Ничто

Сянци торопилась за Юньжень ушедшей минутой ранее. Сейчас девушка могла видеть лишь её спину и парящие на ветру одежды. Казалось они будто были велики ей, словно девочка донашивала за кем-то ханьфу, Сянци посвойски хмыкнула. Они шли в менее чем половине ли друг от друга, ноги красноволосой путались, она едва не упала несколько раз. Тропа в виде ступеней была извилистой, поднимаясь выше, уходя в бок, и снова поднимаясь вверх, она огибала дома, постройки, между некоторыми ступени превращались в платформу, расширялись и сужались. Некоторые вели во внутрь горы, где из темноты отблескивал мягкий свет свеч, но в целом, всё находилось на этих ступенях, которые создавали просто длинную дорогу снизу вверх и наоборот. Стараясь словить в моменте хоть что-то, Сянци отметила для себя лишь удушающую компактность, всё находилось настолько близко друг к другу, что казалось можно выглянуть в окно и встретиться с чужим носом или, что хуже, задницей. Всё было обычным и как-то даже банально стандартным, в понимании девушки, которая видела школу лишь в книгах, стерильно белые постройки, не вычурно без излишеств, рисунков и даже фонарей, спокойно. При этом ощущалась влажность и прохлада, всё потому что макушки крыш покрывал едва прозрачная дымка, которая на удивление не оседала ниже, а просто прикрывала небо, которое всё же можно было разглядеть, просто через мутную призму, не чётко, что создавало некий затворе́нный вакуум внизу, не давая лучам солнце прогревать землю. Сама Сянци, всё ещё была помятой, её вид был настолько ненадлежащим, что пальцы сами как-то механично пытались прочесать пряди волос и уложить пушок у висков. Радовало одно, её одежды были обтягивающими и плотными, потёртая кожа оберегала её ноги и живот, а грудь укрывала заправленная красная жу, окружавшая шею и уходящая к кистям рук, утянутые в железную защиту. Которые дополняли несколько поясов на талии со странной металлической застёжкой, напоминающей бушующее пламя огня. Свежесть вокруг от изобилия деревьев, кустарников и других растений, отрезвило её сильнее пойла Идэ. Вокруг было примечательно тихо как для школы, по этому Сянци сочла что было ранние утро. Ещё несколько шагов и девушка буквально наткнулась на спину маленькой Юньжень. Запыхавшись, Сянци стояла полусогнуто, опираясь руками о свои бёдра, дыхание было сбито громким, волосы сколько неприглаживай, торчали из-за влажности. Девочка постучала два коротких раза в запертые и на звук, тяжёлые двери, после чего напротив Юньжень встала высокая тень, но во внутрь их пока что никто не впустил. — Младшая наставница просит главу и Шифу впустить гостью. — склонившись в уважительном жесте, объяснялась ученица. Тень исчезла с порывом холодного воздуха, который прошёл у Сянци по ногам, она поравнялась с Юньжень. С хлопком и поскрипыванием, слишком быстро распахнулись двери, позволяя девушкам рассмотреть широкий зал. Нефритовый блестящий пол, который казалось расширялся при каждом моргание, в форме круга, украшенный всевозможными цветами и травами по контуру. Чистейши белые стены, украшенные трактатами спадающими в уже упомянутые растительные части контура под ногами. Подсвечники парящие в воздухе, а на другой стороне полочки со свитками и книгами, древности и заклинаний, протёртые, пожелтевшие временем. Далеко впереди, сразу напротив их двоих, воссидали две фигуры, одна уже знакомая Сянци — Госпожа Чжоу, и другая женщина, настолько пожилая, что её тело буквально было прозрачным, словно не человек, а дух. Тело «бабули», подсказывало сознание Сянци, было прикрыто лёгкими накидками, прозрачными, но наслоившимися одна на одну, кожа обвисшая и прикрытые глаза. Чжоу наклонилась поближе к «бабули» сидящий во главе стола, посередине, что-то сказав, женщина кивнула, а известная Сянци Госпожа, уставилась на неё осуждающе раздраженным взглядом. Собственно, хоть что-то неизменно.

***

Юньжннь пихнула её в ребро рукоятью меча, подталкивая к ещё нескольким ступеням. Сянци уперто и прямо смотрела в ответ, неуверенно ступая вперёд, за её спиной оглушающе громко, как ненавистный ей гонг, закрылись двери сами по себе. Девушка шла вперёд и перспектива зала сменилась, показывая ей, что он не настолько огромен и поглащающ каким казался в пороге. Свойственно себе, Сянци крутила головой, детальнее останавливаясь на паре названий книг и редким растениям внизу, взгляд бегал по кругу, пока не уткнулся в чистейшее небо над головой, не прикрытое туманом или облаками. Она остановилась, спотыкаясь об этот девственный вид, замерев от бескрайности, стены возвышались в никуда и пол будто парил. Отмерев Сянци вернула взгляд к карим глазам Госпожи Чжоу, но перспектива зрения позволила ей спотыкнуться ещё раз, за спиной, на фоне которого теперь сидели женщины, расеивалось эфемерно белое пространство, которое скрывало бушующие воды водопада и склон горы. Сянци подошла ближе к столу, останавливаясь в метре, на онемевших ногах с мурашками до самых пят. Опомнившись и прекратив пялиться за спины женщин, она поклонилась. — Глава, — поклон для каждой женщины , — Госпожа Чжоу. Ни одна из них не отреагировала, а Чжоу хмыкнула подражая Сянци, показательно не смотря на неё. — Представься. — бросила ей «бабуля», хрипловато севшим голосом. — Сюй Сянци. — Сянци ещё раз поклонилась отдельно для «бабули». — Зачем ты здесь дитя? Девушка, размяла пальцы, опустив руки вниз, Сянци покачивалась на пятках взад и вперёд. — Понимаете Глава, я просто странствующие недоразумение. Юная заклинательница в поисках приключений и новых знаний. Бездомное дитя, как вы выразились. — Сянци активно жестикулировала расслабившись, крутилась на одном месте. В этот раз хмыкнули уже обе старшие. Чжоу отпила чай из своей чаши. — Густой ветер, «Весеннее благовоние» и Мандзю со своим «недоразумением». — кривляя последнее слово начала Госпожа Чжоу. — Не рассказывай нам сказки Сянци. Для чего ты здесь? И главное, кто с тобой ещё? Мускулы на лице напряглись, а грудная клетка сжалась. — Не понимаю о каком ветре идёт речь Госпожа. Смог столице, всё что я видела в последние пару недель. Эти весенние приключения, забава Мандзю и её Шаге, как это всё связанно со мной Чжоу-шифу? — Девчонка! — злобно вскрикнула женщина, ударяя рукой по столу. «Между нами слишком много становится неизменных вещей» — А-цинь. — «Бабуля» остановила Госпожу Чжоу, приложив руку к груди, потянув одним разом сгусток негативной энергии, Сянци сглотнула. Женщина оказалась в секунду лицом к лицу с Сянци, они были примерно одного роста, её глаза светились через плёнку слепоты, неестественно голубым цветом, дряблая рука сжимала её шею не касаясь, накидка с головы слетела. — Гуа Най. — зашипела женщина. — Не играй со мной детка и по хорошему расскажи откуда тебе известно про это заклинание. — Свиток Создателя. — неестественным себе голосом, сказала по буквам Сянци. Рука пропала и свет перестал слепить глаза, глава повернулась в сторону сидящей Госпожи Чжоу. Пару секунд молчания и всё повторилось. — Весенние благовоние. — Запрещённые трактаты императорской жены. — Для чего? С кровью буквально вскипевшей из её рта вырвался последний ответ: — Мандзю-шаге. Сянци сплюнула и осела, переводя дыхание. Глава оказалась на своём месте и в том же положении, когда девушка подняла озлобленный взгляд с пола. — Раз уж ты явилась так нагло в Сэнин то останешься здесь на время, которое я сочту нужным. — приказывала старшая женщина. — Цзянлюэ, займётся тобой. Госпожа Чжоу кивнула, а Сянци почувствовала вкус жёлчи на языке, повторяя «Цзянлюэ». — Ты уже на коленях, не будем терять времени. Чжоу-шанши встань. — Я не дам клятву ученика! — поспешно рявкнула Сянци. Глава засмеялась. — Ты никто, чтобы даже подумать о подобном! Цзянлюэ взмахнула рукой, освобождая кисть от рукава, в пару движений, пальцами одной руки, она создала заклинание из спутанных магических нитей и послала его к гортани Сянци. Девушку выкрутило в дугу и отпустило, будто швыряя на пол. Обе женщины стали над ней, Сянци едва соображала и не желала открывать глаз, до неё донеслось сверху: — Ты не будешь у неё учиться, ты ей подчинишся. Но всё что она действительно слышала «Цзянлюэ».