Золотой Перевал

***

      Время протекало мимо Севил быстро и незаметно. Загадочных случаев появления неизвестной энергии больше не было, никто не пытался ее убить или задушить. Мадара отказался брать ее в отряд охотников, оправдываясь запретом Хокаге, поэтому ей приходилось и дальше выполнять глупую и абсолютно бездумную работу по дому. Также Севил заметила, что в этом мире ее волосы растут быстрее, поэтому сейчас они доходили ей уже до плеч и их можно было собрать в маленький хвост, или только половину наверху. Одеваться ей приходилось в то, что ей выдавали в доме Учиха, в основном это были те самые неудобные халаты с гербом на спине, или в выходной день она носила одежду, сворованную из неизвестной деревни после побега.       Друзей Севил не нашла, но и особо делать этого не собиралась. Она поближе познакомилась с Хокаге и его женой Мито, когда они приходили к Учиха в гости. Аки пыталась с ней общаться, порой бывая очень настойчивой, однако Севил постоянно сбегала, едва Хагоромо замаячит на горизонте. С Изуной у нее были чисто формальные отношения, с Мико и Тисато она говорила лишь тогда, когда требовалось взять задание или что-нибудь переспросить о работе по дому. Мико до сих пор косо смотрела в ее сторону. С Мадарой все было по-прежнему, не считая того, что в последнее время он странно на нее смотрел, но значения этих взглядов она объяснить не могла.       С Тобирамой было сложнее. Изначально она считала его единственным человеком, с которым ей действительно интересно находиться рядом, разговаривать, даже если на собственном допросе. В какой-то степени он даже нравился ей как мужчина, поэтому любые новости и проблемы она, в первую очередь, собиралась рассказывать ему. Севил думала, что если бы тогда, когда она пришла к нему, с рассказом об энергии Изуны, Тобирама действительно захотел заняться с ней любовью, она бы совершенно не возражала. Но тот момент, который произошел относительно недавно, невольно заставит ее избегать Сенджу. Сам Тобирама этого даже не заметил, но Севил по отношению к нему стала настороженной. Она знала, что настоящий Тобирама был абсолютно не при чем, но воспоминания о ледяных руках на своей шее, заставляли кровь стыть в жилах и вспоминать лишь плохое.       Черное существо и другие энергии больше никак себя не проявляли и поэтому Севил, сама того не зная, получила законный отдых. То жуткое создание ей напомнило одно существо, которое очень давно существовало в ее мире. Она понимала, что вероятно двое этих тварей никак не связаны, но стала называть «его» Дуллахан.

***

      Мадара третий час безвылазно сидел в своей комнате, разгребая завалившиеся бумаги. Обычно всю бумажную работу он без стыда и совести скидывал на Изуну, однако в этот раз младший брат категорически отказался и сбежал на очередную ночную прогулку с девчонкой Хагоромо. Мадара взял самую верхнюю бумагу со стопки и принялся внимательно вчитываться в заголовок «Накладная №113», однако хватило его внимания минуты на 2. В коридоре послышались тихие шаги, хотя обычно в это время все спали. — «Пан опять не спит», — подумал про себя Мадара. И его мозг в ночное время не мог подкинуть ничего лучше, чем мыслей об этой странной женщине.       Он не мог понять, она действительно глупая и бесстрашная, раз разговаривает с тем, кто может отправить ее к праотцам одним мизинцем так, будто он не глава одного из величайших кланов мира, а простой рядовой воин? Или мальчик-подросток? Конечно, по сравнению с ее возрастом, он действительно был намного младше, но беря во внимание их физический возраст, они были примерно ровесники, по крайней мере так рассуждал Мадара.       Либо же она действительно по какой-то причине только с ним была настолько грубой. Звала по фамилии, игнорировала замечания, опаздывала на вечера, куда приходили важные гости, проще говоря, волей неволей провоцировала. Но Мадара не понимал, почему он на нее не злится всерьез. Если бы любой другой человек вел себя подобным образом, он бы не стал с ним долго церемониться. Но в этом случае было что-то иное. Будто ему было интересно, что она на этот раз сделает, что скажет, как проявит свою эгоистичную натуру.       Продолжая о ней вспоминать, он не мог не задуматься о ее внешности, для многих, и для него в том числе, удивительной. Яркие зеленые глаза, которые иногда блестели странным светом. Короткие волосы у девушек он почти никогда не встречал, а у нее они были еще и светлого пшеничного цвета, которые на вид казались очень мягкими, так что периодически приходилось одергивать себя за внезапное желание их потрогать. Еще одной ее удивительной внешней чертой был высокий рост. Он не привык смотреть на женщин прямо, а не свысока (это даже звучит для него странно). Ее фигура казалась худой, но на самом деле даже сквозь одежду был виден рельеф мышц и крепкость тела. Продолжая размышлять, он задумался не в нужном направлении, и ему стало интересно, как она могла выглядеть без одежды.       Он резко подскочил, прерывая свои совершенно ненужные в данный момент мысли об этом существе. Сейчас он хотел принять ванную и спокойно уснуть. Учиха вышел в коридор и шел до лестницы, спустился на первый этаж, шел до купальной комнаты, по пути говоря себе: «Прекрати думать о ней, она не стоит того. Она некрасивая и жалкая. Она тебя не стоит. Не хватало еще. Она лишь временное недоразумение. Вот схожу в бордель, сниму напряжение и все будет по-прежнему». Мадара, подойдя к двери, открыл ее и замер на пороге.       Пан по пояс сидела в горячей воде, не реагируя ни на какой внешний шум. Либо она спала, либо медитировала, потому что обычно она чутко слышала каждую мелочь, а сейчас даже не дернулась. Мадара растерялся и не мог четко сформировать план действий: разбудить ее и выгнать, уйти и предъявить завтра, просто молча уйти или залезть к ней в офуро. Сейчас он не мог думать ни о чем другом, кроме как о ее молочно-белой коже, упругой и подтянутой груди, которая не была ничем прикрыта, влажных взъерошенных волосах и прикрытых в дреме глазах. Капли пота и воды стекали по ее прессу, рукам, груди, с кажущимся громким сейчас звуком падали в воду. Он так и остался стоять на пороге, разглядывая ее. Едва она пошевелила ресницами, как тут же его как будто и не было.       Мадара неожиданно вспомнил какую-то книгу для взрослых, которую случайно открыл лет в 11. В книге были описаны разные советы для мужчин, в особенности касающиеся половой жизни или отношений с женщинами. Он вспоминал, как автор книги описывал ступени любви и ужаснулся. «Сперва вы оцените ее внешне. Затем вы обратите внимание на ее поверхностный характер. Потом вы захотите именно ее, каждый раз думая о том, как бы она шептала ваше имя в момент оргазма. Далее вы начнете замечать в ней детали, привычки, невольно их перенимать. На пятой ступени вы начнете думать о ней как о матери своих детей. После этого вы увидите ее недостатки, но примите их. Если вы заметили, что прошли все шесть ступеней, то могу вас уверять, вы влюблены». — «Три ступени», — с нарастающей, несвойственной ему тревогой думал Мадара. «Вы влюблены» — звучало для него как приговор. Он засмеялся и принял решение на корню пресечь свои зарождающиеся чувства, которые в данный период считал абсолютно лишними и ненужными.

***

— Аки-чан, догоняй! — кричал Изуна, делая очередной прыжок по пологой крыше. Зацепившись руками за трубу, напоминающую длинный шест, он схватился, провернулся и повис, глядя на заметно запыхавшуюся Хагоромо, которая была в двух зданиях от него, но вскоре оказалась рядом с ним. — Изуна-сан, я не могу уже, давайте отдохнем, — просила Аки, держась за ту же трубу. Учиха ухмыльнулся ей в лицо, немного приблизившись и спрыгнул на землю. Аки вслед за ним тоже спустилась. — Хорошо, давай посидим в Идзакая, — предложил Изуна, уже направляясь в сторону заведения. Аки схватила его за руку и дернула, на что он удивленно обернулся. — Ну что? — Я не хочу пить, давайте просто походим, — неловко предложила Аки.       Неспешно подходя к краю деревни они переговаривались на разные темы, иногда смеясь, а иногда одновременно смурнея. Аки затронула тему о слежке, которую Изуна просил вести за Севиру. — Она стала добрее, что-ли, — объясняла Хагоромо. — Хотя общаться со мной по-прежнему не хочет. Я замечала, что в начале она часто ходила в резиденцию Хокаге, вероятно, к Тобираме-сану. А теперь вообще никуда не ходит, даже не рынке ее почти не встретишь. — Я тоже заметил, — кивнул Изуна. — Она как-то обмолвилась мне, что хочет вступить в отряд охотников. Но почему-то Мадара наотрез отказался ее принимать, хотя у нее хорошие навыки. — Мне Мико-сан рассказала, что они один раз чуть не подрались, — рассказала Аки. Изуна растерялся и остановился, неясно глядя на Аки. — Мадара и Севиру? — переспросил он. — Да нет же, — засмеялась Аки. — Мико и Севиру. — Мико? С кем-то подралась? — не поверил Изуна, и даже забыл указать вежливую форму. — Она сражалась на войне, конечно, она шиноби, но после перемирия Мико ни разу ни с кем не то что не дралась, даже не конфликтовала. Если это правда, я уверен, что ее Севиру спровоцировала, вот только как и чем? — Подумайте, Изуна-сан, — неожиданно улыбнулась Хагоромо. — Есть только одна причина, по которой Мико может выйти из под контроля. И по-моему, и вы, и я об этой причине прекрасно знаем, — подмигнула Мико. Изуна все еще не понимал, вопросительно смотря на подругу. — Она ведь Учиха, к тому же молодая. — Ну конечно, — хлопнул себя по лбу Изуна и захохотал. — Мадара, — хором сказали они.

***

      Была уже поздняя ночь, когда Севил сидела на крыша какого-то здания, свесив ноги и глядя на скрывающуюся за облаками луну. В последнее время она гораздо больше стала заниматься медитацией, что помогало ей иногда вырваться от мира и повитать в собственном сознании, из раза в раз обдумывая, что с ней происходит. Иногда она ощущала за собой слежку стражей порядка Деревни, но они никогда к ней не приближались, а она не обращала внимания.       Она встала на ноги и запрыгнула на здание выше, с каждым разом забираясь на другую, словно по своеобразной лестнице. Зацепившись за самую высокую крышу, она держалась на одних локтях, свесив ноги вниз. Иногда ей нравилось висеть на большой высоте, хотя так делали почти все эльфы и исключением она не была. Она забросила ноги и допрыгнула до железной перекладины, держась не ней тазом и руками. Потом снова прокрутилась и повисла на согнутых ногах вниз головой, вглядываясь в темные улицы деревни.       Девушка продолжает висеть высоко вниз головой. Она словно окутана вихрем мыслей, не замечая ничего вокруг. Севил пытается медитировать, однако чутье подсказывает, что сейчас не лучшее время.       На крыше, где она висит, воздух становится холодным и влажным. Теплый ветер сменяется мерзлым, словно предупреждая о приближающейся буре. Перекладина становится ледяной, и даже невооруженным взглядом она заметила рисунки образовавшихся снежинок. Пока она остается непоколебимой, погруженной в свою попытку медитации, однако вскоре ее собственные ноги начинают будто примерзать к перекладине.       Внезапно тишина на крыше оказывается нарушена. Севил от неожиданности вновь переворачивается и висит на перекладине, с помощью локтей и туловища. Та самая зловещая аура, несущая лишь желание смерти, то самое черное существо неожиданно появляется из темноты, грозно ухватывая ее за ногу. «Дуллахан» впивается когтями в ей в голень, вынуждая вскрикнуть. Из-за образовавшегося веса прямо на ней, держаться на перекладине становится тяжелее, а до крыши надо было допрыгнуть, чего сейчас она точно сделать не сможет. Она хотела поговорить с ним, выяснить причину, в конце концов сразиться в честном поединке, но ее язык словно примерз к деснам, лишая всякой возможности говорить.       Жуткий момент ощущается как вечность, она не может отбросить тварь, которая вцепилась в ее ногу, едва не продырявив когтями насквозь. Она пытается раскачаться и ударить его о ближайшую стену, но неожиданно она резким движением опускаются еще ниже, висев уже не всем телом, а одними только костями рук. «Дуллахан» внезапно отцепляться от ее ноги, по ее телу взбираясь на тонкую перекладину и садится на нее, жутко хихикая. Постепенное оно своими противными когтистыми лапами отрывает пальцы Севил. Она уже была в подобной ситуации и не раз выбиралась, но это существо как будто было способно своим касанием забирать все ее силы, заставлять мышцы леденеть, в то время как мозг думает уже не о битве, а лишь окутан страхом. Едва она успевает прокрутиться в попытке спастись и сразиться с ним, как девушка начинает падать вниз. Ее глаза наполняются слезами, но в последнюю секунду она успевает схватиться за провод, спасая себя от неизвестной участи. Толстый провод как будто сам опустился ей на туловище и если бы не моментальная реакция, она бы просто шлепнулась вниз. Но едва Севил ощутила его, тут же схватилась и тем самым ей удалось избежать многочисленных травм, а может даже и смерти.       Она справляется с потрясением и обретает остатки силы, чтобы спуститься на землю. Ее ноги касаются твердой земли, и она чувствует облегчение. Однако сейчас ей нужно бежать, желательно туда, где много людей. Сердце бьется в ее груди, с каждым шагом Севил оборачивается по сторонам, лишь бы не встретиться с этим существом вновь.       Так девушка продолжает свой бег до тех пор, пока темная фигура, стоящая на перекладине, полностью не исчезает из зоны ее видимости. Теперь, на некотором расстоянии от опасности, она может наконец остановиться. У нее есть время оглядеться, оценить свое состояние и собраться с мыслями. Больше она не ощущает его энергию и все силы вновь возвращаются. Однако кровоточащая рана в ноге все еще неприятно ноет.       Неподалеку она видит горящий свет и большую толпу людей снаружи. Ведомая любопытством и желанием поскорее попасть ближе к людям, Севил направляется туда. Из-за того, что одета она была не в одежду с гербом Учиха, а в украденную, внимания на нее никто не обращал. Это место представляло из себя четырехэтажное здание, с яркой вывеской «Игорный дом». Она вошла внутрь и увиденное ее приятно удивило. Множество золотых оттенков, ярких фонариков, украшений показывали изобилие богатства этого места. На полу по два-три человека сидели немного пьяные мужчины, играя на досках в разные азартные игры. Рядом с некоторыми сидели ярко разукрашенные женщины в цветных кимоно, а молодые слуги приносили еду и выпивку для гостей. Смех лился отовсюду.       За стойкой с алкоголем стоял управляющий заведения, на вид приятный молодой человек. Севил подошла к нему и он тут же наградил ее вежливой улыбкой, несмотря на то, что она не выглядела богато. — Здравствуйте, госпожа, — и он легким движением склонил голову и корпус. От растерянности она повторила его жест. — Чем я могу вам служить?       Севил призадумалась, ведь не планировала здесь ничего покупать, к тому же у нее не так много денег. Это просто было первое попавшееся здание на ее пути, где были хоть какие-то люди. Хотя, если ей хватит денег, она вполне может попробовать местную выпивку. — Я хотела бы что-нибудь выпить, — сказала ему девушка. — У вас на любом этаже можно находиться? — Разумеется, однако… — мужчина вновь приятно улыбнулся. — На втором этаже сейчас танцуют Майко и зрелище это платное, как и все нахождение здесь. Посещение заведения, с включением еды и напитков стоит 800 рё, если вы желаете насладиться танцами, цена увеличится вдвое. С вас 1600 рё, госпожа.       Севил понятия не имела, дорого это или нет, но она достала из кармана маленькую сумку и вывалила все монеты. Деньги ей давали раз в неделю, а также разрешали оставлять сдачу с любых покупок. Севил помнила, что хлеб стоил примерно 3 рё, а значит посещение довольно дорогое. Мужчина пересчитал все монеты и с грустью взглянул на нее. — Здесь 1499, госпожа. — Хорошо, давайте без танцев, — махнула рукой Севил. Но мужчина помотал головой и налил ей выпить странную на вид прозрачно-белую жидкость. Севил попробовала и почувствовал привычный вкус спирта, однако сам напиток тоже узнала. По виду и консистенции напомнил тот самый «сакэ». — Нет-нет, что вы, — вскинул руки мужчина и налил ей вторую рюмку. Севил и ее выпила. Для закуски он дал ей лист салата. — У нас ведь игорный дом, госпожа. Вы можете внести, предположим, 499 рё в качестве первичного взноса за нахождение в заведении, тысячу поставить в одной из игр. Когда вы выиграете, то сможете целиком оплатить посещение. — Давайте, — решила Севил уже после того, как выпила третью рюмку. В людских трактирах она много раз была, в азартные игры тоже играла. Правда вот, как устроены здешние игры она не знала, однако почему-то сейчас ее это уже совершенно не волновало.       Севил усадили за один стол с рыжим престарелым мужчиной, на бедре у которого лежала женщина, сразу понятно кем работающая. Ей вкратце объяснили правила игры, и оказалась она простой, чем-то напоминающая кости. Ей принесли еще несколько рюмок, а также каких-то дивных блюд, вкус которых она даже не смогла разобрать из-за фокусе на игре.       Действительно, Севил выиграла 2000 рё и целиком оплатила посещение. Она была не сильно пьяна, однако уже чувствовала себя легко и расслаблено. На втором этаже действительно танцевали молодые девочки и она смотрела на эти немного недоверчиво. В понятии Севил, танцы в подобных заведениях должны быть веселыми и динамичными, а все, что делали эти Майко — подкинула веер, покружилась, пошевелила руками и весь танец. В общем, Севил не впечатлилась.       После танцевального предоставления Севил опять спустилась вниз. Выиграла она 2000 и в теории, у нее еще остались деньги, которые она вновь могла выиграть. Так она и поступила. Каждый раз ставки становились больше, игры сложнее, алкоголь все сильнее раскалял горло и контролировать себя становилось все сложнее. Она становилась раскрепощеннее, в помещении было нереально жарко, и отказаться от игры с каждым разом сложнее. Она уже не помнила как охрана увела ее на ночь в одну из гостевых комнат.

***

      Проснулась Севил ближе к обеду в том же номере, куда ее привели два огромных охранника вчера ночью. Голова у нее раскалывалась и с тяжелым стоном она едва приподнялась на локтях. Рядом с матрасом был заботливо оставлен стакан воды. Едва она встала, как рвотный рефлекс тут же дал о себе знать и ей пришлось экстренно бежать к туалету, который, слава богу, в комнатах был предусмотрен. Очистив желудок и выпив воды, ей стало намного легче. Она сидела на полу, оперевшись о стену и пыталась вспомнить, что произошло после двадцатой рюмки выпитого сакэ, хотя у нее были подозрения, что намешан там был уже не только он. В зеркало она смотреть боялась, но решила оценить свой вид. Под глазами были огромные синяки, кожа отливала серо-голубым, губы были искусаны и кровили, волосы напоминали солому, но тем, что окончательно ее добило, стал огромный синяк в области между грудью и шеей, который больше напоминал засос. — Да ну нахрен, — прошептала Севил, не веря своим глазам. — Когда я успела? И с кем? О боже…       Рядом лежала ее кофта с горлом, которую она надевала под низ кимоно, однако, Севил заметила, что на ней ничего не было, кроме этого тонкого халата. Севил умылась, оделась, привела волосы в порядок и спустилась вниз. Там уже никого не было, кроме управляющего, который выглядел также бодро. — Доброго дня, госпожа, — улыбнулся он. — Как себя чувствуете? — Нормально, — соврала Севил, коряво отвечая на его улыбку. — С кем я уходила в номер? — спросила девушка. Вопрос был неловким, однако сейчас волновал ее больше всего. — А, не переживайте, — опять тошнотворно улыбался управляющий. — Вы сняли одного из наших Кагэма.Все строго конфиденциально, они полностью здоровы и имеют разрешение. — О боже, — в который раз за день говорила Севил. — Спасибо вам за все, до свидания. — Постойте, госпожа, — окрикнул ее управляющий. Охранники почему-то напряглись и встали плотнее друг к другу, визуально загораживая проход. — Как и когда вы будете возвращать долг? — Какой еще долг? — замерла Севил, слегка округлив глаза. — Три миллиона рё.Вы проиграли свои выигранные деньги и заняли у заведения, а потом проиграли и их тоже, — пояснил мужчина. — Нашему заведению вы должны всего три миллиона. А господину Хатакамэ, которому вы проиграли, семь. Он сейчас вернулся в свою страну, страну Чая, поэтому ему можете вернуть по его возвращении сюда. У нас есть ваше имя и адрес, у нашего клиента, господина Хатакамэ, тоже. Убедительно просим вас вернуть долг как можно быстрее. Итого у вас десять миллионов рё, госпожа Севиру. Пожалуйста, поставьте здесь вашу подпись, так мы убедимся, что вы ознакомлены с информацией, — сказал мужчина, продолжая улыбаться и подсунул ей какую-то бумажку. Севил настолько вышла из реальности, что даже не вчиталась, а просто поставила жирной кистью кривую букву «S».       Она не помнила как вышла из заведения и дошла до дома. Ее ждала Мико, сурово вглядываясь в растерянное лицо Севил. Учиха что-то ей говорила, но девушка ее абсолютно не слышала, в голове лишь мелькал противный голос управляющего: «…три миллиона… семь миллионов…верните долг…Хатакамэ…десять миллионов…верните долг…десять миллионов…десять миллионов…десять миллионов рё… десять…» — Севиру, ты слышишь вообще? — крикнула на нее Мико и влепила пощечину.       Она мгновенно проснулась, однако злости на Мико у нее даже не возникло. — Где ты была? — спросила Учиха. — Гуляла, — сказала Севил, прокашлявшись.       Мико долгое время молчала, но потом вновь заговорила. — Слушай, я понятия не имею где ты была и что делала, но это первый и последний раз, когда я прикрываю тебя перед Мадарой-сама. Вчера весь день никого дома не было, сегодня и завтра тоже не будет. Только мы остаемся. Вчера работала одна я, так что сегодня иди проспись, а завтра будешь работать в двойном объеме. Ясно? — Спасибо, — осипшим голосом сказала Севил и ушла в свою спальню.

***

      Когда она распахнула глаза, была глубокая ночь, поэтому она вновь попыталась уснуть. Но вновь появившаяся ледяная аура не дала ей этого сделать. Севил резко подскочила, готовясь обороняться. — Что тебе от меня нужно? — грубо спросила Севил у пустоты. Его энергия растеклась по всей комнате и босыми ногами она ощущала этот холод на полу. — Мешаешь нам… Убить… — сказало существо, не проявляя себя. — Так вас несколько? — спросила Севил, скорее сама у себя.       За ногу ее схватила ледяная ладонь. И она не нашла лучшего решения, чем ударить ее ножом, однажды стащенным с кухни, который быстро вытащила из под подушки. Оно зашипело и ладонь исчезала. — Мы тебя убьем… Ты не сможешь нам помешать… — шептал этот зловещий голос.       Черная жижа испарилась, как и энергия, но спокойствия ей это не прибавило. Севил недолюбливала Мико, однако сейчас стояла под ее дверью и стучалась, держа в руках одеяло и подушку. Сонная и удивленная Учиха открыла дверь. — Можно я у тебя переночую? — спросила Севил. Учиха приподняла брови, но ничего не ответила, пропуская ее в комнату.       Ложилась спать Севил с мыслью, что срочно нужно это с кем-то обсудить.

***