Ничто

Женщина вернулась в школу по второму часу ночи. И сразу же направилась в библиотеку, минуя учебные классы и даже не оборачиваясь в сторону собственного повельена. Свежая ночь, окутывала запахом росы, намекая на утренний дождь, так же об этом говорили чистейшие небо скрывавшее звёзды. Госпожа Чжоу до рассвета вчитывалась в трактаты, выискивала свитки и листала научные книги. Она искала хоть намёк на произошедшее часами ранее, прокручивая в голове мысли «густой ветер, густой ветер» и «праздник середины осени», «Мандзю-шаге». В картинке её сознания, рука застыла над картиной, художник создал идею, но не смог отобразить её на холсте, так и знания, найденные кусочки фраз летали в воображении, отказываясь составить предложения, а предложения уперто отворачивались от листа бумаги. Женщина всё знала, она уверенна что поняла и видит ответ перед своими глазами, но сознание просто отказывается осознавать, оно отворачивается от неё оставляя информацию безумно кружить по воздуху без возможности покрыть землю. В раздумиях, попытках и поисках, минула темнота, к сожалению Госпожи Чжоу, сменяясь ярким, уже палящим солнцем. В сон начало клонить только сейчас, при свете, глаза болели и женщина чувствовала насколько опухли нижние веки. Двери библиотеки приоткрылись и в них появилась невысокая, тощая Юньжень. — Мишан-ши, глава просит вас пройти в зал «Каньдао». — в поклоне сообщила девочка, отошла в сторону пропуская старшую на выходе. Госпожа Чжоу, огладив низ верхних одежд, встала в одно действие, сложив руки перед собой так, чтобы лёгкая прозрачная ткань поверх шёлка ханьфу не плелась за ней по полу. Изящные широкие рукава, будто кутали её тело, лицо было непоколебимым, но заметно уставшим. Она прошла мимо младшей, следуя извилистыми ступенями вверх, к главному залу школы Сэнин.

***

Гарь пропитала её кожу, смоль стояла вокруг, а огонь казалось касался трепещущих ресниц. Яркое рыжие пламя со светлым, едва желтоватым очагом окружало всё что она могла видеть. Кожу покрывал холодный пот, но помещение было настолько горячим, что заставляло капли на ней сразу растворяться в воздухе. Она задыхалась. Прикрыв рукавами лицо, кашляла, бредя и падая, пока огонь настигал её пяты. Кажется на фоне был слышим звук, но она не знала что или кто мог издавать подобное, возможно это были слова, а возможно пугающие удары гонга.

***

Сянци проснулась, вскочив на больничной кушетке её тело трясло, конечности были ледяными, а кожа настолько бледной синей, словно ожил сам труп. Девушка осматривалась, потерявшись в ощущениях пространства, касалась всего до чего дотягивались руки, надеясь обрести материальную уверенность себя. Она продолжала крутиться и дёргаться до тех пор, пока чьи-то руки буквально не выдернули её из этой иллюзии. Парень, или возможно мужчина, сжимал её запястья, разведя их в стороны, он смотрел на неё прямо и казалось не моргая, пока Сянци не приподняла голову и уставилась в ответ. Он сжал её руки иначе, так чтобы указательный и средний палец могли прочувствовать пульс, а безымянный и мизинец придерживали кисть снизу. — Ничего серьезного просто кошмар. — голос был мягким и уж слишком юным, девушка несколько раз спросила себя о его возрасте. На лице растянулась приветливая улыбка и левую щеку украсила миниатюрная ямочка, от чего уголки глаз приподнялись, а веки почти скрыли их. — Госпожа Чжоу-шанши просила о присмотре за вами, по этому Юньжень озаботившись вашим состоянием доставила в медицинское крыло. Незнакомец попутно смешивал травы, разного цвета и густоты настойки в небольшой, кажется даже винной, чаше. Он протянул их ей и запах сразу пробудил ее. Сянци передёрнуло, лицо сжалось в сушёную сливу и тело неконтролируемо откинулись назад. — Господи! — скрипнула девушка. — Что это за дрянь? Парень засмеялся, так же комфортно и тихо, как в целом его внешний вид и это уважительное лицо. — Моя маленькая личная разработка. Немного того и сего, за то голова сразу становится яснее и в горле не сушит, идеально после хорошо проведённой ночи. Сянци глотнула сразу всё залпом, скрутившись на краю кушетки в несколько узлов, её лицо не стало менее помятым и свежим, но ей так хотелось пить что было абсолютно плевать. — Воды. — прохрипела она, будто только что не шипела словно змея. Новый незнакомец подал ей ещё одну, прозрачную как слеза чашу, с ледяной водой, которую девушка так же осушила залпом. — Отвратительно. Сонное лицо, помятый вид, взлохмаченные волосы, слезящиеся глаза и вонь от одежд, чудесное, по истине чудесное утро. Она сидела вниз лицом, опустив ноги на стоящие рядом ботинке и разминая виски большими пальцами. — Как бы там ни было, Юньжень просила сразу как придёшь в себя, отвести тебя в зал «Каньдао». Это было более одной курильной палочки тому назад, по этому думаю тебе стоит спешить, глава очень не любит ждать. — Куда отвести? Юньжень? Где я вообще? Парень снова засмеялся, уже громче. — Что ж, юная госпожа. Это школа Сэнин, ты в её медицинском крыле, а Юньжень младшая наставница и внучка главы. — Я догадываюсь о личности вашей Чжоу-шанши, но почему младшая наставница будучи настолько влиятельной исполняет её указания? — Полагаю это выходит за рамки моих полномочий, я не смею говорить о личных отношений Шифу и наставницы. Он отвёл от неё взгляд, который показался Сянци на миг испуганным, вниз за взглядом опустилась голова, а тело сжалось. Парень молчаливо стал натирать какой-то алый корень в небольшую посудину чтобы после растереть всё маленькой ступой. Когда незнакомец отошёл в сторону, за его спиной показалась тонкой статура девочки, на вид не имевшей второго имени. — Тебя ожидает глава и Чжоу-шанши. Идём. — мягким, но отстранённым и каким-то слишком взрослым голосом утвердила та. Её неестественно глубокие, чёткие глаза выжигали в ней дыру, пока Юньжень собственной персоной, уже скрылась за поворотом двери. Сянци спрыгнула с кушетки, натягивая ботинки на ходу, прыгая то на одной то на другой ноге, парень пронзал её спину в след, по этому она не могла не обернуться. — Твоё имя? Его глаза стали шире, но он всё равно ответил: — Идэ. Девушка немного улыбнулась: — Сянци. Она уже скрылась за дверью, створка пошатывалась восстанавливая себе после рук, специально открывавших её шире. Эхом за Сянци звучал её голос: — Ещё встретимся, Идэ.