III. 20
23 сентября 2023 г., 17:33
Вася руками в перчатках (слишком тёплых, но других у себя дома Найт не нашёл) натянул бандану, повязанную на его лице, ещё дальше, хотя она уже только что до глаз не доходила, и поправил защитные очки (почему-то с оранжевыми стёклами) на лице.
Остен, сидевший в машине рядом (кстати, водитель из него был не такой уж и плохой, только, пожалуй, слишком громко выражающий своё негодование по поводу действий других водителей), фыркнул что-то из-под чёрной маски и лыжных очков. пара похожих перчаток, чёрных, с небольшим узором обхватывала его руки.
— всё, вылезаем, наркоман. трупы ещё и разлагаются, знаешь ли.
лицо Васи под банданой и очками скривилось.
— у меня имя есть.
— я знаю. а ещё прямо сейчас ты накурен и идёшь грабить химическую лабораторию, так что это забавно, — Остен не смеялся и наверняка даже не улыбнулся, но, кажется, эта ситуация его действительно веселила.
— я пытаюсь сделать так, чтобы нас не узнали по камерам потом. а ты что — действительно собрался ходить и светить везде своими чудесными волосами? — с ноткой сарказма в голове парировал Звёздкин, — нет уж, — Вася перебил было выдавшего очередной полуиздевательский комментарий Найта.
а затем открыл свой рюкзак и протянул ему потрёпанную серую вязаную шапку.
Остен даже руки в ответ не протянул, не то что бы брать и надевать этот предмет на свою цветастую шевелюру — лишь смотрел своим, Звёздкин был уверен, лишь немного заинтересованным взглядом из-под лыжных очков не столько на предложенный головной убор, сколько на самого Васю.
Звёздкин вздохнул и, даже ничего уже не спрашивая, сам натянул шапку на голову Найта.
Остен фыркнул.
— как заботливая мать, ей-богу, — Найт заглушил машину, — двигай, наркоман. пойдём. не хочу разложившийся труп у себя в кровати…
Васю снова передёрнуло.
— ты можешь перестать говорить про разложение?!
— могу. но это правда жизни, — Остен открыл дверь, выбираясь из машины.
у Васи не осталось другого выбора, кроме как последовать за ним.
припарковались они, как выяснилось, метрах в ста от массивного бетонного здания; всего в три этажа высотой, оно казалось угрожающим в силу однотонности, плотности стен. окон практически не наблюдалось, разве что несколько на третьем этаже, а крыша была плоской, делая здание под ней ещё более…
враждебным?
Звёздкин в очередной раз подтянул бандану, поправил очки и поспешил за уже подходившим к зданию Найтом.
— так, — Остен фыркнул, расправляя плечи и делая ещё несколько шагов к двери, видимо, и бывшей тем самым чёрным ходом, — так. давай посмотрим…
Вася, нагнав Найта, замедлил шаг и теперь нерешительно переминался с ноги на ногу.
Остен взялся за дверную ручку, даже не смотря на панель рядом с дверью.
— погоди. ты же говорил: код… а если здесь камеры или…
ручка опустилась до упора.
дверь приоткрылась с тихим скрипом.
Найт усмехнулся и перебрал пальцами в перчатке, как бы пытаясь что-то изобразить.
— камер тут и в этом коридоре вообще нет, это я точно знаю. и какой-то олух не запер за собой. как я и говорил, — Остен потёр свободной рукой лоб, стягивая шапку чуть ниже, — пойдём, наркоман, и побыстрее. никто не будет ждать, пока мы тут с тобой наболтаемся.
Звёздкин последовал за Найтом внутрь помещения, и дверь за их спинами начала закрываться, но затем Остен резко обернулся и угрожающим шёпотом произнёс:
— дверь придержи.
— что? — спросил Вася, но поймал дверь за ручку, удерживая на месте.
— если сработает сигнализация, дверь заблокируется. надо чем-нибудь… — Остен опустил голову, устремляя взгляд на свои ноги, а затем мотает головой, — так не пойдёт.
— а что ты хотел? — поинтересовался Вася, тоже бросая взгляд на обувь Найта. почти что обычные кеды: трёхцветные, чёрно-бело-красные в клеточку.
— подпереть её кедами.
— а в чём проблема-то?
— ноги, блять, жалко, — Остен указал вперёд по коридору, — как думаешь, как в лаборатории безопаснее — в обуви или без?
— в обуви, — кивнул Вася.
хоть сразу кислотой ноги не прожжет.
что ж…
Вася залез в рюкзак, доставая истрепанный, толстый, но пустой блокнот.
— сойдет?
— сойдет, — Найт вырвал из руки Васи блокнот, пропихивая его в щель и проверяя, что все держится, — пойдем, и побыстрее.
и, чуть ли не сдернув руку Звёздкина с ручки, поволок его дальше.
ø ø ø
хранилище химикатов было… ну, не таким, каким представлял себе его Вася. вместо крупного, стерильно чистого помещения там была относительно небольшая комнатка: грязные стены, стеллажи с емкостями, похожими на большие бутыли для молока, но полными химикатов, и половиной неработающих ламп. Звёздкин почесал в затылке. — и что мы ищем? — как — что? — поинтересовался Остен, приподнимая бровь, — кислоту фтороводородную, наркоман, ты же сказал. этикетки смотри… аккуратнее. не наебни на нас ничего. должна быть большая емкость… а лучше две или три. и быстрее. и тут же принялся аккуратно, но все же быстро поворачивать к себе бутыли, читая этикетки. Звёздкин занялся тем же самым, поворачивая их, правда, чуть аккуратнее; он же первый и нашел одну из нужных бутылей, Найт же сумел отыскать вторую и прямо за ней — третью, пусть и полупустую. — а если не хватит?.. — Вася встревоженно приподнял бровь (хотя этого было и не видно), помогая Остену поставить к остальным и третью бутыль. — не хватит? значит, беда, — флегматично заметил Найт, — ну посмотри еще, наркоман. из его уст «наркоман» звучало как-то мягко-обволакивающе, как будто Васю так всю жизнь называли. еще немного, и он отзываться на подобные ремарки начнет. но пока проблемой Васи и Остена был труп бывшей последнего. так что они провели еще минут десять, рассматривая все емкости. пусто. — что ж, наркоман, трогаем, — Найт поднял самую наполненную бутыль с пола, — дверьми не хлопаем, не шумим. — тебе придется мне все открывать, — Звёздкину досталось две емкости. одна перевешивала другую, и прилично. неприятно. кажется, он сейчас выглядит, как какой-то Квазимодо. Остен фыркнул. — открою. и даже двери придержу. так, дамы, блять — вперед… и действительно открыл ведущую со склада дверь, возвращая их обратно в коридор. а затем — и ту, что вела на улицу. их шуршащие шаги в полной, гробовой тишине коридора казались дико гулкими. Остен даже блокнот Васин подобрал. а вот потом — дверь на улицу, вопреки просьбам Найта, хлопнула. что это было? порыв ветра или неаккуратность со стороны Остена? кажется, они уже не узнают. зато узнают (уже узнали), как в этом месте звучит сигнализация. — да ебаный в рот, все так гладко шло… — Найт тяжело вздохнул, — ну что ж, так ведь тоже не бывает. открывай багажник, наркоман! и Вася открыл, буквально подчиняясь вскрику Найта, багажник, и чуть ли все в него не забросил (хотя с емкостями с кислотой так явно было нельзя, но он не школьный учитель с их скучными техниками безопасности). Остен тем временем прыгнул за руль, избавляясь от маскировки — отсюда камеры засечь не должны были, да и зачем-то опущенный (в пасмурный день) козырек от солнца точно способствовал безопасности Найта. Звёздкин аж испугался, что тот уедет без него. ну действительно, что их связывает в данный момент, кроме скуренного Васей косяка и трупа в спальне Найта, который тот, однако, мог бы и сам уничтожить? оказалось — что-то да связывает. Остен даже перегнулся через перегородку между сиденьями, чтобы открыть Васе дверь и бросить на сиденье его блокнот. а дальше — как только Найт рванул с парковки обратно на трассу — хорошие новости закончились. — машину выбрасываем в лесу. номера снимаем. — …ты долбаеб? — а ты? — абсолютно спокойно поинтересовался Найт, — мы спиздили химикаты. чтобы уничтожить труп. не в курсе, что за это полагается, но скорее дадут пиздюлей, чем погладят по голове. понимаешь, наркоман? — но это же моя машина… — попытался запротестовать Вася. — а еще — твоя свобода. что важнее? и ухмылка на лице Найта — еле заметная — была совершенно Звёздкину непонятна. абсолютно точно ебанутый (если труп в спальне и невероятное спокойствие все чертово время еще об этом не сказали). — свобода, — нехотя признал Вася. — вот-вот.ø ø ø
грязно в лесу. да уж, кеды Васи абсолютно точно не спасти. как и всю остальную, если честно, одежду. джинсы. полы длинной куртки. а футболку саму по себе пора было бы на выброс. так Вася голым и останется. в одной руке была бутыль кислоты, а под мышкой другой — его собственные номерные знаки. эффект от травы, слава богу, уже проходил, а то Звёздкин бы сейчас оплакивал машину. Остен же упрямо шел вперед — судя по всему, пытаясь подойти сзади к собственному дому (и спасибо, что за начинавшим темнеть и будто бы сгущаться лесом виднелись огоньки окраины города, где и обитал Найт) — и нес еще две бутыли кислоты. насвистывая себе под нос какой-то мотивчик. псих, металось в голове Васи. псих, псих, псих… — переодеться бы нам, — коротко хохотнул Остен, прерываясь, — сейчас дойдем до моего дома — дам тебе чего-нибудь. — и еще травы бы… — прошептал себе под нос Звёздкин. — что, наркоман, а без такого сердечко не выдерживает? — дернул плечами, обходя что-то перед собой. Вася с небольшим опозданием, сам аккуратно проходя за Найтом, осознал, что это был забор; кажется, будто пророчески они до дома Найта как раз и добрались. — ну, нервно. — ладно, травки так травки, хуй с ним, — Остен фыркнул, — везет же тебе. пока. это «пока» Звёздкина тоже напугало.ø ø ø
спустя две пары снятой обуви, оставленных на кухне трех бутылей с кислотой и косяка, который Вася на удивление резво выкурил, стоя все на той же кухне, Звёздкин и Найт снова стояли перед телом бывшей последнего. выглядела она еще хреновее. но уже наступала ночь. — утром? — поинтересовался Найт, вертя в пальцах свой ещё, в отличие от Васиного, не докуренный косяк. — утром, — согласился Звёздкин, — я переночую здесь. утвердил, потому что реши он уехать — Найт может и не отпустить. слишком много знает. вдруг и убьет ведь. страшно. и, кажется, этим страхом Васи Остен и питался — хитро ухмыляясь каждый раз, когда у того становилось испуганное лицо. вот и сейчас, кажется, почувствовал. — да оставайся, запросто. только спать будем в гостиной — спасибо, кровать с трупом делить не готов, не до такой хуйни опустился, — Найт фыркнул, затягиваясь, — да и сил пока отсюда убрать не хватит. дивана тебе будет достаточно? он жестковат и не раскладывается, правда. а я лягу на ковре. — может, тогда я на ковре?.. — попытался предложить Звёздкин. сейчас, как в дурацких фильмах, Остен предложит им обоим залезть на диван и спать там. Вася даже не знал, согласится ли на такое. — тогда оба на ковре, — заключил Найт, и Звёздкин даже не понял, сильно ли он этому был рад, но хотя бы не такой ужас, как два человека на явно односпальном диване, — правда, у пола холоднее. и задумался, бросив взгляд на запачканную, чуть порванную футболку Васи — но ненадолго. — погоди. Остен сунул Васе косяк, наклоняясь к постели, и завозился с телом девушки, стягивая с него большой, явно теплый, серый свитер, оставляя ту в майке — а затем всучил тот Звёздкину, забирая косяк обратно. хотя тому, что Вася от него разок затянулся, противодействовать тоже не стал. — надевай, — ровным голосом сказал Найт. приказал как будто. — да ты… да ты его с трупа снял! — Вася возмутился, разглядывая свитер. да, он явно был бы ему по размеру, да и цвет неплохой, но желания его надевать от этого не появлялось. — надевай-надевай, — Остен (все еще в майке, кстати) ухмыльнулся, — не особо мерзну, так что мне предложить тебе больше нечего. Звёздкин вздохнул. кажется, Найту лучше не возражать — так что скользнул руками в рукава, головой — в горловину. а тепло. мягко. главное, не думать, с кого он снят. а Остену все нипочем — подошел спокойно, свободной рукой чуть потянул за горло свитера на себя и (с абсолютно серьезным лицом) произнес: — сдашь меня — с тобой случится то же, что и с ней. и этот… похоронный серый станет для тебя могилой. а затем отпустил, затянулся и даже с каким-то заинтересованным выражением лица добавил: — жду в гостиной. и вышел, развернувшись на пятках. Вася замер в оцепенении — и даже не от трупа в одном с ним помещении. значит, этот теплый, (похоронный) серый свитер был угрозой. перспектива спать в одной комнате с трупом пугала сейчас даже меньше, чем необходимость идти вниз. но в той же гостиной, куда сейчас удалился Найт, осталась и Васина бита, что он засунул под диванную подушку (неясно, насколько надежно) перед отъездом. там у него было больше шансов. так что Звёздкин точно так же, как и Найт, развернулся и двинулся к двери. ночь предстояла нервная. утро — и того хуже.
