In too deep

      Как только они вернулись в свои комнаты, настала очередь Нила беспокойно расхаживать по комнате, пока Эндрю отдыхал на диване.       — Что это значит? — спросил он, услышав, как истерически звучал его голос, но не в силах совладать с ним. — Эндрю, что это значит?       — Это значит, что мы можем вернуться домой, — невозмутимо заявил он, лениво и беззаботно скрестив руки на груди, отчего Нилу захотелось закричать.       — Это то, что ты хочешь? — спросил Нил, желая знать, может ли он получить это, действительно получить это.       — Это то, что ты хочешь, — сказал Эндрю, пожав плечами.       — Я не о себе спрашиваю, — настаивал Нил. — Я понятия не имею, будем ли мы вообще рады возвращению в команду. Мы уехали в середине сезона. Мы нарушили наши контракты.       — Какая разница? — сказал Эндрю. — Ты богат. Кому нужен Экси, когда ты независимо богат.       Нил не удосужился напомнить Эндрю, что он играет в Экси не из-за денег.       — Я не богат, — сказал он вместо этого.       Эндрю усмехнулся и махнул рукой в сторону их большой, искусно украшенной каюты, на этаже, полном пустых комнат для гостей.       — Мой дядя богат, — поправил Нил.       — Так говорят богатые люди, — сказал Эндрю. И он не ошибся, но все же.       — Его деньги связаны с обязательствами, — сказал Нил. — Независимо от того, признает он это или нет. Я был должником всю свою жизнь. Отец планировал отдать меня Морияма, но мама украла деньги. Теперь Стюарт вернул долг, но я все ещё должен ему за все. Я не собираюсь ничего добавлять в свою бухгалтерскую книгу.       Эндрю молчал. Он просто смотрел, как Нил рухнул на диван рядом с ним.       — Скажи мне, что мы не можем этого сделать, — жалобно сказал Нил. — Я не могу позволить себе поверить, что это возможно, если это не так.       — Ты тот, кого они пытаются убить, — сказал Эндрю.       — Говорит тот, в кого стреляли, — сказал Нил.       Эндрю пожал плечами, и это действие становилось для него менее болезненным.       — Ты бы вернулся? — спросил Нил, нуждаясь в ответе.       — Мне все равно, куда мы пойдем, — сказал Эндрю.       — Я знаю, что это неправда, — сказал Нил.       — Я не могу играть в Экси в любом случае, — сказал он. — Нет, пока мое плечо не заживёт, а может быть, даже не тогда. А это значит, что моя сделка по получению Аароном и Ники мест в команде недействительна. Так что их либо исключат, либо они заработают себе место.       — Экси — не единственная причина, по которой я хочу вернуться, — сказал Нил. — И тебе не нужна сделка, чтобы хотеть быть со своей семьей.       — Мы их уже оставили, — сказал Эндрю.       И в этом была суть вопроса. Нил задавался вопросом, захотят ли они его вернуть. После Балтимора Эндрю был первым, кто сказал Нилу, что он может остаться. Остальные Лисы согласились, но теперь у Нила не было возможности узнать, простят ли они его снова. А вот с Эндрю все было иначе.       — Твоя семья не собирается отвергать тебя, — сказал Нил. — Не после всего.       Эндрю молчал. Нил откинулся назад и позволил мыслям кружиться у него в голове. Он пожалел, что не выпил напиток, который предложил ему Стюарт.       — Тебе не обязательно решать прямо сейчас, — сказал Нил, чувствуя себя измотанным. — Но мне нужно знать, что ты хочешь сделать. Потому что я никуда без тебя не пойду.       — Заткнись, — сказал Эндрю без жара. — Я не собираюсь вставать между тобой и твоим драгоценным мячиком.       — И я не собираюсь просить тебя вернуться, если ты не хочешь, — сказал Нил.       Джостен ожидал, что Эндрю будет насмехаться, швырять в него чем-нибудь или вообще игнорировать. Вместо этого Эндрю перевернулся, пока не оказался на коленях Нила.       — Каким-то образом то, что ты оставил всю свою жизнь позади, не избавило тебя от твоего комплекса мученика, — сказал Эндрю, положив руки на диван по обе стороны от головы Нила.       — Не всю мою жизнь, — сказал Нил. Эндрю посмотрел на него, но спорить не стал. — Я не оставлял тебя. Ты единственная причина, по которой я смог жить в Пальметто. И ты единственная причина, по которой я сейчас жив. Я не вернусь, если ты этого не захочешь.       — Я не заинтересован в том, чтобы ты следовал за мной повсюду, потому что ты думаешь, что ты мне должен, — прорычал Эндрю.       — Не поэтому, — сказал Нил. — Я сказал тебе, что не отступлю, если это будет означать, что я потеряю тебя, и я имел это в виду. Не требуй правды, если не можешь её принять, помнишь?       — Ты бесишь, — сказал Эндрю, наклоняясь вперёд, пока его дыхание не коснулось губ Нила.       — Мне это часто говорят, — сказал Нил. — Ты собираешься что-то с этим делать?       Они целовались с тех пор, как Эндрю был подстрелен, но не так, когда руки и рты двигались друг над другом, тяжело и быстро дыша. Нил старался не схватить Эндрю за плечо, но ни в чем другом он не был осторожен. Он прикусил губу Миньярда, застонал ему в рот и оттолкнулся от твердого веса его рук. Когда Эндрю позволил ему прикоснуться к своим волосам, он не был нежен.       — Если мы вернёмся, ты снова станешь блондином, — выдохнул Нил, когда Эндрю пососал его шею.       — Ты хочешь, чтобы я снова стал блондином? — Эндрю задумался. Он лизнул место чуть ниже уха Джостен.       — Может быть, мне это нравится, — признал Нил.       — Думал, ты нравишься мне только из-за силы моего характера, — насмешливо сказал Эндрю.       — Ммм, — сказал Нил, не сумев сосредоточиться. — Нет, это не так. Я должен был познакомиться с тобой первым. Но теперь, когда я тебя знаю, дело определенно не только в этом.       Эндрю отстранился только на несколько сантиметров, его руки все ещё сжимали плечо и талию Нила.       — Объясни, — сказал он.       Нил поймал его взгляд и оценил выражение его лица. Он казался искренне смущённым.       — Я не просто в восторге от твоей обаятельной личности, — сказал Нил с ухмылкой. — А также… Другими вещами.       — Какие ещё вещи, — выпалил Эндрю, не совсем вопрос.       Нил воспользовался ситуацией, чтобы наклониться вперёд и поцеловать Эндрю в шею. Он старался оставаться невозмутимым, но Нил слышал, как участилось его дыхание.       — Ну, ты уже знаешь о моем фетише на шею, — прошептал он коже плеча Миньярда.       — Да, да, — сказал Эндрю, немного запыхавшись. — Они могут видеть это из космоса. Это оно?       Нил был в восторге от мысли, что Эндрю хотел этого, хотел знать, каким Нил его видел, хотел услышать все, о чем он думал, когда позже вспоминал эти моменты.       — Я так же фанат твоих рук, — сказал он. — Раньше отвлекался, наблюдая, как ты поднимаешь тяжести в спортзале.       Эндрю усмехнулся.       — Ты этого не делал, — сказал он. — Твоя голова полна Экси.       — Кроме того, я отвлекался на корте, — сказал Нил, уткнувшись носом в раковину уха Эндрю. — Смотрел, как ты весь потный в воротах. Может быть, я пропустил пару пасов, потому что думал об этом.       — Может быть, ты просто ужасный нападающий, — сказал Эндрю, хотя Нил мог сказать, что у него ничего не вышло.       Нил фальшиво хмыкнул.       — Возможно, — сказал он. — Но я ужасный нападающий, который сходит с ума, думая о твоих пальцах у меня во рту и твоих руках у меня на горле. И меня это вполне устраивает.       Дыхание Эндрю сбилось, и он сильнее потянул Нила за волосы.       — Ты идиот, — выдохнул он, но не пытался помешать Джостену оставить метку на его здоровом плече.       — Ага, — прошептал Нил. — Постоянное присутствие рядом с тобой делает это со мной. Я хочу, чтобы ты трахнул меня так сильно, что это сделает меня идиотом.       Эндрю развернул их боком и одним быстрым движением толкнул Нила на диван, поморщившись от давления на его плечо, даже когда он прижался губами к губам Нила.       Нил никогда не мог понять, как Эндрю смог заставить ускользнуть весь остальной мир. Даже в чужой стране, вдали от всех, кого они когда-либо знали, в доме его дяди — босса мафии, пока Эндрю выздоравливал от огнестрельного ранения, его рта было достаточно, чтобы Нил забыл обо всем остальном.       Через минуту Эндрю стащил его с дивана и толкнул к кровати. Нил с радостью подчинился, по пути сняв рубашку. Он сидел, прислонившись к подушкам, чтобы Эндрю мог оседлать его колени и ему не приходилось ни на что опираться плечом.       — Я имел в виду то, что сказал в ванне, — прошептал Нил на ухо Эндрю. — Я не против просто вытащить тебя. Не навреди себе.       — Заткнись, — сказал Эндрю, но не шевельнулся. Его твердый член упирался в живот Нила.       — Могу я потрогать твою грудь? — спросил Джостен.       — Да, — прорычал Эндрю.       Руки Нила пробежались по мягким, теплым плоскостям груди Эндрю, щёлкнув большим пальцем по одному из его сосков, и был вознагражден вздохом.       — Могу я тебе помочь? — спросил он. — Моей рукой?       Последовавшая пауза заставила сердце Нила участиться.       — Ещё нет, — сказал Эндрю. — Сначала ты.       Он толкнул Нила обратно на кровать и стал спускаться по его телу, пока не обхватил Джостена одной рукой и не заглянул носом в выпуклость на его штанах.       — Черт, — выдавил Нил. — Ты можешь их снять.       — О, можно я? — дразнил Эндрю, но помог Нилу снять штаны и нижнее белье.       Рот Эндрю был ничем иным, как чудом. Нил никогда не уставал от этого. Картины карих глаз Эндрю с расширенными зрачками было почти достаточно, чтобы довести его до смущения быстро.       Все, что потребовалось Эндрю, это издать крошечный, почти незаметный стон вокруг его члена, чтобы Нил кончил ему в рот. У него даже не было возможности предупредить его, но Эндрю, казалось, не возражал.       Эндрю приземлился на спину рядом с Нилом, тяжело дыша. Джостен страстно поцеловал его, уже привыкший к этому вкусу.       Обычно Эндрю отталкивал Нила, чтобы он мог остаться наедине, но пока он никуда не собирался. Нил чувствовал, что он не определился. Он задавался вопросом, какую поддержку он мог бы предложить, не оказывая на него давления.       — Это определенно не только потому, что ты мне нравишься, — прошептал он. — Мне нравятся как минимум ещё пять человек, и я никогда не хотел их расстраивать.       — Вау, — невозмутимо сказал Эндрю, хотя эффект был омрачен его тяжёлым дыханием. — Целых пять человек. Ты такая шлюха.       — Ага? И сколько людей тебе нравится? — Нил издевался, стараясь не показывать, что сделал с ним Эндрю, назвавший его шлюхой.       — Ноль, — сказал Эндрю.       — Похоже, я нравлюсь твоему члену, — заметил Нил.       Миньярд пожал плечами.       — Эндрю, — прошептал он, наклоняясь ближе, но все же достаточно далеко, чтобы не касаться. — Я хочу подрочить тебе. Да или нет?       Эндрю повернулся, чтобы посмотреть на него, и Нил увидел что-то неожиданное в его глазах. Страх, может быть, или ожидание.       — Да, — сказал Эндрю, снова глядя в потолок. — Но больше нигде меня не трогай.       Сердце Нила забилось. Он действительно не думал так далеко вперёд. Он действительно думал, что Эндрю собирался сказать нет. И он определенно хотел этого, но не был уверен, что у него это получится.       Эндрю вытащил свой член из спортивных штанов. Было уже достаточно темно, чтобы Нил едва мог видеть, но он подозревал, что это помогает Эндрю сделать это, поэтому не стал жаловаться. Он просто протянул руку и коснулся.       Первые несколько касаний были пробными, но потом он нашел ритм. Эндрю не производил много шума, но ему было трудно оставаться на месте. Нил хотел услышать стон Миньярда, но боялся, что его вопрос разрушит тщательно выстроенное спокойствие Эндрю.       Нил отдернул руку, и Эндрю бросил на него вопросительный взгляд, но просто плюнул в нее и вернулся к своим делам. Эндрю издал тихий горловой звук, и Нилу захотелось вытатуировать его в своей памяти.       Эндрю схватил Нила за челюсть и сунул два пальца ему в рот. Джостен счастливо сосал, подстраиваясь под ритм своей руки. Дыхание Эндрю сбилось, а затем он задержал дыхание, кончив на руку Нила.       Как только дыхание Эндрю замедлилось, Нил отдернул руку и лизнул один из пальцев, все время наблюдая за лицом Эндрю.       — Ты отвратителен, — пожаловался он, но не смог скрыть, как расширились его глаза.       — Да, — сказал Нил, не раскаиваясь. Он сосал сперму с пальца и вытащил себя из постели.       Он намочил тряпку для мытья посуды и принес ее Эндрю, как обычно делал для него Миньярд. Потом он налил себе ванну. Он чувствовал себя взволнованным и живым от удовольствия видеть, как Эндрю кончает. Он немного беспокоился, что скажет что-то, о чем пожалеет.

***

      Нил проснулся от движения в постели рядом с ним. Эндрю сидел и тяжело дышал.       — Эндрю? — спросил Нил, моргая от тусклого света.       Как только он услышал его голос, Эндрю повернулся к нему и потянулся к его шее. На короткое сюрреалистическое мгновение Нилу показалось, что Эндрю действительно собирается его задушить. Но он просто провел большим пальцем по линии на горле Нила от ножа Лолы, которая теперь превратилась в тонкий розовый шрам.       — Я в порядке, — сказал Нил. — Она едва меня достала.       Пальцы Эндрю двинулись к другой стороне его шеи, затем вниз к груди. Он ощупал знакомые шрамы, от ключицы до грудины и до ребер. Нил предположил, что он проверяет наличие других свежих ран или, может быть, просто напоминает себе, кто лежит рядом с ним в постели.       — Она мертва, Эндрю, — прошептал он. — Как и Ромеро. Мы в безопасности.       — Ты бы не знал, что безопасно, если бы это надрало тебе задницу, — выпалил Эндрю. — Ты ни дня в жизни не был в безопасности.       — Я знаю, — сказал Нил. — Но это самое близкое, что я когда-либо получал. Я жив и я с тобой.       Эндрю, казалось, немного расслабился, но не переставал проводить руками по груди, рукам, лицу, шее Нила.       — Ты не можешь, черт возьми, сделать это снова, — сказал Эндрю.       — Что сделать? — спросил Нил, замерев. Он сделал что-то не так во сне? Переместился на сторону Эндрю?       — Убить себя, — сказал Эндрю. В его голосе было что-то грубое, чего Нил никогда раньше не слышал.       — Я этого не делал, — сказал Нил. — Я здесь, Эндрю. Я в порядке. Я жив.       — Ты был мертв, — настаивал Эндрю.       — Это был просто сон, — сказал Нил, лежа неподвижно и позволяя Эндрю прикасаться к себе, пока тот не удовлетворился.       В конце концов, Эндрю рухнул обратно на свою сторону кровати, но продолжал держать Нила за руку.       — Мы идём домой, — сказал Эндрю уже тише, но все так же свирепо. — Ты будешь играть в Экси, бегать по своим дурацким пробежкам и носить уродливую оранжевую одежду. Ты будешь жить своей жизнью. И если ты умрёшь на моих руках, я тебя убью.       — Хорошо, — сказал Нил, впервые за несколько месяцев почувствовав себя целым. — Чем ты планируешь заняться?       — Не быть подстреленным, блядь, — сказал Эндрю, уже на полпути к тому, чтобы снова заснуть. — Вот что я собираюсь сделать.       — Звучит неплохо, — сказал Нил. — Но ты тоже должен жить своей жизнью, Эндрю.       — Я подумаю, — выдохнул Эндрю в подушку. — Если Аарон не убьет нас обоих.       Нил усмехнулся и прислушался, как дыхание Эндрю выровнялось.