ab insidiis diaboli

      Время тянулось заросшей тростником непроходимой тропой. Преподаватели нагрузили студентов нежданными тестами, тренировки стали усерднее, а деятельность клубов свалилась на голову тяжёлым кирпичом. Фэнг полдня проводил в душных аудиториях, другую половину на поле. Эдгар не настаивал на его присутствии рядом. Экзорцист брал в руки толстые книги, садился на трибуны и листал страницу одну за другой. Иногда капитан отвлекался от тренировки, переводил взгляд на мрачного юношу и подолгу рассматривал.       Несмотря на загруженные будни, мысли Фэнга крутились вокруг объекта симпатии. Эзотерик искал аксессуар, подходящий сосуд, который смог бы сдержать силу Ронове. При этом вещица должна быть удобной для ежедневного ношения, так как Эдгар рассчитывал на постоянную поддержку демона. В общем, их приключения в каком-то смысле поставили на паузу. Сначала нужно разобраться с внешними поверхностными неприятностями в духе теста по экономике, а потом уже собирать остатки энергии и ехать в Мор.       Биби осталась наедине со своим кошмаром: мужчиной в тяжёлой обуви, чей силуэт окружала дымка тлеющих благовоний. Капризный сон возвратился, но с собой тот захватил тень сектанта. Образ чужака врывался в разум подобно волне раскалённой лавы. Девушка не могла объяснить, чем же настолько ужасным выделялся незнакомец. Он пугал, пугал страшнее певцов теней и ревущих призраков. К сектанту не было «особого» подхода. В сравнении с вооруженным безумцем, демон покажется ласковым щенком. — Я слышала, ты ищешь ему подарок, — завела диалог Тара, прислонившись тканью платка к холодному металлу трибун. — Ищу, — нехотя согласился Фэнг. Он растерянно поводил взглядом из стороны в сторону, но остальных жителей Песчаного района поблизости не обнаружил. — Могу помочь с этим, — томный голос гадалки утопал в грубых криках игроков. — На базаре моей бабушки полно интересных безделушек, — она прищурила хитрые глаза на манер хищника. — Мне нужны не просто безделушки, — раздраженно бросил капитан, тут же окликнув разгоряченного тренировкой Леона, чтобы тот держал себя в руках. — Знаю, поэтому и предложила помощь, — Тара отвечала с не меньшим раздражением. Казалось, разговоры с людьми вроде Фэнга её изрядно выматывали. — Если ты отвечаешь за мою сохранность, я согласен, — усмехнулся студент, стараясь перевести собственную дерзость в шутку. Неугомонный Бесёнок в глубине души побаивался ведьму. Ссориться с ней — себе дороже. — Сохранность ищи в Мор, — еле-слышно процедила гадалка. — В «Песочном» районе не главенствует Дьявол, — глаза Тары — бездонный океан, в нём можно тонуть до бесконечности, тянуть к воздуху руки, отчаянно звать на помощь, но в голове будут звучать лишь приглушённые глубокие слова. Рядом с ней внешний мир становился хлипкой картонкой. А Фэнг среди всего этого кукольного театра был самой жалкой пародией. — Встретимся после четвертой пары. Буду ждать на парковке, — напоследок бросила она, позволив капитану наконец зачерпнуть желанный воздух, вернуться в реальный мир.       День пролетел чередой сменяющих друг друга бессмысленных событий. Изнывая от безделья на лекциях, Фэнг рисовал рогатых чёртиков на полях тетради. Птицы в душе повисли в воздухе, качаемые из стороны в сторону резкими потоками воздуха. Всю последнюю неделю он ощущал себя гениальным учёным, чьи права на изобретение бессовестно присвоили. Всё идёт так, как и должно идти. Места действия размеренно сменяют друг друга: университет, поле, дом. У режиссёра либо проблемы с фантазией, либо ограничен бюджет.       Впервые намечалась смена обстановки. Кто знал, что судьба решит забросить его в «Песочный» район? Почему-то он испытывал муки совести, когда осознавал, что чувство близящегося приключения никак не связано с Эдгаром. Конечно, будущая покупка — сюрприз, а вслух о сюрпризах не говорят. В чём тогда интрига? И всё-таки, Фэнгу со своим синдромом «хорошего мальчика» в любовных делах никак не удавалось избавиться от неприятного чувства.       По окончании занятий старшекурсник поспешил скрыться на парковке, прекрасно зная, как Эдгар ненавидит толпы. Он всегда выжидал, когда спешащие посредственности разойдутся и позволят ему спокойно собраться. Шансов встретиться у них не было, оттого спокойнее. И откуда эта мысль, будто он совершает нечто криминальное? — Мы точно сможем найти что-нибудь подходящее? — поинтересовался капитан, наскоро запрыгнув в машину. — Должны, — сдержанно кивнула Тара. — На базаре полно древних артефактов, продают их специально для местных. Они ведь в каком-то смысле отделены от остального мира, — девушка положила сумку на колени. — Я могу выбрать музыку? — она прекрасно умела избегать ненужных бесед.       Фэнг поспешно кивнул в ответ. Песни Coldplay помогли юноше на время забыть о странном попутчике. Сказали бы ему месяц назад, что он будет ехать в одной машине с Тарой на окраины, чтобы выбрать подарок парню мечты, тот бы разразился заливистым смехом. Гадалка заранее предупреждала водителя о поворотах и скрытых дорогах, по которым можно было добраться до «сердца» непостижимого места. В какой-то момент, ведьме наскучило сидеть без дела и рассматривать знакомые места, и она потянулась к мешочку с картами. — Эй, убери это, — нахмурился бейсболист, смерив толстую колоду недовольным взглядом. — Не нравится, когда тебя пытаются узнать получше? — догадалась Тара. Глубокий голос девушки прекрасно сочетался со словами песни о красоте внешнего мира. — Это не так страшно, как кажется. Я ведь могу неверно трактовать карты, человеческий фактор никто не отменял, — ведьма ловко прошлась маникюром по идеально ровному срезу. Карты послушно выгнулись в ладонях хозяйки. Фэнг не мог отвлечься от дороги, но трюк его крайне впечатлил. — Ладно, будь что будет, — он протянул гадалке руку, не отводя взгляда от дороги.       Тара какое-то время заинтересованно разглядывала ладонь, словно умела читать причудливые линии на коже. Их характеры и энергия разнились, как небо и земля. Фэнг старательно скрывал от окружающих свою причастность хоть к чему-либо потустороннему, учёбу вывозил благодаря спортивной деятельности. Он на ходу сменял маски, подстраиваясь под окружающих, а интуицией пользовался лишь в моменты смертельной опасности. Тара же в открытую выделялась, никогда своих увлечений не скрывала и отказывалась участвовать во всём, что не затрагивало эзотерику или учёбу. Она гадала девушкам в туалете, не приходила на пары, стоило соседским петухам разораться, а часам остановиться. Фэнг видел в ведьме ту часть себя, которую всегда прятал, потому и в глаза ей не смотрел.       Тара умело перемешала карты, опустив веки. Длинные накрашенные ресницы затрепетали от предвкушения. Больше всего девушке нравился не сам процесс гадания, а последующая трактовка. Карты расползлись по коленям стройным рядом одинаковых рубашек. — Твоя подруга? — усмехнулась гадалка, перевернув первую карту. Смерть. — Да, ходим изо дня в день за руки, — хмыкнул Фэнг и резко свернул направо. — Боюсь, как бы Эдгар не начал ревновать. — Действующие лица: Маг, Сила и Страшный суд, — строго объяснила гадалка, проводя кончиками пальцев по двадцатому аркану. — Мертвецы восстают по твоему зову. — Знаю, — капитан лениво взъерошил волосы. — А девушка со львом — Биби? — догадался он, стараясь не уделять чрезмерное внимание недоступному мастерству. — Верно, — ведьма с удовлетворением дотронулась до кромки одной из любимых карт. — Маг преобразует окружающую действительность под себя, в его руках чаша и жезл. Он готов к трудностям, ступает на непроходимый путь. — Я верю, что Маг справится, — неловко добавил Фэнг, не отвлекаясь от дороги. — Страшный суд порождает события, на которые влияет волшебник, — перебила Тара. — Он открывает новые способности, трансформирует личности окружающих. В какой-то степени, символизирует конец неудачам. Умершие открывают гробы и восстают, дабы закончить нерешённые дела. Тебе предстоит их судить, — заметила гадалка, выдерживая внимательный взгляд водителя. — Не то, чтобы я хотел, — отрешенно буркнул бейсболист. — Придётся, — настояла ведьма под громкий вздох однокурсника. — Это ты их разбудил. Сила в данном случае закрепляет союз Мага и Страшного суда. Она стоит за их спинами, поддерживая, даруя преимущество. Тройка воды, — она указала водителю на трёх праздных дам, поднимающих чаши к небесам. — Сильный союз. — Всё это я знал и до гадания, — фыркнул Фэнг, снижая скорость. Вид за окном сменился с яркого листопада на безжизненную пустыню. — Куда дальше? — Налево, — подсказала девушка. — Ох, — пышные ресницы взмыли вверх, Тара сильно удивилась вытянутой карте. — Что за император? — растерялся капитан.       Полы красного плаща идеальными линиями струились по плечам монарха. Длинная борода свидетельствовала о богатых знаниях и опыте, мудрости, меч и держава — о власти. Суровое лицо мужчины внушало гадающим трепет перед явным авторитетом. — Не знаю, — сквозь зубы процедила Тара. — Вы точно не совершали ничего незаконного? Император добивается своего всеми возможными способами. Его слово — закон. — Конечно не совершали! — изумился странному вопросу Фэнг. — Тогда это ещё одно действующее лицо, — она положила карту вверх, к Силе, Магу и Страшному суду. — Сейчас посмотрим намерения, — ведьма прикрыла глаза, стараясь собрать волю в кулак. Когда речь заходила о высших арканах, приходилось проявлять сосредоточенность. Она раскладывала карты одну за другой, всматривалась в рисунки, уделяла внимание деталям. Видеть Императора посреди, казалось бы, самого обычного расклада, по меньшей мере удивительно. — Он хитёр, — гадалка указала на семерку мечей. Вор на картине с гадкой улыбочкой похищал оружие. — И на уме ничего хорошего, — тёмными омутами Тара уставилась на Дьявола. Ужасающее крылатое существо пялилось в ответ пустыми жестокими глазами. Изобразив вместо живых человеческих очей две бездушные чёрные точки, художник сумел передать черствую натуру беса. В разум проникли расплывчатые образы. Тара схватилась за голову с болезненным стоном. — Не переусердствуй! — рыкнул Фэнг, повернув в сторону оживленной улицы. — Точно, — она дрожащими руками собрала карты в мешочек. Обычно за её состоянием во время гадания следили Джин и Сэнди, но сегодня их не было рядом. — Увидела что-то конкретное? — бывший житель Мор потянулся к бутылке воды. — Кровь, — прошептала Тара, сделав пару мучительных глотков. — Много крови, целые лужи. — Вот так приятная новость, — съязвил он в духе Эдгара. — Ладно, прорвёмся.       Машина остановилась недалеко от базара. Разодетые в лёгкую одежду местные удивлённо поглядывали на приезжих. Они были туземцами, в чьи владения вторглись вооруженные фотоаппаратами исследователи. Дастар пожилого мужчины забавно съехал на лоб, когда тот повернул голову в сторону автомобиля. Семечки посыпались из сморщенных рук. Девочки, игравшие догонялки, остановились с раскрытыми ртами. Их расшитые узорами длинные сари перемазались в песке и дорожной пыли. — Ты как? — из вежливости поинтересовался Фэнг. — Можешь идти? — Да, — отмахнулась ведьма. — Обычно подобные расклады даются мне лёгко, не знаю, что произошло сейчас, — Тара вытерла платком пот со лба, постаралась выровнять дыхание. — Ты увидела то, что скрыто, — он растёр ладони от нетерпения. — Для этого гадание и существует. Наши судьбы плотно переплетены с понятием смерти. В основном это моя вина, мы с детства шли плечом к плечу. Очевидно, будет не так легко увидеть будущее, — постарался подбодрить новую знакомую Фэнг.       Тара слабо кивнула, и вскоре они вышли под палящее солнце. «Песочный» район ощущался другой вселенной. Это было свойственно всем окраинам, но его земли совсем не тронула осень, разве что, ветер стал прохладнее. Фэнг с трудом ступал по песку. Особо мелкие песчинки бессовестно забирались в кроссовки. Теперь он понимал, почему Сэнди, Тара и Джин ходят в сланцах, не обращая внимания на замечания преподавателей. — Разве сюда так легко добраться? — вопросил бейсболист, чуть не растянувшись на песке. — Нет, — Тара вальяжно двинулась в сторону знакомых лавок. Местные успокоились. Зеваки разошлись. Среди толпы нашлось несколько знакомых, что приветливо помахали девушке. — Но для искусных лжецов вход всегда открыт, — она наградила юношу взором лисьих глаз, способных пробираться к людскому нутру.       На её проницательность у Фэнга был свой ответ — умение постигать мироздание. Пока Тара копалась в себе, он прокладывал путь к неизведанному. Песчаный район принял парня как лжеца — очередное подтверждение тому, что Фэнгу все пути открыты. Вопрос не в том, получится ли узнать, а в том, как правильно это сделать.       Ведьма вцепилась в руку капитана, чтобы не потерять чужака среди толпы приспособившихся жителей. Покупатели толпились у лавок, торгуясь. Продавцы отчаянно защищали свой товар. Ведущий капризного осла мужчина требовал освободить место. Фэнг удивленно переводил взгляд с экзотических фруктов на диковинную траву. В какой-то момент им удалось вырваться из толпы, выйти на более свободную улицу.       Песок грозился проникнуть под кожу. Фэнг чувствовал каждую прилипшую к горячему телу песчинку, чувствовал тоскливое завывание песчаных бурь вдали. Ему предстал совсем новый мир, несравнимый с Мор. Если «Обитель мертвецов» обрушивалась на гостей стихийным бедствием, то Песчаный район постепенно выбивал из путешественников желание двигаться дальше. — Посмотри здесь, — Тара остановила капитана перед раскидистым одеялом. Рядом с товарами дремал мужчина. Вернее, он лишь на вид дремал. — Здравствуй, Уго, — удивительно, как гадалка сумела сохранить серьёзный тон. — О, моя прелестная леди! — торговец моментально принял сидячее положение и поправил белоснежный ганди. — Выбирай, что нравится, всё отдам! — мужчина прижал обе руки к сердцу, демонстрируя предрасположенность к покупателям. Бусы и обереги на его груди позвякивали, создавая причудливую мелодию.       Фэнг встал на колени и принялся выискивать среди безделушек нечто особенное, что могло бы не только понравится Эдгару, но и сдержать Ронове. Вещи на пледе действительно разнились с тем, что попадалось на глаза ранее. Юноша взял в ладони золотую чашу с рубиновыми вкраплениями, побоявшись представить её истинную цену. Некоторым товарам стоило бы находится в музее. — Э-э, куда тянем руки! — Уго мигом хлопнул Фэнга по ладоням. Закрепленное меж кудрей перо чуть не упало горячие камни. — Он со мной, — отрешенно кивнула Тара. — А-а! — понятливо протянул торговец. — Друг, друг, само собой, — он доброжелательно обвёл руками товар. — Другу можно всё! — У вас есть что-то особенное? — вопросил капитан, перебирая артефакты один за другим. Защитные амулеты, увесистые ободки, металлические браслеты — всё это не вязалось с образом любимого от слова совсем. — Для юноши, чтобы вселить туда сущность, — Фэнг прекрасно понимал, что подобные разговоры на окраинах — норма. — О, так вам сущность, — с акцентом пробурчал Уго. — Есть, есть, — продавец запустил руку под плед, вытащив увесистую металлическую шкатулку. Бейсболист не представлял, как можно спрятать нечто настолько тяжелое от чужих глаз. Впрочем, он не в праве узнавать секреты уличных торговцев. — Я путешествовать в пещерах храма Эллоры, — прошептал мужчина, проводя шрамированными пальцами по мелким узорам. — Буддистские, индуистские и джайнские храмы, я везде быть! И найти это. Не знаю, как оно там появится. От Бога нет ничего, — он с замирающим сердцем отворил тугую створку. — Ты смотреть!       Уго потянул за черную нить и аккуратно вытащил кулон. С виду ничего особенного, но потянувшись к древнему артефакту, Фэнг сумел оценить искусность работы. Мелкие чешуйки переплетались между собой, образуя цепь завитков. Покупатель не мог представить, каким инструментом можно было бы выполнить настолько детальный орнамент. Змея выгибалась, демонстрируя присутствующим ряд острых зубов. В глазах пресмыкающегося сияли два чистейших изумруда. — Уго — маг, — с самым спокойным выражением лица добавила Тара. — И клептоман. Не контролируя себя во время сна, он отправляется в прошлое и ворует историческое наследие. Так что в подлинности можешь не сомневаться. — Леди, ну зачем вы так! — торговец покраснел до корней волос. — Где, говорите, вы нашли это? — Фэнг погладил кончиком пальца чистейший изумруд, тут же ощутив лёгкое покалывание на коже. — Эллора, — повторил он. — Странное место, очень странное. Я там потерялся, представляете? В одной из пещер нашёл это, попытался надеть, а оно как зашипит! — Уго раскинул руки в разные стороны, дабы покупатели не сомневались в масштабе трагедии. — Это сосуд. Всё дело в глазах. Камни освящать древним способом, отсюда и печать. Дух попадать в змею, а печать монахов раз! И всё! — каждое предложение мужчина сопровождал театральными жестами. — Понятно, — сдержанно ответил Фэнг, борясь с внутренним ликованием. — Я беру его. Сколько? — Сто, — скрестил руки на груди торговец. — Уго! — шикнула на знакомого Тара. — Друзья друзей на друзей не меняют, — с видом знатока заявил продавец. — Сто и шкатулка в подарок. — Сорок, — не успел Фэнг согласится, как Тара опустилась к пледу и смерила мужчину строгим взглядом. Выросшая за прилавком гадалка прекрасно знала о всех тонкостях выбивания наименьшей цены. — Пятьдесят, — фыркнул Уго, поправив толстые бусы. — Тридцать пять со шкатулкой и набор лечебных трав от бабушки, — настояла ведьма. — А-ай, что не сделаешь ради друзей! Давайте деньги и с глаз долой. Вы грабите сокровищницу моей души! — взвыл эпатажный торговец.       Расправившись с ценником в тридцать пять долларов, Фэнг радостно выбежал на главную улицу. Тара моментально подскочила к нему, стараясь не упускать из виду. В «Песочном» районе не главенствовал Дьявол, а потому за Фэнга не кому было поручиться. Капитан с трепетом прижимал к груди тяжелую шкатулку, от которой исходили слабые волны магической энергии. В руках нового хозяина сосуд успокоился, ощутив знакомые прикосновения старой подруги — самой смерти.       Всю дорогу домой Тара жаловалась на зверский аппетит, потому решили осесть в кафе на заправке. Фэнг не решался проводить с девушкой больше положенного времени, но гадалка с таким рвением отбивала ценник, что отказывать ей в ужине было бы как минимум неприлично. Не хотелось признавать, но даже пропустив тренировку, Фэнг ужасно устал. Стоило им сесть за прохладный деревянный столик, как бейсболист расползся по нему бессвязной лужицей. — Сэндвич с тунцом, пожалуйста, — вежливо попросила ведьма. — Конечно, — улыбчивая официантка всем своим видом излучала хорошее настроение. — А вам что? — девушка склонилась над Фэнгом, не подававшим признаков жизни. — Оладьи. У вас есть оладьи? — сухо спросил он. — Само собой, сироп добавлять? — Карамельный, — отмахнулся юноша. — И стакан воды.       Официантка убежала на кухню, оставив Тару и Фэнга наедине. В их молчании было нечто само собой разумеющееся. Так молчат люди, не желающие открываться всем подряд. И пусть они уже не были первыми встречными, проблемы с доверием у парочки оставались колоссальными. Бейсболист и гадалка оказались чуть ли не единственными посетителями. Капитан упёрся лбом в стол, слушая лязг с кухни, размеренное потрескивание кондиционера. Вот-вот отрубиться. — Не жалеешь о Джере? — вдруг спросила Тара. Она перестала постукивать ярким маникюром по карточке меню. Всё внимание перешло к человеку напротив.       Фэнг не отвечал. Он упорно отказывался обсуждать отчима, скрываясь за баррикадой из рук. Однако в его убежище критически не хватало воздуха. Подняв покрасневшее лицо, бейсболист отвёл глаза к окну. У него не было подходящих слов, не было ответа. Сделанное — непоправимо, и он это понимал. Конечно, Джер в какой-то момент вспомнит их. Но как он будет себя чувствовать? Что подумает? Догадается ведь, что Фэнг причастен к частичной потере памяти. Наверное, тот вломиться в их дом, заберет Терезу — единственного родного ребёнка и сбежит с ней в другую страну. Сценарий, достойный индийского сериала, но по-другому Фэнг не умел. Будет ли он важен Джеру, когда воспоминания вернутся? Будет ли отчим скучать по матери?       Вопросов было неисчерпаемое количество, ответов — ноль. — Не знаю, — загнанно выдавил Фэнг. — Это так страшно, понимать, что ты скучаешь по человеку, а он тебя даже не помнит. Мне его очень не хватает. — Но у тебя нет времени утопать в тяжких думах, — справедливо заметила Тара. — Мертвецы восстают. — Знаю, — обречённо вздохнул капитан. — Я и не утопаю. Просто бегу от этой мысли, как бегу на поле, — он напряженно пожал плечами. — Так даже легче. Когда на фоне полно сменяющих друг друга событий, некогда думать о том, насколько тебе плохо.       Перед Фэнгом поставили тарелку с горячими золотистыми оладьями. Блюдо щедро полили густым карамельным сиропом. В тарелке напротив громоздился приличных размеров сэндвич. Кусочки рыбы чуть ли не вываливались из основной конструкции, на хлебе красовались поджаристые линии. Капитан пожелал им приятного аппетита. Какое-то время он просто ковырялся в тесте, не желая признавать очевидное. Он скучал сильнее, чем мог себе в этом признаться. С уходом Джера, он так и не смог повторить его оладьи. Паркер день за днём ходил с пустым желудком, изредка вливая в себя воду и энергетики. Видимо, это провал.       Под строгий взгляд гадалки Фэнг всё-таки перестал играть с едой и насадил сладкий кусочек на вилку. С первого же укуса перед глазами пронеслись разноцветные искры фейерверков. Тара удивленно вскинула брови, наблюдая за тем, как Фэнг с дикой скоростью опустошает тарелку.       Это был не аппетит, а желание насладиться знакомым вкусом, утонуть в воспоминаниях. Не прожевав до конца последний кусок, капитан вскочил с места и подбежал к витрине с надписью: «С вами с тысяча девятьсот восьмидесятого года». Фэнг приложил ладони к стеклу, с азартом картёжника всматриваясь в пожухлые фотографии. На одном из десятка изображений бейсболист наконец отыскал нужного человека. Он искал его везде и всегда, всматривался в толпу с надеждой разглядеть белобрысую макушку. И вот, светлые голубые глаза снова глядели на него в ответ. Глаза Джера. — Можно пятнадцать оладий с собой? — крикнул Фэнг официантке. — Конечно, — растерянно улыбнулась девушка. — Зачем столько? — Тара замерла с сэндвичем у рта. — Накормить ораву несносных детей, — с улыбкой на губах вздохнул юноша. Хотя, по-правде сказать, он не знал, накормит их или доведёт до слез.