Тацу

Токио был почти как на ладони. Небольшие жилые дома перемешивались с громадными небоскребами и образовывали красочную городскую картину из разноцветных огней, густой листвы деревьев и тонких вен узких улочек, петляющих между разными по своему колориту районами. Пестрые рекламные вывески с иероглифами, шумные забегаловки, громкие голоса толпы и редкие гудки машин со стороны многоуровневой автомагистрали… Она полюбила все это. Сердце обволакивало спокойствие каждый раз, когда Катарина выходила на улицу, чтобы побродить по вечно живому и шумному Токио. Первый город и единственная страна, которые она не хотела покидать. — Понятно, почему Мари так грезила об этом… — девушка опустила голову, зарываясь дрожащими пальцами в свои волосы. Брелок висел на ограждении крыши многоквартирного дома, куда Катарина пробралась не совсем законным способом. Паренек с ярко-желтыми волосами и немного глупыми глазами болтался на ветру, подхватывающем его пластмассовое тельце. Мари обклеила постерами с этим персонажем всю свою комнату. Комнату, от которой не осталось ничего, кроме груды камней. Вдохнув в легкие свежий воздух с привкусом сигаретного дыма, Катарина рухнула на пол, придавливая пяткой только что брошенный окурок. Раскрытый ноутбук валялся рядом, призывно светясь длинными и разноцветными строчками кодов. Она писала вирус целых два года. Вдумчиво, крайне ответственно и делая несколько пробных попыток подключения к общей базе Пентагона. После каждой такой попытки ей приходилось срочно менять место жительства и личность, потому как Интерпол на пару с ЦРУ начинал свою охоту сразу, в тот момент, когда ее палец нажимал на спусковой крючок в виде кнопки «Enter» на клавиатуре. Любое действие в интернете оставляет после себя уникальный цифровой след. Абсолютно любое. Киберпространство представляет из себя настолько масштабный и запутанный мир из цифр, строчек кодов, запросов, скриптов и прочей непонятной простому смертному ереси, что угнаться за нужной личной информацией практически нереально. Нереально, если о тебе не знают. А про Катарину знала каждая псина из американского правительства. Поэтому после всех ее успешно проведенных операций, после всех сливов данных и взломов разнообразных агентств и служб, она действительно стояла на грани. Ее уже выследили, в этом она не сомневалась, потому что прекрасно знала, что американские агенты хоть и были жестокими и бездушными ублюдками, но в число безмозглых идиотов явно не входили. Она бы смогла поймать саму себя максимум за полгода. У них на это ушло семь лет. Катарина подхватила с пола ноутбук и положила его к себе на колени. Плевать, если ее сегодня повяжут. Она разрушит безопасность Штатов до того, как на ее руки нацепят кандалы. Она просто обязана успеть. Ее пальцы порхали над клавиатурой так, словно она играла цикл Вивальди «Времена года», но не на скрипке, а на фортепиано. Сейчас она играла «Грозу». Быстро, с налетом наглости и дерзости. За считанные секунды проламывая стены защиты одну за другой, щелкая их, как орешки. На губах застыла немного сумасшедшая улыбка, уши заложило от надвигающегося чувства триумфа, обзор сузился до мигающего яркими цветами экрана. Она была на пике. Стук клавиш образовывал приятную слуху мелодию, делая из каждого нажатия изящную ноту. Так, будто она писала симфонию. Симфонию возмездия и отравляющего душу злорадства. Осталось совсем немного: пробить последнюю защиту и запустить свой вирус, который распустит свои сети везде, по территории всего киберпространства США, обваливая к чертовой матери каждый сайт, приложение, игру — все, что имеет выход в интернет. Она украдет каждый файл, документ, видео и фотографию из раздела «Секретно», она опубликует это на всех европейских платформах. А потом пусть ее ловят. Пусть делают с ней все, что им заблагорассудится. Она будет только громко смеяться и наблюдать за тем, как великую державу пожирает огонь разрушения и полного хаоса. Момент истины. Рука зависла над клавиатурой. Катарина злобно улыбнулась. — Горите в… — Руки вверх, живо! Сейчас же! — следом за хриплым мужским голосом, отдающим холодом и глухой яростью, раздался и торопливый топот военных берцев. Сука… Не успела. Ладони примирительно метнулись вверх, губы изогнулись в нервном оскале. Катарина смотрела на то, как крыша дома заполняется целой группой солдат, на чьих плечах красовались нашивки разных стран. Девушка хмыкнула. Неужели по ее душу отправили аж ОТГ-141? Что ж, она будет воспринимать это, как комплимент. — Сбрось ноутбук на пол. И без лишних движений! — мужчина с густыми усами и бородой направлял дуло автомата четко в голову Катарины. Девушка сощурилась, перебирая в своем собственном «жестком диске» всю известную ей информацию. — Ох, точно! Капитан Прайс, какая встреча! — из глотки сочился яд. Она знала каждого ебаного солдата из этой оперативно-тактической группы по имени, знала всю их родословную, знала самые мерзкие, самые постыдные и самые личные секреты. В конце-концов, именно генерал ОТГ-141 участвовал в уничтожении ее родины. Именно этот ублюдок разбомбил ее дом и оставил умирать под завалами всю ее семью. Именно он лишил Катарину Йованович нормальной жизни. Ебаный Шепард. — Сбрось. Ноутбук. На пол, — капитан медленно закипал. Они чуть не опоздали, и этот факт невероятно сильно его напрягал. — Я третий раз повторять не буду! Катарина, удерживая на лице ядовитую и слегка неадекватную улыбку, раздвинула ноги и позволила ноутбуку свалиться на бетонный пол. Звонкий удар металлического корпуса прозвучал, как взрыв. — В рот я тебя ебала, — улыбка превратилась в оскал, а девушка одним резким выпадом нависла над ноутбуком, чтобы нажать на заветную кнопку на клавиатуре. Чтобы этот ад наконец закончился. И ад правда закончился. Но не в пользу Катарины. Оглушающий выстрел, кажется, разорвал перепонки к чертям собачьим. Девушка дернулась от неожиданности и уже через секунду смотрела на вонзающуюся в крышку ноутбука пулю. Все. Конец.

***

В горле разрасталась целая пустыня. Хотелось пить. Руки, крепко стянутые жесткой веревкой, затекли и уже давно онемели. Она не знала, сколько часов просидела в этом сыром подвале на этом раздражающем скрипучем стуле и сколько раз послала чертовых цепных псов Пентагона на хуй. Она сбилась на двух сотнях. — Давай повторим еще раз, — женщина с уставшим взглядом уперлась руками в железный стол, на котором стояла одинокая чашка остывшего кофе. — Где твои сообщники? На кого ты работаешь? Зачем ты взламывала наши базы на протяжении семи лет? Кому ты продавала секретную информацию? Если ты согласишься сотрудничать с нами, мы поможем тебе избежать тюрьмы. Катарина подняла залитое потом и кровью лицо, подставляя его под слепящий свет яркой лампы. Внутри была пустота. Блять, она была так близка… — Пошла нахуй, шваль американская, — четко. С расстановкой и злым оскалом. — Чтобы я согласилась сотрудничать с такими, как ты?! — от подобной наглости Катарина даже нашла в себе силы дернуться вперед. — Не смеши меня. Женщина непонимающе нахмурилась. Эту слишком дерзкую девчонку притащили к ней около пяти часов назад и за все время она не услышала от нее ничего, кроме ругательств и проклятий. — Кейт, не стоит тратить на меня свое драгоценное ЦРУшное время. Можешь смело отправлять меня на зону, потому что я нихрена тебе не скажу. — Я не называла тебе своего имени, — аккуратно проговорила Ласвэлл, с опаской косясь на обездвиженную и явно уставшую девушку. Катарина громко рассмеялась. Издевательски так, с намеком на злорадство. — Я знаю о тебе все, Кейт Ласвэлл. Буквально все. Женщина повалилась на стул, недовольно осматривая окровавленное лицо девчонки. Ее должны были доставить в целости и сохранности, но мерзавка слишком рьяно сопротивлялась. — Что такого тебе сделало правительство США, раз ты пошла на подобные преступления? Ты же понимаешь, что тебя ждет пожизненное? Катарина наклонила голову вбок, щурясь и усмехаясь. В глазах читалось очевидное презрение. — Как вы меня нашли? — вопросом на вопрос. Так продолжалось уже пять часов. Ласвэлл в который раз отчаянно вздохнула, цепляясь пальцами за чашку с растворимым кофе. Она решила уступить. — Сначала мы вышли на людей, которые снабжали поддельными документами весь криминальный мир. Прикрыли мы их контору случайно, особо не рассчитывая на то, что с них можно будет что-нибудь поиметь. Но их глава поделилась с ЦРУ очень интересной информацией, — Кейт наблюдала за тем, как негативные эмоции буквально разрывали девчонку изнутри. Она уже догадалась, что Ласвэлл сейчас скажет. — Они тебя сдали. С потрохами. Правда, сказать твое настоящее имя так и не смогли. Божились, что ты его попросту не называла. Катарина качнула головой. Черт, из-за того, что последнюю партию документов она получила около трех месяцев назад, у нее не было ни причин, ни желания выяснять, как обстоят дела у этих ребят. Видимо, глава конторы каким-то образом вынюхал, для чего на самом деле ей нужна была вся эта бумажная волокита с двенадцатью личностями. Хотя… Вся общественность знала, сколько хакерских нападений было совершено на США за последние семь лет. Двенадцать. Нужно быть идиотом, чтобы не связать эти два факта. А глава той конторы идиотом явно не был. — Почему ты взламывала наши базы? Катарина откинулась на спинку стула. Похер, пусть Ласвэлл узнает об этом. Девушке даже было интересно увидеть ее реакцию. — Считай мои мотивы личной местью за убитую семью, — Катарина приподняла уголок губ, когда Кейт снова нахмурилась. — Если бы вы меня не остановили, я бы выгрузила в общий доступ каждое ебаное слово из ваших драгоценных баз данных и поставила всю вашу хваленую кибербезопасность на колени, не брезгуя жизнями гражданских. Как вам было похуй на моих людей, так и мне похуй на ваших. Из темного угла подвала послышался какой-то шорох. Секунда, и на свет вышел высокий мужчина, чье лицо было скрыто пугающей маской. По его рваным движениям было понятно, что он действует, руководствуясь разъедающей легкие яростью. От него разило холодом. — Что ты, мать твою, несешь?! Кто ты вообще такая? — мощная фигура грозно нависла над ухмыляющейся Катариной. О, да, она знала его. И даже не удивилась тому, что не замечала его все это время. — Гоуст, — раздалось одновременно, но с разной интонацией. От Ласвэлл это прозвучало, как предупреждение или приказ отступить, Катарина же протянула его прозвище маняще, словно патоку на языке растягивала. — Гоуст… — повторила девушка, когда этот громила отошел на несколько метров назад, слушаясь Ласвэлл так, будто она в недовольстве натянула поводок своей непослушной псины. — Ну, ты точно должен меня понять, — Катарина задорно хихикнула, уловив исходящее от чертового призрака напряжение. — Месть за семью… — пропела немного фальшиво и снова усмехнулась. — Звучит так заманчиво, не правда ли? — О чем ты гово… — начала Кейт, но девушка ее прервала, раздраженно цокнув. — Война в Сербии десять лет назад. Двенадцать месяцев кровавого и чудовищного геноцида. Бравые американские вояки безжалостно бомбили жилые районы, школы, больницы и даже детские сады. По данным ООН, в тот год погибло около семисот тысяч гражданских. По моим данным, их было чуть меньше миллиона, — Катарина больше не хотела смеяться. Смотря в черные зияющие дыры на маске Гоуста, она надеялась, что смотрит четко в его глаза и жестоко вдалбливает всю информацию в его голову. — Какая же причина была у США для того, чтобы устраивать в небольшой стране долбанный ад? — девушка болезненно скрипнула зубами, чувствуя, как давно забытая обида клокочет в груди, разрывая все внутренности на кровавые ошметки. — Независимость, — снова нараспев и со злым оскалом. — Сербия просто хотела развиваться самостоятельно, а не выполнять функции ебаной колонии Соединенных Штатов Америки. И что же тогда решил сделать ваш тупорылый президент вместе с многоуважаемым генералом Шепардом?! — проорала уже истерично. — Они придумали какую-то ересь о ядерном оружии, организовали на территории Сербии несуществующее военное сопротивление оппозиции и принялись бомбить мирное население под лозунгом демократии. — И поэтому ты… — Да, поэтому я решила вас всех уничтожить! Потому что моя двенадцатилетняя сестра не заслуживала умирать с оторванными руками и ногами под завалами, она не заслуживала в последние часы своей жизни видеть ебучую клетку из стекла и бетона! Она не заслуживала этого, как и десятки тысяч других сербских детей! И пока они гибли от пуль, ракет и снарядов, ваши дети смотрели паршивые американские мультики и жрали хлопья на завтрак! — Господи… — голова Кейт упала в ее ладони. Гоуст продолжал стоять около стены молчаливым наблюдателем, практически полностью сливаясь с темнотой. Только его белая маска выделялась на фоне черных заплесневелых стен. — Ты же одна работала, я правильно понимаю? — Да, — прохрипела Катарина, безучастно рассматривая грязный пол. Она устала. До смерти устала. — Гоуст, — Кейт поднялась со своего места, направляясь к выходу из подвала, — пойдем поговорим со всеми.