, который с таким наслаждением оставлял цепочку из маленьких укусов, медленно спускаясь к ключицам. Она прикрыла глаза, позволяя себе провалиться в это чувство полностью. Тем более, что это впервые, когда они вышли за пределы спальни, и такая смена обстановки чертовски возбуждает.