Сенситометрия

      — Сань, ты дома? — Даня подошёл к автобусной остановке и попытался втиснуться под навес, чтобы спрятаться от дождя.       — Дома, ага.       — Слушай… — Он покосился на людей вокруг, прикрыл рукой мобильный и громко зашептал: — Марк пропал.       — Кто пропал?       — Марк.       — И это в такой день, — печально вздохнул друг.       — А какой сегодня день? — Лисицын завис, соображая, какое сегодня число.       — Пятница, день моего рождения.       Кузьмин хрюкнул, сдерживая смех, и Даня, подумал было какая пятница, сегодня вторник, и при чём тут день рождения, как понял, что Кузьмин цитирует Винни-Пуха и потерянный хвост ослика Иа.       — Бля, Саня, — взвился он и тут же смутился, когда люди на остановке обернулись на него с осуждающим видом. — Это не смешно, — прошипел он в трубку.       Друг всё-таки хохотнул и уже серьёзно сказал:       — Нет, я всё-таки оторву ему яйца! — и прежде, чем Лисицын успел возразить, что Марковы яйца ему и самому нужны, друг добавил: — Ты где сейчас?       — У метро, в автобус сажусь.       — Давай ко мне, будем дракона твоего искать.

***

      — Ну, рассказывай, — попросил Саня, запуская на компе какую-то программу.       Несколько лет назад они посмотрели фильм «Хакеры», после которого друг решил, что тоже хочет уметь взламывать программы и чужие компьютеры и делать так, чтобы банкоматы выплёвывали на тротуары деньги. Правда, со временем это желание переросло в одержимость программированием, и в десятом классе Саня решил, что будет поступать на факультет вычислительной математики и кибернетики в МГУ. Несмотря на свою неуёмную энергию, вечные поиски приключений и безумные идеи, к учёбе он относился с поразительной серьёзностью и проявлял небывалую усидчивость, когда речь шла о работе. На втором курсе у него появились первые заказы: сначала по простеньким программам и веб-сайтам, а со временем подтянулись и более серьёзные клиенты.       — Короче, — сказал Даня, — Марк не отвечает на телефон, то есть, он у него не доступен. Со вчерашнего дня…       — Может, он уехал куда-то? — спросил Саня, всматриваясь в монитор и быстро набирая что-то на клавиатуре.       — Он бы сказал. Или сообщение прислал… Ну, и телефон бы работал, наверное.       — Ты знаешь, где он живет?       — Эм… приблизительно… Тогда стемнело уже, плюс мы на машине ехали… если бы пешком шли, я бы дорогу запомнил, а так — нет, вряд ли найду.       Саня обернулся к устроившемуся на диване Лисицыну, смерил его осуждающим взглядом и, слегка нахмурившись, спросил:       — Вы к нему ездили, что ли? Ты что, вот так сразу сел к незнакомому парню в машину и поехал с ним неизвестно куда?       Даня вспыхнул и пристыженно отвернулся. Он и сам пару раз задумывался, как воспринял его сговорчивость Марк — всё-таки переспать после первой встречи, которую и свиданием-то назвать было сложно, — казалось поступком легкомысленным. Но желание было обоюдным, да и ждать Даня больше не хотел. Зато сейчас, после слов друга он вдруг почувствовал себя если не шлюхой, то одним из тех немецких вариантов «попроще», про которые рассказывал Марк.       Сглотнув вставший в горле колючий ком, Даня решительно встал с дивана и рванул к выходу.       — Эй-эй-эй, — Саня подскочил с места и перехватил его у дверей комнаты, крепко обняв со спины поверх рук.       — Отпусти меня, — с обидой в голосе прошипел Лисицын, пытаясь вырваться из захвата. Он пришёл за помощью, а получил осуждение. Всхлипнув, он снова дёрнулся.       — Ну тихо, тихо, всё. — Друг крепко держал его, прислонившись лбом к затылку.       Почувствовав, как в глазах скопились слёзы, Даня закрыл лицо руками и расплакался.       — Лисёныш, ну ты чего? Ну прости меня… Иди сюда. — Ослабив хватку, Саня развернул его к себе.       — Я — что? Се-сел к парню в ма-машину и сразу шлюхой стал, да? — заикаясь и размазывая по лицу слёзы, спросил Лисицын. — Ну почему всем мо-можно, а мне — нет? Ты… ты хоть знаешь, как долго я этого ждал, м? — Он треснул друга кулаком по груди и завыл, уткнувшись носом в его шею.       — Чёрт, Дань, я… прости, я вообще не это имел в виду, ну… вдруг он оказался бы извращенцем или маньяком, это же опасно было. — Саня успокаивающе шептал ему на ухо, перебирая волосы и гладя по спине. — Да я бы с ума сошел, если бы с тобой что-то случилось. — И обнял так крепко, что у Дани в позвоночнике хрустнуло.       Переместив руки другу за спину, Даня обнял его в ответ, прижавшись щекой к плечу.       — Я так счастлив был эти пять дней, Сань, — все ещё всхлипывая, признался он.       — Я правда очень рад за тебя, Дань… твой Марк, он отличный на самом деле, и тачка у него крутая.       Лисицын невольно хмыкнул.       — И он, наверное, именно тот, кто тебе нужен, — продолжил Саня. — Чёрт, он… Он так на тебя смотрел…       Даня шмыгнул носом и поднял голову с плеча друга:       — Как?       — Ну… С таким обожанием… просто… это… — Кузьмин смущённо покачал головой и добавил: — Никогда не думал, что буду так ревновать.       — Жа-а-адина, — протянул Даня, окончательно успокоившись. — У тебя же теперь Таня есть. — Он пихнул друга в плечо и, вспомнив феерическую встречу друга с Марком, спросил: — Ты, кстати, зачем меня поцеловал тогда?       — Хотелось подразнить Фукса твоего. — ухмыльнулся друг, пожав плечами.       — Придурок, — улыбнулся Даня, закатив глаза. — Не делай так больше, ладно?       — Ладно, — быстро согласился Кузьмин и тут же со смачным чмоком поцеловал его в губы. — Это было в последний раз! — захохотал он, уворачиваясь от тумаков.       Вернулся к компьютеру, а Даня, покачав головой, с ногами залез на диван. Через пять минут Саня написал на клочке бумаги все данные, которые смог найти в базе по запросу «Марк Фукс»: домашний адрес с номером телефона и название и адрес издательства, в котором тот работал.

***

      — Блин, Саня! Целый месяц! — Даня в отчаянии кусал губы и хмурил брови.       Они сидели в подъезде фотостудии на диванчике, с которого согнали Диму-маленького, и громко перешёптывались, обсуждая свой поход в издательство.       Вчерашняя поездка к Марку домой завершилась встречей со стоящим у его подъезда недотрактором и абсолютной тишиной за дверью квартиры, поэтому друзья решили штурмовать работу. Но только и в издательстве им не повезло: встретившая их секретарша Марина с безупречной улыбкой и вышколенной вежливостью ненавязчиво их отшила. «Марк Генрихович в заграничной командировке», «да, до двадцать пятого октября», «нет, я не уполномочена давать личные контакты сотрудников».       В итоге всё, чем им удалось разжиться, стал безликий и безымянный прямоугольник визитки, которую на улице Саня тут же выбросил в урну.       — Зачем ты это сделал? — возмутился расстроенный Даня. — Я бы написал ему.       — Дань, это рабочая почта, скорее всего, все письма прочёсывает эта коза и распределяет дальше. Она просто не пропустит твоё, понимаешь?       — И что теперь делать? — от отчаяния Лисицын готов был расплакаться.       — Ждать, — коротко ответил друг, на что Даня раздражённо фыркнул, сдув со лба челку.       Он вдруг вспомнил, как в воскресенье вечером менял постельное бельё, пока Марк был в ду́ше, и случайно задел его полупустой рюкзак. Выпавшую футболку Даня аккуратно сложил и, укладывая обратно, наткнулся на острые уголки упаковок с презервативами и тюбик, на котором было написано что-то по-немецки. Запихнув всё в рюкзак, Лисицын прикрыл находки футболкой, но не смог отделаться от мысли о том, что Марк в эти выходные рассчитывал на бо́льшее, а он не смог ему этого дать.       — Сань, а вдруг он там… это…       — Что? — друг непонимающе на него уставился.       — Ну, с кем-то. Он говорил, что в Германии проще знакомиться с парнями.       — Вы траха… — громко начал возмущаться Кузьмин, и Даня, сделав «страшные» глаза, поспешил закрыть ему ладонью рот. Друг дёрнул головой и уже шёпотом добавил: — Вы протрахались все выходные, с чего ему ехать ещё кого-то искать?       — Ну, мы не совсем трахалась, — начал мямлить Даня, заливаясь краской.       — Да на тебе живого места не было!       — Саня! — приложив ладони к своим пылающим щекам, воскликнул Лисицын и снова зашептал: — Мы не до конца, понимаешь? Я… Не смог.       Друг недоверчиво пялился на него, а потом сузил глаза и возмущённо зашипел:       — То есть, ты думаешь, что раз не подставил свою жопу, так он поехал в Германию трахаться, так что ли?       — Нет! Не знаю… — Даня отвернулся и насупился, скрестив на груди руки. — Он там целый месяц будет, Сань… — пробормотал он.       — Лисёныш, прекращай себя накручивать, или нахуй такие отношения, — подытожил Кузьмин. — Ты должен доверять человеку, которого любишь, иначе зачем это всё?

***

      Даня сидел на кухне новой трёхкомнатной квартиры Никиты. Они купили её в прошлом году, ещё до дефолта, и всё тянули с ремонтом, но после известия о Катиной беременности наконец-то взялись благоустраивать жильё, чтобы успеть въехать до рождения малыша. Квартира находилась здесь же, в их районе, в новостройке с шикарным видом на парк и залив. И они собрались на мини-новоселье узким семейным кругом. Родители сидели в гостиной и обсуждали с Катей дизайн и перепланировку, а Саня, который быстро сменил статус с друга их сына на парня их дочери, тут же возился с Тёмкой, пытаясь научить его играть в бридж.       Даня помогал Никите на кухне с последними приготовлениями, а Таня украшала кремом торт, выводя кулинарным шприцем сегодняшнюю дату.       — Столько листьев сегодня было в парке, — сказала она, — так и хотелось сгрести их в большую кучу и упасть в неё.       — Помнишь, как в детстве мы с папой осенью ходили в лес и собирали там целые горы из листьев? Мы называли это «строить домики для ёжиков», — сказал Никита, перекладывая «оливье» в большую салатницу.       — Самый большой всегда у тебя получался, — ответила сестра. — Как тебе удавалось так быстро собирать листья?       Брат загадочно улыбнулся, поиграв бровями, а Даня вклинился:       — А ещё зимой было круто, когда вы катали меня на санках, и там в лесу на деревьях конфеты с мандаринами висели, и я их собирал. До сих пор не понимаю, откуда они там брались.       Переглянувшись, брат с сестрой заулыбались. Даня непонимающе нахмурился.       — Ну, что? — не выдержал он.       — Дань, так это мы по очереди забегали вперёд и привязывали конфеты… Чтобы тебе, ну, сказку устроить, — призналась Таня.       От изумления у Дани вытянулось лицо и вдруг защипало в носу. Эти двое…       — Вы серьёзно? — проморгался он, прогоняя из глаз влагу.       — Ну, вообще-то это была папина идея, — сказал Никита, ласково улыбнувшись.       — Вы о чём? — спросил входящий в кухню Сергей Петрович.       — Данька только что узнал, что те конфеты с мандаринами на деревьях мы сами вешали, когда зимой его на санках катали, помнишь? — ответила Таня.       — А, да… здорово было, правда? — отец потрепал младшего сына по макушке. — Надо будет зимой Тёмке так сделать. Так, молодежь, пойдёмте уже за стол, у меня к вам разговор есть.       За ужином Сергей Петрович рассказал, что рекламщикам в их фирме пришла в голову идея провести какое-то мероприятие для молодежи. Если бы дело было летом, устроили бы уличный фестиваль мороженого, но на дворе осень, и нужно было придумать что-то интересное в закрытом помещении, человек на пятьсот-семьсот.       — Хеллоуин, может? — предложил Даня.       — Отличная идея! — поддержала Таня. — Типа костюмированная вечеринка-маскарад.       — И устроим конкурс на лучший костюм! — добавил Никита.       Стали развивать идею, а Даня мысленно подсчитал, что к тому времени Марк как раз успеет вернуться. Интересно, согласится ли он пойти на вечеринку вместе с ним?       — Так, — прервал его мысли отец, — теперь переходим к следующему вопросу на повестке дня.       Под направленным на него серьёзным взглядом Даня вдруг занервничал, но совсем не ожидал, что отец спросит:       — Ты когда нас с девушкой своей познакомишь?       — Какой девушкой? — удивился Даня и поймал напряжённый Санин взгляд.       — Данюш, мы всё понимаем, — вмешалась мама, — я же вижу, что у тебя кто-то появился. Познакомь нас с ней, если у вас всё серьёзно, пригласи на ужин.       — Нет у меня никакой девушки, — буркнул Даня, подумав, что, по сути, даже не соврал.       После застолья Даня вызвался помыть посуду. Зашёл на кухню и улыбнулся представшей ему картине: Саня, облокотившись задницей о стол и обнимая стоящую между его раздвинутых коленей Таню, предлагал варианты костюмов для вечеринки.       — Можем заплести тебе такие… эти, рогалики, — сказал он, нежно проведя по роскошным Таниным волосам. — И будешь ты у нас принцесса Лея.       — Да? — развеселилась она, скрестив за его головой запястья. — А ты у нас кто будешь? Хан Соло? Или Чубакка?       Даня хрюкнул, представив Саню Чубаккой, и тот бросил в его сторону испепеляющий взгляд.       — Тёмыч, — протянул Кузьмин, обращаясь к вошедшему на кухню мальчишке. — А хочешь сегодня с ночёвкой у бабушки остаться? Мура потискаешь.       — Правда? — глаза у того загорелись. — Мам, можно?       Сестра ущипнула Саню за бок.       — Если Даня не против, — перевела она стрелки.       «Вот же спелись!» — с восхищением подумал Даня, а вслух ответил:       — Конечно, не против. — И, вытерев мокрые руки, протянул ладонь племяннику. — Хочешь, прямо сейчас пойдём?

***

      Они с Тёмкой лежали на диване в его комнате, лицом друг к другу. Племянник прижимал к боку тарахтящего котенка, и Даня непроизвольно улыбался, глядя на двух рыжиков.       — А мама с Сашей теперь целуются, я сам видел, — сказал ему Тёма с заговорщическим видом.       — Это же хорошо, — ответил Даня, пряча лицо в подушку. «Знал бы ты, чем ещё они занимаются».       — Они теперь поженятся?       — А ты бы этого хотел?       — Да, очень, и чтобы потом у меня братик появился или сестричка.       — Это было бы здорово. — Даня протянул к нему руку и провел по отросшим с лета вихрам.       — А у тебя невеста есть?       — Нет, — немного грустно ответил Даня, вспомнив Марка, по которому жутко скучал: уже почти неделю о том ничего не было слышно.       — А девушка? — не унимался племянник. — Бабушка говорила, что у тебя есть девушка. Это как невеста?       — Девушки нет, — вздохнул Даня. Врать племяннику не хотелось, но как объяснить ребёнку, что он влюблён в парня? — Но есть очень важный для меня человек, с которым мне хорошо, — ответил он.       — А почему ты такой грустный тогда? — Тёма протянул руку и накрыл ладошкой его пальцы.       — Просто сейчас он далеко.       — Ничего, он же приедет, — мальчишка сладко зевнул, — и мы…       Тёмка не договорил, и Даня, взглянув на него, понял, что тот заснул, так и не отпустив его ладони.

***

      Алико зашел в студию и, столкнувшись взглядом с Лисицыным, спросил:       — Сможешь завтра тоже выйти?       — Да, — согласился тот, удивившись скорее не самой просьбе, а тому, каким растерянным выглядел начальник.       — И вообще пока за Кристину поработать…       — Эм… А что случилось?       — Она в больнице… её мама сейчас позвонила. — Алико помахал в воздухе своим мобильником.       — Что-то серьёзное? — Лисицын не на шутку встревожился.       Но Алико ничего не ответил. Вздохнул и вышел из подъезда. Вечером, когда Даня зашёл в офис оставить ключи, застал начальника в компании почти опустошённой бутылки коньяка и початой коробки шоколадных конфет.       — А-а-а, Дани-и-ила, — протянул Алико, заметив его. — Солнечный мальчик. Иди сюда, — и похлопал по дивану рядом с собой.       Из короткой пьяной исповеди начальника Даня понял немного, но то, что Алико с Кристиной действительно встречались, сомнений не вызывало. Он называл её своей девочкой, сетовал, что та скрыла беременность, и клялся, что сделает для неё что угодно.       — А, Данила? — начальник хлопнул его по колену. — Откроем самую лучшую студию для самой лучшей девочки?       Кивнув, Даня попрощался, но всю дорогу до дома думал о том, что Алико всё-таки изменяет своей жене, а ведь та рядом…

***

      На новоселье к Максу с Колей завалились всей компанией вместе с недавно примкнувшими Анютой и Таней.       С отъезда Марка прошло почти две недели, а известий от него по-прежнему не было. Даня много думал об их совместных выходных и для себя решил, что к его возвращению хочет быть подготовленным. Поэтому, пока все весело общались, кое-как расположившись в крохотной квартире-студии парней, он, набравшись смелости, подошёл к Коле и спросил:       — Мы можем поговорить?       — Да, конечно, — отозвался тот с искренней улыбкой.       — Это личное, — шепнул Лисицын, округлив глаза.       — О. — Коля окинул взглядом забитую друзьями комнату и, подцепив Даню за рукав свитера, потащил в прихожую. Вот только и отсюда всё прослушивалось, поэтому, вздохнув, он затолкал его в совмещенный санузел. — Так о чём ты хотел поговорить? — на всякий случай шёпотом спросил Коля, закрыв дверь изнутри.       Даня вдруг растерялся, не зная как ему начать этот непростой разговор… Понял, что обратной дороги нет, набрал в грудь воздуха и выпалил:       — Расскажи мне, как подготовиться к сексу.       Захлопав глазами, Коля покрылся легким румянцем, но, быстро опомнившись, деловито уточнил:       — К какому именно?       Лисицын почувствовал, что тоже краснеет, и тихо ответил:       — Ну… Между двумя парнями.       — Окей. Эм… Значит, мы говорим о том, как подготовиться к анальному сексу… М-м-м, это будет в первый раз, я полагаю? — увидел, как Даня дёрнул плечом и продолжил: — Хорошо, так… эм… для начала желательно почиститься.       — Почиститься?       — Да, для этого делают клизму.       — О.       — Можно и без чистки, но тогда нужно быть готовым к… эм… физиологическим последствиям.       — А… Ну да.       — Ещё неплохо бы заранее растянуться, — увидев непонимающий Данин взгляд, Коля поспешил пояснить: — Ну, пальцами хотя бы, Ли-и-ис… Если у тебя партнёр опытный и не брезгливый, он сам тебя растянет, но в любом случае об этом лучше позаботиться, иначе можно задницу порвать.       Даня уже не знал, какого цвета стали его полыхающие от смущения щёки. Он только и мог, что кивать головой и нервно облизывать губы, удивляясь, как этот обычно стеснительный парень так легко обо всём этом говорит.       — Так, что ещё… А, ну смазка, конечно. Чтобы лучше скользило. Так-то много чего можно использовать… Ой, у нас чего только в ход не шло! — Коля закатил глаза. — Но есть специальные лубриканты, в секс-шопах продаются.       Даня с ужасом понял, что секс-шоп он точно не осилит, и вспомнил тюбик в рюкзаке Марка — скорее всего, это и был лубрикант.       — Эм… Ну, и презервативы. Можно и без них, если доверяешь партнёру, но не всем нравится, когда в них кончают.       — О господи, — прошептал Лисицын, пряча лицо в ладони. Воображение тут же подкинуло ему картинку кончающего в него Марка, и в паху стало нестерпимо горячо.       — М-м-м… — задумался Коля, — вроде бы ничего не забыл.       Даня убрал от лица руки, кивнул и задал больше всего мучавший его вопрос:       — Коль, а это… очень больно?       — Ну, первый раз кайфа вообще может не быть. — Дёрнув плечом, Коля на секунду отвёл взгляд. — Но, опять же, если партнер внимательный и сделает всё аккуратно, то потом — о-о-очень хорошо. О простате что-нибудь слышал?       — Ну так…       — В общем, от её правильной стимуляции можно без рук кончить.       — Ух ты, — искренне восхитился Даня.       — Еще вопросы есть? — и увидев, как Лисицын замотал головой, спросил: — Ну, и кто он?       Даня рассказал, как познакомился с Марком, и, поблагодарив Колю за помощь, открыл дверь ванной и чуть не налетел на стоящего перед ним Макса. Идущий за ним Коля врезался в него, и они оба застыли в проходе, с ужасом смотря на Синельникова, потому что вид у того был крайне недовольным. Скрестив на груди руки и широко расставив ноги, он едва посмотрел на Даню, уголком рта сказал ему «брысь» и, когда тот просочился мимо него в прихожую, затолкнул Колю обратно и запер дверь.       Через пару мгновений послышалась возня, звонкий шлепок, тихое Колино «ах» и сразу после — громкие стоны в два голоса.       Даня поспешил в комнату, понял, что и отсюда происходящее в ванной может быть слышно, шагнул к музыкальному центру и, объявив «обожаю эту песню», прибавил звук, тут же начиная подпевать британцам:       — «Because we're young       Because we're gone».       Вздёрнув бровь, Саня окинул его заинтересованным взглядом вышел в прихожую и прислушался. Понимающе хмыкнул и, вернувшись, положил руку Дане на плечи и присоединился:       — «I fell for a servant who kept me on the boil       We're so young and so gone       Let's chase the dragon»