𝔹𝕝𝕒𝕔𝕜 𝕖𝕒𝕘𝕝𝕖

***

      — Ничего себе! Кого-о я ви-ижу, — громкое обращение бармена привлекло внимание нескольких посетителей. Мужчина вышел к гостям, пожал руку Гриту, и повёл бандитов к служебному помещению.       — Рады встрече, Джош, — ласково ответила девушка, аккуратно поправляя ворот рубашки.       Несколько месяцев назад, по воле случае, Джошу не повезло оказаться в центре битвы между враждующими бандитами. Драка не на жизнь, а насмерть, задела внушительного бармена, и Рейчелл лично тогда отвела мужчину в ближайшую лечебницу. Он пообещал, что всегда будет рад видеть своих спасателей, потому каждый раз сопровождал их в верхние комнаты. Всей правды Джош про новых друзей так и не узнал.       — Сегодня приходил Рома? — сразу спросил Грит, когда мужчина остановился.       — Вчера приходил. Сегодня ещё не видел его.       Интерес этим мирным всегда напрягал Рейчелл. Грит часто выпивал с рыбаком, и девушке казалось, что подчинённый рано или поздно выдаст секрет своего заработка. Хиллсон знала, что отец Ромы — стражник, потому полагала, что бандит связывался с парнем именно из-за этого.       — Если вы тут ради него... Даже не знаю. Возможно не придёт, но я видел за одним из столиков его друга Витта. Он может знать больше.       — Благодарю, Джош, но это больше Грею надо, чем мне. Я... пришла с иными целями. Развеюсь в випе...       Игривость девушки Грита насторожила. Он, как подчинённый, не имел права вмешиваться в приватную жизнь начальницы, и это его попросту бесило. Ему хотелось быть более, чем сопровождением, хотелось быть причиной, почему Рейчелл могла сюда ходить... О дальнейших намерениях парень догадался, но ревность закрывала глаза на здравую оценку ситуации.       О випах ходили разные слухи: то там устраивали приватные танцы, то среди тех стен слышали чужие стоны... Похоть, одним словом. Роскошная, дикая, необузданная похоть... Грит не разделял грязь, которой часто злорадствовали богачи, и оттого считал, что бандитка слишком хороша для подобного обслуживания. Но он не знал всего...       — Вроде как, на втором не видел никого, — бородач почесал затылок, прежде чем неуверенно отвести взгляд. — Может и есть. Занят был другими заботами, сама понимаешь. Ла-адно, пошёл я назад. Эти зверюги пьяные могли унести опять мой виски, пока я тут с вами. От твари...       — Удачи, Джош. Скоро вернусь, — произнёс Грит, и кивнул мужчине.       Парень развернулся всем корпусом к преступнице, когда оказался с ней наедине. Девушка не понимала такого пристального взгляда подопечного.       — И... Сколько мне тут находиться, пока ты..?       — Как получится. Дай мне камень, — беспокойство Грита всё ещё было для бандитки странным. — На всякий случай.       Наличие розыска вынуждало всегда предусматривать альтернативу. Образ Мэй и Грея помогал им спокойно перемещаться по бару, но никак не по улице. Есть люди, которые способны различать фальш в их маскировках, да и предупреждение Фрола о подозрениях не играло наруку обоим. Если Грит не притянет сегодня проблемы, как обычно это бывает, им удастся сохранить облики.       — С какой я стати тогда здесь, в таком случае? — с заметным раздражением выплюнул бандит. После дела, ему хотелось спать и отдыхать, а не бухать и заниматься прочей ерундой, пока начальница трахается с кем-то.       — Чтобы тот спросил: «А где твой братец, Мэй?», и мне пришлось придумывать какую-то херню? Голова тебе на плечах на кой хрен, Грей? Пользуйся ей, а не задавай тупые вопросы. Просто так мне баласт не понадобился бы.       Грит отвёл взляд, неоднозначно дёрнув губой. Он сжал пальцы в кулаки, пытаясь сохранять внешнее спокойствие.       — Охрана? — с тихой злобой спросил он сквозь сжатые челюсти.       — Именно. Камень связи, — указав на сумку, властно наказала Хиллсон.       Грит порыскал в сумке, и в дальнем кармане нашёл артефакт. Камень с красными рунами занимал половину его ладошки, и очень скоро Рейчелл выхватила у подопечного свою вещь.       Обладание подобными предметами существенно отличало их от простого люда. Связующий артефакт позволял свободно общаться на расстоянии, однако для создания этой самой связи использовались человеческие частицы: волос, ноготь, кровь... С последней связь считалась самой прочной. Редкость артефакта была как преимуществом, так и недостатком, ведь без наличия второго камня у собеседника, никакая частичка не поможет активировать контакт.       Бандиты ограбили немало магазинов, прежде чем смогли наладить комуникацию во всей группе. Когда болваны начали терять камни, Дрейк, главный умник среди орлов, взял минерал для изучения и принялся создавать артефакт с нуля. Теперь же, этих камней у них было валом.       Руны засветились ярким красным светом, в ответ на касание Рейчелл. Девушка проговаривала необходимое слова, пытаясь связаться с неизвестным для Грита собеседником.       — Хе-ей, Ми-и-ира, — ласковый тон не на шутку удивил парня. Его глаза непроизвольно расширились от удивления. Нежность — последнее, что он ожидал услышать... — Случаем, не успела прилететь в «Выпивку у Шеврона», как мы договаривались?       — Я уже здесь, — собеседница смогла своим ответом вызвать у бандитки улыбку. Грит неловко отвернулся, пытаясь понять происходящее. Без сигареты это дерьмо в его голове не укладывалось.       — Отлично... Тогда бегу в вип.       Хиллсон снова провела по рунам, и те мгновенно погасли. В следующую секунду, она столкнулась с озадаченными глазами парня. Объясняться перед ним предводительница не считала надобным.       Когда Рейчелл ушла, Грит смотрел в стену со стучащим сердцем и лёгкой паникой. Ему пришлось сглотнуть острую слюну, чтобы вновь обрести контроль над сознанием. Если его начальница посчитала, что он может знать о подобных интригах, значит... ему придётся сохранить это в секрете? Какой ужас...       У бара, Грит обратился к Джошу с просьбой налить чего покрепче.       Пока подопечный бродил по бару, Хиллсон остановилась у заветной двери. Вдох-выдох... Пальцы легонько покалывало, от предвкушения сладости вечера, и Рей с трудом себе созналась в том, что ждала этой встречи. Ещё раз выдыхая, бандитка постучала.       В комнате послышались тихие шаги. По истечению нескольких секунд, из дверей аккуратно показалась голова с рыжими волосами. Во взгляде Миры застыла немая радость.       Избранница встретила бандитку в тёмно-синем платье. Рейчелл не смогла сдержать наглую улыбку, изучая голые ключицы и открытые плечи, в то время как дама напротив соблазнительно поправила прядь за ухо. Мира всегда подчёркивала свою утончённость и фигуристость.       — Рада тебя видеть, — первая обратилась Мира, ведь их молчаливое любование затянулось.       — А я как рада, даже понятия не имеешь... Ну рассказывай, львица, — Хиллсон прошла вперёд, вынуждая девушку отойти, и более уверенно продолжила: — что у тебя нового случилось, пока не виделись?       — Скукота, да и только... Трудно найти кого-то, кто готов тратить своё время на мои поручения, — жаловалась собеседница, недовольно нахмурив бровки. Это показалось Рейчелл довольно милым, она не смогла не улыбнуться.       Это была восхитительная ложь, её отличная игра.       — А для чего тебе это?       — Я хочу... Хочу, чтобы за мной бегали подчинённые и приносили деньги, а я ни-че-го не делала, — говорила Мира, и тоже улыбнулась. Какой бы милой она не казалась, Рей чувствовала внутренний стержень. С такими женщинами, яркими, бандитке больше нравилось проводить досуг.       — Так ведь бывает только в сказках.       Рейчелл не могла без улыбки смотреть на Миру. Её внешность совпала с идеалом красоты бандитки, и обе толком не помнят, как познакомились. Обе были пьяны для этого, но обрывать связь раньше времени не стали, и не пожалели. Как оказалось, душа рыжеволосой была такая же светлая, как рассвет после трудной ночи. Веснушки покрывали её личико, и сама она была как-то по-своему меланхолично прекрасна. Это нравилось Хиллсон в девушке.       В редких диалогах, у них проскакивали кардинально разные идеи и принципы, и тогда бандитка начала замечать в той подвох. Мира была далеко не так проста, какой тщательно старалась казаться, и разгадать её загадку стало скорее развлечением, чем целью. Хиллсон приходилось изображать слепую, не замечать очевидного, ведь ей действительно нравилось проводить совместные ночи. Да, это было грязным использованием да удовлетворением своих эстетических и физических нужд, но Рейчелл старалась изначально не обещала верность.       — Тогда мне что, найти какого-то богатого придурка и разводить его на деньги?       — А есть иные способы заработка? — спросила бандитка с приподнятой бровью. — К тому же, по закону, тебе бы задуматься о скорой свадьбе и родах.       — Спать за деньги уж точно не буду, а тем более рожать от какого-то мужчины, — с отвращением отрезала девушка напротив, махая головой вправо-влево. — Поверь, это совершенно не тот вопрос, за который мне стоит волноваться больше всего.       Если разбойнице не изменяла память, Мире было двадцать четыре года. В связи с этим, Рей порой не понимала, шутила ли давным-давно рыжая про то отсутствие спутника, либо это был аргумент для дальнейших их встреч, зная, как к подобным отношениям относятся окружающие. Хиллсон не задавала этот вопрос, ведь любая правда в их взаимоотношениях будет трескать изначальный фундамент лжи.       — А чем тебя не устраивает Джош? — в шутку спросила бандитка, представляя дует бородатого пузатика и этой грациозной кошки. — Он же разрешает тебе тут ночевать, целую комнату выделил... Может, он неровно дышит к тебе?       — Так говоришь, будто не знаешь ничего обо мне, — обозначила Мира с полуулыбкой. А она не знала, как и Мира о настоящей Мэй — той самой Рейчелл Хиллсон, на которую долгое время идёт охота.       Впрочем, дожидаться ответа от Мэй она не стала. Пока бандитка молча наблюдала, Мира подошла чуть ли не вплотную, прикасаясь ладонью к плечу. Аккуратно массируя твёрдую мышцу, девушка улыбалась.       В лживом интересе и вопросах о дне было не более, чем отвлечение. Девушки всегда неловко разговаривали, прежде чем начать.       Рейчелл не чувствовала вины за свою ложь. Она привыкла отвергать любую правду, привязанность, и уже размышляла о том, в какой из дней пропасть из жизни Миры. Их история и так затянулась. Запретный плод в этот раз оказался слишком сладок.       — Во-первых, это действительно так... Во-вторых, трудно не заметить, как неровно ты дышишь именно рядом со мной, — с упоением говорила Хиллсон, вырисовывая на открытой ключице линию. Увидев необходимое смущение, девушка отошла и присела на ближайшее кресло.       — Почему ты не даёшь мне и шанса? — осталась Мира на месте, пытаясь пролить свет на трудную правду. Ей было важно это знать.       Но Рейчелл не скажет. Не Мира первая, не она будет последней. Как бы та не пыталась втереться в доверие, вселять надежду на светлое будущее, в Биклоное это утопично. В Биклоное невозможно быть счастливым, особенно бандитке с безумным разумом и враждебностью к каждому. Хиллсон казалось, что рыжеволосая бестия специально пыталась приблизиться, невзирая на все барьеры.       — Потому что ты ни-че-го обо мне не знаешь, и слишком рано идеализируешь. Поэтому мы с тобой и дружим, — акцент на последнем слове вызвал у самой Рейчелл смешок.       — Хорошим сексом дружбу не испортишь, — констатировала факт Мира, пытаясь спрятать за шуткой смятение. Она, наконец, подошла ближе, и опустилась бандитке на колени. Теперь между ними не было расстояния для уклончивости.       — Знаю, пробовали... Ты просто не догадываешься о том, что происходит на ферме, — лгала бандитка о мнимой судьбе Мэй, но говорила уверенно. Параллельно с этим, её рука переместилась Мире на талию и довольно хозяйски там устроилась. Поглаживала, сжимала, дразнила... Рейчелл мигом увидела, как на лице рыжеволосой образовывался небольшой румянец. — Именно поэтому я не могу впустить тебя в свой довольно… Странный внутренний мир. Обожжёшься.       — Да мне неважно, что там на той ферме, пламя и всё это, как же ты не понимаешь... И вообще, нам пора избавляться от лишнего, потому предлагаю направить силы из разговоров в более правильное русло, — сказала Мира низким тембром, глядя на светлую рубашку девушки. Когда она подняла взгляд на шею, её карие глаза тут же загорелись. — Мы ведь здесь явно не ради светских бесед, Мэй…       Довольно хмыкнув, Рей наблюдала за рыжеволосой дамой. Мира обвила руками шею, бесцеремонно выгибаясь в спине. В каждом её действии прослеживалась инициатива.       — И чем я только тебе понравилась… — улыбаясь спросила Хиллсон за секунду до того, как Мира втянула её в долгожданный поцелуй.       Вспыхнул огонь, который всегда преследовал обоих. Он разрастался с каждой секундой, с каждым поглаживанием талии и каждым поцелуем. Источником их союза всегда была страсть, сильнейшее физическое влечение к друг другу. Обе не знали, почему им настолько хорошо вдвоём, но пользовались этим на полную.       Рей горела от мысли, что сейчас увидит эту особь нагую. Что сейчас кровать будет прогибаться под их влажными телами, что Мира будет томно стонать и искать изголовье кровати, выкрикивая имя Мэй... Сидеть в одежде стало труднее.       Хиллсон подтянула к себе девушку за бёдра, сильнее сдавливая их пальцами сквозь одежду платья. Хотелось быстрее избавиться от мешающей ткани, раздеть и заставить молить о продолжении...       — Тем, что... — Мира отстранилась, медленно открывая веки. — я до дрожи в коленях обожаю твой стиль общения, властный голос... тебя. — в её голосе послышалась хрипота.       Бандитка самодовольно ухмыльнулась, глядя прямо в темнющие карие глаза. Если они так окрасились от одних только поцелуев, что же дальше...       Мира безмолвно ждала более настырных и грубых действий от партнёрши, и Рейчелл это поняла по настойчивым поглаживаниям вдоль плечей. Приподняв рыжеволосую особь за ноги, бандитка подняла её и отнесла к ожидавшей их мягкой кровати.       В своём привычном стиле, Рейчелл начала управлять совместным парадом. Она обожала доминировать везде, а Мира, как оказалось, наоборот — очень любит подчинение. В этом главный их симбиоз.       Оказавшись на простыни, спутница Рейчелл начала медленно снимать своё платье, плавно избавляясь от его шнуровки и корсета. Среди похоти, в глазах бандитки промелькнула секундная уязвимость, и именно этот импульс стал для Миры значимым.       Разбойница помогла через верх снять прекрасное синее одеяние. Платье было отменным, но куда желанней был вид под ним. На податливое тельце, томно ожидающее чего-то громкого и сладкого.       Синее нижнее бельё контрастировало со светлой кожей девушки. Оно притягивало к себе внимание, выделяло прекрасные изгибы и позволяло вдоволь насмотреться Хиллсон, насладиться восхитительной фигурой. Пока Рей аккуратно проводила ладонью вдоль корпуса, глаза Миры всё молили о том, что пора избавиться от последней одежды. Ей очень хотелось быть ещё ближе к той, кто к ней итак был вплотную.       Желая не спешить, Хиллсон самостоятельно избавилась от собственного верха, и соблазнительно поглядывала на восхищённую особь. Лёгкая дрожь в ногах Миры возростала, и сама она уже оказалась придавленная спиной к изголовью кровати.       Рейчелл принялась одарять ласками свою подругу, пока та непроизвольно сжимала ладонями простынь. Она даже не спустилась вниз, а тянущий спазм в районе живота проскакивал уже у обоих. Сегодня Хиллсон, напоследок, желает и сама получить оргазм. Она позволит наконец прикасаться к себе, и насладиться своей пассией вдоволь.       Лежавшая снизу дама пылала. Горела от внимания Мэй, наслаждалась им и одновременно боялась. Мира знала о спутнице исключительно предпочтения в постели, но ей было с ней и так хорошо. К тому же, ей льстило, что, как бы девушка с зелёными волосами не пыталась скрыть, она тоже заинтересована в их союзе.       В первый день, когда Мира случайно увидела её на одной из улочек, она уловила притягивающую харизму. Они не общались ранее, не встречались, но в памяти у дамы застыл этот контрастный образ, и тогда девушка не догадывалась о том, что спустя всего пару часов им удастся пересечься. И пересеклись они именно в Выпивке у Шеврона, где сейчас обе дарят друг другу себя.       Пообщаться, попробовать капнуть глубже в её душу, физический контакт — все эти взаимодействия с Мэй сводили её с ума. Она загоралась, как только мысли возвращались к этой даме, и Мира часто мечтала об этих грубых да настойчивых поцелуев чаще, чем могла себе в этом признаться.       Именно сейчас, в эту жаркую секунду, она может показать настоящую себя... Для её ситуации, данное высказывание было особенно ироничным. Единственным препятствием для каждодневных встреч являются постоянные расспросы семьи о том, где провела девушка этот вечер, и почему не предупреждала об уходе. Ей нельзя уходить, но ради Мэй она нарушала это правило.       Эти янтарные глаза впали ей в душу. Загадочная, с особым шармом, властностью и свободой, она — Мэй — была прекрасна. Мира знала точно — есть огромное множество условий, по которым их союз обречён на смерть. Они никогда не смогут быть вместе. Обе это понимали, проговаривали, но сошлись в итоге на том, что будут видеться по вечерам в выходные. Там, где на самом деле жила Мира, ей всегда смогут найти временную замену, а нужды в Рей в выходные мало.       Пока рыжеволосая девушка витала в своих облаках, Мэй приступила к играм с её грудью. Разбойница целовала, проводила пальцами вдоль сосков, сжимала их, и чувствовала, как сбивается дыхание Миры вновь: девушка мигом потеряла связь с прошлыми мыслями. Её перестало волновать то будущее, в котором зелёноволосая мадам вновь таинственно исчезнет и не станет объявляться до момента новой встречи, угнетающие мысли о невозможности и прочие проблемы.       Рыжеволосой не хватало в повседневной жизни этой девушки. Иногда хотелось просто быть рядом, дарить себя и быть всецело в её власти... Вся их совместная история была игрой времени и обстоятельств, пока одной из них это не надоест, но никто не стремился обрывать этот симбиоз первым. Они только подогревали его с каждым таким вечером, но обе потом отрицали, что для них союз какой-то особенный.       Рейчелл спустилась ниже. Проводила своими требовательными и сильными руками вдоль хрупкого, но очень даже спортивного тела партнёрши, и зацеловывала каждый сантиметр её светлой кожи. Хиллсон всегда доставляло, как Мира жаловалась после секса на то, что девушка совсем безответственно оставляет множество засосов по телу. У неё было право контроля над этим, рыжеволосая дама была у неё в подчинении, потому она делала эти пометки вновь.       Девушка оказалась практически между ног. Смотрела сначала снизу вверх, наблюдая, как часто поднимается и опускается грудь Миры, а после сжала бёдра. Сейчас эта дрожь ей мешала, потому пришлось приложить должных усилий, чтобы упростить себе задачу в дальнейшем.       Наклонив голову налево, бандитка заметила родинку на внутренней стороне бедра. Это показалось ей безумно привлекательным и забавным, потому она прервала их молчание.       — Знаешь, говорят ведь, что родинки у нас расположены в тех местах, где в прошлой жизни нас чаще всего целовали. Твой кавалер из той жизни явно знал толк в ласках, — сказала Мэй про родинку, и провела носом по чувствительной зоне своей спутницы.       Мира пальцами массировала зелёную макушку, стараясь хоть как-то нормализовать дыхание и скрыть возникнувшие мурашки от такого действия. Рейчелл ещё и выдохнула. Обожгла своим дыханием нежную кожу партнёрши, и за этим последовал тяжелый томный выдох.       — А твоя, на шее... Тоже хорошая, — с задышками вымолвила Мира, после прикрывая веки.       — Мне больше нравится твоё томное дыхание, чем голос, — ответила на это Мэй довольно нагло. В подтверждение своих слов, она решила провести языком прямо по промежности своей партнёрши, а после приступила к клитору.       И да, та начала действительно более хаотично дышать. Иногда Мира издавала стоны. Для Рейчелл это было самой сладкой наградой, пускай их часто слышали здешние стены.       Двигалась языком бандитка настойчиво, уверенно, добавляла пальцы и гладила в чувствительных местах. Вздохи и стоны заполонили комнату, а Хиллсон продолжала всеми способами принести ей как можно больше удовольствия.       Рыжеволосая дама была на пределе. Эти неаккуратные и порой грубые действия доставляли неимоверное наслаждение. Рей знала толк в подобных утехах, потому наслаждалась соленоватыми соками, стекающими по её подбородку. Вкус Миры был восхитителен.       Когда мышцы вокруг пальцев начали постепенно содрогаться, а та через сжатый у губ кулак вскрикнула протяжное: «Мэ-эй», всё стало на свои места. Мира старалась хоть как-то отдышаться после бурного оргазма, очень тяжело дышала, а Хиллсон подняла свой взгляд, пытаясь увидеть на лице партнёрши эмоции.       Из первого этажа послышался звук выстрела. Он не на шутку испугал обоих, и вместо ожидаемого наслаждения Рейчелл заметила в глазах напротив животный страх. Хиллсон от неожиданности дёрнула рукой, и случайно сделала этим больно. Извинилась, а потом быстро вынула пальцы.       — Я обязана проверить что случилось, — впопыхах сказала Хиллсон, быстро натягивая на себя штаны и даже не удосуживаясь толком застегнуть рубашку.        «Говорила ведь не впутываться никуда, предупреждала, мерзавца... Чем это обернулось?! — мгновенно разозлилась девушка, поспешно одеваясь. — Сука, молодец, ничего не скажешь. Ну и что в этот раз он натворил внизу? Из-за чего мне опять придётся его дырявую задницу спасать?! Даже не потрахаешься спокойно, чёртов ублюдок».       — Да какая разница, что там? — еле связывая слова говорила Мира, поправляя растрёпанные волосы. — Мы же не закончили…       — Мы ещё увидимся с тобой, — произнесла Рейчелл слишком громко, прикрывая глаза от усталости. Ей было обидно, что придётся ублажать себя дома самой из-за этого болвана.       После дела в следующую субботу, они с Мирой никогда не встретятся. Хиллсон соврала, потому что ей это было легче, чем сказать правду. Она не могла гарантировать, что останется не то, что в городе, что в области... Как бы не было необходимо хорошо попрощаться, сейчас ей нужнее уйти. Решить возникшую проблему.       — Эх, хорошо. Буду ждать тогда, Мэй, — с искренной надеждой ответила Мира, но бандитка её уже не услышала.       Пока мчалась к бару, Рейчелл услышала ещё один выстрел, а после до ужаса знакомый голос, кричавший о том, что ни в чём вообще не виноват. Опасения подтвердились. Именно присутствием стражников Хиллсон очень хотела закончить вечер, для полного счастья... Чтоб вас, придворные пешки…       — Грей! — крикнула девушка. Она мгновенно заметила троих мужчин с королевскими накидками и револьверами.       — Где Хиллстон?! — кричал один из них на всех присутствующих. Он размахивал своим пистолетом, направлял на разных девушек, но это было ни что иное, как пустая угроза.       — Откуда я могу об этом знать? Что тут происходит вообще?! — недовольным тоном шикал на них Грит, пока его за руку держал один из этих увальней.       Рейчелл нравилось в подчинённом его умение подыграть в нужный момент. Именно тогда подчинённому удавалось отлично отыгрывать роль мирного, который познал шок и какой-то ужас. Грит всегда так искренне врал, что сам в итоге верил в эту ложь. Общая у них с Хиллсон черта.       — Нам сообщили, что она находится в этом городе. Вот, — поднимая вверх то самое объявление о розыске, один из королевских, со светлыми волосами, указал пушкой на надпись «Или живой, или мёртвой», — мы ищем её, и она вполне может быть сейчас здесь. А этот подонок, — направляя пистолет на Грея, гневно вымолвил тот, — внешне похож на торговца из Генейи, который помог той сволочи провернуть ограбление.       Рейчелл осознавала, что каждое решение сейчас приведёт к использованию камня. Любое слово разожжёт конфликт, действие тем более, и в любом случае им придётся разыграть свою сценку. Злость ей удастся отлично изобразить, так как общая ситуация не на шутку её вывела из равновесия, а вот сохранить образ... Вряд-ли.       Достав аккуратно с кармана артефакт телепортации, она спрятала его в руку, и через толпу подошла ближе к ним. Начала говорить, а сама глазами указывала подопечному повторить её действие. Этот язык зрительного контакта они изучили давно, именно для подобных случаев.       — Какая Генейя, вы что с ума сошли?! — злилась Хиллсон, играя роль паникующей сестрёнки в глазах посетителей. — Да мы всю жизнь не уезжали из этого посёлка, отпустите его живо!       — А ты ещё кто такая?! — спросил один из стражей, небрежно хватая бандитку за расстёбнутую рубашку. Она настолько спешила к Гриту, что совсем забыла об этом. Какой позор... Жаль, что для человека, не обладающего чувством стыда, это не больше, чем отвлекающая деталь в их манёвре. — Спала с кем-то, шалава, а сейчас кричишь в попытке защиты этого ублюдка? А ты случаем не одна из сообщниц, в таком случае?       Королевский страж посмел проявить неуважение к главе чёрных орлов. Если на его грубость самой Рейчелл было плевать, то у подчинённого это вызвало гнев. Пока Грит молчал, разум подталкивал его раскромсать жалкую черепушку придворного на мельчайшие кости. Страж изначально не имел права лапать разбойницу и так пренебрежительно смотреть на неё, и именно это разжигало в бандите ненависть.       Подопечный был, помимо всего, весьма злопамятным. Эта неприятная лысина и светлая борода уже отложились у него в памяти, и парень представлял, как при первой возможности проучит того, то бишь — изобьёт либо убьёт стражника, если переводить на язык жестокости.       — Да как вы смеете так о них выражаться?! — включился в потасовку Джош, выходя из своего бара.       «А ты то куда лезешь? Своих проблем мало, так в наших разобраться решил, придурок?».       — Они лично спасали меня от лап разбойников. Живут на ферме неподалёку. Славные и весёлые ребята, причём к ним эта выскочка? — смело продолжал бармен, с вызовом глядя на людей с фиолетовыми накидками.       — Вот именно! В чём суть ваших тупых обвинений?! Может и похож, но это не делает его тем, кто стал бы помогать этим бесчувственным убийцам, — врала Рей в попытке хоть как-то вытащить Грита. Королевский придурок ещё сильнее скрутил парню руку.       Все присутствующие посетители молча стояли у стен и наблюдали за происходящим посреди зала. Никто не стал лезть в защиту фермеров, как граждане считали их всё это время, но и опровергать обвинения также не хотели. Каждому хватало своих проблем, а добавлять новых не хотелось от слова совсем. Не хотелось всем, кроме Джоша.       — А может скрутить вас и допросить, как считаете? — говорил этот лысый ублюдок, пренебрежительно близко наклонив свою голову к бандитке. Грубая ладонь на шее девушки сомнкулась сильнее. — Может, скажете нам больше, коль так смущают присутствующие, а?       — Да вы чокнутые! Мы ничего не делали, даже Генейю глазами никогда не видели! — кричала Хиллсон, щёлкая свободной рукой, чем давала Грею добро на использование силы.       Пока была возможность, Рей быстро застебнула пуговицы на своей рубашке, и через мгновение посмотрела на стражников с особой злобой. Бандиты просто обязаны проучить своих врагов, а после вычислить тех, кто сдал их местоположение, ну или то, что Хиллсон тут.       — Парни, я действительно не понимаю о чём вы. Я обычный фермер. Сколько тут жил даже не думал о торговле, этим всем занимается наш отец, — спокойно говорил Грит, стараясь сдержать вспыхнувшее желание убить. Разрешение есть, но ещё рано вступать в бой. — Отпустите, пожалуйста. Я же ничего не делал, пока что.       — Так и поверил... А ну-ка, выверни карманчики, Г-Рей... Да даже имя у тебя схожее, сука.       Придирчивость к имени взбесила девушку ещё сильнее. Стражники оказались намного тупее, и Хиллсон догадывалась, почему они вообще ищут логику в таком. Теоретически, даже если Рей захотела бы одеть маскировку парня, ей не удалось бы это сделать. Таких зелий, которые меняют пол, попросту не придумали. Самые опытные зельевары ещё не нашли рецепт, а вот Шева, зельевар орлов, сделал... Придурки.       — Вы что серьёзно? Вы думаете, что он, живший со мной всю жизнь, может быть девушкой, к тому же преступницей? Что вы курите в своём дворце, мать вашу?! — провоцировала бандитка, срываясь уже на отчаянный крик. Отличная игра.       — Да как ты смеешь так говорить с королевскими стражами?! — спросил самый высокий из них, после чего замахнулся кулаком. Он хотел её ударить, но Рей ловко увернулась и выбила из его рук пистолет.       — Чтобы жизнь малиной не казалась, выродок. И долго вы на нас смотреть все будете? — обратилась Хиллсон в зал, что всё это время молча наблюдал за шоу. — Помогите лучше мне спасти брата!       Когда остальные королевские напали на девушку, они допустили главную ошибку — освободили озлобленного подопечного. Пока бандит поднимался на ноги, за спинами стражников оказался Джош. Он принялся бить их по уязвимому месту, чем отвлёк их внимание от Рейчелл.       — В бой! — крикнул один из придворных, но Грит ловко достал из скрытого кармана острый клинок и приставил к горлу одного из стражников.       В зале все ахнули от неожиданности. Казалось, что даже пустые стеклянные бутылки удивились. Пока всё происходящее затихло, на первый этаж, наконец, спустилась Мира. Она ужаснулась и не поверила в увиденное, когда осознала, что тут происходит на самом деле.       Никак не ожидала узреть подобную картину, так ещё и с участием Мэй. Да, выстрелы слышала, но думала, что это дело рук мирных, а не королевской стражи. Помимо этого, она не думала о том, что одним из действующих лиц станет её спутница, с которой минутами ранее она лично... кхм. Её беспокоил вопрос, зачем вообще напали, и почему тот парень прислонил нож к сонной артерии лысого стражника?       — А теперь слушайте меня сюда, придворные шавки, — грубо обратился Грей, вкладывая в обращение всё своё пренебрежение к стражникам.       Хиллсон повернула в его сторону голову, и заметила взгляд, что стал значительно холодней. В нём она увидела привычного Грита — кровожадного и безжалостного убийцу, идущего всю жизнь против закона и моральных норм.       — Я никакой не торгаш из Генейи и близко, совершенно не хотел бы иметь с вами проблем, но то, что вы напали на меня и мою сестру, никогда не прощу, уроды. Мне плевать, что вы себе придумали, но, если в сию же секунду вы не отпустите её, я убью его, и сделаю это без малейшего раздумия. Уяснили? — гневно говорил подопечный Хиллсон, в каждом слове которого сквозила угроза.       Мира вскрикнула, когда заметила ту, в ком души ни чает, на полу, в скрученном положении под стражником. Она очень испугалась за неё, поэтому и сама бросилась в бой. Не смогла бы никак помочь, но хотя бы отвлечь попробовать стоило.       — Ты ещё кто такая?! А ну пошла отсюда, дура безмозглая, иначе и тебя повяжем вместе с этими утырками, — гаркнул мужчина, которого девушка с рыжими волосами шлёпнула по лицу со всей силы.       Рейчелл, заметив свою партнёршу буквально в метре от неё, удивилась не меньше. Что-что, но не хватало ей ещё, чтобы это зрелище увидела и Мира. Вот и вскрывается то, что Мэй далеко не проста, раз имеет проблемы со стражниками... Восхитительный вечер, конечно... Хотя, для Хиллсон он значил одно — теперь есть фундамент для того, чтобы попрощаться с Мирой навсегда и идти дальше.       — Отошёл от неё, — наказала рыжеволосая жёстким тоном. — иначе у тебя, мистер, будут огромные проблемы.       — И что же ты сделаешь? — ослабив хватку, поинтересовался королевский, чем нагло воспользовалась бандитка.       Она ловко достала тот самый камень телепортации и крикнула Гриту одно слово: «Сейчас!». Использовала артефакт, исчезая, и в ту же секунду её подопечный также пропал, оставляя лишь малый столб дыма после себя. Посетители толком удивиться не успели, как от них уже след простыл.       Мира, увидев это наяву, ужаснулась ещё больше. У простых фермеров в помине не могут быть камни телепортации... Артефакт, что, обычно, используют наёмники и воры, находился в руках у той, в кого она, не побоится признать, влюблена.       «Что же ты от меня скрываешь, Мэй? Прошу, скажи, что ты не из Кассандр…» — промелькнуло у неё тогда, и девушка невольно разочаровалась. Возникало множество вопросов... Было невыносимо думать о принадлежности Мэй к касте бандитов, но иных догадок нет. Это была не та правда, которую хотела получить Мира, а ведь она не знала, насколько всё было глубже.       

***

      — Ну и поход, Грит, — в шутливой форме сказала девушка, и поставила на плиту суп, приготовленный Харимом.       Исход этого вечера никак показался Хиллсон до ужаса ироничным. Рядовая встреча с Мирой превратилась в последнюю, а образ, несколько месяцев используемый как основной для вылазок, теперь придётся навеки забыть. Хотя бы драка со стражниками была весёлой.       Помимо мыслей о чужом разбитом сердце, бандитке стоило оповестить ребят о приближении королевских. Если стражники начали ходить по городу в поисках Рейчелл, им грозит опасность и скорый переезд. Чёрные орлы назывались в рядах придворных выскочками, бесчеловечными ублюдками и безжалостными убийцами. В этом была правда, но они не учли того, что орлы очень свободолюбивые.       — И не говори... Было весело, — ответил тот, пряча оружие в скрытый карман. — Жаль только, что эту маскировку теперь нельзя использовать по городу.       — Иы просто решили сбежать от них необычным для фермеров способом...       — Так они сейчас побегут на ту ферму, где мы, якобы, жили, и узнают, что никаких Грея и Мэй не существует.       Девушка лишь улыбнулась, немного приподнимая брови. Разберётся со всем после ужина.       — Это проблема стражей. Мирные даже разбираться не станут, хотя Джош, думаю, очень удивился. Как и Мира... — непринуждённо вымолвила Хиллсон, поднося к своему рту ложку с супом.       — А кто это вообще такая? И что вы... — искренне поинтересовался подопечный, отводя неловко взгляд.       Глупость Грита вызвала в бандитке искреннее раздражение. Что же могла делать разбойница наверху, если вышла с расстёбнутой рубашкой и неровным дыханием? Наверное, в шахматы играть, верно?       — Девушка из соседней деревни.       — Понял, — вымолвил тот, не задавая больше тупых вопросов. Ответом удовлетворён не был, но лезть в её дело больше не хотел. Скорее, не хотел получить грязной ложкой по лбу. — Приятного аппетита, получается.       — Взаимно.       Харим и Нора стояли у кухни. Они наблюдали за происходящим у стола с тихими улыбками. Подопечные общались между собой, пока не стали свидетелями резкого появления тех двоих. Один был с кровавым ножём, а вторая и вовсе лежала на полу, какого-то хрена.       — Как думаешь, где они были? — поинтересовалась Нора, глядя на Рейчелл. Глава банды выглядела какой-то помятой.       — Учитывая, что малой положил глаз на неё… Могу лишь догадываться, что она решила этим воспользоваться, — подшутил парень, но развивать эту тему не стал.       После того, что пережила Хиллсон, она никогда в здравом трезвом уме не станет подпускать кого-то из подопечных близко. Это было известно всем. Харим, как главный свидетель событий, сломавших Рейчелл навсегда, поддерживал свою подругу, но шутить про это не боялся. По крайней мере, ему разрешалось.       — Харим, фу... — краснея от мыслей друга, сказала Нора. Больше всего ей не хотелось бы именно этого стечения обстоятельств. — Вдруг решали вопросы по будущему делу. Оно важно ей, спроси потом как-то почему.       — Сомневаюсь, что именно в этом облике она пошла бы решать подобные вопросы, — указывая на небрежно одетую рубашку ответил амбал, чем ещё сильнее заставлял нервничать собеседницу.       Нора отвела свой взгляд. Девушка была местами такой наивной... Никто не понимал, почему она так искусно верила в то, что главе банды было хоть какое-то дело до переживаний подопечной? Все знали, что Хиллсон плевать на всех, даже на себя, и что она ненавидит слабость, которую видела иногда в подруге.       — Возможно, была драка, — предположила она.       — А хрен его знает. Не наше это дело, знаешь, — пожав плечами, сказал Харим. Сплетничать про подругу он не хотел.       — Не могу не согласиться.       Впрочем, долго за ними подглядывать эти двое не стали: пошли во двор к остальным.       Орлы вовсю веселились, общались с соратниками перед грядущим большим делом, и воодушевлённо ждали того самого дня. Планы на королевский дворец подогревали их интерес, и каждый знал, что закончится данная затея полным подрывом репутации королевы. Арни придётся ответить за все свои решения, и Рейчелл искренне хотела, чтобы её авторитет пал. Открыть глаза мирным и, наконец, лично отомстить.