Он

      Есть такая привычка у людей жалких и ничем не обременных: считать себя пупом земли.       Раз разом считаю свои попытки. Мукой вырезаю себя по голове: стучи да стучи головой об стену — мыслей не появится.       Я выздоровел. Стал нормальным. Попил триптофанчику, перестал нажимать на фильтр «негатив» для фоток заката.       Утром проснуться. Умыться, посчитать прыщи на лице.       Утром дойти до кухни. Сделать родительскую спальню пустой для себя. Это просто — достаточно заткнуть уши, выдохнуть и улыбнуться. Меня такому приему научил небезызвестный психолог. Истинный профессионал своего дела.       Так забавно. Недавно мы с ней играли в картишки на мою жизнь, стоя в зале метрополитена. А теперь вот — я сижу перед ней, она учит меня, я учу самого себя, сидя в наушниках. Музыка странная, не особо подходит под работу. Она скачет, как конь, пытаясь пародировать себя то в одной стезе, то в другой ипостаси. Сама себя не понимает, выворачивается наизнанку. Если бы у песни были органы, она бы себя вскрыла.       — Я о чем говорил?       — Говорил? — изгибает в танце бровь. Она смотрит на меня непонимающе. Я ее понимаю.       Она меня учила так: выдохни, расслабься, копируй других. В тебе слишком много индивидуальности, твой глубокий внутренний мир нужен одному только тебе. Что ты скажешь, когда пойдешь устраиваться на новую работу? Здравствуйте, директор чурка грузинская вместо армянской, я творец, натура тонкой душевной организации, предоставьте мне отдельный выход в окно за ежемесячную плату моему трупу.       Так дела не делаются.       Нет, ты берёшь и начинаешь смотреть на других. Вот корица с кофе, красит губы в восемь различных расцветок, рисует стрелки на все пять сторон света — копируй ее. Она считает себя королевой — теперь ты тоже король. Даже больше: ты император страны Твоего Ебанутого Мозга. Наслаждайся — и не забудь произнести это с хитрым оскалом.       Видишь кусок дерьма, который, надувая губки, говорит очевидное с лицом Конфуция, — копируй его. Теперь ты кусок дерьма, но не знающий себе цены.       Смотри, как думают другие. Лезь им в голову так, чтобы у них не оставалось головы. Думай делами, не собой. Придерживайся общепринятой морали о добре и зле, пропихивай ее бомжу. Стань Светланой из компании Орифлейм.       — Здравствуйте, не хотите послушать о Господе нашем — добре сквозь скрипучий сахар на зубах?       Кровь из носа от захлопнутой двери можешь забыть. Это — доказательство твоей доброты.       Сепарируйся. Теперь ты другой человек — но ты не можешь съехать от матери. У тебя куча дел, о которых ты и понятия не имеешь.

      НЕ ДУМАЙ ОРИГИНАЛЬНО.

      Конформизм.       Нонконформизма не существует. Это иллюзия твоего больного разума. Ты же не забыл? Ты здоров. Ты здоровее всех живых.

ПОКУПАЙ.

      Привет, я альфа-самец вашей ванной комнаты. Не хотите послушать о несчастных голодающих детях Африки?       Кровь из носа забудь.       Они же так несчастны! А какие маленькие пенсии у моей бабушки, главной уборщицы в Газпроме!!!       Твои мозги выходят через уши.       Небо чистое и красивое!!! Наслаждайтесь мерзкой погодой, сучки! Вы видите голубизну океанской фальшивости преломления солнечных лучей? Вы видите эти блестящие в закатных лучах гигантского небесного тела в черной материи космоса панельки? Вся их серость заменяется, насыщается, преисполняется кучевым облаком, легшим на мой засоленный чужим мнением взгляд!!!       Как прекрасно жить!!!       — втыкает мне в черепную коробку Жизнь.       Чтобы чувствовать себя хорошо, надо заботиться о гормонах в своем теле.       Чтобы гормоны в твоем теле вели себя хорошо, пекись о них, как твоя гиперопекающая мамаша, которая родила тебя чисто «ну, по приколу, захотелось, лул».       Чтобы печься о них:       * Спи по 20 часов в день       * Ешь шаурму только из Вкусвилла четыре раза в день       * Работай как хомячок в колесе       * Не слышишь? Работай       * Работай       * РАБОТАЙ       * РАБОТАЙ       * ДОЛГ       * СЛЕДУЙ ПРИНЦИПАМ       * СЛЕДУЙ ЧАСОВОЙ СКРИЖАЛИ . Ты меня не слышишь, хомячок?       Ты фрик. Ой, какая жалость, не хочешь быть фриком? Не хочешь, чтобы от тебя бежали за километр?       Она плюнула мне в лицо. Смачный харчок прямо в нос — специально, чтобы дышать было нечем. Зачем Жизни печься о другой жизни перед ней? Ах, ну да, не забывай — ты гниющий кусок трупа. Я просто привожу личинок в твоих оторванных ногах в порядок. Напяливаю сюртуки, галстуки, платья. Хоть где-то же в твоем угольчатом теле должен быть порядок. Красота — главный смысл Жизни. Неважно, что от этой красоты ты будешь лакать воду под крышкой своего гроба, похороненный заживо.       Сказала она мне.       А я хочу быть красивым. И умным. И лицом статусным. А кто еще мне купит психоделическую игру, если не моя красота?       Красота требует соответствия. Я красив… Личинки мух в моих глазах великолепны одеты. Они лучше, они притягательней всех тех, кого принято возносить на небеса. Они якобы красивее меня, они якобы умнее меня — ошибка выжившего и ошибка смеющих уязвлять мое нисколько не раздутое эго.       Пусть эти мрази в солнечных очках, одетых по примеру подружки с ником «лизни мою пизду за деньги», с еблетом из выигранной генетической лотереи вознесут молитву богу. Авось он соблаговолит им до работы натиральщиц золотого унитаза в его хоромах. Там красиво, кстати. Я был там, когда решил подыграть ему.       Не забывайте, мы близки к богу. Мы дали клятву служить ему. Мы купим себе столько облегающих член трусов, сколько захотим, мы изрисуем столько реклам у моего подъезда своим истинно человеческим творчеством, вдохновляясь такими гениями отечественного искусства, как, допустим, Гитлер или Хайзенберг, сколько вам и не снилось. Вы же должны нам прислуживать, вы же должны мне смотреть в глаза, а не я пародировать вас.       Жизнь одобрительно хлопала меня по плечу. Я делал третий бутерброд за завтрак. Я купил ингредиенты на распродаже в интернет-магазине. Они подкрепляли свои слова печатью бога. А я улыбался.       Я же достиг, чего так хотел, — я изливаю свой яд на кухонную тумбу. И я доволен. Это счастье.       В оставшуюся половину дня я выберу себе новый комплект одежды, отполирую свое лицо до состояния блестящих зубов Скарлетт Йоханссон и, гордо натянув на себя улыбку моей девушки, которая вытрет свою сигаретку о мою рубашку, зайду в кабинет. Там на меня будут смотреть мои ученики лицами меня самого. Сразу видно, кто их учит, а кто учит меня.       — Так о чем мы говорили? — открою я страницу учебника, включая подготовленные заранее любезным Минобразования кривой урок из ПаверПойнта.       — Есть такая привычка у людей жалких и ничем не обремененных, — подсказала моя девушка Жизнь, — считать себя пупом земли.