ab insidiis diaboli

      Департамент полиции штата Массачусетс славился абсурдностью поступающих к ним дел. Начиналось всё с банальных розыгрышей, за которые шутники, в конце концов, несли ответственность, и заканчивалось задержанием толпы сектантов. Допрос этих безумцев — самое тяжкое, что случалось в жизни юных стажёров. У большинства уже после пяти минут бредятины о Балоре начинала болеть голова. Так или иначе, каждый из представителей «Несущих слово» переговорил с психиатром. Кого-то отправили на принудительное лечение, кого-то за решётку.       Джер припарковал машину под солнцем, заветные места в тени оказались заняты бывшими коллегами. Он считал это вполне справедливым. Джер больше не часть коллектива, не полицейский и ни коем образом не связан с департаментом штата Массачусетс. Ему давно следовало оставить карьеру длиной в пятнадцать лет, заняться семьёй и детьми. Однако старых друзей забыть тяжело.       Мужчина лёгким движением распахивает стеклянные двери, заходит в прохладное здание. На доске объявлений висят изображения пропавших безвестно людей, разыскиваемых преступников. Джер на минуту тормозит около фотографии и подписей. Каким бы примерным семьянином он не был, жажда справедливости кипятила его кровь до высочайшего градуса. Даже после увольнения Джер не упускал возможность помочь раскрытию дел.       Следующее препятствие — железный турникет. Точно, он больше здесь не работает. У него нет пропуска, удостоверения, значка. Ровным счетом ничего. Зато у Джера всегда был он сам и парочка обаятельных улыбок в запасе. Одной из них он в своё время растопил сердце разведённой, обозлённой на весь мир женщине. — О, привет, — пухлый мужчина на стеклом приветливо махает рукой. — Ты к Брайану? Проходи, — перепачканный в шоколаде палец зажимает зеленую кнопку. — Спасибо, Остин, — Джер толкает турникет и с приподнятым настроением движется в сторону запыленного кабинета. Иногда бывает полезно поддерживать с бывшими коллегами хорошие отношения!       Отец Фэнга с лёгкостью находит нужную дверь. Какое-то время он медлит, словно не верит, будто человек внутри может обрадоваться его визиту. Так часто бывает, когда долгое время работаешь с напарником, а потом бессовестно оставляешь его с колоссальным количеством нераскрытых дел.       Джер стучится в хлипкую дверь. Дождавшись строгого: «Входите», мужчина резко заскакивает внутрь. Сейчас он был как никогда похож на пугливого зверька, который со всех ног бежит прятаться в норе от хищного начальства. Строго говоря, Джер не имеет права здесь находится. — Привет, Брайан, — на одном дыхании выдает нарушитель спокойствия. — Ну, как дела у наших друзей? — со вздохом вопрошает он, облокотившись бедром о тумбочку. Высокая стопка документов опасно наклонилась. Джер в панике выровнял папки, чувствуя, как быстро бьется его сердце. — Привет, Джер, — бывший коллега громко зевнул и протянул ладонь для рукопожатия. — Смотря, кто тебя интересует, — мужчина почесал лысину и придвинул к себе бумаги. — «Воин» за решёткой, от «Фантома» ничего не осталось, «Адского секретаря» до сих пор ищем, — он со скучающим видом перелистывал страницу за страницей. Прошло достаточно времени, шумиха утихла. «Несущие слово» уже не так интересовали общественность, как пару лет назад. — «Дева» только вышла из колонии. — Колонии? — растерялся гость. — Да, — полицейский потянулся к горячей кружке, но тут же шикнул и отпрянул с ошпаренными пальцами. — Она — единственная несовершеннолетняя из всех сектантов. Остальным хотя бы по восемнадцать было, а ей… пятнадцать. — Сколько? — у Джера глаза на лоб полезли. Девушка, что сражалась с ним, выглядела по меньшей мере на девятнадцать лет. Так его скрутила малолетка? — Мы все были шокированы, — пожал плечами Брайан. — Но ты и сам знаешь — документы лгать не могут. Оказывается, она сирота, жила со старшим братом, — будничным тоном вещал мужчина. Казалось, если кто-то и был шокирован возрастом «Алланы», то точно не он. — Они не сошлись на почве религиозных взглядов. «Дева» узнала о «Несущих слово», когда ей было четырнадцать. — Как? — Джер с трудом складывал в голове частицы пазла. — Через подругу. Подруге-то все семнадцать были, — пояснил полицейский. — Брат у неё адекватный, сразу сказал: «Ерунда какая-то, секта». «Дева» на него обиделась и сбежала в двухкомнатную квартиру к вышеупомянутой подруге. Там она жила, пока не стала приближенной Иана, — Брайна передёрнуло от подробностей, которые ему поведала девушка с кукольными глазами. Он развернулся к бывшему коллеге лицом, стул на колесиках протяжно скрипнул. — Думаю, тебе не нужно объяснять, каким образом такие маленькие девочки становятся приближёнными сектантов.       Джер дёрнулся и врезался в тумбочку. Документы стопкой посыпались на пол. Отвращение к Иану прошлось по чувствительной душе холодным слоем лавины. Тошнота накрыла с головой. Это был резкий и сильный порыв, после которого остались лишь парящие в воздухе снежинки — жалость и грусть.       Так вот, что за странную боль в тот день испытала «Дева». Джер чётко помнил, как она взвыла от неприятных ощущений и схватилась за низ живота. Такое бывает, если проникновение совершали без должной подготовки. Зная нетерпеливый нрав Иана, он мог травмировать юную девушку.       В груди ядовитым пятном расползлась жгучая ненависть. Как же прекрасно, что Ронове оставил от насильника лишь обгоревшее мясо. Хотя, нет, стоило ему выжечь его до конца, превратить в горстку пепла.       Если бы нечто подобное попытались совершить с его детьми — с той же Рут — Джер достал бы преступника из-под земли и заставил предстать перед судом. Правосудие было тем, во что бывший полицейский верил до сих пор. — Она была у врача? — первым делом поинтересовался отец Фэнга. — Была, — напряжённо вздохнул Брайан. — И у гинеколога, и у психиатра. Последний, кстати, ничего не нашёл. Девушка здорова, только вот чересчур агрессивна. В тяжёлый период она поверила не в тех людей. Дива сирота, ей нужна была поддержка, а тут тебе и духовная семья, и «отец», и почёт с богатством. Мы не нашли улик, которые доказали бы её причастность к убийствам. Да, ей поручили убить Биби, но она так и не воплотила план Иана в жизнь. — Дива? — в очередной раз растерялся Джер. Он был так озабочен ментальным состоянием Фэнга после произошедшего, что толком не следил за ходом следствия. — Дива Хоран — настоящее имя «Девы». — Ронат Хоран — её брат. — Ронат и Дива, значит, — повторил бывший коллега, словно тренируя произношение истинно-кельтских имен. — Не подскажешь номер телефона этого Роната? — очаровательно улыбнулся Джер. Брайан об этом его трюке знал лучше всех, оттого вмиг скукожился. — Тебе зачем? — недоверчиво фыркнул мужчина. — Да так, — Джер загадочно посмотрел в окно, выжидая драматичную паузу. — Тебе стажёр не нужен? — с хитрой улыбкой уточнил он.

***

— Я ведь говорил, что всё это очень ненадёжно, — Ронат поставил на стол горячую тарелку супа и отошел в сторону, прислонившись к плите.       Сквозь полупрозрачные занавески в маленькую квартиру проникали тёплые золотые лучи света. Старый диван за время отсутствия Дивы приобрел ещё больше проплешин. Стол скрипел каждый раз, когда девушка нагибалась к нему. Она с видом изголодавшегося пленника хлебала жирный бульон огромной ложкой. Молочные кудри спадали на лицо, и «Дева» каждый раз откидывала их назад, всё яростнее поглощая еду. — Ты так исхудала, — обреченно вздохнул брат. — Неправда, — Дива оторвалась от еды и подняла руку, демонстрируя сформировавшиеся мускулы. — Я стала сильнее. Просто соскучилась по твоей готовке, — она жадно отломила кусок пирога.       От стола до плиты расстояние в один шаг. Ронат до сих пор не верил, что его сестра теперь свободна: как физически, так и психологически. Психиатр прописал девушке успокоительное из-за склонности к агрессии. Однако, стоя рядом с хрупкой младшей сестрой, брат видел в ней всего лишь напуганного внешним миром бродячего котёнка. Изголодавшийся малыш наконец ощутил тепло дома, заполнил желудок домашней едой. Теперь он и шагу от хозяина не сделает, будет ходить за ним по пятам и ластиться к ногам. — Кушай, кушай, к нам сегодня гость заедет, — предупредил парень. — Гость? — насторожилась Дива. — Какой ещё гость? Я его знаю? — заметив, что брат игнорирует заданные вопросы, она громко позвала его с набитым ртом. — Рон-а-а-т!       Старший громко вздохнул и потёр переносицу. Ему не хотелось врать, но и правду сказать он не мог. Ронат — прозрачный и чистый, как горный родник. Он искренне считал, будто собственное имя ему не подходит. Ронат. Ронат. Так можно назвать драчливого воробья или юного война с острым мечом, но точно не мягкого белокурого юношу.       Признаться, внешне брат очень похож на сестру. В их облике было нечто кукольное, поддельное, но при этом нежное и прекрасное. Ронат даже пытался податься в модельное агентство, но безрезультатно. Его карьерный рост ограничивался гордой должностью младшего менеджера по продажам в магазине косметики. — Скоро переедем, кстати, — перевел тему юноша. — Я почти накопил на новую квартиру, она куда просторней. — Я бы в первую очередь накопила на новый диван, — пробурчала Дива.       Звонкий дверной звонок прервал их беседу. Брат побежал в прихожую, чтобы впустить гостя. Напоследок он показал сестре язык.       «Дева» приглушённо рассмеялась. С улыбкой на губах она уткнулась в тарелку супа. Где-то в груди расползалось тёплое чувство, отдаленно напоминающее счастье. Цвет у счастья был яркий и золотистый, прямо как солнечные лучи на кухне, а вкус — куриного супа. Дива отодвинула пустую тарелку и с голодными глазами принялась за пирог.       Однако аппетит мгновенно пропал, стоило Джеру ступить на порог кухни. Ронат смущённо встал около бывшего полицейского, пряча ладони в длинных рукавах свитшота. Лицо Дивы посинело от отвращения. Она поборола приступ тошноты и отложила кусок пирога в сторону. — Привет, давно не виделись, — Джер кашлянул в кулак и выдавил дружелюбную улыбку. Он переживал не меньше Роната. — Проваливай, — прорычала «Аллана». — Сначала выслушай меня, — настоял отец Фэнга. — Я знаю о том, что с тобой произошло. Подробности мне рассказали в участке, — он смотрел на девушку с жалостью. Как и Ронат, Джер видел в ней истосковавшегося по дому, голодного котёнка. — Проваливай, — Дива не могла терпеть его жалость. Снисходительность врага — самое унизительное поражение. — Ты очень хороша в бою, — похвалил девушку бывший полицейский. Жалость в его глазах сменилась на искреннее удивление и восхищение. — Я до сих пор не забыл, как ты вывернула мне плечо. Это удивительно! Ты будто всю жизнь борьбой занималась, — Джер не переставал нахваливать её с воодушевлённой улыбкой на лице. В какой-то момент Диве почудилось, будто за спиной мужчины проскользнул собачий хвост. Уж слишком он был похож на немецкую овчарку-переростка, перед носом которой повертели ярким мячиком. — Я всю жизнь ею и занималась, — смущённо буркнула «Дева». — Потрясающе! Я хотел бы предложить тебе стажировку в полицейском участке с моим бывшим коллегой — Брайаном, — Джер аккуратно положил на стол записку с номером телефона и почтой. — Если захочешь, позвони или напиши. Это он разговаривал с тобой в день задержания, — напомнил отец Фэнга. — Я пойму, если ты откажешься. Всё-таки Иан столького тебя лишил… — Замолчи! — она со всей дури ударила кулаками по столу. — Не произноси его имя в этом доме! Он ничего меня не лишил! — в глазах Дивы проскользнула холодная решимость, от которой горы в душе Джера пошатнулись. — Я просто хотел напомнить, что он мёртв, — мирно поднял руки бывший полицейский. — И не причинит тебя вреда, — мягким голосом произнёс мужчина. — Я не хотела, чтобы он умирал! — «Дева» в гневе пнула ножку стола. — Я хотела, чтобы он предстал перед судом, хотела посмотреть в его отвратительные глаза и усмехнуться. Надеюсь, на том свете его варят в огромных бурлящих котлах и пускают по кругу! — в порыве гнева она схватилась за тарелку, но тут же выровняла дыхание и поставила посуду обратно. — Когда я хотела уйти, он угрожал мне безопасностью моего брата. Пришлось остаться и играть «хорошую девочку», — сердце бурлило раскалённой яростью, но Дива умела приручать внутренних демонов. — Ронат жив. Он ничего меня не лишил. — Я слышал о сексуальном насилии, — заикнулся бывший полицейский. — Он ничего меня не лишил! — строго повторила девушка. Джер смотрел на неё и понимал: если бы в тот день они не разрушили планы Иана, приближённая попросту задушила бы лидера во время очередного акта насилия. — В любом случае, — мужчина прочистил горло и отвёл взгляд к окну. — Дем… Огонь, огонь в тот день не тронул тебя, — от волнения он чуть не проговорился. Если бы «Дева» не удивилась упоминанию нечисти, то Ронат — вполне. — Я не считаю это случайностью, именно поэтому даю тебе второй шанс. Хорошенько подумай и не забывай пить успокоительное. Всего хорошего! — Джер кивнул Ронату на прощение и оперативно ретировался.       Когда брат вернулся в комнату, сестра уже прижимала телефон к уху и вслушивалась в медленные гудки. — Ты уверена? — растерянно поинтересовался Ронат, собирая тарелки со стола. По натуре он был человеком нежным и приземленным, о работе в полиции никогда не думал. — Уверена, — хрипло отозвалась Дива. — Таких тварей, как он, полным полно. Не посажу его — преподам урок другим, — девушка сжимала трубку хрупкими бледными пальцами.       Несмотря на схожесть во внешности, характеры у брата и сестры разительно отличались. Ронат был мягким плюшевым мишкой с белой шерсткой. Нажав на его сердце, можно было почувствовать твердость механизмов и услышать громкое: «Я люблю тебя». Дива была фарфоровой куклой с грустным взглядом. Она не говорила, но в складках пышного платья ей всегда удавалось спрятать кастет.