На краю обрыва

Антон молча прошел в квартиру. — В ванную, — направил его Арсений и усадил на крышку унитаза. Он снял с него куртку и толстовку, обнажив торс. Молча, сразу просмотрел все ребра и провел по ним рукой, — Глубоко вдох сделай. Больно? Тот отрицательно помотал головой. Убедившись, что сильных травм на теле нет, он приподнял подбородок мальчика и рассмотрел опухшее лицо. Губы были разбиты, из носа текла кровь, синяки под глазами, рассечена бровь. Арсений вздохнул и смочил ватку перекисью Аккуратно стал смывать остатки грязи и крови с лица. Потом достал раствор бетадина и прошелся по всем ссадинам. Антон морщил лицо, но терпел. Это, по сравнению с избиением, было пустяком. Приведя лицо в более-менее человеческий вид, Арсений направил мальчика в комнату. Тот, прихрамывая, вышел из ванной. — Снимай штаны, ложись. Тот, не задавая вопросов, в одних трусах лёг на диван. Мужчина сел рядом и стал пальпировать живот. — Здесь больно? — Нет. — А здесь? — Нет. — Честно отвечай, пожалуйста! Это не шутки. — Честно, не больно. Арсений посмотрел на ноги, которые тоже были в синяках и вздохнул. — Вроде как ничего серьезного. Даже ребра целы. Я боялся, что будет хуже, — он сделал паузу, а потом тихо добавил, — я боялся, что тебя убили. Антон улыбнулся краем губ и закрыл глаза. — Что такое? Сознание теряешь? — Нет. Устал и замерз. — Что-то болит? — Поясница и голова. Арсений напрягся. — Поясница режет, тянет? — Тянет. Он потрогал лоб мальчика. Затем достал из аптечки градусник и поставил ему подмышку. — Что они делали с тобой? Где ты был? — Я вышел к вам и возле общаги ко мне подошли те двое. Сказали, что надо поговорить. Они посадили меня в машину. Увезли на заброшенный завод и заперли в сыром подвале. Приковали ногу наручниками к батарее. Арсений тут же посмотрел на щиколотку парня. Она была вся красная и кожа в некоторых местах стерта. Он вынул градусник. 37,9. Тяжело вздохнул и направился к холодильнику за мазью. — Я слушаю тебя, продолжай. — Вот. Там было холодно и сыро… — Извини, перебью. Ты на полу сидел? — Да. Арсений недовольно цокнул и замотал головой. Он выдавил на палец немного мази и нанес на щиколотку Антона. Тот зажмурил глаза. — Что дальше? — Они интересовались, где деньги. Били. Потом спросили про вас. — Про меня? - удивился Арсений. — Да. Поэтому будьте аккуратны. — Странно. А что спрашивали? — Есть ли у вас деньги, чтобы заплатить за меня и мой ли вы папа?! — А ты что ответил? — Сказал, что денег нет. Арсений недовольно вздохнул. — А еще у них в полиции все схвачено. Именно поэтому они меня и забрали, — добавил Антон. — Понятно. Ничего хорошего. Значит так. Пока ты живешь у меня. Диме напиши, что ты в больнице. Завтра как раз туда съездим, чтобы внутренние органы проверили, и все анализы сдадим. Так, давай в горячий душ. Сам сможешь? — Смогу. — Одежду в машинку брось. Постираю. Попробуй в туалет сходить по-маленькому. Антон встал с дивана, взял джинсы, и направился в ванную. Парень стоял под горячим напором воды и думал о том, что он наконец-то дома, его отпустили. И надеялся, что больше не тронут. Все тело болело от множественных побоев. Поясницу пронизывала тянущая боль, которая не давала возможности разогнуть спину. Общая слабость подкашивала ноги, но Антон не собирался поддаваться. Обернув полотенце на нижней части тела, он вышел из ванной. Арсений приготовил ужин и протянул ему свои шорты с футболкой. Тот оделся и сел за барную стойку. — Ну что? Получилось? — Да, только больно и… — И? — И у меня кровь. Арсений понимающе кивнул и вздохнул. — Завтра утром еще анализ мочи сдашь. Давай, кушай, — он придвинул ему тарелку с горячим, — ты вообще ел за эти дни? — Пить давали и какой-то хлеб. — В туалет хотя бы выводили? — Да. Три раза в день. — Подонки! Просто! Минус мочевой, почки и желудок. Я молчу уже про побои, — негодовал Арсений, — а как ты смог мне ответить на звонок? — У меня телефон лежал во внутреннем кармане куртки. Они меня завели в этот подвал, присобачили к трубе и ушли. Я сразу достал телефон, а тут вы мне звоните. Ответил и успел только сказать, что меня похитили, а дальше услышал шаги и спрятал мобильный. — Молодец, что ответил. А то я не знал где ты, что ты. Пытался искать через полицию, но сказали, что трое суток. — Это бесполезно. У них все схвачено. — Я уже понял. Арсений смотрел на то, как парень жадно ел пищу. Опухшее лицо, синяки на теле и уставший вид не могли оставить никого равнодушным. Он встал, подошел к Антону сзади и положил руки на плечи, а лбом уткнулся в затылок. Так тихо и медленно сказал. — Я очень испугался за тебя. Рад, что ты жив. Молодец, что пришел ко мне, а не в общагу, — и ушел разбирать диван. После завтрака, Арсений снова взял каршеринг и они с Антоном поехали в больницу. — Может я один по врачам похожу? - спросил Антон. — А что так? Я все равно уже здесь с тобой. — Мне не удобно как-то. — Не удобно что? Что я с тобой как родитель везде хожу или что я оплачиваю? — И то и то. — Антон! Во-первых, я сам распоряжаюсь своими средствами. И то, что я оплачиваю врачей или продукты не должно тебя волновать. Я так захотел, значит так и будет. А во-вторых, никогда не стесняйся своих родителей! Наоборот, ты должен гордиться и радоваться, что у вас есть возможность видеться, встречаться и ходить вместе где бы то ни было. Если они хотят с тобой сходить к врачу и поддержать, значит они тебя любят и им не все равно. Если они хотят погулять с тобой за ручку, значит они ценят время, проведенное вместе. Не лишай их возможности видеть в тебе ребенка, а себя - чувствовать ребенком в их присутствии. Пока они живы, цени их заботу и любовь! Антон внимательно слушал Арсения и прослезился. Ему так захотелось, чтобы мама была рядом. Чтобы обняла и пожалела. Чтобы папа решил все вопросы, а ему просто намазали коленки зеленкой. Видя глаза мальчика, полные грусти и слез, мужчина обнял его шею одной рукой. В такие моменты он чувствовал себя отцом и ему это нравилось. Пол дня ушло на разные обследования: рентген, УЗИ и прочее. Садясь обратно в машину, мужчина сказал. — Завтра получим анализы и посмотрим, что с твоими почками. Но меня радует то, что нет внутреннего кровотечения, органы целы. Только гематомы, синяки и растяжение мышц на щиколотке. Это все не так страшно. — Арсений Сергеевич? — М? - выруливая с парковки, ответил мужчина. — Спасибо, что возитесь со мной. Тот лишь улыбнулся в ответ. — Мне надо вещи забрать из общаги. — Напиши Диме, пусть он вынесет, и я заберу их. — Хорошо. Они подъехали к общежитию. Арсений припарковал машину возле соседнего дома и направился ко входу. Зайдя в здание, его встретила все та же женщина. — Вам кого? - недовольно поинтересовалась она. — Здравствуйте! - снова указал на ее невоспитанность Арсений, — ко мне сейчас спустятся. Та посмотрела не него поверх очков и молча продолжила разгадывать кроссворд. Вскоре спустился Дима с большим пакетом. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич. Вот! - он протянул ему вещи. — Привет. Спасибо большое. — Как там Антон? Он сказал, что у него аппендицит. Арсений внутри души удивился такому диагнозу, но на лице ничего не показал. — Нормально. Сегодня прооперировали, но какое-то время ему придется полежать еще. — А к нему можно? — Нет. Я вот вещи только передам через санитарку и все. Спасибо тебе, Дим. Не переживай, он скоро поправится. — До свидания. Они пожали друг другу руки, и Арсений направился обратно к машине. Садясь за руль, он с улыбкой сказал. — Аппендицит, значит?! — А что еще надо было придумать? — Да нет, нормально все. Поехали домой. Как только Антон занял горизонтальное положение, Арсений тут же вручил ему градусник. — Я сейчас должен уйти по делам. Ты потом мне напиши температуру, хорошо? — Хорошо. Мужчина забрал из чемодана еще один пакет с коробочками и вышел на улицу. Как только дверь подъезда за ними закрылась, на телефон пришел звонок. — Витя! - улыбнувшись, воскликнул Арсений. Они с Виктором вместе учились в институте. Оба любили врачебное дело и даже хотели открыть свою клинику. Но после выпуска, Виктор уехал в другой город, там была подходящая для него вакансия. А Арсений устроился работать в детскую поликлинику и по совместительству в школу, медработником. Какое-то время они еще встречались и общались, но с переездом в Израиль общение свелось к минимуму. — Как ты, дружище? - интересовался Арсений жизнью приятеля, — молодец! Поздравляю, семья это хорошо. Как работа, все там же? Ничего себе! Ну круто! Я? Да вот, прилетел на Родину в отпуск. Не, неделю гостил у родителей, а потом к другу приехал навестить, а заодно передать лекарства. А мы же сотрудничаем с Российскими больницами в крупных городах и вот я привез инъекции. Не, не фентанил. Он похож, действующее вещество одно и тоже, только дозировка разная и эффект другой немного. Слушай, ну у меня международное удостоверение, а потом все задекларировано. Сейчас, Вить, подожди, — Арсений нашел нужный каршеринг и сел за руль, — да, слушаю. Это из-за поставок. Стой, препарат котируется в России, проходит проверки, так что зря ты волнуешься. Ну да. Ладно, да! Давай, Вить! Рад был слышать тебя. Обязательно. В следующий раз, когда полечу в Россию - напишу тебе, встретимся. Да, давай, пока. Арсений положил трубку и прочитал смс от Антона «37, 3». Он ответил ему и уехал по делам. Вернувшись домой, мужчина занялся уборкой, стиркой и другими домашними делами. Антон лежал на диване и восстанавливал силы. Арсений запретил ему вставать, чтобы тот поскорее пришел в себя.