Жертва

Лондон, Парк Лэйн, London Hilton, 25 сентября 1937 Ранее Фэн Синь уже был здесь, когда Се Лянь играл партию в покер с комиссаром Пэем, но тогда это был будний день. По выходным здесь проходили различные вечеринки, и сегодня, в воскресенье, организаторы поставили дресс-код — маскарад. Это место было покерным клубом, а точнее казино, в центре Лондона в одном из дорогих отелей этого района. Здесь играли не только в покер, но и в популярный бридж. Комиссар Пэй счел действительно важным притащить сюда Фэн Синя, хотя сам в данный момент пропадал где-то в глубине многочисленных людей в разноцветных масках и ажурных нарядах, приставая к женщинам. Стоя ближе к стене, где его не мог никто задеть, Фэн Синь чувствовал себя крайне неуютно. Лицо под маской как назло чесалось. В таком виде он ощущал себя выставленным на посмешище, однако как бы он ни пытался заметить на себе осуждающий или насмешливый взгляд, у него не получалось, ведь все тут были абсолютно так же одеты. И единственные взгляды, которые Фэн Синь ловил, это заинтересованные, и, к его удивлению, не только от женщин. — Джентльмен, как насчет бриджа? Что ж, просто стоять было довольно скучно. Он уселся за стол напротив какого-то смазливого парня в простой черной маске с острыми углами. Правила бриджа он изучил еще до приезда сюда с помощью комиссара Пэя, поэтому неплохо ориентировался в картах, что были разложены перед ним. Команды оказалось две по четыре человека в каждой. В первой команде был Фэн Синь, элегантная женщина с аккуратной прической под шляпкой — миссис Лонг, местная легенда, молодая девушка и мужчина в черном смокинге. А напротив них четверо таких же игроков, которые вели слишком громкий разговор, не желая ни на кого обращать внимание. — Я так ждала бридж на сегодняшнем вечере! — воскликнула дама из команды Фэн Синя. Она обратилась к кому-то за спиной: — Моя дорогая, подержи бокал, кажется, я тут надолго. — Согласна! Если бы здесь не обещали бридж, я бы даже не пришла. — Да, вы начинаете. Сдавайте. Когда очередь дошла до Фэн Синя, тот незамедлительно снял колоду. — Трефы, пасую. — Пас! Миссис Лонг повернулась к нему с выражением искреннего удивления на лице: — Oh, mon dieu, да вы же ошиблись. Здесь определенно нельзя было пасовать! Фэн Синь смутился. — Я первый раз играю, прошу прощения. — Давно я не играла с новичками, — она поправила свою кудрявую шевелюру и недовольно причмокнула. — Quel cauchemar. На ее слова Фэн Синь оскорбился и сделал по его мнению лучший ход: — Три Бубны! Пас. — Четыре червы. Дубль. Мужчины за этим столом совсем не умеют играть в бридж. — Извольте, — отрезал тот самый парень, что сидел напротив Фэн Синя весь вечер. Его руки в черных бархатных перчатках изящно сняли колоду и выдвинули пас трех треф. — Буду очень ждать ваших разочарованных лиц в конце игры. — Очень самонадеянно, — презрительно фыркнула женщина постарше. Было заметно, что молодая девушка в его команде немного смущалась и иногда ошибалась в ходах. Мужчина же, напротив, уверенно играл, будто делал это всю жизнь. Дальше игра проходила довольно напряженно, пока в конце игры это некий парень в черной маске не забрал самый большой выигрыш, и его не объявили победителем игры. Только Фэн Синь делал, как казалось, удачный ход, как тот обрушивал на всех участников его команды свою мощь и в упор пялился на него чернющими глазами в прорезях маски. Было чертовски неуютно. Этот юноша словно заявлял: «смотри как я умею, новичок». Такие выпады Фэн Синь предпочел лишь тактично игнорировать. После игры он удалился глотнуть крепкого, что ему любезно принес комиссар Пэй. Фэн Синю не было обидно за проигранные деньги, ему было неприятно, что его уделали. Конечно, в рядах проигравших был не только он, но этот парень будто все время насмехался именно над ним. Мысли вернулись к Се Ляню, который остался дома, не в силах выдержать еще вечер в кругу стольких людей. С одной стороны Фэн Синь негодовал, что детектив бросил его одного здесь среди незнакомцев, но с другой хотел, чтобы тот отдыхал как можно больше. Комиссара Пэя он не считал кем-то важным для себя, просто его слова «прожигаешь свою молодость, сидя дома и следуя приказам детектива Се» что-то задели внутри. Тем временем он решил отправиться в уборную, чтобы сполоснуть руки и снять хотя бы на две минуты проклятую маску с лица, однако стоило Фэн Синю обернуться, как он столкнулся с кем-то. Первое, что он увидел, это огромное мокрое пятно на чужой рубашке, оставленное содержимым его бокала, а второе — озлобленное лицо, скрытое за маской, и идеальный высокий хвост черных волос. — Очень… грубо. — Извините, — потерянно пробормотал Фэн Синь. Тот мгновенно удалился туда, куда ранее собирался Фэн Синь. Комиссар Пэй рядом покачал головой. — Не стоило тебе его злить. — Да кто он такой? — Меценат Сюаньчжэнь. Его любимое занятие — благотворительные вечера, с помощью которых можно обзавестись кучей связей. Вроде добрые дела делает, но лицемерит жутко. Многие его любят. Не понимаю, конечно, за что. Фэн Синь промолчал, едва подавив желание закатить глаза. Еще он будет трястись перед этим Сюаньчжэнем. Просто оплатит ему стирку вещей, и дело с концом. — На, выпей еще, — комиссар протянул ему бокал с чем-то золотистым, но Фэн Синь отказался, решив, что ему уже достаточно. — Странная молодежь пошла. В любом случае, наконец-то ты освободился, у меня к тебе дело есть, друг. Видишь того человека рядом с прелестной дамой в красном? Фэн Синь посмотрел туда, куда указывал Пэй Мин, и заметил довольно крупного мужчину с зализанными седыми волосами. — Этот джентльмен недавно очень сильно помешал моему делу, — продолжил комиссар, не сводя пристального взгляда с упомянутого человека. — В Скотленд-Ярде возникли некоторые проблемы из-за него, но я знаю один способ, как это все прекратить. Спустя короткую паузу, пока Фэн Синь ждал следующих слов комиссара, тот выдал: — Мы оба знаем, какими делами ты промышляешь. Что прикончить кого-то для тебя вовсе не проблема. Так вот… — Нет, — отрезал юноша. — Нет? Напомнить, какую услугу я тебе оказал? Вот черт. Комиссар специально сделал его должником, чтобы вертеть им, как ему захочется. Фэн Синя одолевала небывалая злость. Выдержать надменный взгляд Пэй Мина было для него, словно смотреть самому дьяволу в глаза. Чуть позже Фэн Синь ушел подальше от комиссара и, присев на диване в углу, принялся ждать, когда в поле зрения попадет Сюаньчжэнь, чтобы он мог взять его номер. Время близилось к часу ночи, глаза уже немного слипались, но причина его нахождения здесь наконец-то показалась. Сюаньчжэнь с застегнутым на все пуговицы пиджаком присел за свой столик и что-то сказал парочке своих знакомых. «Раздражает», — подумал Фэн Синь и твердой походкой направился к Сюаньчжэню с намерением договориться о химчистке, но когда оказался рядом, то почувствовал слабость в коленях. Это все из-за алкоголя? — Номер… Пожалуйста… — Что? — парень повернулся к нему с выражением чистого презрения. — Э-э… номер ваш нужен. Я почищу костюм. — Я уже и забыл про это, — Сюаньчжэнь отставил пустую рюмку, оглядев Фэн Синя снизу вверх. — Записывайте. Фэн Синь похлопал себя по карманам, но не нашел ни листка, ни ручки. Парень в черной маске раздраженно вздохнул, достал из нагрудного кармана тяжелую коллекционную ручку с золотым основанием и, осматривая зал с танцующими людьми и словно желая побыстрее отвязаться от него, быстро продиктовал номер. Фэн Синь не нашёл ничего лучше, чем записать на руке. — Слишком быстро, повторите. Пожалуйста. Едва сдерживая недовольство, он проговорил каждую цифру отдельно. — Записали? — Записал. — Можете уходить. — Сюаньчжэнь в мгновение потерял весь интерес к Фэн Синю, отвернувшись и притронувшись к очередной рюмке. — Почему обязательно нужно быть таким придурком? Черные сверкающие глаза в прорезях маски вновь зацепились за него. — Чего вы хотите от меня? Облили мой костюм, нахамили. Я редко встречаю настолько невоспитанных юношей. Армия не научила вас манерам? Его слова больно ударили по Фэн Синю, и тот почти был готов закатать рукава пиджака и зарядить кулаком по лицу в маске, но сдержался, раздраженно выдохнув через нос. — Вы… Вы… То, что случилось с вашей рубашкой — чистая случайность, а не намерение. Как же вы не понимаете? Он едва сохранял спокойствие. Се Лянь учил его, что махать кулаками нужно только на миссии, а разногласия решать разговором. Но так хотелось ослушаться и сбить с Сюаньчжэня всю спесь. Тот буквально выводил его из себя своими строгими словами, накрахмаленным воротничком рубашки и грациозными движениями пальцев, нервно отбивающих ритм по столешнице. — Я вижу, что ты хочешь ударить меня, — язвительно улыбнулся парень, развернувшись к Фэн Синю всем корпусом и слегка наклонившись. — Ударь. И тебя выведут отсюда и заберут копы. Чертов мальчишка. Ты вообще знаешь, как нужно разговаривать со старшими? Старшими? Да сколько же ему лет, раз он смеет такое говорить? Сюаньчжэнь закинул ногу на ногу и, закатив глаза, отвернулся. Фэн Синю ничего не оставалось, кроме как проглотить обиду, раздраженно поправить рукава и уйти. Ушел он туда, где было тише всего и меньше людей — на балкон. Тот был отгорожен от остального пространства резными английскими дверями, которые совсем тихо скрипнули, стоило приоткрыть их. В лицо дыхнул сентябрьский душный воздух, пропитанный сыростью асфальтов. То, от чего Фэн Синь все это время хотел откреститься, — его болезненный стояк, едва скрываемый брюками. Он злился и возмущенно ругался у себя в голове, не зная, как расслабиться и перестать представлять из себя предмет мебели. Пересилив себя, он прошел на деревянных ногах к перилам. Курить было нечего, пить не хотелось, поэтому он не нашел ничего лучше, чем просто смотреть вдаль и разглядывать потухшие окна домов. Каким бы ни был язвительным этот человек, Фэн Синь не мог закрыть глаза на то, что его внимание было приковано к этим плавным, будто кошачьим, движениям, стройным ногам и четко очерченной дорогой одеждой заднице. Он закусил губу и крепко зажмурился, подумав о чем-то другом. И это немного помогло. Ненавидел ли он себя? Нет, определенно нет. Но он предпочел бы вообще не чувствовать влечения к кому-либо, потому что это добавляло много лишних проблем. Таким образом он простоял на балконе еще минут десять и решил, что нужно все-таки сходить в уборную. Открыв резные двери балкона, он вдруг с легким стуком ударился об кого-то. — О господи, серьёзно? Вновь этот раздраженный голос и плавная походка в сторону перил. — Уверен, такой юнец, как ты, никогда не пробовал настоящих мужских сигар. Угощайся. Фэн Синь не до конца осознал, что произошло, но не мог оторвать взгляда от прямой спины, облаченной в строгий черный пиджак, и струящихся по нему шелковых волос. Не говоря ни слова он принял из чужих рук какую-то дорогую сигару и прикурил ее от спичек, что одолжил ему Сюаньчжэнь. — Моя ошибка — забыл зажигалку в такси. Фэн Синь поднял бровь. — Если бы ты ничего об этом не сказал, я бы даже внимания не обратил. Сюаньчжэнь усмехнулся. Он вновь прошелся взглядом по Фэн Синю и затянулся горьким табаком. — Ты продолжаешь язвить, мальчишка. — Ты первый начал. — Прекрати. Я так понял, в бридж ты играешь первый раз, — сказал Сюаньчжэнь. Он раздраженно стянул с себя маску, засунув ее за ворот пиджака. — Та заносчивая мадам из твоей команды опустила тебя ниже плинтуса, но я надеюсь, что ты не сильно расстроился, ведь когда-то она проиграла мне целое состояние. Тогда последний бокал виски был для нее лишним, я сразу это понял и взял ситуацию в свои руки, в последний раз объявив дубль! Ты бы видел ее морщинистое лицо, которое сморщилось еще в два раза. — Он рассмеялся. — Она предпочитает не вспоминать об этом. Фэн Синь слегка опешил, не имея ни малейшего желания отводить взгляд от мягких черт лица этого парня, так неподходящих мужчине, пока тот бормотал себе под нос про миссис Лонг. Его губы были очень подвижными, то изгибаясь в однобокой улыбке, то кривясь или поджимаясь, однако в спокойном состоянии они выглядели… весьма сладко. Да, его лицо не подходило мужчине. Но оно чертовски подходило ему. Последовав Сюаньчжэню, Фэн Синь тоже снял свою маску, прикладываясь к сигаре долгим затягом. — Вообще-то да, это моя первая игра в бридж. А что? Сюаньчжэнь прищурился. — Для новичка ты играл вполне уверенно. В отличие от миссис Лонг, ты не сказал ни слова в сторону женщин. Если что, я хвалю тебя. — Спасибо, мне не нужны объяснения. Низкий грудной выдох вырвался из груди Сюаньчжэня, когда он разочарованно помотал головой. Все это время он потирал шею, морщась, и в какой-то момент потянулся, отчего рубашка выскользнула из брюк, приоткрывая полоску белоснежной кожи. Фэн Синь сто раз воззвал к дьяволу, пока усилием воли не отвел взгляд. Черт. В итоге, еще немного помолчав, Сюаньчжэнь вновь заговорил. — Не видел тебя здесь раньше как гостя. Кто тебя провел? Кто ты? На балкон зашли еще трое людей, которые вели громкие светские разговоры. Они отошли к другому краю перил, не обращая внимания на парней. — Я не хожу по таким местам, — Фэн Синь украдкой глянул на вошедших, а после снова вернулся к рассматриванию ночного города. — Комиссара Пэй Мина знаешь? Это его затея привести меня сюда. И именно он меня учил играть в бридж. Сюаньчжэнь вновь засмеялся. — Тогда понятно, почему ты проиграл. Этот жук всегда проигрывает. Не доверяй ему, если дело касается азартных игр. — По-моему, я просто неопытен. Он заметил, что парень смотрит куда-то ему на живот, и посмотрел в ответ. Взгляд Сюаньчжэня медленно поднимался выше и выше, пока не дошел до глаз. Внутри Фэн Синя что-то перевернулось, когда он заметил, что тот какой-то слишком расслабленный. Видимо те рюмки с непонятным содержимым, что Сюаньчжэнь вливал в себя, дали о себе знать. — И во всем ты такой неопытный? Румянец поднимался по шее вверх. Фэн Синь проморгался и, нахмурившись, отвернулся, чтобы другой человек не видел его позора. Что за бред он несет… Он что, флиртует с ним? В такие моменты Фэн Синь всегда входил в ступор и не знал как себя вести. Даже взять ту ситуацию с леди… как там ее имя? Не важно. Куда более важно сейчас не опозориться. — Сюаньчжэнь — твое настоящее имя? На лице Сюаньчжэня проступили веселые морщинки. — Нет, конечно. Большинство влиятельных людей использует псевдонимы. Я в их числе. — И как же тебя тогда зовут? — А вот это тебе знать ни к чему. Фэн Синь попытался взглянуть на него, но тот оставался таким же расслабленным и с алкогольной дымкой в глазах. Ему нужно было кое в чем разобраться. — Ты такой добрый, потому что пьян? До этого ты предпочитал язвить. — Откуда так много вопросов, парень? Остынь. И Фэн Синю ничего не оставалось, кроме как закрыть рот и молча докуривать. — И я не добрый, я просто… — не унимался Сюаньчжэнь, попутно доставая портсигар. — Как насчет второй? Таким образом они выкурили еще по две сигары. Балкон вновь опустел, оставляя их наедине. Прохладный осенний воздух приятно обдувал тело и расслаблял. Фэн Синь даже привык к тишине, чувствуя, как становится гораздо проще находиться рядом с этим человеком. Пока он не услышал чужой томный голос. — Так что там о твоей неопытности? *** Ночь вновь проходила беспокойно, будто детектив чего-то ждал. Конечно, он ждал, когда Фэн Синь вернется с мероприятия, на которое его утащил комиссар Пэй. Однако это ощущение было направлено вовсе не на Фэн Синя, а на что-то другое, бессознательное. Отложив газету, Се Лянь тяжело выдохнул и устремил взгляд в потолок. Даже любимые цветы, украшавшие его гостиную, не приносили умиротворения. Что-то потянуло его включить телевизор. Первым, что попалось ему, был один единственный канал о спорте, где показывали регби и гольф. А вот второй канал, транслирующий новости, привлек внимание Се Ляня куда больше. Час спустя он уже клевал носом и собирался выключить телевизор, чтобы пойти спать, но вдруг слова журналиста заставили его вмиг растерять все крохи сна. «Днем ранее случайным прохожим было замечено тело мужчины в переулке Уэстборн стрит. По показаниям судебной экспертизы и личным документам было выявлено, что этим человеком являлся Эш Браун, архивариус, живущий на окраине Лондона. Просьба всех, кто знает этого мужчину, явиться в Скотленд-Ярд для показаний.» Внутри Се Ляня все похолодело. Далее на экране показали кадры с места преступления, но одна деталь привлекла внимание детектива настолько, что он сел прямо напротив телевизора, всматриваясь в пиксельное изображение. Рядом с очерченным мелом местом было множество капель крови и едва заметная нарисованная кровью закорючка. Обычный человек вряд ли придал бы этому значение, однако Се Лянь совершенно точно знал, что это означает. Такой знак мог использовать только… — Чертов Му Цин. *** Тяжело было просто смотреть вниз и ловить на себе изредка стреляющий из-под ресниц мутный взгляд, что уж говорить о бешеном желании закончить этому человеку прямо в рот, пока влажные губы так крепко обхватывали его внизу. Фэн Синь не знал, можно ли ему вцепиться в гладкий хвост, чтобы направить рот Сюаньчжэня ближе, всадить поглубже, поэтому он просто крепко стискивал в руках дорогое расшитое покрывало, на котором сидел, как на иголках. Ему надоело убегать от своей сущности, которая потихоньку просыпалась. Он давно заметил, что уже не чувствует того, что должен чувствовать по отношению к женщинам. Он даже с собственной женой в последние месяцы их отношений не мог нормально в постель ложиться. Бывшей женой. И да. Его это сильно беспокоило поначалу, потому что никогда Фэн Синь не чувствовал подобного в своем теле. Однополые связи не были для него открытием, он знал, что существуют такие люди, и поначалу молча осуждал их, но когда сам столкнулся с подобным, то не понимал, как себя вести и как к себе относиться. Фэн Синь привык себя во многом ограничивать, и в первую очередь он старался не показывать эмоции. Но хоть в чем-то он должен дать себе волю. Секс — это занятие между двумя людьми в приватной обстановке. А значит можно позволить себе эту маленькую слабость, ему надоело убегать от самого себя. И не важно, с кем он разделит постель. Уже не важно. Его жизнь и так состояла из одних сожалений. Сквозь закушенную губу вырывались рваные вздохи, а глаза норовили закатиться в пьянящем удовольствии, но даже в такой обстановке Фэн Синь едва мог дать себе волю расслабиться. Он боец, он убивал этими руками большое количество людей, но прямо сейчас он ласково обхватил ими лицо самого горячего мужчины, которого видел в своей жизни, и был на грани от того, чтобы вытрахать его рот так, как по-настоящему хотел. Сюаньчжэнь на мгновение отстранился, выдыхая горячий воздух на член Фэн Синя. — Ты хотел именно этого, я прав? Взгляд Фэн Синя приковался к его распухшим губам и ниточке слюны, тянущейся между ними. Не найдя никаких слов, чтобы ответить этому парню, он насадил его рот обратно так глубоко, как никогда до этого. Когда по его члену заскользил язык, Фэн Синь не сдержал грудного стона и вбился в жаркую глубину, заметив, как человек внизу болезненно свел брови и отозвался тихим скулением. Его тонкие пальцы в черных бархатных перчатках стискивали бедра Фэн Синя, а одна из них поползла дальше, сжимая и оттягивая яйца. — Проклятье, — выдохнул Фэн Синь. Сюаньчжэнь совершенно не элегантно сплюнул белёсый секрет, не сводя глаз с Фэн Синя. Не успел последний опомниться, как в его губы впились чужие с дьявольским напором, надавливая и опуская спиной на кровать. Его окутал аромат тяжелого мужского парфюма, смешанного с природным мускусом, которым был пропитан этот черноволосый демон. Фэн Синь не мог перестать ощупывать тело над собой, не веря даже самому себе, что ранее оно было в такой недосягаемости. — Я знаю, ты был уверен, что никто не заметит похоть в твоем взгляде, но я… Я заметил, — низко прорычал Сюаньчжэнь ему на ухо. — Твой последний ход... Во время бриджа… — язык бесцеремонно прошелся по скуле, — именно тогда я увидел, сколько ты сдерживаешь в себе агрессии. Ему никто никогда не говорил подобных слов. И именно тот факт, что абсолютно незнакомый человек, который сейчас ласкал его в самых горячих местах, увидел в нем то, чего не видел никто, кружил голову и вызывал тахикардию. — Ты чертов монстр, я прав? После этих слов рука в бархатной перчатке с серебряными узорами крепко ухватила его внизу. Фэн Синь исступленно выдохнул, по его виску скатилась капля пота, а губы вцепились в кривую улыбку Сюаньчжэня, кусая до крови. Последний раз, когда он слышал эти слова, был в их квартире с Цзянь Лань. Печальным, злым голосом. Он так сильно контрастировал с возбуждающим шепотом Сюаньчжэня, прерываясь помехами и звеня в ушах, что Фэн Синь, пытаясь заглушить слова бывшей супруги в голове, до боли сжимал шелковые волосы и неистово терзал чужие губы в поцелуе. Сюаньчжэнь уселся сверху, натягивая галстук Фэн Синя, чтобы ни на секунду не отрываться от него. — Ты обычно сверху или снизу?.. — прошептал он. — Стой, — опомнился Фэн Синь. — Что еще? Пальцами Фэн Синь аккуратно вытер чужой рот от собственной спермы. — У меня с мужиками… — Что? — Не было… — А с женщинами? Сюаньчжэнь выпрямился и выжидательно уставился. — Было. Он разочарованно вздохнул и изящно стер с подбородка слюну. — Вот оно как. Он поднялся, поправил брюки и накинул поверх голого торса уже высохшую рубашку. — Подожди, — собрав крохи своей гордости, Фэн Синь поднялся следом и подошел. Он отметил, что парень был одного с ним роста, но более хрупкой комплекции. — В чем проблема? — В том, что у меня нет никакого желания возиться с натуралом, — Сюаньчжэнь дергаными движениями застегивал пиджак, и одна проклятая пуговица не попадала в дырку. — Я не… Это… это единственное, что тебя останавливает? Фэн Синь осмелился поднять руку и провести ею по нежной коже, но ее грубым движением оттолкнули. С женщинами такое срабатывало, да и были они более сговорчивые, нежели то, что сейчас наблюдал Фэн Синь. — Не нужны мне твои нежности. Что тебе не понятно? С этими словами Сюаньчжэнь покинул номер отеля, хлопнув дверью. Однако с женщинами не было так страстно и горячо. Фэн Синь раздраженно вздохнул, и вдруг его взгляд зацепился за след от чернил коллекционной ручки на его руке. — Вот черт. Номер Сюаньчжэня почти стерся, но цифры все еще были четаемыми. *** Звон столовых приборов раздавался по гостиной в полной тишине, прерываемой лишь пением птичек с балкона Се Ляня. Легкий завтрак, состоящий из двух вареных яиц, трех полосочек бекона и фасоли, был единственным, на что детектив оказался способен после вчерашнего дня. Линда сидела напротив, доедая последнюю ложку фасоли и невидящим взглядом вперившись в пол. Когда Се Лянь устало вздохнул, она подняла на него глаза. — Вымотала меня эта работа, я точно уйду на пенсию годика через полтора. Послышался женский смешок. — Тебе сказать точное число, сколько раз я слышала это от тебя? — Не язви. Они посидели еще некоторое время, пока Линда не засобиралась по каким-то неведомым делам, и Се Лянь проводил ее, обещая, что вскоре он найдет свободный денек, чтобы они выбрались на прогулку. Однако буквально спустя десять минут после ухода Линды раздался стук в дверь. На пороге оказался господин Ши Уду с таким видом, будто и не было того, что ранее произошло в его квартире. — Признаться, не ожидал вас увидеть, — удивленно сказал Се Лянь, стоя в домашней одежде и с растрепанными волосами. — Проходите. — Прошу прощения, детектив, за неожиданный визит, просто хотел извиниться за произошедшее. Закрыв дверь, детектив проследовал с гостем наверх в его кабинет. На извинения Ши Уду он не сказал ни слова. Наверное просто не нашел, что ответить. — Я, на самом деле, пришел не только за этим, — продолжил Ши Уду, прислонившись к краю рабочего стола с выражением глубокого раскаяния на лице. — Я хотел поблагодарить вас и вашего помощника за готовность помочь мне найти брата, за то, что вы подключили к этому даже Скотленд-Ярд. Не описать, насколько я признателен вам обоим. Се Лянь молча слушал его, стоя у входа в кабинет и даже… сочувствуя? Откуда могло бы взяться сочувствие, если Ши Уду был первым в списке подозреваемых? Почему-то весь вид господина Ши Уду, его поза, взгляд, голос, казались детективу странными. Словно тот прощается. Это ощущение задело что-то внутри, заставив детектива на мгновение поверить этому человеку. — Я хотел бы лично поблагодарить мистера Эдвина, — продолжил Ши Уду. — Где я могу его увидеть? — Эдвин сейчас спит, я бы не хотел его будить, он очень устал. — Что ж, в таком случае я пойду. Передайте мистеру Эдвину мои слова, я действительно благодарен ему. С этими словами мужчина покинул кабинет. Се Лянь не стал его провожать, задумчиво разглядывая картины на стене, но размышляя совсем не о них. Он не мог убрать из головы печальное лицо Ши Уду. *** Ни один удар не прошел мимо, кулаки били точно в цель, сбиваясь в кровь с каждым разом все сильнее и сильнее. Голова манекена моталась из стороны в сторону, не останавливаясь, пока Фэн Синь колотил его выверенными движениями. Пот стекал со лба за ворот белого поло, скользил по груди, отчего Фэн Синю пришлось остановиться, чтобы перевести дух и потрясти футболкой. Прохладный воздух забрался под одежду, охлаждая разгоряченные мышцы. — Мужчинам иногда нужно выпустить пар, — комментировал комиссар Пэй, наблюдая за Фэн Синем. Его неизменно приглаженные гелем волосы блестели в свете желтых ламп, а руки были сложены на груди. — Согласен, — ответил Се Лянь. Он с восторгом отметил то, каким сильным и взрослым стал его дорогой друг. Детектив помнил его еще с самого детского возраста, когда Фэн Синь был слабым и плаксивым мальчиком, но единственное, что в нем не изменилось — преданность. И Се Лянь гордился им. Комиссар Пэй тронулся с места и подошел к Фэн Синю. Детектив, немного погодя, прошел чуть дальше по комнате, рассматривая горшки с цветами на стенах, за которыми ухаживали прекрасные служанки в доме Пэй Мина. — Так держать, боец, — комиссар похлопал Фэн Синя по плечу. — Скоро от манекена совсем ничего не останется. Тот решил воздержаться от слов и лишь протер лоб тыльной стороной руки. — Ты не передумал о том, чтобы помочь мне? — Нет, не передумал. Пэй Мин рассмеялся как-то фальшивенько. — Ты же понимаешь, что я в любой момент могу обратно вписать тебя в список разыскиваемых, и тогда депортации тебе точно не избежать? Ноздри Фэн Синя раздулись в раздражительном вздохе. Как же это подло. — В таком случае, — продолжил комиссар, — храни молчание о моей просьбе, иначе я сделаю то, что окончательно разрушит твою жизнь. Вместо ответа Фэн Синь с новой силой впечатал кулак в голову манекена, жалея, что на месте этой безжизненной куклы был не Пэй Мин. Ближе к вечеру они с Се Лянем покинули чужой дом, решив прогуляться. — Этот… Комиссар Пэй меня раздражает, — отозвался Фэн Синь, грузно шагая рядом с детективом и понуро смотря себе под ноги. — Раздражает? Почему? — искренне удивился Се Лянь. — Я думал, вы хорошо ладите. Фэн Синь хотел сказать, что не испытывает ни малейшего удовольствия от встреч с комиссаром, тот сам с какими-то непонятными намерениями таскает его за собой. Еще и эта его просьба. Фэн Синь не знал, имеет ли он право говорить о ней Се Ляню, ведь любые секреты он доверял только ему, но все-таки решил промолчать. — Слишком заносчивый. — С этим я поспорить не могу. Ты и сам знаешь мое к нему отношение, но препятствовать вашим встречам не намерен. Ты, вроде бы, хорошо проводишь время. Когда они уже подходили к дому детектива, Фэн Синь заметил уголок в его почтовом ящике. — Смотри. Он достал очередное желтое письмо, мгновенно холодея внутри. Вот только Се Лянь вовсе не был удивлен. — Что-то зачастил наш тайный поклонник, — детектив забрал письмо и быстро вскрыл, вчитываясь в какой-то слишком правильный почерк, будто отправитель вновь чередовал их. «Ты подобрался ко мне так близко»