не случайно

— Мне дурно, — ныл Сынмин, демонстративно хватаясь за голову. — И все из-за тебя, охмуритель хренов. — Я просил тебя сделать вид, что ты пьян, а не напиваться на самом деле, — Хенджин вглядывался в поток проходящих мимо студентов, надеясь увидеть Феликса. Он, конечно, довез его вчера до дома и долго извинялся за то, что им пришлось так несвоевременно прерваться, однако, мало ли что тот мог надумать за ночь? Вдруг решил, что такой проблемный перепих ему не нужен? — Я стремился к правдоподобности, — буркнул Сымнин. — К похмелью ты стремился, — парировал Хенджин, поморщившись. Задницу он вчера все-таки опарил… Ну, а кто бы на его месте нет? Если учесть, что сначала они с Феликсом катались на мотоцикле, потом сидели в кафе, потом гуляли, а затем, даже дома, Хен оставался в чертовых штанах. Да и сегодня пришлось влезать в это орудие пыток. Но он готов терпеть столько, сколько потребуется. — Я, между прочим, тебе помогаю, — друг несильно ударил его кулаком в плечо, — а ты, вместо благодарности, глумишься. — Ты вообще опоздал! — возмутился Хенджин. — Я ждал тебя на десять минут раньше! Да я чуть не сдох от возбуждения, пока ты соизволил прийти. И это правда. Как он смог сдержаться и не трахнуть такого жаждущего, расхристанного Феликс, Хенджин и сам не понимал. Это же ёбанное совершенство! Он реально должен был помереть от обезвоживания, учитывая, как истекал слюной и смазкой на безупречно прекрасное тело, на то, как красиво стонал и всхлипывал Феликс . Тот идеально смотрелся в его руках, отвечал так искренне на каждую ласку… Господиблять! От одних только воспоминаний член начал заинтересованно твердеть, и Хенджин попытался прогнать из головы слишком уж горячие образы, но куда там? Не думать о Ли Фелике и раньше не особо получалось, а уж теперь, после того, как он целовал, прикасался, видел, как красиво тот кончает, чувствовал запах его возбуждения, ощущал, как тот дрожал в его руках и слышал сбитое дыхание, это и вовсе перешло в категорию невозможного. Доставив Феликса домой, Хенджин вернулся к себе и дважды подрочил в душе, перед тем как лечь спать. Но утром все равно проснулся с влажным бельем — как подросток в пубертате, честное слово. Что-то подсказывало Хенджину, что когда они с Феликсом все же дойдут до секса, он обкончается раньше, чем успеет вставить. Вот позор-то будет… Сделав мысленную зарубку дрочить минимум пару раз в день, чтобы не лохануться в самый ответственный момент, Хенджин уже собрался было пойти на пары, как услышал оклик. — хён, привет, — Феликс махнул рукой, привлекая внимание. Дебильная улыбка сама наползла на лицо. «Хён»… Как потрясающе это звучит от Феликс. — Привет, — поздоровался он и внаглую вклинился в личное пространство подошедшего к ним Чонгука, приобняв того за талию. — Я соскучился, — признался, чуть понизив голос. — А… д-да, — тот явно растерялся, совершенно не ожидая подобной демонстрации. А Хенджин что? А он ничего. Ему надо всеми правдами и неправдами заполучить этого первокурсника. Приходится наглеть. — Я тоже. Ёкнуло. Скорее всего, Феликс сам не понял, что ляпнул, но даже так Хенджин был доволен до ужаса. — Во сколько сегодня заканчиваешь? — притираясь ближе, поинтересовался невинно. — В четыре. — Хочешь, потом отвезу тебя домой? — предложил. Феликсу понравилось ездить на мотоцикле, грех не воспользоваться такой прекрасной возможностью. Тот вскинул на него загоревшийся взгляд, и Хенджин мысленно поставил себе памятник. — Да, — негромкое, и на секунду глянув на Сынмин, продолжил еще тише, будто стесняясь, — хочу. — Ты как-то не в духе, — Чанбин смотрел хитро-хитро, — неужели красавчик в кожаных штанах не смог тебя удовлетворить? Они сидели в столовой, и Чанбин, который благополучно проспал первые пары, соизволив прийти только сейчас, тут же пристал с расспросами. — Смог, — Феликс нахмурился пуще прежнего, — но не так, как я рассчитывал. — Хм, — задумчиво приложив палец к губам. — Секса не было? — Не было, — отрезал Феликс, тяжело вздохнув. Чанбин вопросительно вскинул брови, намекая, что ждет продолжения, и Феликс взялся неохотно пояснять: — Нас прервали на самом интересном месте… Сынимин заявился к Хенджин, своими ключами дверь открыл. Я еле штаны успел натянуть, чтобы не сверкать голым задом. — А, ну снять ты их все же успел. Уже хорошо, — глубокомысленно изрек Чанбин. — Ну чего ты пыхтишь? В следующий раз все получится. — Я, знаешь ли, не планировал следующего раза, — не согласился Феликс. — Ну откажись тогда. — Так мы в итоге не переспали! Выходит, зря готовился… — Тогда встреться с ним снова, переспите. Закроешь там свой гештальт, и успокоишься. — Ладно, — не желая развивать тему, Феликс поднялся из-за стола. — Пошли на пары. Хотел бы Феликс злиться — на Хенджин, на эту дурацкую ситуацию, но не выходило. Слишком хорошо было вчера. И слишком сильно он предвкушал следующую встречу. Чанбин был абсолютно прав — Феликс и прежде хотел переспать с Хенджином, глупо отрицать, а после того, что было, ему хотелось еще больше. Нет, были мысли забить уже на все и вернуться к спокойной учебе, но… Хен неожиданно заинтересовал. Привлек внимание, разбудил любопытство. Даже не столько тем, что творил с ним перед зеркалом, сколько тем, что оказался совершенно не таким, каким представлялся ему прежде. Так что желание, помноженное на интерес, заставляли Феликса с нетерпением ждать следующей встречи. А Хенджин, как-то играючи, умудрился влезть в его жизнь и заполнить собой — на протяжении оставшихся до субботы дней, тот вел себя… как его парень. И Феликс… он просто не мог оттолкнуть. Понимал, что едва они переспят, все закончится, но отчего-то хотел еще и еще. Тот так легко читал его, будто раскрытую книгу, четко видел, когда можно подойти и обнять, а когда не стоит. А еще, то и дело касался… Иногда совсем легко, будто походя, а порой напористо и нагло, но каждый раз именно так, как было нужно Феликс. Черт, неужели он настолько очевидный В субботу, потратив на подготовку приличное количество времени, Феликс пожалел, что согласился провести свидание на роллердроме. Как он встанет на ролики, после небольшой растяжки, было совершенно непонятно. Невольно вспомнился член Хенджина, который Феликс, пускай, толком не видел, но ему хватило и контуров. Было очевидно, что там очень даже неплохо с размером, и весь этот самый размер сегодня будет внутри него. Блять… Ну зачем он думает об этом сейчас? — Ты сегодня не в кожаных штанах? — вырвалось у Феликса, едва он увидел Хенджин. Тот стоял, опираясь на свой мотоцикл и неспешно покуривал. Ноги облегали плотные джинсы. А жаль… Хотя, и в них Хенджин выглядел горячо, чего уж греха таить? — Извини, мой хороший, — ловким щелчком отстреливая сигаретный бычок прицельно в урну, — но кататься на роликах в коже невозможно. —Хенджин подошел близко-близко, обдавая запахом сигарет, и это отчего-то нравилось Феликсу. — Я обязательно еще надену те штаны для тебя, — пообещал негромко, слишком проникновенно для взбудораженного собственными мыслями Феликса, укладывая ладонь на его щеку, — когда захочешь. Феликс сглотнул и непроизвольно уставился на губы, проходясь языком по собственным. И только потом до него дошло, что он сам ждет поцелуя. Более того, хочет его. Но Хенджин ничего не делал, только держал за талию, не давая возможности отойти и ласково поглаживал его щеку большим пальцем. И чего, спрашивается, тянет, а? Очевидно же, что поцеловать собирался! Но не делает этого… Не вытерпев, Феликса сам подался вперед, касаясь губ Хенджин своими. А тот, выдохнув удовлетворенно, устроил обе ладони на спине Феликс, прижимая его к себе, и разомкнул губы, тут же ныряя языком в его рот. И ладно — да — это порясающе. Феликс немало целовался в своей жизни, но именно Хван Хенджин целовал так жадно, ненасытно, уверенно. Будто владел, будто имел, абсолютно не сомневаясь в том, что делает. У Феликса коленки так и норовили подкоситься, и это от одного лишь поцелуя! Он судорожно хватался за чужие плечи, чтобы не распластаться тут самым позорным образом. — Если ты, — оторвавшись от него, Хенджин уткнулся своим лбом в его и зашептал негромко, — меня сейчас не оттолкнешь, то вместо роллердрома, мы поедем ко мне домой. Да, блять! Чонгуку хотелось согласиться, одуряюще сильно хотелось. Наплевать на свидание, ролики и все остальное, и просто уже ощутить член Хенджина в себе. Но… — Я должен тебя обогнать, забыл? — быстро и коротко дыша, прошептал в ответ он, — уж слишком ты самоуверен. — О, — Хенджин улыбнулся и быстро мазнул по губам в коротком поцелуе, — хочешь меня победить? — Скорее, чуть посшибать самооценку, — он улыбнулся в ответ, — а то уж больно высоко. — Корона потолок не царапает, не бойся, — еще один поцелуй, — только не с тобой, Фелик сс. Ты в тысячу раз лучше меня. Это смущало. То, как откровенно Хенджин говорил подобное. Но… — С чего ты решил, что я лучше? — все же взяв волю в кулак и сумев отступить на несколько шагов, поинтересовался Феликс — Просто потому, что это так и есть, — легкомысленно ответил Хен. — Это аксиома. — Нет, — не согласился Чонгук, упирая руки в бока. — С чего ты вообще это взял? Стало как-то… обидно что ли. В смысле, он — Енбок лучше? Нет, он, конечно, понимал, что хорош почти во всем, за что бы ни взялся, но Хенджин ведь тоже! Какого черта тот принижает себя, когда так сильно нравится Фелику? — Ладно, — в глазах Хенджина блеснул огонек интереса. — Давай, попробуй перечислить, чем же я хорош. Феликс нелепо моргнул. Перечислить? Прямо вслух?.. — Ну, — он медленно выдохнул, решаясь, — ты очень красивый. — А на скептически изломленную бровь, добавил: — Что? Я серьезно говорю, ты красивее всех в универе! — Выпалил. А потом дошло… Бля. — Не красивее тебя, Феликсс, — Хеенджин усмехнулся, как-то уж очень развязно, так что у него сердце заколотилось, как сумасшедшее. — Но принимается. Это все? Неужели, кроме внешности во мне нет ничего? — Есть. Ты водишь мотоцикл, — Феликс не собирался так легко сдаваться. — Еще на роликах, как ты сам сказал, отлично катаешься. Судя по всему, играешь на гитаре. Любишь порядок. И… я раньше думал, что ты дурак, раз настолько хреново учишься, но теперь вижу, что это не так. Ты действительно начитанный и довольно умный. — О, откуда же такие выводы? — с лисьим прищуром, глядя на него, полюбопытствовал Хенджин. — Словарный запас, — признался Фелику. Он еще на прошлом свидании заметил, что у Хенджина нет абсолютно никаких проблем с тем, чтобы формулировать предложения, достаточно ёмкие. Тому вполне хватает слов. Более того, Хенджин прекрасно понимал, о чем говорит Ли, даже если он, увлекшись, начинал сыпать терминами. — Он у тебя достаточно богатый, чтобы понять, что ты немало читаешь. — Ты так расхваливаешь меня, что это почти смущает, — делая шаг к Феликсу. — Ты умеешь смущаться? — поинтересовался, напряженно глядя на приближающегося Хенджина. — Немножко, — Феликс чуть отступил. — Ну и куда ты опять убегаешь? — Я все еще хочу уложить тебя на лопатки, между прочим. — Я тебя тоже, — низким голосом ответил Хенджин. — Ты не о том подумал! — вскинулся Феликс. — А о чем я подумал? — пожирая его таким… раздевающим взглядом, что Феликс ощутил, как припекает щеки, и невольно отступил еще на шаг. — Я про ролики, — выдавил он. — Я тоже. — Ну… поехали тогда что ли? — он чувствовал себя будто кролик перед удавом. Хен смотрел так, словно уже раздел, нагнул и поимел прямо тут. А Феликс уже и сам готов был забить на все и поехать сразу к Хену. — Для этого тебе надо как минимум подойти ко мне, — усмехаясь, — и сесть на мотоцикл. А еще обнять меня за талию и крепко держаться. Кажется, эта поездка станет настоящей пыткой для Феликса… Хенджин с удовольствием наблюдал за Феликосом — растрепанным, влажным от пота, с сияющим взглядом и довольной улыбкой. Тот запыхался и тяжело дышал, но, кажется, не обращал на это совершенно никакого внимания. — Я выиграл! — аж лучась удовольствием от своей победы, — выиграл, хён! — Разогнавшись, Феликс не успел затормозить, и буквально влетел в руки поймавшего его Хенджин. — Мне просто слишком нравился твой вид сзади, — хохотнув, ответил он, любуясь счастливым Феликса. — Ой, не звизди, — неосознанно хватаясь за его плечи, — я слышал, как ты пыхтел сзади, стараясь угнаться за мной. — Я бы предпочел пыхтеть сзади по другому поводу, — опуская руки на обтянутые тонкой джинсой ягодицы и сминая их ладонями. — Интересно… — голос охрип, а в глазах полыхало адское пламя, — это по какому? Феликс подхватил игру, давая понять, что ему нравится этот, далеко не невинный флирт, и хеджин охотно продолжил соблазнять, нашептывая в самое ухо, практически касаясь его губами. — Когда я буду натягивать тебя на свой член, Феликсе, — прикусывая мочку и чуть оттягивая ее в сторону, чтобы тут же мокро зализать укус. — Можем и тут посоревноваться, если захочешь. — Н-нет, — безропотно отклоняя голову в сторону, чтобы Хеджин мог провести по шее языком. Солоноватый запах пота возбуждал, и он, не удержавшись, чуть втянул кожу губами, оставляя засос. Феликс застонал, совсем тихо, но так отчаянно… Черт! Как только у него будет возможность ласкать это потрясающее тело на постоянной основе, Хенджин зацелует, оближет его целиком. Везде оставит свои метки-укусы. — Я… Ты точно обгонишь. — Думаешь, буду быстрее? — Думаю, ты сорвешься. — Соревновательный дух? — Феликс стоял на роликах, так что Хенджин не составило труда, подкатить его еще ближе, так, чтобы потереть чужим, уже слегка заметным стояком о свое, втиснутое между ног, бедро. Туда-сюда. И еще раз. — Желание быть оттраханным. Грязные словечки в исполнении Феликса — это ебанный шедевр, сшибающий остатки воли. — О, нет уж, — он не пропустил, как Феликс непонимающе хлопнул глазами, — уж поверь, я продержусь столько, сколько надо. До тех пор, пока ты скулить подо мной не начнешь, Феликс… — Поехали к тебе, — потребовал Феликс. — Неужели и шанса взять реванш не дашь? — Поехали, говорю. Или, клянусь, нам придется заняться сексом прямо здесь. — Когда ты говоришь таким тоном, я совершенно не могу сопротивляться, — признался жарко, и, цапнув Феликс за запястье, потащил за собой. — Но трахаться с тобой впопыхах я не собираюсь. Так что, да, поехали домой.