Чистые пятна

После обеда в Большом Зале, уже по традиции протекающем за столом слизеринцев, Малфой отвел Гермиону в гриффиндорскую башню. — Я надеюсь, мне не стоит напоминать, что с тобой будет, если ты осмелишься еще раз удрать, — холодно произнес он, остановившись у портрета Полной Дамы. — Я зайду за тобой в шесть, есть важное дело, и ты пойдешь со мной. Девушка хмыкнула, пожала плечами и тихо произнесла пароль, скрывшись в проеме и не удостоив своего надзирателя даже взглядом. Правда, пришлось подавить в себе вспышку любопытства, чтобы не расспросить слизеринца об этой самой вечерней встрече. Несмотря на то, что Большой зал они покинули одними из последних, в гостиной Гриффиндора было очень мало людей. Видимо, студенты снова разбрелись по территории замка, не желая проводить солнечный день в хмурых стенах. Гермиона мельком взглянула на нескольких второкурсников, разместившихся у камина, и прошмыгнула наверх, в спальни девочек. В комнате, которую она делила с Джинни, Парвати и Лавандой, было тихо и пусто. Гермиона бросила сумку на пол и села на кровать, опустив лицо в ладони. Прошла всего неделя, а нервы девушки уже были на пределе от постоянных стычек с однокурсниками. Гермиона подняла глаза к потолку и быстро заморгала, прогоняя непрошенные слезы. В последний раз такой одинокой она себя чувствовала в середине шестого курса, когда Рон разбил ей сердце, спутавшись с Лавандой Браун. Но даже тогда рядом был Гарри. Пусть у него и не очень удачно получалось поддерживать свою несчастную подругу, но одно его присутствие не позволяло Гермионе впадать в уныние. А теперь и Рон, и Гарри считали ее предательницей. От этой мысли хотелось кричать. Гермиона зажмурилась, но так и не смогла сдержать слез и приглушенного всхлипа, отчаянно скрытого ладонью. Девушка легла на кровать, сжав руки в кулаки так сильно, что на ладонях остались следы от ногтей в виде полумесяцев. А потом, теряя силы, обмякла, будто ее тело вмиг покинула жизнь. Она безмолвно смотрела в стену, а горячие слезы против воли бороздили ее раскрасневшиеся щеки. Со стороны можно было подумать, что Гермиона находится в глубоком трауре и горько оплакивает смерть близких людей. Но так ли это далеко от правды? По крайней мере для мальчиков она не то чтобы умерла, а хуже — наверняка, была вычеркнута из жизни, как позорное пятно, осквернившее их светлые цели. Иной раз она задумывалась, справятся ли они без нее? Смогут ли перешагнуть через ее предательство и бросить все силы на поиски крестражей? Действительно ли она поступила верно, оставив их? Ответ дал неожиданно возникший в голове голос старого директора: “Если придётся выбирать между легким и правильным, вспомните Седрика”. Дамблдор. Утерев слезы, Гермиона заглянула под кровать и выдвинула из-под нее свой чемодан. Пакет из плотной, шероховатой бумаги с еле уловимым запахом лимонных долек скрывался под оставшимися вещами девушки. Внутри пакета была небольшая книга — "Сказки Барда Бидля". Перед поездкой в Хогвартс Гермионе пришлось вырвать из нее один из первых листов, где рукой Альбуса Дамблдора было выведено несколько строк посвящения с ее именем. Она уже не раз задумывалась о мотивах столь странного подарка, пыталась вспомнить все свои разговоры с директором, но так и не поняла, почему эта книга была упомянута им в завещании. Она листала книгу сказок, разглядывая иллюстрации, и размышляла, может ли текст или эти подвижные черно-белые картинки, зачарованные умелой рукой, помочь ей напасть на следы крестражей. И не видела ничего, кроме детских басен, которые были известны каждому ребенку, выросшему в волшебной семье. И про которые она, маглорожденная ведьма, услышала только несколько недель назад. Наверное, не настолько уж она и умна. Возможно, книгу стоило оставить Гарри и Рону, а не тащить с собой в Хогвартс, где ее могли… От внезапной мысли она даже подскочила. Мерлин, ну конечно! Почему она не догадалась изучить книгу на предмет волшебных чернил или чего-то подобного? Потянувшись за палочкой, она нарисовала в воздухе нужную руну и уверенно произнесла: — Апериам! Ничего. Взмах, руна, заклинание: — Секрета! И снова никаких изменений. В приступе гнева, смешанного с горьким отчаянием, Гермиона швырнула сборник сказок в сторону. В этот же момент дверь в спальню распахнулась, и на пороге появилась Джинни. Она уставилась на лежащую посреди комнаты книгу, а затем перевела взгляд на подругу: — Все нормально? — Лучше некуда. Гермиона встала, чтобы убрать дурацкую книжку обратно в чемодан и всем видом показала свое безразличие к присутствию Уизли. Джинни прошла к своей кровати и села, нервно дергая замок на кофте. — Поговорим? — тихо спросила она Гермиону. — Не о чем. — Я так не считаю. — Мне плевать, как ты считаешь! — взорвалась Гермиона. Если до этого она была обессилена, то сейчас вся её горечь вылилась в злость. На Джинни. На Малфоя. На Волдеморта. Но больше всего на себя. Она понимала, что подруга не виновата во всех ее бедах, но остановиться уже не могла. — Оставь меня в покое, прекрати лезть с расспросами! Джинни покачала головой, и Гермиона в сотый раз прокляла ее упертость, которая раньше вызывала восхищение. — Ты не способна на предательство, Гермиона. Никто не верит, что ты действительно бросила Гарри! Гермиона резко повернулась к собеседнице и смерила ее презрительным взглядом: — Как ты думаешь, Уизли, почему Волдеморт, покопавшись в моей голове, в моих мыслях, — подчеркнула она, — не убил меня? — Некоторые старшекурсники думают, что ты вернулась подпольно, ради сопротивления… мы хотим возродить Отряд… — Ты можешь отказываться в это верить, но это действительно так — я не поддерживаю больше Гарри Поттера. И не нужно рассказывать мне о ваших планах, о нелепых попытках изобразить сопротивление Новому Порядку. Потому что при любом удобном случае я расскажу об этом Снейпу или Кэрроу. Отчеканив последнюю фразу, она села на свою кровать и опустила бархатный балдахин, скрывшись за ним от явно потрясенной Джинни. Через минуту дверь спальни хлопнула. Гермиона резко выдохнула, упав на подушки. Ты всё сделала правильно. Правильно. Правиль... Казалось, она прикрыла глаза всего на секунду, поэтому, почувствовав руку на своем плече, вздрогнула от испуга и порывисто села. Резинка слетела с ее волос, и они теперь лезли в глаза. Отбросив надоедливые пряди, она увидела сжавшуюся от страха и неловкости первокурсницу, которая ее и разбудила. — Ты же Гермиона Грейнджер? — спросила девочка и продолжила после короткого кивка: — Тебя ждут внизу. Она бросила быстрый взгляд на часы и громко выругалась. Двадцать минут седьмого! Она проспала почти четыре часа! Малфой будет вне себя. Вниз она спустилась едва ли не кубарем, на ходу завязывая волосы. Малфой стоял в центре гриффиндорской гостиной, его пуловер вызывающе бросался в глаза, сверкая серебристой нашивкой змеиного факультета. Те гриффиндорцы, что еще не покинули гостиную, чтобы отправиться на ужин, гневно поглядывали на незваного гостя, но, видя его значок старосты школы, не осмеливались что-либо сказать. — Как ты попал сюда? — пропыхтела девушка, одергивая рубашку. — Выспалась? — проигнорировав ее вопрос, едко поинтересовался Малфой. Он смерил ее недовольным взглядом, особое внимание уделив лицу. Гермиона была уверена, что там отчетливо заметен след от подушки. Позади него донесся шум и Гермиона увидела, что в гостиную вошел Симус в компании Невилла. Оба парня на мгновение застыли, узнав давнего врага по одному затылку, а затем Симус пропитанным гневом голосом громко поинтересовался: — А что здесь, собственно, происходит? Малфой перепутал факультеты? Блондин закатил глаза, но не посчитал нужным отвечать. Вместо этого он схватил Гермиону за руку и потянул в сторону выхода, логично столкнувшись с грозно настроенным Финниганом. Тот преградил им дорогу. Слизеринец усмехнулся. — Что, пришёл за своей подружкой? — скривился Симус и оглядел собравшихся в гостиной гриффиндорцев, ища одобрения. — А ты, я смотрю, дождался своего часа. Решил занять почетное место поборников справедливости и вселенской тупости, Поттера и Уизли? Не припомню, чтоб ты раскрывал свой рот в их присутствии, — Малфой дёрнул бровями, явно наслаждаясь реакцией уже побагровевшего Финнигана. Невилл сжал челюсти, до этого сохраняя молчание. Однако Гермиона знала, что уже давно прошли те времена, когда Лонгботтом пасовал перед недругами: — Проваливай отсюда, Малфой. Не хватало, чтоб еще и в нашей башне ошивались прихлебатели Волдеморта. Ледяные глаза слизеринца пронзили некогда добродушное лицо Лонгботтома, а затем неожиданно заблестели плутовским огоньком. — Как жаль, что вы уже живёте с одной из них. Парень двинулся в сторону выхода, подтолкнув Гермиону в спину: — Ужасное допущение. Будьте бдительнее в ее обществе, — недобро улыбнулся Малфой уже теряющим своё терпение гриффиндорцам. Гермиона сжала руки в кулаки и остановилась на краю прохода, еле сдерживая порыв гнева, но Малфой, ни секунды не задерживаясь, вытолкнул ее в коридор. — Ты совсем из ума выжил? — Гермиона развернулась и ткнула пальцем ему в грудь. Конечно, в глазах всего замка она была предательницей, но выставлять ее одной из ПСов чересчур! — Грейнджер, оставь свои истерики для кого-нибудь другого, — слизеринец пошёл в сторону лестницы, проигнорировав возмущение гриффиндорки. — Поверь, твою репутацию уже ничего не испортит. Гермиона сдержанно прикрыла глаза и устремилась в его сторону, поравнявшись: — Ты мне окончательно хочешь жизнь испортить? Мало того, что я шагу не могу ступить, не видя твою физиономию, так ты решил превратить мою жизнь в ад, даже когда тебя нет рядом? — И что мне сделать? Пожалеть тебя? Помочь завоевать доверие Темного Лорда? Заменить твоих ненаглядных Поттера и Уизли? — усмехнулся он. — Мне плевать на твою жизнь и на то, страдаешь ты или нет от своего положения. Я просто выполняю задание. Девушка не сразу нашлась, что ответить. Некоторое время они шли молча, каждый недовольный обществом друг друга. — Нам нечего с тобой делить, Драко, — тихо произнесла Гермиона. Она никогда не обращалась к нему так. Для Трио его фамилия давно стала нарицательной, означая всё самое гнусное, что могло быть в человеке. Услышав своё имя, Малфой бросил на нее настороженный взгляд. — Я приехала в школу, чтобы завершить обучение. И ясно дала это понять и Волдеморту, и Снейпу, и даже тебе. Я ни с кем не общаюсь, нахожусь под твоим постоянным контролем, не создаю проблем, — доводы девушки звучали убедительно, по крайней мере ей хотелось в это верить. Если она хочет добиться поставленной цели — следует изменить тактику. Вырваться из-под надзора Малфоя вряд ли получится, а вот усыпить бдительность — вполне. Парень остановился и неожиданно рассмеялся. Гермиона моргнула, очнувшись от только что зародившегося в её голове плана, и непонимающе уставилась на него. — Насколько же плохи твои дела, раз ты пытаешься завести дружбу со мной. — Он сделал шаг. Гермиона инстинктивно отступила назад, но едва ли это засчиталось за попытку. — И это Драко, — наиграно протянул он и накрутил на палец выбившийся у её лба локон. Сердце подпрыгнуло. — У тебя ничего не выйдет, Грейнджер. — Малфой слегка оттянул локон, и тот отпружинил ей прямо в лицо. И снова он нагло вторгался в ее личное пространство. И снова она стыдливо ловила себя на неоднозначной реакции от этой близости. Прежде Гермиона никогда не замечала, каким красивым может быть слизеринец, даже сейчас, ядовито улыбаясь и подначивая ее. Гермиона не рассчитывала, что ее попытка сработает, но все равно злилась. Из-за неудачи и глупых мурашек, пробежавших по спине, стоило Малфою коснуться ее волос. В попытке хоть как-то сохранить лицо и ясность рассудка, она торопливо отступила, нервно одернув рукав рубашки. — Я не пытаюсь подружиться, — пересохшие губы плохо слушались свою хозяйку, но она не решилась их облизнуть под пристальным взглядом парня. Напряжение, которое повисло между ними в момент контакта, почему-то никуда не делось. Уже привычным для нее жестом Малфой откинул челку со лба и, сунув руки в карманы, пошел дальше по коридору, никак не прокомментировав ее последнюю фразу. Девушка последовала за ним, пытаясь угадать выбранное им направление. Гермиона удивленно посмотрела на Малфоя, когда они остановились у статуи феникса, за которой скрывалась винтовая лестница в кабинет директора. — Ты притащил меня к Снейпу? Зачем? — Заткнись, — бросил Малфой и втолкнул ее на первую ступеньку, стоило фениксу освободить проход. Он едва успел шагнуть за ней, когда лестница пришла в движение, поднимая их наверх. От резкого толчка Гермиона потеряла равновесие и стала заваливаться назад, впечатавшись спиной в твердую грудь своего спутника. Ожидаемо запахло горьким апельсином и кедром и совершенно неожиданно было почувствовать ладонь на своей талии в попытке удержать ее в вертикальном положении. Спустя миг Малфой одернул руку и сердито поинтересовался: — Проблемы с координацией, Грейнджер? Она не успела ответить, потому что лестница остановилась и перед ними появился кабинет директора. Девушка торопливо переступила через порог и кивнула стоящему в центре комнаты мужчине: — Добрый вечер, профессор Снейп. Тот кивнул и перевел сердитый взгляд на Малфоя, замершего за ее спиной: — Вы опоздали. — Не по моей вине, — фыркнул блондин, огибая Гермиону и закрывая ее собой. Она расслабленно выдохнула, осознав, что кроме них троих в кабинете больше никого нет. Однако причины их визита данный факт никак не прояснил. Гермиона шагнула в сторону и удивленно замерла. Ее внимание привлек портрет Дамблдора: мудрые глаза старого волшебника лукаво блеснули, заметив ее изумление, а после Альбус совершенно будничным жестом раскрыл книгу, лежащую у него на коленях. Гермиона сразу узнала корешок горячо любимой "Истории Хогвартса". — Мисс Грейнджер, — окликнул ее Снейп. Она обернулась, готовясь к чему угодно, но тот лишь указал на кресло возле стола. — Сядьте и не мешайте. Девушка послушно направилась к указанному месту, не удержавшись от любопытного взгляда на Малфоя. Тот выглядел еще бледнее обычного и, кажется, нервничал, крепко сжимая в руках свою палочку. Гермиона опустилась на мягкое сиденье, обитое плотной рубиновой тканью, и вновь перевела взгляд на бывшего преподавателя зелий. — Ты предупредил нашу гостью о том, что ей следует молчать, Драко? — Снейп встал напротив своего ученика, повернувшись к Гермионе спиной. Она еле сдержала возникшую вспышку ненависти. Следует не забывать о своем притворстве и не пытаться одним только взглядом расчленить убийцу профессора Дамблдора. — Она будет молчать, — метнул Малфой в сторону Грейнджер угрожающий взгляд. — Что ж, тогда приступим. Снейп поднял палочку вверх, и Малфой тут же замер, а его серые глаза стали безжизненными, пустыми. Гермиона охнула и вскочила в попытке... Защитить Малфоя? — Что вы делаете? — она не удержалась от крика, вцепившись побелевшими пальцами в спинку своего стула. Снейп опустил палочку вниз и обернулся. Взгляд Малфоя тут же стал осмысленным и очень злым: — Сядь на место! — рявкнул он. — Что здесь происходит? Зачем мы сюда пришли? Бывший преподаватель зелий усмехнулся: — Мисс Грейнджер, вы помните, чему я обучал вашего друга на пятом курсе? Гермиона, которая как раз собиралась разразиться очередной тирадой, осеклась. Она растерянно перевела взгляд со Снейпа на Малфоя, а затем вспомнила. — Окклюменции, сэр. Пришлось потрудиться, чтобы подавить в себе ядовитую насмешку по поводу успешности этих занятий. Гарри так и не удалось научиться закрывать свой разум, взаимная неприязнь, связывающая его и Снейпа, стала непреодолимым для них препятствием. Но зачем Малфою окклюменция? — Сядьте, мисс Грейнджер, — ледяным тоном повторил приказ Снейп и снова повернулся к своему ученику. — И на этот раз помолчите. Как бы трудно вам не было держить свой рот закрытым. Гермиона пропустила мимо ушей этот выпад. Она не могла отвести глаз от Малфоя. Ему явно не нравилось происходящее. Пожалуй, слизеринца уязвлял тот факт, что именно Грейнджер присутствует при его обучении. Судя по тому, с какой легкостью его поразило заклинание Снейпа, навык окклюменции дается ему едва ли лучше, чем Гарри. Снейп вновь поднял палочку, и Малфой застонал, схватившись за голову. Он словно пытался при помощи рук удержать свои мысли в пределах сознания, не допустить вторжения. Эта попытка была лучше первой, но уже через несколько мгновений серые глаза стали пустыми. Снейп раздраженно процедил сквозь зубы: — Сосредоточься, Драко! Взмах палочки, отраженный невербальным заклинанием, заставил мужчину в черной мантии покачнуться. Однако эта маленькая заминка особой пользы не принесла, потому что следующая атака Снейпа попала в цель. Гермиона закусила губу, когда увидела, как Малфой, полностью дезориентированный, опускается на колени. Его палочка падает на пол, тонкие длинные пальцы пытаются найти ее, но безуспешно. — Тебе не нужна палочка, чтобы выгнать меня! — рявкнул Снейп. Мужчина отвернулся, освобождая парня от своей власти. Некрасивое лицо исказила вспышка раздражения. Он прикрыл глаза, беря себя в руки. — Ты забыл все, о чем мы говорили летом. Не всегда удается воспользоваться магией, поэтому твоя защита должна основываться на другом. Малфой закашлялся и поднял голову. Его взгляд остановился на Грейнджер, и девушка поняла, что все это время сидела, искренне переживая за него. Мерлин, пусть он и был ее врагом, пусть и издевался над ней, с самого детства оскорбляя и принижая любые ее победы и достоинства, но Гермиона не могла оставаться беспристрастной, наблюдая, как его мучают. Она так не умела. — Убери это, Грейнджер, — выдохнул блондин, поднимаясь на ноги. — Что? — не поняла она, взволнованно сжимая сиденье. — Жалость, — выплюнул Малфой и повернулся к Снейпу. — Еще. Гермиона опустила глаза, уставившись на ковер под своими ногами. Она не хотела на это смотреть. — Мне кажется, — медленно проговорил Снейп, растягивая слова и словно раздумывая над чем-то, — что тебе не хватает мотивации. Стимула. Мисс Грейнджер! Она вздрогнула и настороженно подняла голову. — Поменяйтесь местами с мистером Малфоем. НЕТ! Она неосознанно замотала головой, в панике понимая, что не может допустить подобного. Зелье, выданное Грюмом, уже давно перестало действовать, и все ее мысли теперь… Снейп с удовольствием наблюдал за эмоциями девушки. Малфой фыркнул: — Это она-то стимул? — Посмотришь со стороны, насколько уязвим человек, когда в его голове хозяйничает посторонний, — пожал плечами мужчина и жестом повторил свое приглашение. — Ну же, мисс Грейнджер, или вам есть, что скрывать? Гермиона встала, на одеревеневших ногах подошла к центру комнаты и подняла вверх палочку, совершенно не представляя, как будет защищаться. В горле пересохло, в висках она слышала собственный пульс. Снейп растянул губы в своей фирменной презрительной улыбке: — Вы когда-нибудь учились окклюменции? Она покачала головой. — Но, безусловно, знаете, что это такое, во всех подробностях? — Получив утвердительный кивок, директор продолжил: — Тогда не будем медлить. Он остался неподвижным, но перед глазами Гермионы стала появляться туманная дымка. Это не было похоже на резкое, сметающее все на своем пути вторжение Волдеморта. Снейп действовал осторожно и не причинял боли. Однако это не спасало от возрастающей паники, паучьми лапками сковывающей грудь и перекрывающей дыхание, когда раз за разом ты чувствуешь, что твои мысли и воспоминания начинают ускользать, утекать, как вода сквозь пальцы. Перед глазами мелькнул образ Грюма, и Гермиона испуганно зажмурилась, представив, что ее мозг — огромная шкатулка с письмами и фотокарточками. Усилием воли она захлопнула крышку, которая в ее воображении как раз начала открываться, следуя за волей Снейпа. Ощущение чужого присутствия тут же исчезло. — Неплохо, — одобрение в голосе директора звучало неожиданно. Гермиона заморгала, пытаясь избавиться от выступившей на глазах влаги. Снейп смотрел на нее задумчиво, исподлобья. — Однако далеко не каждый легилимент будет с вами церемониться как я. Он резко вскинул палочку, и на Гермиону словно рухнул потолок. Теперь ни о какой шкатулке не могло идти и речи, Снейп разметал на своем пути абсолютно все. Девушка словно почувствовала, как внутри ее черепной коробки, разрывающейся от боли, образовался вихрь, в центре которого мелькали образы из ее воспоминаний. Она тщетно пыталась представить стены или хотя бы вспомнить подходящее заклинание. Ее тело все больше слабело, пока колени не подогнулись, и она не упала на пол, давясь криком ужаса. Последнее, что она увидела перед тем, как Снейп покинул ее сознание, — Аластор Грюм протягивает ей зелье, быстро шевеля губами. Объясняя ее задачу. Гермиона не могла позволить себе лежать на холодном полу. Сжав в одной руке палочку, она оттолкнулась, заставляя себя сесть. Сфокусировав взгляд на Снейпе, она увидела на его лице проблеск мрачного удовлетворения. Вскинув подбородок, Грейнджер приготовилась сражаться, напрочь забыв о том, что в кабинете помимо директора находится кто-то еще. — На сегодня достаточно, — произнес Снейп, отвернувшись и направившись к своему столу. — Идите. Девушка почувствовала движение сзади. Из-за ее спины появился Малфой, непонимающе вскинувший брови и явно удивленный словами своего бывшего декана. — Но мы же только начали! — Драко, на сегодня достаточно. — Какого… — Хватит! Идите в свои гостиные! — рявкнул Снейп, мгновенно потеряв терпение. Гермиона не стала ждать, когда ее в очередной раз потащат за руку, поэтому поднявшись на ноги, быстро направилась к выходу. Снейп все видел и промолчал. Почему?