Чистые пятна

Вторая за эту неделю бутылка огневиски опустела, и Драко понял, что если и дальше будут такие паршивые дни, то он рискует спиться. Залпом осушив бокал, Малфой поставил его на столик и откинул голову назад, на спинку дивана, прикрыв ладонью глаза. Это была пятая двойная порция крепкого алкоголя. Пятая попытка хоть как-то вернуть себе контроль над эмоциями, которые после его ухода из кабинета ЗОТИ отказывались слушать голос разума. Иногда с самого утра становится понятно, что день будет отвратительным. Он не спал всю ночь, потому что в его комнате осталась Пэнси, и Малфой не хотел, чтобы она стала свидетелем его кошмаров. Уложив подругу спать, он спустился в гостиную с книгой и до самого рассвета читал. Холодный душ взбодрил его, но смутное предчувствие беды не покинуло. И только эта детская вспышка ревности у Грейнджер ненадолго подняла ему настроение. Ей не понравилось, что он не пришел за ней. Она разозлилась, когда подумала, что фокус его внимания сместился на Пэнси. Малфой отказывался понимать, что за отношения связывают его сейчас с Грейнджер, но ее злой румянец на щеках и живой блеск в глазах каждый раз, когда она на него смотрела, не могли не цеплять. Он нападал — она сопротивлялась. А затем наносила свой удар и наблюдала за его реакцией. Как эта выходка на Зельях, когда она выбрала в партнеры Блейза. Возможно, Грейнджер рассчитывала, что Драко разозлится, но этого не произошло. Он наоборот почувствовал облегчение от понимания, что удалось избежать очередного контакта и выпала возможность понаблюдать за ней со стороны. А потом это громкое, насмешливое "Драко", пустившее короткий разряд тока по его позвоночнику. И ее смущение, которое она попыталась скрыть, повернувшись к нему спиной. Обе реакции, его и ее, были ненормальны. Малфой снова сел ровно и потянулся к бутылке, чертыхнувшись, когда вспомнил, что она пуста. В кабинете было темно, силуэты предметов различались только благодаря тусклому лунному свету, проникающему через мутные оконные стекла. Сколько он просидел здесь? Драко достал из кармана брюк часы, доставшиеся ему от деда, и вновь выругался, потому что стрелки показывали девять вечера, он пропустил тренировку по квиддичу и ужин. Было странно, что его никто до сих пор не искал. Парень не мог объяснить, почему до сих пор сидит в этом кабинете. По-хорошему, следовало проверить, отвел ли этот увалень Лонгботтом свою подружку в Больничное крыло. Встретиться со Снейпом и высказать все, что Драко думает о Кэрроу в роли педагога. И убедиться, что Грейнджер больше не похожа на оживший труп с тусклыми глазами и испачканным кровью лицом. Предки Драко, испокон веков ненавидящие грязнокровок, перевернулись в гробу, если бы узнали, сколько сил ему пришлось приложить, чтобы не обезоружить Амикуса сразу же после того, как Грейнджер завопила от боли и забилась в конвульсиях, царапая ногтями пол. Малфой не в первый раз наблюдал действие Непростительных и не раз испытывал это на себе. Но к подобному зрелищу почему-то был не готов. Кэрроу совершил две ошибки. Первое: он заигрался со своей властью над учениками и не понимал, что может подобным поведением вдохновить тех на сопротивление. Второе: он покусился на то, что принадлежало Драко. Ее передали под его контроль, он должен был следить, чтобы девушка ничего не натворила и чтобы ничего не случилось с ней. Малфой вновь запрокинул голову, пытаясь расслабиться. Потер уставшие глаза, заставляя белые круги мерцать и переливаться под закрытыми веками. Он не относился к Грейнджер как к вещи. Скорее, считал ее забавной зверюшкой, поводок которой был в его руках. И как хозяин, он волновался о своем питомце. Не потому что привязался, а потому что чувствовал свою ответственность. Именно так. Нет, его руки дрожали не от страха за нее. Просто он устал, оказывая сопротивление Империусу. Нет, его не напугала кровь на ее лице и мертвенная бледность девушки, просто он не особо любит насилие. Да и черт возьми, Малфой никогда не был настолько жестоким, чтобы получать удовольствие от чужой боли! А вот Грейнджер так не считала. Она поставила его в один ряд со всеми остальными Пожирателями и этим выбила почву из-под ног Малфоя. А потом добила, перестав притворяться и делать вид, что она в Хогвартс приехала просто учиться. И что теперь делать с этой правдой? Бежать к Снейпу и слать весточки Волдеморту? Отправить Грейнджер в мэнор, чтобы сумасшедшие психи во главе с его теткой продолжили пытать девушку Круцио и вытянули истинные причины ее возвращения в школу? Дверь кабинета распахнулась и на пороге появилась высокая фигура Блейза Забини. Он быстро вошел внутрь, махнул палочкой, зажигая лампу, стоящую на столе, и встал перед Драко, сложив руки на груди. Малфой зажмурился от яркой вспышки света, больно ударившей по глазам, и почувствовал раздражение от того, что его уединение нарушили. — Слишком часто я вижу тебя здесь в компании с бутылкой и с жалкой миной на лице, — холодно отметил приятель. Драко открыл глаза и проморгался, привыкая к освещению. — Я тебя не звал, — разомкнул Малфой пересохшие губы и удивился тому, каких усилий ему стоила эта простая фраза. Кажется, с алкоголем он сегодня действительно перебрал. Забини поморщился, отметив невнятный лепет друга, и достал из кармана мантии флакон с зельем. Бросив пузырек Малфою, он сел рядом с ним. — Слава богу, я не Крэбб с Гойлом, чтобы считаться твоим слугой, прибегающим на зов хозяина. Драко подцепил крышку и залпом выпил бордовую муть, чувствуя, как в голове стало проясняться. Сразу захотелось напиться вновь, потому что чувство вины и непонимания, удушающим грузом лежавшие у него на груди последние несколько часов, оказывается, никуда не делись. — Где Пэнси? — спросил он, игнорируя пристальный взгляд приятеля. — В гостиной, с остальными. Всех немного удивило сегодняшнее занятие по ЗОТИ. Хотя, правильнее будет сказать — выбило из колеи. — До детишек дошло, что шутки кончились? — невесело рассмеялся Малфой. Забини пожал плечами: — Не обошлось и без недоумков, которые смакуют подробности произошедшего и разносят их по замку. В частности, речь идет о твоей прошлой свите. — Всегда знал, что в голове этих придурков слишком много пустот, заполненных сквозняком, — не удивился Драко. Он встал, взял пустую бутылку со стаканом и понес их к шкафу. Сейчас блондин был готов на что угодно, лишь бы не встречаться взглядом со слишком понимающим другом. — Преподаватели в курсе? Макгонагалл? — О-о, — мрачно протянул Забини за его спиной, — старуха была в ярости. Говорят, что она устроила настоящий скандал Снейпу. Никто этого не видел, но она как раз вела урок у наших третьекурсников, когда в кабинет ворвались гриффиндорцы. — А что с Грейнджер? — Драко постарался придать своему голосу как можно больше равнодушных ноток, медленно задвигая секретную панель шкафа и закрывая дверцу. — Спала в Больничном крыле, когда мы с Ноттом… — Вы с Ноттом?! — Малфой резко повернулся, отказываясь верить своим ушам. Блейз прищурился, наблюдая за реакцией друга, и спокойно продолжил прерванную Драко фразу: — … пришли ее проведать по приказу Снейпа. Малфой провел рукой по волосам, убирая назойливую челку со лба и стараясь вернуть себе спокойствие. — Почему Снейп отправил кого-то к Грейнджер, и как в число этих людей попал Нотт? Забини нарочито медленно достал из кармана фляжку, открутил крышку и сделал маленький глоток. В кабинете сразу запахло травами и алкоголем. — Вообще, Снейп искал тебя. Но так как ты пропал сразу после занятий, и никто не знал, где тебя искать, — вскинутая бровь мулата указывала на то, что ее хозяин догадывался о местонахождении Малфоя, но предпочел этот факт скрыть, — он отправил меня проверить, насколько истерика Макгонагалл была оправданной. Тео послали со мной, как сказал Снейп, для солидности. И, опережая твой вопрос, выглядела Грейнджер паршиво, а мадам Помфри пребывала в состоянии глубокого шока. Что, впрочем, не помешало ей выпроводить нас почти сразу же. Драко подошел к другу, отобрал фляжку и сделал осторожный глоток. Внутри оказался крепкий абсент, которым Забини увлекся после очередного отдыха в Швейцарии. Горечь полыни и прохладные мятные нотки взбодрили Малфоя. Вернув фляжку владельцу, он опять сел на диван, закинув ноги на низкий столик, и уставился в потолок, переваривая услышанное. — Этот ублюдок перешел все границы, — отстраненно произнес Забини. — Ему явно кто-то разрешил подобное. Не думаю, что такой трус как Кэрроу рискнул бы использовать Круцио на учениках просто потому, что ему захотелось. Волдеморт испытывает общество, хочет понять, насколько далеко может зайти. — Будто в Министерстве есть люди, которые осмелятся ему возражать. — Такие, безусловно, есть. Орден пусть и ушел в глубокое подполье, но продолжает сопротивляться. Видимо, Волдеморт хочет таким образом спровоцировать их, заставить выступать более открыто. Да и вряд ли Поттер проигнорирует тот факт, что его подружку пытают, пока Орден где-то прячет его задницу. — Она же предательница, — напомнил Блейз. Малфой вздохнул. Сейчас, выбив из Грейнджер хоть и туманное, но признание, Драко понимал, что его опять втянули в непонятные игры, связанные с уже надоевшим противостоянием очкастого придурка с Темным Лордом. Вот только как девушке удалось провести такого опытного легилимента, коим являлся Волдеморт? Драко невольно вспомнил их занятие со Снейпом. Крестный явно что-то накопал в воспоминаниях девушки, и необходимо выяснить, наконец, правду. Вот только интуиция подсказывала Малфою, что Северус не станет с ним откровенничать. — Драко, — окликнул его Блейз, — плевать на Поттера и Министерство. Но где гарантии, что кто-то из нас не попадет под горячую руку этого чокнутого? Или мы будем верить, что чистокровные неприкосновенны? — Меня Кэрроу тронуть не посмеет. Тебя тоже нелегко запугать, но… — Пэнси. — озвучил Забини их общие опасения. — Паркинсоны не пользуются благосклонностью Темного Лорда, в отличии от моей матери, и не настолько влиятельны, если сравнивать их с твоим семейством. — Давай будем откровенны, Фетида не спасет тебя от Империуса, если кто-то посчитает возможным добраться до меня через друзей. — Особенно, если ты продолжишь так переживать за Грейнджер, — усмехнулся Забини. — Я не… — Драко оборвал себя на полуслове, бросив на друга сердитый взгляд. — Ты слишком много говоришь. — Я говорю то, что тебе не нравится. — Переживаешь за свою напарницу по Зельям? — Драко, — как-то устало произнес Забини, на мгновение поджав губы в порыве раздражения, — давай мы сейчас не будем устраивать дуэли и сосредоточимся на том, что действительно важно. Ты не можешь рассчитывать на нас с Пэнси, потому что мы с ней слишком уязвимы. С Империусом тебя Беллатриса натаскала? — Именно. — Сможешь научить нас? Драко задумался. Забини, увидев колебания друга, усмехнулся: — Могу попросить Грейнджер, у нее тоже неплохо получается. Закатив глаза, Малфой не удержался и высказал все, что думает об угрозе Забини. В тех выражениях, которые бы точно не одобрила Нарцисса. — Можно попробовать, если Пэнси согласится. — Это была ее идея, — невозмутимо ответил Блейз. — Думаю, Паркинсон задело, что Грейнджер смогла противостоять Кэрроу, а она нет. — Пэнси вдохновилась Отрядом Дамблдора? — не удержался от усмешки Драко, вспомнив события пятого курса. — Ограничимся нашей троицей или кинем клич по всем факультетам? — Малфой, я серьезно. Драко вздохнул. Предложение было разумным, и спорить с Блейзом было бы глупо. Он еще на уроке испытал раздражение, увидев, насколько уязвимы друзья и понимая, что это подставляет под удар и его. — Ты не представляешь, насколько я устал, Блейз. Мы подростки, а не солдаты. Единственное, что сейчас должно нас волновать — красивые девушки. Развлечения. Планы на будущее. Вместо этого я пытаюсь вытащить из дерьма мать, ношусь с девчонкой, которая может выписать мне путевку в семейный склеп, и разочаровываюсь во всем, что с детства вдалбливал мне в голову отец. Слишком много ответственности и никакого просвета впереди. — Он ощутил, как Блейз ободряюще сжал его плечо, и покачал головой: — Давай вернемся к этому разговору завтра. Я подумаю, что можно сделать, и где мы сможем тренироваться, не привлекая лишнего внимания. А сейчас пойду на кухню, чтобы раздобыть себе еды, раз ужин пропущен, а ты иди к Пэнси и успокой ее. Уверен, она потеряла нас обоих. Они вышли из кабинета, разойдясь в разные стороны. А через несколько минут Драко шагнул на лестницу, которая вела в Больничное крыло. Он позволил себе остановиться только на входе. Сжимая дверную ручку, задумался об охранных заклинаниях, но вокруг царила тишина, и он вошел внутрь, медленно продвигаясь мимо пустых больничных кроватей. Грейнджер обнаружилась в самом конце, за полупрозрачной ширмой, возле которой на полу лежала ее школьная сумка. Помещение освещал только тусклый ночник у двери, свет которого до этого угла не добирался, но напротив кровати девушки было окно, завешанное шторой только наполовину. Грейнджер спала на боку и даже во сне не казалась расслабленной. Несколько лунных бликов обосновались на ее груди, прикрытой тонким одеялом, и бледном лице. Один, самый яркий, запутался в каштановых волосах, пойманный широкой заколкой, удерживающей непослушную копну в хвосте. Почувствовав неожиданное раздражение, Драко приблизился к кровати и снял заколку, стараясь не касаться волос, чтобы не разбудить девушку. Положил украшение на прикроватную тумбочку, где уже кто-то оставил маленький букетик цветов. Вздохнул и прислушался к тишине, чтобы понять, осталось ли его появление здесь незамеченным. Мадам Помфри, видимо, уже ушла в свою комнату, а других пациентов в Больничном крыле не обнаружилось, что было странно для школы, которой заведовали Пожиратели Смерти. Драко замер у кровати, разглядывая спящую девушку, и не понимал, зачем сюда пришел. Хотел убедиться, что с ней все в порядке? Проверить, не готовится ли она к побегу, махнув рукой на свое тайное задание? В самом деле, что за идиотский порыв. Он отвернулся, чтобы направиться к выходу, но тут его взгляд зацепился за лежащую на полу сумку. Оглянувшись, чтобы проверить, что Грейнджер спит все также крепко, он опустился на корточки, расстегнул замок и заглянул внутрь. Ничего необычного. Чернильница, перья, свитки, учебники, какие-то заметки на клочках пергамента. Из общей картины выбивался небольшой блокнот, от которого слабо веяло магией. Малфой взял его в руки и открыл, листая пустые страницы. А затем выпрямился, взял с тумбочки палочку Грейнджер и коснулся ее кончиком обложки. На пустых до этого листах стали проявляться чернила. Поначалу он не увидел ничего странного, но ближе к концу некоторые записи были зашифрованы. Какую-то информацию, оформленную в виде списка, девушка предпочла скрыть от посторонних глаз, и Драко было понятно, что без ключа к шифру ему ничего не удастся прочесть. Закрыв блокнот, он убрал его обратно в сумку и вернул палочку на место, вновь скользнув взглядом по лицу Грейнджер. На мгновение ему показалось, что ресницы девушки дрогнули. Он замер, прислушиваясь к ее дыханию, которое оставалось таким же мерным. Видимо, действительно показалось. Махнув палочкой, он задвинул штору до конца, погружая этот угол помещения в темноту, и пошел к выходу. Загадок из-за этого зашифрованного списка стало больше, но почему-то визит в Больничное крыло принес облегчение.