Трещины

«Опять задерживаешься? Придется тебя наказать». Сергей смахивает сообщение Вадика и растирает выпекающие глаза. Белый свет настольной лампы бесит до невозможности. В офисе душно даже с кондеем, стены давят. Все нервирует. Последний месяц он задерживается почти каждый день. Постоянно обещает себе — и Олегу с Вадиком, — что завтра уж точно закончит вовремя, но нет, чуда не случается. Телефон снова вибрирует: «Я знаю, что ты видишь сообщения. Не игнорируй меня». Сергей шумно выдыхает. Если он не будет отвлекаться, есть шанс, что он закончит и придет домой чуть раньше, чем вчера. Неужели Вадик этого не понимает? «За плохое поведение ты лишаешься сладкого». Сергей не успевает перевернуть телефон экраном вниз — следом за сообщением приходит фотка. Хватает беглого взгляда, чтобы понять: чья-то задница в трусах. Палец сам тянется к крошечному изображению и открывает диалог. На фотке Олег лежит на Вадике задницей к камере. На абсолютно голом Вадике. Сергей хочет заблокировать телефон, но вдогонку прилетает следующее фото: член Вадика между ягодиц Олега, пальцы поддевают край трусов. «Раз тебя нет, я съем все в одиночку». Через секунду Вадим присылает короткое видео. Сергей чертыхается и откладывает телефон, пока остатки самообладания позволяют это сделать. Он прекрасно знает, что увидит на видео, поэтому даже не собирается смотреть. Не сейчас. Придвигает ноут, хмурится, вчитывается в черновик письма. А мысли все равно далеко — перед глазами пальцы Вадика, которыми тот оттягивает трусы Олега в сторону, затем проводит по уже блестящему от смазки анусу. Дразнится Вадик наверняка не долго — у самого выдержки в такие моменты ноль, — поэтому несколько раз толкается внутрь пальцами, а затем почти сразу приставляет ко входу головку. Он зажмуривается и сглатывает. Вставший член дергается. Сергей сводит бедра и вцепляется руками в подлокотники кресла. Видео, скорее всего, со звуком. Как же хочется, чтобы осточертевшая тишина в кабинете сменилась шумным дыханием и подъебками Вадика и сдерживаемыми стонами Олега. Сосредоточиться на черновике не выходит. Сергей с досадой понимает, что он завелся настолько, что сосредоточиться уже в принципе ни на чем не получится. Выругавшись себе под нос, он цепляет с края стола телефон и включает видео. Сорок восемь восхитительных секунд Вадик трахает Олега Сережиным вибратором. Олег тихо стонет, Вадик издает нечленораздельные, подозрительно похожие на довольное урчание звуки. Да господи ты боже мой. Сергей ставит видео на повтор, расстегивает брюки и лезет рукой в трусы. Чертов Вадик, чертов телефон. Сергей закусывает губу и быстро дрочит. Вернется домой — привяжет Вадика к изголовью и выебет самым большим дилдаком, чтоб неповадно, блин, было. Будто с перерывом на дрочку он быстрее закончит с работой, ага. Гениальный ход. Сергей смотрит на исчезающий в Олеге вибратор, вслушивается в потрясающий звуковой фон и кончает в кулак. «Спорим, ты дрочишь, солнышко?» «Не грустно одному? Приходи, так и быть, поделюсь сладеньким, еще осталось». Сергей закатывает глаза и убирает телефон в ящик стола. Надо привести себя в порядок и закончить письмо. А потом поехать домой и прибить Вадика. Или сначала выебать, да.