Глава 2. «Усталость — это иллюзия»
20 февраля 2023 г., 18:18
Начало ноября, 2022
У всех наверное бывают такие дни, когда настроение с самого утра настолько ужасное, что даже ниже плинтуса. Для Саши это был один из таких дней. Ночью ей мешали спать соседи, почему-то решившие устроить марафон караоке. Когда всë-таки Саша смогла уснуть, ей приснился неприятный сон, оставивший осадок, а утром обнаружилось, что горячую воду внезапно решили отключить аж до обеда, о чëм гласило объявление в подъезде. Саша надеялась порадовать себя хотя бы вкусным завтраком, дабы спасти это утро, но и тут случилось фиаско — завтрак был безнадёжно пересолен. По пути в универ она зачерпнула ботинком грязь, когда она споткнулась на ровном месте, отшатываясь от пробегающего мимо парня. Мысленно его проклиная, она чудом нашла влажные салфетки в своëм рюкзаке. Хоть что-то удачное за день. Следом она едва не опоздала на автобус. В автобусе не оказалось свободных мест, поэтому пришлось стоять всю дорогу... и так далее. В общем, если вкратце, то сегодня у Саши не задалось всë и сразу. Единственное, чего хотелось после такого не самого приятного начала дня — выговорится в кабинете у психолога. Но вот не задача, сегодня сеанса не было, поэтому остаëтся выговариваться либо в заметках по рекомендации Анны, либо жаловаться Камиле. Камилу тревожить не хотелось, а потому заметки сегодня пополнились одной длинной записью. Последнее время Саша стала замечать, что к посещению психолога стало восприниматься как-то по-иному, спокойно и с радостью. Анна умела распологать к себе людей. Своей вежливостью, заботливостью. Если бы профессия была человеком — то именно Щербаковой. Саша ловила себя на залипании на руки Ани, на то, как она поправляет очки на своëм вымотаном лице. В общем, мысли находились совсем не там, где должны были. И это отнюдь не казалось Саше хорошим знаком. Сидя в метро, она открыла телеграмм, где было одно непросомотреное сообщение от Камилы. Саша достала из кармана рюкзака наушники и подключила их к телефону, чтобы прослушать кружок, в котором та жаловалась, на то, что она уже битый час сидит над работой, а ей и конца не видно. Так ещё и оказалось, что работу нужно сдать не просто на этой неделе, а вот уже прям завтра. Трусова провела рукой по лицу и устало выругалась. Выспаться сегодня было не суждено.***
Саша сидела, склонившись над большой кучей тетрадок, занимавших весь стол и захламлявших его. Лампа холодных светом освещала учебное пространство. Слова в вордовском файле едва ли складывались в единые предложения, что уже говорить о понимании смысла написанного. Глаза слипались, веки тяжелели, а голова болела так, будто сейчас взорвëтся от бесконечных попыток вникнуть в смысл материала. Хотя в каком-то смысле так и было. Весь вечер был благополучно потрачен на проект, без которого к сессии просто не допустят, с периодическими передышками, потраченнымм на то, чтобы записать голосовое своей подруге, где она материт всë и вся, и жалуется на то, что у неë абсолютно ничего не получается написать и вообще какая же преподавательница мымра. Когда Саша закончила работу, она загрузила весь файл с проектом на флешку и убрала еë в кармашек рюкзака в компанию к паре тетрадок и одинокой ручке, залегшей где-то на дне. Чтобы уснуть, Саше пришлось выпить стакан воды с растворëнным в нëм шипучим обезбаливающим.***
— Что-ж, Александра, в материале вы немного плаваете, но в целом неплохо, — старая преподавательница поправила очки, взяла ручку поудобнее, и размашистым жестом расписалась в зачëтке напротив поставленной четвëрки. — Счастливых выходных, до свидания. — И вам того же, Татьяна Анатольевна! До свидания! — С натянутой вежливостью попращалась Саша, и вышла из кабинета. Жизнь к Саше была явно благосклонна. Преподша приняла еë проект, задав минимум вопросов, и даже не докапывалась до каждой детали. А это само по себе являлось успехом. — Ну что, как прошло? — В коридоре Сашу уже ждала Камила. — Главное, что прошло, — улыбнулась Саша, и они пошли в гардеробную. — А ещё есть хочу капец, пошли поедим что-нибудь? Взяв куртки, они вышли на улицу, где их встретил морозный воздух. Колючий, но в целом приятный. Погода стояла пасмурная, временами моросило. Обычно в такую погоду люди предпочитают оставаться дома, отогреваясь под пледом и увлекая себя просмотром очередного сериала. И Саша бы сегодня осталась дома, если бы не Камила, возвавщая еë к совести. Территория вокруг университета была ухоженной и приятной. Собой она представляла небольшой сквер из нескольких лавочек и высаженных слегка хаотично сосен. Гулять тут было приятно, но зачастую, что жалко, некогда. Зато в мае-июне тут собиралось много студентов с ноутбуками и книгами, готовящихся к предстоящей сессии перед заслуженным отдыхом. Перейдя через дорогу они зашли в столовую, где готовили просто, но вкусно, да и в целом по-домашнему. За все четыре года они успели изучить всë меню и выбрать из него любимое.***
Они сидели на небольшого размера кухне. Квартира была впринципе небольшой, но Камиле этого вполне хватало. Квартиру ей помогают снимать родители. Они с трудом отпустили свю дочь из Казани в далëкую Москву, но Камила обещала приезжать, как только появляется такая возможность. Она это обещание выполняла. Еë питомец — пушистый рыженький шпиц Лëва первое время тосковал по дому в Казани, но скоро привык, когда Камила по возвращении из Казани привезла игрушки из дома. Игрушки пахли домом, что успокаивало Лëву, и любил он их больше, чем все другие, купленные уже здесь, в Москве. Саша животных любила, в особенности собак. И когда заходила в гости к Камиле, не упускала возможности поиграть со шпицем. И тот, запомнив еë, радостно лаял, слыша знакомые шаги в подъезде, а при встрече вилял хвостом и вился у ног. Саша ещë в детстве мечтала о собаке. О собаках. Впоследствии мечта преобразовалась и дополнилась: Теперь пределом еë мечтаний был собственный дом вдали от шумного города и четыре собаки. В какой-то мере учится она продолжала только ради воплощения в реальность этой мечты. Только вот в еë голове в эту мечту больше не вписывалась работа в сфере журналистики. Да и вписывалась ли когда-то? — Знаешь что? — Сказала Саша, продолжая поглаживать собаку, не отрывая от неë взгляд. — М? — Камила отпила чай и ожидающе посмотрела на Сашу. — А вот если я отчислюсь? Ты не обидишься на меня, злиться не будешь? Можно сказать, что брошу тебя одну. Камила закатила глаза. — Не глупи. Ты же знаешь, что я всегда тебя поддержу. Какое бы ты решение не приняла. Пусть даже решишь уехать далеко и надолго. — Спасибо тебе. — Всегда пожалуйста. — Камила собрала кружки со стола и сложила их у раковины. — Ну что, пошли посмотрим что-нибудь? Саша кивнула и потрепала Лëву по шëрстке. Аккуратно перехватив щенка в правую руку, она последовала за Камилой.***
После пар у Саши было всего несколько часов, чтобы выспаться, на скорую руку пообедать, хотя обедом это назвать было сложно, и поехать на приëм к психологу. Трусова из последних сил держалась, чтобы не бросить всë и просто взять и не приехать. Но подставлять людей не хорошо. В том числе себя. Поэтому она выудила из закромов весь оставшийся запас энергии, одела, что было в более-менее падабающем виде и попыталась привести голову впорядок. Саша чертыхалась, бесилась, но голову уложить так и не смогла. В итоге плюнула и сделала простой низкий пучок. Серьëзные карие глаза, монотонно смотрящие то на бумаги, то на клиента, по-прежнему держали Сашу в напряжении. И между тем было в них что-то завораживающее. Трусова вообще не могла понять, отталкивает или завораживает, или вовсе до ужаса пугает еë вся эта серьëзность Анны. Но, тем не менее, Александра рассказывала о прошедших днях, делилась успехами, отвечала на вопросы про самочувствие, рассказывала о жалобах и всю прочую душную лабуду. Щербакова кивала головой и что-то записывала в своëм блокноте. Иногда Саше казалось, что она сидит не в кабинете психотерапевта, а на допросе. Только и лампы, одиноко светящей прям в лицо, не хватало. Но Саша, конечно, гиперболизировала. На самом деле Аня вовсе не создавала впечатление прокурора, следователя или кто там у них в полиции. Просто Саша любила драматизировать и пугать себя же. А вообще Аня казалась Саше иногда даже милой и заботливой. И чай у Ани в кабинете вкусный, атмосфера спокойная. Интересно, это профессиональное?***
— Ты когда целыми днями в кабинете сидишь, ты зарядку делай, — беззлобно жаловалась Алëна, отдавая разогревающую мазь, — мажь два раза в день хотя бы. Сегодня Аня проснулась с тянущей болью в левом плече. Хотелось бы надеяться, что в течение дня боль отпустит, но этого не произошло, поэтому в конечном итоге Щербакова пошла к Косторной за мазью, которая ну точно работает. А ещё с Алëной можно было поговорить по душам, от части поэтому Аня не оттягивала в долгий ящик визит к своей коллеге. — И вообще, ты следишь за своим здоровьем или что? Ты ко мне уже раз третий за последний месяц приходишь, а сколько раз ты ко мне не приходила и бросала всë на авось? — Время такое, что совсем не успеваешь следить за всем. Казалось бы всë нормально, а потом раз — и всë тело в помощи нуждается. — До добра тебя это не доведëт, — со всей серьёзностью подмечает Алëна, массируя плечо Ани. — Я знаю, — холодные пальцы задевают очаг боли, заставляя вздрогунть, — ай, вот тут больно. — Так и должно быть. — Алëна продолжает разминать больную точку. Алëна замечательная подруга. Аня и не помнила, сколько они друг друга знают. Весëлая и энергичная в отпуске, она была совершенно спокойной и уравновешенной на работе. Аня искренне восхищалась еë способностью разделять работу и всë, что вне работы. Если на работе оставались незаконченные дела она не доделывала это дома, а тут же доделывала всë, что нужно. Работа только на работе и нигде ещë. Вот Аня так не умела, но очень хотела бы научиться. Но трудоголизм дело запущенное. — Кофе будешь? — Алëна закончила разминать плечо. Аня отрицательно помотала головой. — Решила пока отказаться. Слишком много последнее время потребляю. Алëна кивнула, мол поняла, и отпила из термоса. — В отпуск по такому принципу почему не пойдёшь? Слишком много в твоей жизни работы. — Пока не получается, — Аня задумчиво посмотрела в окно. Алëна покачала головой, отпила из термоса кофе и сверилась с часами, чтобы посмотреть время до окончания обеденного перерыва. Через нехитрые вычисления она посчитала, что в еë распоряжении есть ещё целых пол часа. — Пошли пообедаем в столовую, — зазывающим жестом пригласила Алëна, попутно достав из шкафчика шоколадный батончик. Ане ничего не оставалось кроме как согласиться. Да и тем более есть она хотела безумно, потому что утром нормально позавтракать не получилось.***
Рабочий день семимильными шагами подошëл к своему концу. Аня вышла на улицу и впервые за несколько часов вдохнула свежий воздух полной грудью. Села в автомобиль и на какое-то время просто зависла. Она откинула голову и провела рукой по лицу. Отпила воды из бутылки, забытой на солнце ещё утром, и поморщилась — уж больно вода была противной. «Возьми отпуск» — говорил здравый смысл. «Не мучай себя и возьми отпуск» — говорила Алëна. Аня же умело от этих слов абстрагировалась. Не нравились они ей. Словно отпуск не сулил за собой совершенно ничего хорошего. Вот бы так же по щелчку пальцев можно было абстрагироваться и от всех жизненных проблем. Жизнь была бы куда проще. К приезду домой силы были на минимуме. Щербакова стянула с себя пиджак, небрежно повесила его на вешалку и рухнула на кровать прямо в рабочей одежде. «Помнëтся же». «Ну и плевать» — проследовали две мысли одна за другой. В любом случае завтра выходной, а уж постирать и погладить одежду за пару дней можно успеть. Аня проваливается в сон, оставшись лежать в форме звëздочки, так и не переодевшись. И как на зло снится ей только работа, работа и ещё раз работа. Она машинально водит рукой по бумагам, выслушивает своих клиентов, выписывает препараты. Вырывает из сна громкая музыка из машины, проехавшей прямо под окном. Анна мысленно благодарит свою привычку проветривать помещение. Она подходит к окну и вдыхает холодный воздух. Смотрит на проезжающие машины, прохожих. И чувствует, насколько сильно погрязла в работе. Она боится себе признаться в том, что работа делает ей отнюдь не лучше. Избавляет от серых будней — да. Избавляет от осенней хандры — да. Вот только ни организм, ни ментальное состояние ей спасибо не говорят. Закрывает окно и идëт на кухню, чтобы налить воду из графина. Она смотрит на часы и осознаëт, что проспала всего час. Тем не менее этого хватило чтобы головная боль улеглась, а тело перестало ныть.
