Я не боюсь

Сегодняшний денек отличался своей особенной солнечность и, вместе с тем, довольно приятной теплой погодкой. Возможно именно поэтому мы вчетвером решили покататься в этот день на роликах. В назначенное время собрались уже все… Кроме Кати. — Она вечно опаздывает, — хмыкнула Лия. Мы стояли у самого входа в парк, который в это время года славится своей бурно растущей зеленью. Хорошо, что сегодня вторник, иначе, думаю, многие люди были бы в опасности от наших покатушек. Хотя, наверное, скорее от моих. Я за все свои восемнадцать лет жизни как-то толком и не научилась кататься ни на роликах, ни на коньках. Может именно поэтому сегодня я была единственной, кто планировал надеть защиту. Наконец, знакомый силуэт показался вдали. Катя устало бежала к нам, и я увидела у нее за спиной рюкзак, буквально вздувшийся от содержимого. Мы все пришли со своими сумками, но в наших была только вода да и, собственно, сами ролики (в моем случае — еще и защита). А Катя, по ощущениям, собралась на месяц в поход, ибо выглядел ее рюкзак ну очень забитым. — Боже, ты там кирпичи притащила? — довольно банально воскликнула Лия. — Вообще-то, здесь все самое необходимое! — Давайте уже пойдем, переоденемся, — Янка аккуратно улыбнулась, нарушив их шутливый спор. — Ла-а-адно… Катя повернулась и с кряхтением попыталась поправить груз на спине. — Тебе… Помочь с рюкзаком? — предложила я. Кажется, в нашей компании, я была самой выносливой. Ох, знала бы я, на что подписываюсь. Рюкзак весил колоссальное количество… Килограмм? Хоть и казалось, что в нем поместилась вся тонна, не думаю, что такое предположение было бы верным. Все же я поменялась с Катей сумками, и мне даже показалось, что на спине он совсем не тяжелый. Ну, до первых десятков метров. Боже, мои ноги… — Как ты его вообще дотащила?! — искренне удивленно спросила я у Кати. — Так тут же автобус останавливается, прямо от моего дома. Я же поэтому и опоздала, что не успела на него. Ясно. Понятно. Ох, емае… — Давай-ка я понесу! — вступилась Лия. Она была самой низенькой в нашей компании, даже ниже, чем Янка, поэтому, честно, ее заявление показалось мне уж слишком самонадеянным. — Ну… Держи… — боюсь, нам придется оставить этот несчастный рюкзак здесь… Тут Лия ловко подхватила его и резким движением накинула на спину. Поправив сумку, она сделала слегка удивленное лицо. — Да, тяжеловат! — бросила она и бодро зашагала по дорожке. Яна захихикала в ответ на мое удивление. — Она спортсменка, — объяснила моя девушка, — у нее такие нагрузки уже в крови! Может я слишком мало провела времени с Лией, но я правда не могла поверить, что она способна на такое. Теперь же, усвоив полученную информацию, я начала замечать, насколько же у нее рельефные и накаченные ноги. «Наверное, еще и бицепс неплохой», — промелькнула шальная мысль у меня в голове. — Опять я за тебя все таскаю! — обратилась подружка к Кате. — Ой, потаскаешь, тебе полезно! — огрызнулась та в ответ. Но, выдержав краткую паузу, тихо добавила, — Спасибо. Лия улыбнулась и шутливо толкнула Катю, вызвав новый агрессивный звук в свой адрес. — Возьмешь… Меня за ручку? — внезапный Янкин голос, да еще и озвучивающий такую просьбу, сначала в мгновение ока вывел меня из раздумий, а потом и вовсе заставил покраснеть. — К-конечно, — не медля ни секунды, я взяла ее ладонь, вызвав у той смущенную улыбку. А потом, словно резко осознав, добавила, — Блин, а если твои подружки увидят… — Ну увидят и увидят! — несмотря на, казалось бы, уверенность в ее словах, она покраснела еще сильнее, — что, блин, секреты тут какие-то храним? В ту же секунду Катя, к нашей общей неожиданности, круто развернулась, проверить, не отстали ли мы. И, даже не успев толком сообразить, я почувствовала, как Янкина рука с бешеной силой вырывается из моей. — Не отставайте! — воскликнула девушка и вновь отвернулась. Я посмотрела на Яну и не смогла сдержать улыбки: она стыдливо опустила голову, и, кажется, из ее ушей валил пар. — Стесняшка, — хихикнула я, и тут же встретила на себе смущенный недовольный взгляд любимой. Боже, как она очаровательна… И вот мы уже, нацепив ролики, уверенно катимся по парку. Ну как «мы». Скорее «они». Оказалось, из них троих хуже всего каталась Лия (что, учитывая ее дебют с рюкзаком, совершенно не сходилось с моим предыдущим открытием). Но даже по сравнению со мной, эти незначительные несовершенства в ее технике можно было вообще опустить, ибо она могла спокойно кататься, только изредка неуклюже заваливаясь на поворотах. Я же не могла толком проехать и ста метров. Я бы вела уже со счетом 8:0:0:0, если бы мы решили, что поиграем в «кто больше упадет», и я благословляла создателя защиты для езды на роликах, ибо иначе, думаю, меня бы уже стремительно несли в травмпункт. Разумеется, Яна твердо решила, что просто так это дело не оставит. Она была моей полной противоположностью: иногда моя девушка мчалась с такой уверенностью и такими зигзагами, что я не успевала за ней следить. И вот поэтому она и вызвалась моим тренером. — Так, Таня, — Янка была сосредоточена, как никогда прежде, — для начала тебе нужно научиться ехать! Да-да, все настолько плохо. — Значит, я вижу, что ты уже можешь стоять, и даже как-то перешагивать. Но ты всегда просто едешь, даже не отталкиваясь и не контролируя собственное движение! Это опасно! Да я уже поняла… — Ты должна научиться отталкиваться. Давай я тебе покажу, а ты повторишь… Наша тренировка длилась, кажется, целую вечность, но она определенно давала плоды. Через какое-то время я уже довольно уверенно ехала по прямой дороге и даже научилась шагать по лестнице. Я считаю, что это успех! Янка часто обгоняла меня на поворотах, но не из вредности или из-за еще чего-то, а потому, что страховала меня прямо у самого бордюрчика, чтобы помочь мне аккуратно повернуться. Вот и в этот раз она стояла там, в паре десятков метров от меня. Я легонько отталкивалась и уверенно ехала к ней. Однако, в какой-то момент что-то пошло не так. Внезапно мне начало казаться, что я набираю скорость. Это было абсолютно легкое и ненавязчивое ощущение, которое можно смахнуть на паранойю или неуверенность, но с каждой секундой моя тревога росла все больше. И слегка напряженный взгляд Яны, который я с каждым мгновением нашего друг к другу приближения начала различать все больше и больше, дал мне сигнал о том, что все действительно пошло не по плану. — Тань, попробуй остановиться, — на удивление, Яна не сказала это как-то напугано или слишком тревожно, но у меня от ее просьбы заиграла внутри такая паника, что я уже начала прощаться с жизнью. — Я блядь не умею тормозить! — восклицание, пропитанное искренним ужасом, вырвалось из меня. И вот, до столкновения секунда, и!.. Янка жестко остановила меня, не дав грохнутся. Дернувшись по инерции и все еще находясь в шоке от происходящего, я распахнула глаза со всей силы, но лишь для того, чтобы увидеть мягкую улыбку Янки. — Боже, на тебе лица нет! — захихикала она, — Ты так испугалась? Ты же совсем не быстро ехала! Непроизвольный облегченный выдох вырвался из меня, и я начала замечать, как успокаивается мое бешеное сердцебиение. — Боже, а я как будто знала! — саркастично ответила я ей, но улыбка (видимо, от прилива адреналина) сама поползла по моему лицу. И Янка снова звонко рассмеялась, какая красота! — Ну давай, поворачивай аккуратно. — Да, ща… Я собиралась сделать шаг своим роликовым коньком, но, видимо, из-за того, что при столкновении я слишком сильно вжалась в Яну, наши ноги сцепились. И вот, я спотыкаюсь об свою девушку и начинаю стремительно падать. На нее же. Яна сама не ожидала такого поворота (поняли, да?), поэтому все, что она успела сделать — это инстинктивно взмахнуть руками. Мы упали. Хвала богам, прямо за бордюром разрослась та самая густая трава, и поэтому руки, на которые успела облокотиться Яна, не так сильно прошлись по твердой земле. Я, видно, находилась в более выгодной позиции, поэтому упала прямо на ладони, что позволило мне не придавить Янку всем своим телом. И вот — картина маслом: она на траве, до смерти перепуганная, а я, нависаю над ней, тяжело дыша. Ее глаза были распахнуты от такой неожиданности, она тяжко и нервно вздыхала, что заставляло ее грудь еще чаще и выше вздыматься, а светлые волосы, растрепанные от ветра при катании, теперь липли к лицу. Ее обыкновенный золотистый хвостик распустился, резинка больше не затягивала волосы так сильно, и от этого Янка выглядела еще более так по-очаровательному неаккуратной и волнительной. Я поняла, что у меня начинают дрожать руки. Секунда — и я опускаюсь уже на локти, а Янка прогибается подо мной еще сильнее, чуть ли не ложась на землю. Она изогнулась, и мне даже показалось, что я почувствовала, как она прижалась ко мне. Но то, что она сжала свои ноги (не то от внезапности, не то от неудобства), я отрицать не могла. Моя тень накрыла ее целиком, и Янкин взгляд показался мне таким напряженным и одновременно по-странному решительным… Кровь отлила от мозга, и что-то бешеное заныло у меня внутри. Черт, Таня! Что ты твою мать творишь?! Мой демоненок вскинула голову, и хвостик скатился по ее плечу. Было очень жарко, а ее дыхание — еще жарче. Яна как-то туманно вздохнула и прикрыла глаза, навевая какие-то расплывчатые воспоминания и ощущения, и все мое внимание сосредоточилось на ее шее и губах… — Вы что там разлеглись? — голос Лии заставил меня мгновенно опомниться, впрочем, как и Янку, — Ну не в парке же! Последнее шутливое замечание заставило меня так напрячься от стыда, что я тут же встала, даже без помощи Яны. Но тут же, осознав, что не выстою, я шустро уселась на бордюр рядом с моей все так же опешившей девушкой. Мгновение спустя она тоже приняла сидячее положение, стараясь выглядеть непринужденно, но ее дыхание было таким частым, что, казалось, она сейчас потеряет сознание. — Давайте, поднимайтесь! — девушка не унималась. Яна посмотрела на меня, вся красная и в полном шоке, и, думаю, я смотрела на нее точно так же. — Сейчас… — ей все еще было трудно говорить из-за сбившегося дыхание, — Мы будем… Учиться тормозить… — Х-хорошо, — нервно поддакнула я. Черт, почему же так жарко?.. Я сидела за столиком маленькой кафешки в парке и смотрела, как девочки катаются. За нашу непродолжительную прогулку я замучилась так, что, кажется, придя домой, рухну без ног. Внезапно в мою сторону направилась Катя и тоже села за стол. Яна и Лия продолжали кататься, вырисовывая на земле разнообразные фигуры. — Мы кружочек проедемся! — воскликнула нам двоим моя девушка. — Хорошо! — ответила я, и Катя молча кивнула. Девочки скрылись за поворотом. — Почему ты села? Ты же, вроде, умеешь кататься. — У меня дыхалка слабая, — вздохнула Катя, — устаю быстро. Особенно, катаясь с этими двумя, аха. Я усмехнулась. Да уж. На самом деле, видимо, из-за нашей единственной встречи на выпускном, видеть Катю в таком отличном от тогдашнего наряде казалось мне чем-то очень неестественном. Она была в обыкновенной футболке и шортах, оголявших ее ноги практически целиком. Со строгим пучком ее видеть тоже не привычно, да еще и без ее эпохальной красной помады. Мы сидели, молча попивая воду из пластиковых бутылок. Оказалось, в своем рюкзаке Катя везла не только ролики, но еще и защиту (из которой она надела лишь наколенники), литровую баклажку с водой, невероятное количество крекеров и печенья, а еще и сменную одежду, включая две пары обуви. — Я же вся потная буду, мне нужно будет переодеться! — оправдывалась она, когда мы спрашивали ее про последний пункт. Но на простой вопрос «где?», она долго-долго думала, в итоге закончив наш спор кратким «где-нибудь». Я спокойно наслаждалась тишиной и приятным теплом солнышка, когда Катя нарушила молчание. — Слушай, Тань, — она как-то замялась, — я тут… Хотела тебя спросить… — Да? — Ну… Я бы спросила у Яны, но… Просто, не знаю… Кажется, у тебя это будет спросить правильней что ли, я не знаю… — Да, я слушаю, — меня нехило так заинтересовал этот такой вопрос, что Катя решила задать его именно мне. — В общем, эм… Я хотела спросить… Она тяжко вздохнула. — Как ты поняла… Что тебе нравятся… Девушки? Секунда осознания. Почему-то этот вопрос вызвал во мне какой-то бешеный восторг и волнение. Катя? Катя?! Ого, ого, ого! — Ну, эм… Гм… — я замялась, но внутри меня все взрывалось, — Скажем так, я всегда это подозревала… А потом мои подозрения подтвердились, аха! Катя нервно усмехнулась. — А, скажи, эм… Может ли быть так, что ты всю жизнь… Встречалась с парнями… Но потом, внезапно, тебя начало слишком сильно тянуть к девушке… Она покрутила бутылку в руках. — Можно ли это списать… Просто на очень-очень-ОЧЕНЬ крепкую дружбу? Я сощурила глаза. О-о-о… Кажется, я догадываюсь… — Кто она? — ухмылка невольно расплылась на моем лице. Катя сжала губы и отвела взгляд, нервно скрестив пальцы. Она почти не краснела — и это, думаю, было ее самой удивительной способностью. — Ну, у меня просто есть предположение… — И какое же? — она съязвила, но я увидела, как кончики ее рта дернулись в смущенной улыбке. Я отпила из бутылки. — Лия, — гордо провозгласила я. И тут же увидела легкий румянец на Катиных щеках. Ого, это, видно, смутило ее слишком сильно! — Угадала, да? — Да все, — она смущенно прижалась к горлышку бутылки, прямо как тогда, на выпускном. Я улыбнулась, а потом слегка прикрыла глаза. Интересная ситуация. Но, в целом, это не было слишком удивительным для меня. Я замечала, как Катя злится на Лию, но всегда так наигранно и словно для виду, а та лишь потешно смеется над ее поведением. Катя всегда рядом с Лией. Она и до дома ее дотащит, и поможет с домашкой (по рассказам Яны, Лии очень трудно давался русский язык, и Катя всегда вытаскивала ее). Катя была даже той, кто научил Лию выбирать одежду. И вот, сейчас оказывается, что всю эту любовь даже ей трудно назвать просто «дружбой». На самом деле, это не такой фантастический поворот событий. В конце концов, многая любовь начинается с дружбы. Этот случай скорее интересен тем, что Катя уже несколько раз встречалась с парнями, а тут — на тебе! — В общем… Я что-то не очень понимаю, что происходит… — Скажи, — начала я, — эти чувства отличаются от того, что ты испытывала к парням? Катя практически сразу закачала головой в знак согласия. — С парнями как-то все проще: они просто красивые, подходишь, знакомишься, вы друг другу нравитесь — вот и отношения. Она на секунду замолчала и вновь начала нервно трогать бутылку. — С Лией как-то… По-другому все. Словно всю жизнь я считала ее своей лучшей подругой, мы веселились, ходили на ночевки, гуляли и все такое… А потом однажды я внезапно заметила, как она смотрела на меня на уроке и… И… Катя опустила голову, борясь с растущим смущением. — А как ты думаешь, чем различается дружба и любовь? — я спросила это, пытаясь натолкнуть ее на размышления. — Ну… Она замолчала. — Наверное… Друзей ты не хочешь целовать, да? Я не смогла сдержаться и удивленно подняла брови, заставив Катю покраснеть еще сильнее. Емае, вот это откровения! — Короче! Даже если все и так, и я по уши втюрилась в свою подругу, с которой мы знакомы еще с пеленок, у меня все еще стоит вопрос: что мне, блин, с этим делать! Я задумалась. А вот это уже совершенно не такой простой вопрос. — Каковы твои мысли насчет чувств Лии к тебе? Краткое молчание. — Честно, я совсем не знаю, — она как-то понуро опустила взгляд, — я даже не знаю… Нравятся ли ей девушки, короче! Она никогда ни с кем не встречалась и, кажется, даже никогда никого не любила… Ох, что же так сложно-то! Катя как-то уныло положила руки на стол и легла на них. — Что если… Я все сломаю? Если я скажу ей, а все окажется… Ну, не очень… Что же потом будет? Я пыталась придумать, что сказать. Я тоже испытывала этот страх, когда признавалась Янке, но тут, очевидно, ставки в разы высоки. Хоть Лия не выглядит той, которая найдет хотя бы один повод, чтобы бросить своих друзей, и все же… Я знала, что должна спросить. — Насколько сильно ты хочешь, чтобы она любила тебя? — возможно, этот вопрос звучит как-то жестоко, но его стоит задать. Сначала Катя резко подняла голову и вопросительно посмотрела на меня, но потом, словно задумавшись еще раз, приняла неуверенный вид. Когда проблема дружбы-любви стоит настолько остро, надо, в первую очередь рассчитать свои силы и желания. Возможно, это как-то поможет с будущим решением… — На самом деле… Порой мне кажется, что если мы будем так дружить вечно… То мне будет хватать и этого. Катя как-то грустно улыбнулась. — Звучит так, словно я добровольно заперла себя во френдзоне, — усмехнулась она. — Я думаю, у тебя есть шанс. Девушка удивленно посмотрела на меня, и ее глаза заблестели. Боже, ну и чем это не доказательство того, что она втюрилась в Лию? — Я считаю так, ибо Лия тоже в тебе души не чает. Однако! Не стоит слепо себя обнадеживать. В конце концов, может быть, ей даже и девушки не нравятся… — Да, я понимаю, — Катя вздохнула, но я увидела в ее глазах некую надежду. — Ну, возвращаясь к твоему изначальному вопросу, — я вновь усмехнулась, — я могу тебя уверить, что тебе нравятся девушки. — Да уж, что ни день, то новое открытие, — Катя нервно усмехнулась, — но знаешь… Было бы классно, если бы она… Ну, ты понимаешь… На моем лице появилась улыбка. Да, я понимаю. — Ладно, я, пожалуй, тоже проедусь, развеюсь! Такие разговоры утомляют сильнее, чем ролики, — Катя встала и выпрямилась, вытягиваясь во весь рост. — Давай. Она поправила пучок и уже собиралась отправиться, как тут остановилась и повернулась ко мне. — Ну там, в общем… Спасибо, Тань. — Ага, не за что, — я улыбнулась ей в ответ. И Катя уехала, скрывшись за зеленью парка. Я осталась наедине, и только какой-то тревожный вопрос мучил меня: правильно ли сделала, сказав, что у Кати есть шанс? Я же совсем… Ничего о них не знаю, только слышала рассказы Янки. Что окажется больнее: если ты признаешься и получишь отказ, или всю жизнь будешь молчать, а потом узнаешь, что вы любили друг друга? Я выдохнула. Надеюсь, что у них все будет в порядке. Уже вечерело. Все вдоволь накатались, и только в Лии до сих пор жизнь била ключом. Но, смирившись с нашей усталостью и с тем, что мы уже хотим закругляться, она не стала настаивать на большем. — Мы в туалет! — воскликнула Катя и, подхватив Яну, направилась в неизвестном мне направлении. Ну ладно. Лия шутливо закатила глаза и посмотрела на меня, а я усмехнулась ей в ответ. Мы молчали какое-то время. Она спокойно стояла и рассматривала природу, благоухающую со всех от нас сторон. — Слушай, а как давно ты знакома с Катей и Яной? — я не смогла сдержать в себе этот вопрос. Уж очень мне захотелось разобраться во всем этом, — Вы-то знаете, как мы с Янкой, а вот о вас… — Мы же одноклассницы, вот и познакомились так! — она засмеялась, — Ну, Янка пришла в наш класс позже, и на тот момент мы были с Катей уже не разлей вода! Она сделала задумчивое лицо. — Хотя мы же были знакомы еще в детском саду. Ого, так много? — Вот как… — ответила я уклончиво, а затем подхватила, — Ну вы, как я вижу, очень близки! — Аха, да-да! Лия сделала паузу и, прикрыв глаза, искренне и как-то тепло улыбнулась. — Катя очень дорога для меня. Яна, конечно, тоже, но просто, наверное, Катя чаще видела меня не в самом хорошем состоянии, понимаешь? Она практически один из самых важных людей для меня… Сейчас обыкновенно задорный и слегка безумный вид Лии сменился каким-то откровенным и задумчивым. Она мило усмехнулась и посмотрела на меня. — И я знаю, что я тоже невероятно важна для нее и что она любит и ценит меня ничуть не меньше, чем я! От «любит» в ее предложении у меня пробежались мурашки по телу, но я вовремя осознала, что речь идет о дружбе. Да? — Да, я в этом тоже уверена, — подтвердила я Лиины слова. Наконец, из-за кустов возникли два знакомых силуэта, стремительно приближающихся к нам. И первое, что я увидела — так это Янку, распустившую свои волосы и явно умывшуюся. Ее лицо блестело на уже опускавшемся солнце от освежающей влаги, и волосы еще больше липли к ее щекам. Она, объективно, каталась сегодня в разы резвее остальных, и по ней, по ее шатающейся походке было видно, как сильно она устала. Но несмотря на ломоту в теле, Яна улыбалась и светилась так же ярко, как и всегда. Мой ангел… Тут я заметила, что Катя тоже идет вся радостная и легкая. Она скрывала это, но теперь, зная, что творится у нее в душе, я видела эти еле заметные движения и выражения, то, как она восторженно смотрит куда-то позади меня. И по тому, что я недавно услышала от нее, у меня быстро возникло закономерное предположение, куда именно направлен ее взгляд. Мы прошли до выхода из парка и разминулись на перекрестке. Лия, даже не спрашивая Катю, вновь схватила ее рюкзак и, под недовольные восклицания той, сказала, что поможет ей дотащить его до дома. Но я видела, как недовольное закатывание глаз, на секунду было прервано мимолетной искренней улыбкой. Мы направились в другую сторону, домой к Яне. Держась за ручки (теперь Янку никто не смущал), мы шли молча, наслаждаясь миролюбивым вечером. Но внезапный вопрос, возникнувший у меня в голове, заставил меня оборвать тишину. — Ян, — она повернулась, вся во внимании, — а ты понимала тогда, в лагере, что… Ты мне нравишься? Ну, до того, как я призналась… Она захихикала. — Я всегда это знала! Такой ответ, мягко говоря, очень сильно меня удивил, и я уставилась на милую в шокированном недоумении. — В смысле?! — Ну, почти с самой первой нашей встречи я поняла, что ты словно… Относишься ко мне по-особенному? Ты всегда посмеивалась над моими шутками, искренне интересовалась всем, что я говорила, и всегда пыталась что-то сказать в ответ. Ходила за мной без конца, всегда стремилась огородить от чего-то, аха… Она мило сощурила глаза. — От тебя прямо веяло тем, что я для тебя особенная. И, так как я была к тебе ближе всех остальных, я точно была бы первой, кто это бы заметил! И, как ты можешь понять, именно так и вышло! Я почувствовала, как она, покраснев, легонько сжала мою ладонь. И я, от переполнявшего меня какого-то неясного восторга, сжала ее в ответ. «Я знаю, что она любит и ценит меня ничуть ни меньше, чем я ее!», — слова Лии всплыли в моей голове. Неужели..? Я усмехнулась, посмотрев на заходящее солнце. Звук тихих шаркающих Янкиных шагов наполняли меня какой-то легкостью и спокойствием, искренней любовью. И мне было так интересно, что же нас всех ждет впереди…