Некрополь

      Старый, металлический каркас кровати скрипел противно и беспощадно. Не менее противно стонала Диана. Машинально, я бы сказал технично. Интересно, есть ли ноты для проституток. Не закрывая рта, будто дворовая собака, из последних сил отбивающая кость, я и становился причиной раздражающих звуков. Слава богу, в комнате темно.       Нет, Диана красивая, тощая, правда, но красивая. Разве что не когда корчится. А сейчас она корчится, я уверен.       Темно, влажно, липко. Противно пиздец, почему-то сегодня приватка стала казаться уральским подвалом, где к стенам приковывали наркоманов. Хотя, пожалуй, так оно и есть. Насколько нелепо трахаться с бывшей студенткой за гроши разбавленной геры? Судить не мне, но все-таки интересно.       По крайней мере, хотелось верить, что выгляжу я хоть на каплю не так нелепо, как чувствую. Хотя, темно, Диана упирается лбом в ладони. И всё-равно ощущение, что кто-то под лопатку вкручивается взглядом, не насмешливым, даже без отвращения. Просто никак, как после третьих суток без сна, как прямо перед тем, как Диану накроет, она несколько секунд смотрит в никуда пустым взглядом.       Как Алинка смотрела, когда мы оказывались на одном квартирнике. Потом привыкла.       У Дианы задница костлявая, костью о кость биться удовольствия мало, и, честно говоря, больше хочется курить. Хотя.       На секунду мелькает что-то в голове, так быстро, что я не успеваю поймать. Пытаюсь, когда отхожу на полшага, пытаюсь, когда стаскиваю резинку, пытаюсь, когда из нагрудного кармана рубашки, лежащей на тумбе, дрожащими руками достаю сигарету. — Мне тоже достань.       Видимо, никому из присутствующих в комнате действо не приносило удовольствия. Зато курить приятнее, чем на холоде.