Глава 2
16 февраля 2023 г., 10:26
До Натаниэля доходили разные слухи. Он не знал точных границ территории, принадлежащей его отцу, и едва ли боялся Натана, но каждое напоминание о существовании его взрослой копии коробило Ната и заставляло скривиться.
— Блядство, — заключил Нат и сбросил выражение презрения со своего лица. Не так он хотел встретить свою недельную свободу от тупой рожи Рико.
На пару минут Нат задумался: не остановиться ли ему в каком-нибудь захолустном мотеле, где для снятия комнаты не нужны документы? Все же, его заселение в приличной гостинице могло вызвать множество вопросов у прессы, если какой-нибудь нерадивый сотрудник персонала по глупости выдал бы эту информацию в массы. С другой стороны, этим придется заниматься Рико. Натаниэля никогда не подпускали ближе, чем на десять метров к микрофону, знали: на язык он остр, а как начнет говорить — не заткнуть.
Долго подбирать место ночлега Натаниэль не стал — заселился в первый отель, выданный Гуглом. Бесплатный интернет, душ в каждом номере и мини-бар. На первое было насрать, а последние пункты порадовали. Нату порядком надоело отсутствие уединения в гнезде. Университет Эдгара Аллана имел хорошее финансирование, но тренер Тецудзи считал отдельные кабинки блажью. По этой причине Веснински всегда мылся последним. Конечно, и Тецудзи и Рико пытались добиться подчинения в этом вопросе, но Нат лишь послал их в пешее эротическое и продолжил мыться последним. С годами от него отстали (у Тецудзи было слишком много других забот, а Рико просто надоело бегать за Натом с угрозами).
Вторым приятным бонусом оказался мини-бар. Можно напиться в одиночестве. В одиночестве. Какое странное и недоступное слово — одиночество. Порядки Воронов обязывали постоянно находиться в компании их кислых рож. Выйти из гнезда можно было только в сопровождении как минимум одного Ворона, а внутри гнездо работало по партнерскому принципу — победы и поражения общие, наказания и поощрения тоже. Партнером Натаниэля оказался Жан Моро. О, Жан, его милый и несчастный партнер. Сколько раз ему влетало из-за Ната? А ведь он никогда не жаловался! А сколько он настрадался из-за Рико? Натаниэль видел как Рико измывался над ним, ломал самолюбие, кости и… пару раз заставал, как другие Вороны по его приказу насиловали Жана. Мерзость. Нату было мерзко не столько от самой ситуации, сколько от своего бездействия. Если он вмешается — Рико поймет, что ему не все равно. Рико сломает его самого. Пусть хоть один из них выплывет, чем оба утонут. Между тем, Натаниэль дал себе слово, если Жан не повесится преждевременно, то Нат обязательно вытащит его из этой дыры.
Натаниэль прилетел в Колумбию пятничным утром. Соблазн напиться в одиночку в номере был велик, но здравый смысл подсказывал, что ничем хорошим это закончиться не может. В компании Воронов Нат не пил никогда — предпочитал сохранять бдительность. Он пару раз выпивал в одиночку. Тайком выбирался в город и покупал водку с первым попавшимся соком. Он терпеть не мог водку. В такие моменты ему казалось, что слухи о нем были далеко не беспочвенными. Быть может, он действительно мазохист.
В любом случае Нат решил выпить в каком-нибудь баре или клубе — так у него будет стимул не переборщить с алкоголем.
Натаниэль завалился на просторную кровать, устланную белоснежным одеялом, и вздохнул со сладостным облегчением. Было так мягко и тепло… Выбрать светлую комнату стало лучшим решением в его жизни. После мрачного вороньего гнезда с жесткими кроватями — это было истинным наслаждением. Само нахождение над землей являлось для Натаниэля чем-то волнительным. Тому, кто вырос под землей, окруженный едкими комментариями и утомительными тренировками, каждый глоток свежего воздуха казался незаслуженной блажью. И все же, Натаниэль не был готов променять Воронов на кого-то другого. Возможно, он начал так считать за неимением альтернативы; а может, он просто не такой, как Кевин: не такой смелый, не такой значимый, не такой перспективный. Рико мог отпустить его на неделю в свободное плавание, потому что знал, что как только чистый воздух разорвет его легкие, Натаниэль прибежит обратно. В конце концов, Веснински любил только экси, у него не было больше ничего.
Натаниэль даже сам не заметил, как уснул…
Темное пространство разрывал резкий белый свет. В бескрайней пустоте не было ничего, кроме редких трещин, излучающих болезненное свечение. Нат шагнул вперед, но тут же встретился носом с какой-то преградой. Ударив о нее кулаком, он зарычал. По ту сторону прозрачного стекла появилась знакомая фигура: такая же рыжая макушка, такие же глубокие синие глаза, такие же израненные руки. Различие было только в одном — во взгляде. Его полная копия чуть склонила голову вперед и уткнулась лбом о барьер. Она улыбалась: беззлобно и умиротворенно.
— Сгинь, — Нат угрожающе ударил по стеклу в том самом месте, где оно соприкасалось с чужим лбом, но «копия» даже не шелохнулась.
— Я выберусь, как глубоко меня не сажай.
— Натаниэль, — с каждым мгновением Нат становился лишь злее, поэтому голос его дрожал. — Не. Смей. Мне. Мешать.
— Когда-нибудь я устану прятаться, Нат.
По пробуждению, Натаниэля бросило в жар. Какой… отвратительный сон. Он махнул головой, скидывая осадок от неприятного сна, быстро поднялся на ноги и рванул в ванную комнату. Просто плеснуть в лицо холодной водой не помогало, поэтому он выкрутил кран на полную и подставил под струю свою макушку. Напор ледяной воды неприятно ударил по голове, а брызги почти моментально пропитали его одежду, попутно залив ванную водой. Пятнадцати секунд хватило, чтобы прийти в себя и отключить воду. Весь мокрый и взволнованный, Натаниэль уставился на свое отражение в зеркале. Влажные локоны прилипли к коже, а широко раскрытые глаза будто потемнели. Сон. Всего лишь сон.
***
Натаниэль уже и не помнил, как попал сюда. Он выбрал это место, потому что здесь было до омерзения много людей и его рыжая макушка легко терялась в малом освещении помещения. Он не помнил, как попал внутрь, не помнил и названия заведения. Что-то безвкусное, связанное с сумерками. Обосновавшись на самом краю барной стойки, Веснински взял первый предложенный барменом коктейль. Он вцепился в бокал как в спасательный круг, через силу вдыхая воздух. Оглядываясь, Натаниэль старался выглядеть естественно и невозмутимо, хотя глубоко внутри он чувствовал себя крайне неуютно. Из-за громкой музыки и полной растерянности он не заметил, когда какая-то высокая фигура подошла к нему почти впритык. Умостившись на соседний барный стул, Николас Эстебан Хэммик обратился к Веснински: — Ты случайно не похищал звезды с неба? — обворожительно улыбаясь, Никки смотрел на ошеломленного Натаниэля. — Тогда откуда у тебя такие завораживающие глаза? Веснински облегченно выдохнул. Хэммик — защитник «Лисов» университета Пальметто. Кажется, Никки не признал в нем Натаниэля Абрама Веснински — лучшего защитника Воронов. Месяц назад стало известно о переводе Воронов в Юго-Восточный округ. Рико принял это решение после побега Кевина год назад. В тот день, когда Рико сломал ему руку, Натаниэль помог Кевину собрать вещи и добраться до аэропорта. Нат никогда не рассказывал об этом Рико и никогда больше не пытался связаться с Кевином, хотя что-то в груди ужасно ныло с тех пор. В этом сезоне Кевин официально присоединился к Лисам, а Рико решил сделать все, лишь бы убрать его с поля раз и навсегда. — Они такие, — Нат наклонился чуть вперед, — по той же причине, по которой ты оказался здесь. Мне повезло. Нат с наслаждением наблюдал за тем, как глаза Хэммика зажглись от какого-то детского восторга. Он был порядком пьян. Если Кевин тоже здесь, то этот парень обязательно приведет Натаниэля к нему. — Хочешь выпить? — ради такого дела Нат был не против потратиться, чтобы напоить Хэммика еще больше.***
Проведя половину вечера с Хэммиком, Нат порядком утомился. Он болтал так много, что в какой-то момент Ворон перестал его слушать. Лишь через пару часов затраченные средства оправдали себя — Нат заметил его. Тут же двинувшись в сторону удаленного столика, Натаниэль оставил Николаса позади. Кевин Дэй заметил его слишком поздно, чтобы сбежать. — Кевин, — Нат неопределенно фыркнул и обвел Дэя изучающим взглядом. — Бледный как поганка. Лисы тебя вообще кормят? — Н-натаниэль… — Кевин запнулся. Выговорить это имя оказалось для него куда труднее, чем ожидалось. — Не смотри на меня так, будто я причастен ко всем смертным грехам этого мира. Кевин тупо уставился на Веснински — точно олень в свете фар. Его угольные волосы слегка растрепались, хотя Натаниэль был готов поклясться, что даже так Дэй выглядит великолепно. Намного лучше, чем когда тот играл за Воронов. Взгляд медленно скользнул по скуле и приковался к римской цифре два. Натаниэль невольно коснулся уже своей скулы тыльной стороной ладони и потер «тройку». Они выросли вместе, вместе должны были покорять вершины экси. Это то, о чем мечтал Натаниэль. Возможно, если бы он хоть раз обмолвился об этом с Кевином, то последний остался… А теперь они находятся порознь. Если бы он мог броситься Дэю на шею, то уже сделал бы это. Бросился и попросил забрать его с собой. Но было уже слишком поздно, Кевин еще год назад сжег все мосты. Неосознанно рука Натаниэля потянулась к Кевину (он так хотел коснуться Кевина!), но, прежде чем ему удалось, его запястье кто-то перехватил. Нат захотел ударить себя по лицу. Он был так сосредоточен на чужой татуировке, что совсем не заметил, что рядом был кто-то еще. — Эндрю, — поначалу даже не удостоив названного взглядом, произнес Нат. — Приятно познакомиться. Лицо Ната исказилось в легкой улыбке, когда тот повернулся к Эндрю Миньярду. От этой улыбки Кевина перекосило еще больше. У Ната не было привычки улыбаться; сейчас улыбались лишь уголки его губ, пока глаза оставались такими же безразличными. Тряпичная кукла — первое, что приходило в голову при виде его лица. Казалось, для полной красоты картины, Нат должен был оголить клыки и перегрызть кому-нибудь глотку. Натаниэль не ожидал от Миньярда ответа, лишь расслабил руку и позволил голкиперу лисов отбросить ее в сторону. Натаниэлю было досадно, что он не может коснуться Дэя, но Нат понимал, что это вполне справедливо. Веснински прикинул, нужно ли ему что-то сказать напоследок. В последний раз обведя Кевина взглядом, Нат развернулся и последовал к выходу. Кевин окликнул его, а Нат по привычке остановился и, обернувшись через плечо, уставился на парня сквозь пару растрепанных прядей. Губы Дэя задрожали, но тот так ничего и не смог сказать. Натаниэль ушел.
