In too deep

      Нил сидел в комнате отдыха, Лисы занимали разные места по комнате. Даже первокурсники были там, хотя они, казалось, были озадачены тем, почему их вызвали в субботу, которым, очевидно, никто не объяснил ситуацию. Ваймак и Эбби стояли у стены на другом конце комнаты.       — Эм, привет, — сказал он, глядя на землю перед собой. — Итак, я должен вам всем объяснить.       — А, да, — сказала Элисон со своего места на одном из диванов. — Это мягко сказано.       Кто-то шикнул на нее. Нил не мог заставить себя осмотреть комнату.       — Я не знаю, с чего начать, — сказал он. — Вы все помните, когда я говорил о Лоле Малкольм?       Он взглянул вверх. Были некоторые бледные лица от старших Лисов, но первокурсники были сбиты с толку.       — Верно, — сказал он. — Итак, для тех из вас, кто не был здесь в прошлом году… Возможно, вы видели это в новостях. Меня зовут Нил Джостен, но я родился Натаниэлем Веснински. Мой отец был мясником из Балтимора. В прошлом году одна из его ближайшего окружения, Лола, похитила меня, чтобы убить.       Менее информированные первокурсники несколько раз вздохнули. Нил продолжал.       — В любом случае, мой дядя спас меня, и я заключил сделку с ФБР, — сказал он, пропуская целую кучу вещей. Как бы то ни было, они могли это погуглить, — Но несколько месяцев назад я узнал, что у ФБР недостаточно улик, чтобы осудить Лолу Малкольм. Поэтому они освободили ее.       Старшие Лисы были в разных состояниях ужаса. За исключением Аарона, который, к его чести, появился, но выглядел скучающим и раздраженным. Ники уже плакал. Дэн сжимала руку Мэтта.       — Я знал, что она попытается убить меня, — сказал он, чувствуя вес всех взглядов. — Она была зла на меня за то, что я убил моего отца. И… Она та, кто… — он указал на свое лицо, и несколько первокурсников зашипели.       — Итак, я сбежал, — сказал он. — Я знал, что если останусь здесь, она найдет меня, и я не хотел, чтобы кто-то ещё пострадал. Я хотел просто попытаться уйти достаточно далеко, чтобы вы все были в безопасности, но, Эндрю…       Он взглянул на Миньярда, который бесстрастно смотрел в стену, скрестив руки на груди рядом с Аароном, сидевшим как можно дальше от него на маленьком диване.       — Я позволю Эндрю рассказать свою сторону, если он хочет, — решил он. — В любом случае, мы сбежали. Лола и ее брат догнали нас. Была драка. Эндрю получил… травму. Дядя согласился нам помочь. Он позволил нам остаться с ним в Великобритании, пока здесь снова не станет безопасно. И теперь это так. Итак, мы вернулись.       Он поднял глаза. Все смотрели на него с разными выражениями. Он не был уверен, кто из них причинял больше боли, злые или те, кто смотрел на него, как на потерянного щенка.       — Мне жаль, что я подверг вас опасности, — сказал он. — Эндрю ни в чем не виноват. — Миньярд усмехнулся, и Нил проигнорировал его. — И он заслуживает место в команде. Но если вы не хотите, чтобы я был здесь, я уйду. Я ожидал, что уже умру, так что. Это просто лишнее, я думаю.       Закончив говорить, он скользнул на ближайшее к нему сиденье и опустился так глубоко, как только мог, не выглядя так, будто прячется. В комнате было жутко тихо, и ему хотелось, чтобы все перестали смотреть на него.       — Эндрю? — сказал Ваймак со своего места на стене. — Есть что добавить?       — Нет, — сказал Эндрю.       — Может быть, ты хочешь объяснить, почему ты пошел с Нилом? — подсказал он. Эндрю закатил глаза. — Он выглядит так, будто может позаботиться о себе?       Казалось, все приняли этот ответ, который Нила немного оскорбил.       — А твое плечо? — спросил Ваймак.       — Не волнуйся, тренер, — сказал Эндрю, похлопывая его по плечу другой рукой. — Пуля прошла навылет.       Это очень быстро нарушило тишину.       — Кто-то подстрелил тебя? — крикнула ему Дэн.       — Думаешь, женщина, нанесшая Нилу эти ожоги, будет колебаться, прежде чем стрелять в кого-нибудь? — сказал Ники, все ещё со слезами на глазах.       — Ты можешь играть? — спросил Кевин. Эндрю шлепнул его по руке, и это звучало так, будто это было больно.       — Он имеет в виду, — сказала Эбби, бросив взгляд на Кевина, — ты в порядке, Эндрю?       — Могло быть хуже, — сказал Миньярд. — Нил очень хорошо меня подлатал.       И снова все взгляды были прикованы к Нилу.       — Ты позволил Нилу зашить тебя? — закричал Мэтт. — Я имею в виду, без обид, Нил, ты знаешь, что я люблю тебя, но все же.       Джостен собирался сказать что-то о том, что он никогда не заявлял, что у него это хорошо получается, и просто пытался удержать Эндрю от кровотечения, но выражение любви Мэтта застало его врасплох, и он задохнулся от своих слов.       — Расслабься, — сказал Эндрю. — Как только мы добрались до Великобритании, врач перешил швы.       — Мы очень рады, что ты в порядке, Эндрю, — сказала Рене с безмятежной улыбкой.       Там много ропота, некоторые в согласии, некоторые менее чем уверены.       — Хорошо, — сказал Ваймак, хлопнув в ладоши, как он делал, чтобы привлечь их внимание перед тренировкой. — Нам есть что обсудить. Нил и Эндрю, Эбби вас осмотрит, — Нил попытался возразить, но Ваймак поднял руку. — Это не подлежит обсуждению.       Нил кивнул и последовал за Миньярдом в кабинет Эбби.       — Хорошо, мальчики, — сказала она. — Если кто-то из вас хочет немного уединения, другой может подождать в кабинете Дэвида.       Джостен посмотрел на Эндрю, которому, казалось, было все равно, поэтому он покачал головой.       — Отлично, — сказала она. — Нил, давай начнем с тебя.       Он сел на стол и снял рубашку, привыкший к ее осмотрам.       — Для протокола, — сказал он, — на самом деле я даже не был ранен. У меня был порез на шее, который зажил. В остальном у меня все хорошо.       Эбби сосредоточенно хмыкнула, обходя его вокруг, тщательно его осматривая.       — Мне нравится, — сказала она. — Давай посмотрим на твою шею.       Он указал на порез, и она наклонилась, чтобы рассмотреть поближе.       — Ты прав, он хорошо заживает, — сказала она. — Что-нибудь ещё?       — Нет, — сказал Нил, стремясь спрыгнуть со стола для осмотра. Эндрю занял его место.       — Можешь снять для меня рубашку? — спросила она.       Эндрю кивнул. Нил выступил вперёд и предложил помощь. Миньярд протянул руки, пока Нил стягивал рубашку. Они делали это много раз в этот момент.       Эбби нахмурилась, когда взглянула на рану. Теперь рана была гораздо менее устрашающей, а синяки вокруг нее почти исчезли. Швы рассосались, и Эндрю больше не нужно было носить повязку. Тем не менее, это было пулевое ранение. Это было некрасиво.       Как только она убедилась, что рана чистая и, кажется, заживает, она махнула Нилу вперёд, чтобы помочь ему снова надеть рубашку.       — Я все же хотела бы, чтобы вы увидели моего коллегу, о котором упоминал Дэвид, — сказала она. — Вероятно, он захочет сделать рентген и, возможно, компьютерную томографию, просто чтобы убедиться, что нет повреждений опорно-двигательного аппарата или осколков от пули. Я назначу вам встречу, как только она будет доступна. И, конечно же, ты не сможешь играть, пока мы оба не осмотрим тебя.       Эндрю кивнул.       — Хорошо, тогда, — сказала она. — Я очень рада, что вы оба в порядке.       Нил посмотрел на свои руки.       — Я собираюсь проверить, как у них там дела, — сказала она, указывая на дверь. — Почему бы вам двоим не остаться здесь, а я приду за вами, когда они будут готовы?       Когда они оба согласились, она вернулась в гостиную, закрыв за собой дверь.       Эндрю откинулся на смотровом столе, лег, подперев колени. У них обоих был джетлаг, а в Великобритании было уже поздно. Пока они ждали, он теребил свои нарукавные повязки.       Нил просто хотел, чтобы этот день закончился. Он хотел найти место, где он мог бы поспать около 15 часов, прежде чем ему снова придется иметь дело со всем этим. Что бы они ни говорили, у него больше не было сил реагировать эмоционально. Придется подождать до завтра.       Вскоре в дверь постучали два раза. Нил открыл ее и направился в гостиную, Эндрю последовал за ним.       Ваймак занял место Джостена в комнате отдыха и держал знакомый блокнот.       — Хорошо, — сказал он. — Единогласным решением, — усмехнулся Джек, один из первокурсников, но Ваймак проигнорировал его, — «Лисы» решили разрешить вам обоим вернуться в команду при условии, что вы сдадите медосмотр.       Нил был сражен. Ему казалось, что он вот-вот потеряет сознание от истощения или стресса, или от того и другого одновременно. Невероятно, он чувствовал, что вот-вот заплачет. Он слишком мало спал, чтобы справиться с этим прямо сейчас.       — Ну, ты его сломал, — сказал Эндрю из-за его спины. — Большое спасибо, тренер. После всех усилий, которые я приложил, чтобы удержать его в целости и сохранности.       Ваймак пожал плечами.       — Это твоя работа, Миньярд, а не моя, — сказал он. — Я просто решаю, кто выходит на корт.       Нил упал на ближайший стул и уронил лицо на ладони. Он игнорировал остальную часть разговора, пока Ваймак не вернулся в свой кабинет, а остальные Лисы не были распущены. Потом он почувствовал руку на своем плече.       Когда он поднял взгляд, Дэн и Мэтт стояли над ним с одинаковыми сочувствующими лицами. Он не мог этого вынести, поэтому снова опустил голову. Они оба наклонились, чтобы обнять его, и все, что он мог сделать, это позволить им.       — Давай поговорим завтра, хорошо? — сказала Дэн, и Нил жалобно кивнул. — Ты можешь прийти к нам в комнату, когда захочешь.       В конце концов Эндрю схватил его за руку и потащил к «Мазерати».       Как оказалось, их комната в Лисьей башне осталась почти такой же. Вещи Кевина заняли шкаф, а ванная была довольно грязной, Нил раньше не знал, что Эндрю убирал ее, но кровати Нила и Эндрю остались прежними.       Миньярд тут же рухнул на нижнюю койку, не удосужившись раздеться или залезть под одеяло. Но прежде чем Нил сделал то же самое, он подошел к шкафу. Покопавшись в задней части, он нашел толстовку, которую оставил. Он поднес его к лицу. До сих пор пахло им.       Он надел её и направился к кровати. Когда он начал забираться на верхнюю койку, Эндрю сказал:       — Не смей, Джостен.       Его голос был приглушен, так как его лицо было прижато к подушке, но его мысль была ясна.       Нил упал на нижнюю койку рядом с Эндрю, который приложил титанические усилия, чтобы дать ему место. Оба заснули при включенном свете.

***

      Было далеко за полдень, когда Нил проснулся.       Он был один в постели Эндрю. Подушка пахла его шампунем. Было странно, как много он чуял запах Миньярда, хотя тот был с ним все это время. Здесь было насыщенно от стольких часов сна на одном и том же месте.       Из гостиной доносился шум, но Нилу потребовалось много времени, чтобы вдохнуть аромат и насладиться пребыванием в знакомом месте, даже если это была двуспальная кровать в общежитии. На оранжевой толстовке Пальметто, которую он нашел вчера вечером, был номер его футболки. Нил Джостен, номер 10. Он был дома.       Наконец, он встал с кровати и, спотыкаясь, прошел в гостиную. Кевин сидел на диване и пил свой протеиновый коктейль на завтрак, а Ники рылся в их кухне.       — Доброе утро, солнышко, — позвал Ники. — Ты долго спал. Должно быть, сон был нужен.       Нил посмотрел на Кевина, но прежде чем он успел открыть рот, Кевин сказал:       — Он разговаривает с Аароном.       Вероятно, это было к лучшему, хотя он немного беспокоился об их безопасности. С травмой Эндрю они были немного более равными, но у Миньярда все ещё были свои ножи.       — Да, я подумал, что дам им немного места, — сказал Ники, наливая себе тарелку хлопьев.       Нил устроился на диване рядом с Кевином.       — Эй, — сказал он, — можно мне одну из них?       Кевин посмотрел на него поверх учебника истории, который он читал.       — Один из чего? — спросил он властно.       — Твои коктейли, — сказал Джостен, указывая на ярко-зеленую бутылку в руке Кевина.       Он слышал, как ложка Ники упала в его миску на кухне.       — Ты действительно хочешь одну из этих вещей? — Ники заплакал. — Нил, что они там с тобой сделали? Я знаю, что еда в Великобритании безвкусная, но ладно.       — Я скучал по фруктам по утрам, — сказал он. — Эндрю и я в основном питались закусками на заправке и вяленой говядиной в течение первых нескольких недель, а затем завтрак в Англии был полон углеводов и прочего.       Кевин выглядел так, словно вел внутреннюю войну между гордостью за то, что Нил попросил смузи, и отвращением к их безудержной диете.       — Тебе понадобится протеин, — сказал Кевин, небрежно указывая рукой на кухню. Нил встал и схватил одну из бутылок из холодильника. — Вы, вероятно, потеряли тонну мышечной массы, не тренируясь.       — Возможно, — признал Джостен. — Может, потренируемся позже? Если ты не занят?       Нил не упустил возбужденного блеска в глазах Кевина, но быстро подавил его.       — Конечно, — сказал он. — Но на учения лучше не жаловаться.       — Господи, — сказал Ники. — Это почти так же мрачно, как разговор Эндрю и Аарона.       Нил выпил немного своего смузи и включил телевизор, чтобы посмотреть одну из последних игр. Кевин одобрительно кивнул.       — Посмотри на технику, которую защитники Троянцев использовали против Шакалов, — сказал он. — Есть определенное движение, которое, я думаю, может быть полезно для Мэтта.       — Боже мой, я ухожу, — сказал Ники. — Я прослежу, чтобы мои дорогие кузены не убивали друг друга. Всем весело.

***

      Эндрю вернулся через пару часов и обнаружил, что Нил и Кевин валяются на диване вместе с ноутбуком Кевина, просматривая все игровые записи «Лисов» за семестр. Он бросил картонную коробку в голову Нила, но промахнулся и попал в Кевина. Джостен схватил его прежде, чем Кевин успел отбросить. Это был сотовый телефон такой же модели, как у Нила до их отъезда.       — Я уже дал Ваймаку твой номер, так что ты не можешь отключить его и притвориться, что у тебя его нет, — сказал Миньярд. Нил застонал. — И он хочет, чтобы мы пришли на корт, чтобы он мог поговорить с нами.       Они привезли Кевина на «Мазерати», чтобы он и Нил могли вместе потренироваться после разговора с Ваймаком. Он направился в раздевалку, чтобы переодеться и начать разогреваться. Нил и Эндрю пошли в кабинет тренера.       — Итак, — сказал он, глядя на них обоих поверх очков, для чтения и стопки бумаг, которые вот-вот упадут. — Мы должны выяснить, что мы собираемся сказать прессе по поводу вашего появления.       — Мы должны им что-то говорить? — спросил Нил.       — Что вы пропустили полсеместра в колледже и расторгли контракт без предупреждения и без видимой причины? — сказал Ваймак. — Да, я думаю, у них будут вопросы.       — Я так понимаю, об истине не может быть и речи? — Сказал Нил со вздохом, желая уже покончить с этим. Когда его заботило, что думает пресса?       — Серьезно? — сказал Ваймак, переводя взгляд с него на Эндрю. — Джостен хочет сказать правду?       Нил пожал плечами.       — Теперь это мое настоящее имя, — сказал он. — Так сказало ФБР. И мне действительно больше нечего скрывать. Лола мертва, у Морияма нет причин преследовать меня. Я должен не вмешивать в это дядю Стюарта, но в остальном все в порядке.       — Значит, мы скажем им, что вас пытался убить лакей вашего покойного отца-убийцы? — уточнил он. Нил кивнул. — А ее брат подстрелил Эндрю?       — Тебе решать, что ты хочешь сказать о своей травме, — сказал Нил Эндрю, а затем снова повернулся к Ваймаку. — Но я не понимаю, почему бы и нет.       — Ты забываешь ту часть, где ты убил Ромеро? — сказал Миньярд, и это уже звучало скучно, и это было примерно то, что чувствовал Нил. — Это может произойти, если ты начнешь болтать с прессой.       Ваймак прижал ладони ко лбу.       — Что я говорил о признании в убийстве у меня на глазах? — он застонал.       — Это было не убийство, — защищаясь, сказал Джостен. — Это была самооборона. Он выстрелил в Эндрю, и у него все ещё был пистолет.       — Насколько я понимаю, вы не сообщили ФБР об этом маленьком приключении? — спросил Ваймак. Молчание Нила было достаточным ответом. — И, я полагаю, вы не особенно хотите их вовлекать?       Нил вспомнил, как много-много часов он провел в комнате для допросов ФБР с Эндрю, ел закуски из автомата и спал на раскладушках. И это было, когда Нил не сделал ничего плохого. Он покачал головой.       — Верно, — сказал Ваймак. — Итак, мы могли бы придумать способ раскрутить это. Может быть, у вас были семейные обстоятельства, и вы взяли отпуск, чтобы погостить у дяди. По крайней мере, это часть правды.       Джостен предположил, что это не такая уж плохая идея.       — А Эндрю? — спросил он. — Зачем ему ехать со мной?       Ваймак только взглянул на Эндрю, который вздохнул.       — Мне все равно, — сказал Миньярд, упираясь ногами в стопку книг рядом со столом Ваймака. — Скажи им все, что хочешь, тренер. Они уже думают, что я убийца и неуравновешенный.       — Хорошо, так как насчёт того, чтобы я сказал им правду? — сказал Ваймак, бросив многозначительный взгляд в сторону Эндрю. — Что ты поехал с Нилом, потому что у вас есть отношения.       Желудок Нила скрутило. Эндрю и Ваймак устроили что-то вроде состязания в гляделки. Он не был уверен, кого он хотел победить или даже какие стороны были. Согласился бы Эндрю на что-то подобное? Он только под угрозой смерти признал, что не ненавидит Нила.       — Как я уже сказал, тренер, — сказал Эндрю ледяным голосом. — Мне все равно.       Нил знал, что лучше сейчас не смотреть на Миньярда, поэтому он снова повернулся к тренеру.       — Что с его плечом? — спросил он. — Управление захочет знать, когда он снова сможет играть.       — Никто не должен знать, что это была пуля, — сказал Ваймак. — Это твоя личная медицинская информация, Эндрю. Все, что мы им говорим, это то, что он получил травму во время вашей поездки и не вернется на корт, пока его не осмотрят наши специалисты.       — Ты действительно думаешь, что Управление разрешит нам вернуться в команду? — спросил Нил, снова засомневавшись.       — Когда вы ушли, я сказал им, что дал вам обоим отпуск на неопределенный срок, — сказал Ваймак. — Я для удобства умолчал, что вы исчезли, не сказав мне, куда направляетесь. Я хотел, чтобы у меня было место для размышлений на тот случай, если ты вернёшься.       Вчера, после целого дня неожиданной доброты, Нил был немного раздражен, и ему вдруг показалось, что у него что-то застряло в горле.       — Спасибо, тренер, — выдавил он.       — Не благодари меня, — сказал Ваймак. — Просто сделай мне одолжение и помоги нам попасть на чемпионат в этом году. Я почти уверен, что если мы выиграем два трофея подряд, Совету будет все равно, если вы вдвоем убьете кого-нибудь на корте, лишь бы они окупили свои вложения.       — Я сделаю все, что в моих силах, — сказал Нил.       — А ты? — сказал Ваймак, указывая пальцем на Эндрю.       — Тренер! — сказал Эндрю в притворном шоке, — Я всего лишь бедный раненый инвалид. Вы не можете ожидать, что я буду давать обещания, которые не могу выполнить.       — Я не прошу тебя делать что-то, чего ты не можешь сделать, — сказал Ваймак. — Просто делай все, что говорит доктор, и надери задницу, как только выздоровеешь.       Эндрю перекинул стопку книг, вставая со стула.       — Кстати говоря, — сказал он, выходя из двери, — я опаздываю на встречу с Эбби. Я верю, что Нил сможет позаботиться о пиаре. Он такой милый перед камерами.       Джостен закатил глаза и откинулся на спинку стула, а Эндрю закрыл за собой дверь.       — Этот парень получил пулю за тебя, — сказал Ваймак с изумлением. — Я никогда не пойму вас двоих.       Нил ничего не ответил на это.       — Я должен спросить, — сказал Ваймак, выглядя так, будто ему очень не хотелось спрашивать. — Вы согласны с этим планом? В том числе рассказывать прессе о вас с ним? Мы можем придумать другую историю, если вам некомфортно.       После всего дерьма, которое он устроил, Тренер все ещё спрашивал его, не против ли он выйти на национальную сцену и выставить свои отношения на всеобщее обозрение. Отношения, которые Эндрю вообще отказывался называть отношениями. Это была любезность, которую он не был уверен, что заслужил.       — Меня это устраивает, если Эндрю согласен, — честно сказал он. — Он бы не согласился, если бы не мог с этим справиться.       — Я спрашиваю, с чем ты можешь справиться, — сказал Ваймак.       Он смотрел на Нила так же, как когда делал что-то для собственного блага Лисов, что, как он знал, им не понравится. Обычно он смотрел на Нила таким взглядом, когда пытался сделать что-то хорошее, что всегда заставляло Нила немного нервничать.       — Как ты и сказал, тренер, — сказал Нил, — он получил за меня пулю. Что такое заявление для прессы по сравнению с этим? Я хочу рассказать как можно больше правды. И правда в том, что без Эндрю я был бы мертв.       Ваймак долго смотрел на него, и Нил раздражался от такого внимания. Он хотел, чтобы этот разговор, все эти разговоры закончились. Ваймак, похоже, согласился. Он выглядит так, как будто он постарел на десять лет за последние несколько месяцев.       — Хорошо, — сказал он. — Я поговорю с Управлением и напишу заявление для прессы. У вас и Эндрю будет возможность просмотреть формулировку до того, как она будет опубликована. Я бы посоветовал вам серьезно подумать о том, что это будет означать. — Вы, вероятно, будете получать вопросы об этом до конца своей карьеры.       — Я не могу говорить за Эндрю, но мой ответ будет таким: тот факт, что у меня вообще есть карьера, — это чертово чудо, — сказал Нил. Он встал и завис в дверном проёме. Чем дольше он сидел здесь, пока Кевин ждал его на корте, тем меньше терпения у него оставалось на всякую ерунду.       — Ладно, иди отсюда, — сказал Ваймак. — Драматичный мудак.       Нил бросился в раздевалку и, едва дождавшись, пока закроется дверь, разделся и надел тренировочную форму.       Как бы он ни хотел выйти на корт, он хотел снова увидеть Миньярда, прочитать язык его тела и посмотреть, что он чувствует по этому поводу. Но дверь кабинета Эбби была закрыта, так что он, вероятно, все ещё был на приеме.       Эбби привела специалиста, чтобы поговорить с Эндрю о его плече. Они проводили его консультацию здесь, а не в больнице, потому что о его травме ещё не было объявлено.       Нил направился к корту и обнаружил, что Кевин занимается одиночными упражнениями. Это было то же самое, что и их ночные тренировки. Как будто время не шло. За исключением того, что Кевину становилось лучше. Этой раненой рукой он делал броски почти так же часто, как и другой, и довольно точно. Это заставило Нила почувствовать себя немного лучше в отношении шансов Эндрю на возвращение полного диапазона движений.       Некоторое время он наблюдал за Кевином с внешней площадки, просто прислушиваясь к звуку мяча, эхом отдающегося от стен площадки.       Когда он открыл дверь двора, Кевин снова повернулся к нему и коротко кивнул, прежде чем снова сосредоточиться на своих упражнениях. Джостен встал рядом с ним и проверил, насколько хорошо он может работать после трёх месяцев без практики. Все было не так плохо, как он ожидал, но хмурый взгляд Кевина становился все хуже и хуже.       Нил чуть не улыбнулся, когда Кевин начал осыпать его указаниями и оскорблять, меняя их упражнения, толкая Нила все сильнее и сильнее. По нему пронесся знакомый огонь.       Это было то, для чего он был рожден — не для Воронов, как плата его отца Морияма, а для себя. Как только Кевин вышел, Нил пошел более окольным путем, но в итоге оказался в том же месте. Они оба могли свободно играть в игру, которую любили сами.       Нил подумал, не мог бы он помочь Кевину быстрее расплатиться с Морияма, уменьшить свой долг. Было несправедливо, что дядя Нила заплатил за свой путь к свободе, а у Кевина не было возможности сделать то же самое.       К концу тренировки он весь вспотел, у него все болело, и он был готов рухнуть на пол корта. Эндрю ждал их на трибунах. Знакомая сцена заставила Джостена ухмыльнуться, когда он плюхнулся на сиденье рядом с Эндрю.       — Ты отвратительный, — сказал Эндрю, указывая на тренировочную майку Нила, которая полностью прилипла к его груди от пота.       — Тебе нравится, — сказал Нил. Он не мог перестать улыбаться.       — Иди прими душ, — сказал Эндрю, вставая и направляясь в комнату отдыха. Джостен отметил, что не возражал.