Чистые пятна

— … редкий случай, когда кисть должна быть напряжена и вывернута под углом… руна состоит из трех… когда невербально… Профессор Флитвик монотонно объяснял принцип наложения очередной разновидности маскирующих чар, а Драко даже не притворялся, что записывает лекцию. Он сидел в полоборота, уставившись в окно и наблюдая за тем, как мелкие капли дождя сливаются в быстрые ручейки и струятся по стеклам. Малфой знал, что внешне выглядел скучающим, однако внутри он представлял собой тугой узел из тонких нитей самых разных эмоций. Безумно хотелось на улицу. Сесть на метлу и на огромной скорости носиться над полем для квиддича, не обращая внимания на пронизывающий ветер и дождь, бьющий в лицо щедрыми горстями капель. Думать только о том, как управлять телом и ловить потоки воздуха, выполняя сложные элементы. Ощущать гладкое дерево и вдыхать запах сырой листвы, пестрым ковром покрывающей всю территорию Хогвартса. Вместо этого он сидел в душном классе, раздраженно морщился от каждого скрипа пера по пергаменту и чувствовал обеспокоенные взгляды Блейза, сидящего рядом с ним. Очередной поганый день, наполненный всем, что Малфой ненавидел. Меньше всего он ожидал встретить сегодня свою повернутую на Темном Лорде тетку. Меньше всего он ожидал столкнуться с очередным доказательством того, что он не в силах в полной мере распоряжаться своей жизнью. Меньше всего он хотел видеть этот ужас в глазах девушки, которая не должна вообще вызывать у него какие-либо эмоции. И все равно он волновался. Беспокоился. Обрадовался тому, что по непонятной ему причине Снейп решил оградить гриффиндорку от Беллатрисы. Гребаная Грейнджер. Лучше бы продолжала бегать вокруг своего любимого Поттера и подтирать сопли рыжему Уизелу. Держалась подальше от Хогвартса, Темного Лорда и самого Малфоя. Он закрыл глаза, прислушиваясь к мерной дроби дождя по стеклам, желобам и черепичной крыше замка, стараясь отстраниться и вытолкнуть из сознания въевшийся в память образ Грейнджер, с растрепанной косой и виноватым выражением лица, когда она утром извинялась за свою выходку. Драко избегал любых разговоров с ней после той беседы в кабинете, потому что ему не нравилось быть уязвимым. А она каждый раз опасно приближалась к нему, заставляя испытывать эмоции, не свойственные ему в присутствии посторонних. Удивительным образом сочетала в себе робость, смелость, твердость характера и женственную мягкость. Святая Цирцея, женственная Грейнджер. Он наложил бы на себя Аваду, если бы знал, что когда-нибудь подумает об этой девчонке в подобном ключе. Драко собирался сегодня предупредить ее о приезде Пожирателей, но она настолько удивила его своими извинениями, что он растерялся. А затем уже было поздно. И Малфой чувствовал себя виноватым, потому что не дал ей возможности подготовиться к увиденному. Не позволил собраться и встретить опасность с гордо поднятой головой, хоть гриффиндорка и храбрилась, стоя в окружении других учеников, собранных для допроса. Малфой, ты в дерьме. Тебе не привыкать, но теперь в список людей, которых ты хочешь спасти, добавилось еще одно имя. Нет, пожалуй, лишь несколько первых букв имени, но ты почему-то не откладываешь перо и старательно размазываешь чернила по пергаменту, позволяя им своевольно завершить начатое и поставить подпись на приговоре самому себе. Уже второй урок подходил к концу, а никто из отсутствующих учеников не вернулся. Как и Грейнджер. И хоть Малфой понимал, что Снейп не станет пытать девушку, нельзя было отрицать, что что-то могло пойти не так. Например, Беллатриса без разрешения ввалится в кабинет директора. Или его подопечная опять неосознанно вляпается в какое-то дерьмо на пути обратно. Или сбежит. Интересно, Грейнджер способна сбежать? — Нет, — услышал Драко шепот Блейза. И вздрогнул, когда понял, что последнюю фразу он произнес вслух. — Еще что-то подобное и подумаю, что Пэнси все-таки подлила тебе Амортенцию. — Она тебе рассказала? — притворился заинтересованным Малфой, стараясь отвлечь друга от своего промаха. — Или и тебе угрожала подобным образом? — Да и да. Но на всякий случай знай — у нее действительно есть флакончик с этим адским зельем. Драко хмыкнул и вновь повернулся к окну, считая минуты до конца урока. На обеде он увидел за столом Гриффиндора Томаса и Финнигана. Оба входили в число вызванных студентов, и оба сейчас были мрачнее тучи. За столом Когтеврана Малфой заметил Голдстейна. Затем глаз выцепил несколько ребят с младших курсов. Все — без видимых увечий, но весьма напуганные. Грейнджер не было. Она объявилась на уроке трансфигурации, опоздав на несколько минут. Тихо попросила разрешения войти и после кивка Макгонагалл села на свое место, медленно извлекая из сумки необходимые для занятия принадлежности. Интересный факт: в кабинете трансфигурации было не так душно, как у профессора Флитвика. Малфой старался не смотреть в сторону гриффиндорки, но почему-то видел, насколько бледным стало ее лицо. Словно из девушки разом выкачали все силы. Затем он отметил и другое изменение в ее внешности — левая рука девушки была плотно забинтована, и она морщилась каждый раз, когда шевелила ею. Малфой раздраженно ослабил узел галстука, опять пытаясь справиться с внезапно навалившейся духотой. Неужели так трудно держать окна в кабинетах открытыми? Он быстро достал из сумки чистый лист пергамента, разделил его на две части и на обе наложил Протеевы чары. Из одного куска Драко наспех сложил фигурку журавлика и в тот момент, когда Макгонагалл отвернулась к доске, быстро отлевитировал его на парту Грейнджер. Гриффиндорка вздрогнула от неожиданности, но быстро прикрыла журавлика учебником и оглянулась назад. — Разверни, — одними губами произнес он. Она нахмурилась, но все же последовала совету. Малфой вывел на своей половине листа: «Что с рукой?» Чернила впитались в бумагу, унося послание адресату. Уже через несколько секунд он смог прочесть неровную строчку, выведенную почти каллиграфическим почерком: «У Ханны Эббот случилась истерика, разбился флакон с зельем, и я порезалась». Он нахмурился, выводя ответ: «Какого черта ты делала рядом с Ханной Эббот?» Пауза. Слишком долгая для правды. «После встречи со Снейпом у меня разболелась голова, и я пошла в Больничное крыло». «Ты видела остальных?» «Да, но не всех. Только тех, кто оказался после воспитательной беседы у мадам Помфри». «Насколько все плохо?» — торопливо вывел он, сразу же пожалев об этом, но чернила уже впитались. «Лавгуд без сознания. Невиллу сломали руку. У Чанг порезы на лице…» — почерк Грейнджер теперь был почти неразборчивым, некоторые буквы смазались. — «Ханне пришлось дать несколько зелий, чтобы успокоить и усыпить, Кармайкл не может открыть глаза из-за какого-то проклятия». Дерьмо. «Что от тебя хотел Снейп?» — он сразу же украдкой посмотрел на нее, чтобы видеть реакцию на этот вопрос. Грейнджер немного подумала, а после быстро вывела что-то короткое. Драко знал ответ еще до того, как проявились буквы: «Не сейчас». — Драко, — прошептал Блейз, убедившись, что Макгонагалл занята объяснением того, как проводить количественную оценку силы магии для сегодняшнего заклинания, — все нормально? Что у Грейнджер с рукой? Малфой осторожно пододвинул к нему листок, давая возможность прочитать ответы девушки. Забини покачал головой: — Я ожидал, что будет хуже. — Хуже физического насилия и угроз? — еле слышно фыркнул Драко. — Учитывая присутствие твоей тетки — да. Малфой принялся торопливо записывать лекцию, даже не пытаясь уловить ее смысл. Пока рука механически выводила слова, парень позволил себе порассуждать о событиях дня. Больше всего не нравилось, что ему не удалось оставить ситуацию под своим контролем. И интерес Беллы к Грейнджер очень сильно настораживал. Она не посмеет действовать вопреки распоряжениям своего хозяина, но до конца верить в ее адекватность не следовало. Драко попытался поймать Грейнджер перед Нумерологией, последним уроком в сегодняшнем расписании, но девушка слишком долго разговаривала с Энтони Голдстейном насчет конспектов к пропущенным ею урокам. Тот на удивление был дружелюбен по отношению к гриффиндорке и Малфою оставалось только раздраженно скрипеть зубами, понимая, что сейчас не лучшее время для расспросов. Поэтому ему пришлось дождаться окончания урока, после чего, не церемонясь, он схватил девушку за локоть и утянул ее в альков между третьим и четвертым этажами. — Итак? — приподнял он брови. — Что? — устало откликнулась девушка, прислонившись спиной к стене и сложив руки на груди. — Снейп. — Малфой, день был откровенно тяжелым, — раздраженно произнесла она, отвернувшись и переводя взгляд в сторону окна с ярким витражом в виде разноцветной мозаики. — Что он хотел от тебя? — Драко прищурился, скрывая свое недовольство ее реакцией и попыткой избежать разговора. — Или у вас очередные секреты? — Он угостил меня чаем с Сывороткой Правды и спрашивал про Гарри и его планы. Пытался узнать, где мои родители. Понять, зачем я явилась сюда… — она замолчала, поджав губы. — Грейнджер, — вкрадчиво, очень спокойно спросил он, наклонив голову чуть в бок и продолжая разглядывать лицо девушки, освещенное дневной пасмурностью осеннего дня, — ты действительно считаешь, что я поверю в эту жалкую попытку придумать оправдания? После того, как стал свидетелем его посещения твоей черепной коробки? Может, хватит делать из меня идиота? — Можно, я пойду? Хочу изучить пропущенный материал и приступить, наконец, к подготовке к Ж.А.Б.А. — Она упрямо избегала его взгляда. — Я еще не… — Малфой, я сегодня выдержала встречу с Беллатрисой, допрос у Снейпа и наблюдала за тем, как мадам Помфри пытается устранить последствия распоряжений твоего хозяина. Меньше всего мне сейчас хочется вступать в перепалку с тобой и доказывать, что я ничего от тебя не скрываю. Просто. Оставь. Меня. В. Покое. Безэмоционально. Спокойно. Не поворачивая головы. Малфой несколько мгновений боролся с желанием встряхнуть девушку за плечи, чтобы она хоть как-то показала себя настоящую, но… Но. — Ладно, — принял он, наконец, решение, — идем. — Куда? — только в этот момент ее глаза вернулись к лицу парня, хоть на лице не дрогнул и мускул. — Возьмешь все необходимое для занятий, переоденешься и останешься с Блейзом и Пэнси. Мне нужно выполнять мои новые обязанности и составить список дежурств для Инспекционной дружины. — Ну конечно, дружина… — она усмехнулась, первая покидая укромный уголок и вливаясь в поток спешащих с занятий учеников. Гребаная Грейнджер. Ему пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и убедить себя, что сейчас лучше всего не вступать в открытый конфликт. На первом месте стояла необходимость спрятать гриффиндорку от Беллатрисы, не зря даже Снейп поступил также. А потом он заставит ее все рассказать. Только придумает, как это сделать наиболее безопасно для его нервной системы. На короткий миг он посочувствовал Поттеру и Уизли. Они терпели Грейнджер годами, несмотря на ее заносчивый характер и своенравие. Хотя она вряд ли вела себя с ними подобным образом. Уже у портрета Полной Дамы Грейнджер оглянулась: — Я могу позаниматься и у себя. Обещаю, что не выйду из башни. — Нет. — Но… — Не заставляй меня повторять. — Он посмотрел на часы. — У тебя двадцать минут. Он прислонился к уже почти родному подоконнику (Драко был уверен, что даже гриффиндорцы не проводили возле него столько времени за все годы обучения), демонстративно скрестив ноги и сложив руки на груди. Девушка коротко пожала плечами и скрылась в проеме, оставив его в одиночестве. Откинув голову назад, он столкнулся затылком с прохладным стеклом и закрыл глаза. Отчаянно хотелось закурить. И вернуться на пару лет назад, когда вся его жизнь состояла из тусовок со слизеринцами и жалоб на домашние задания. Когда Грейнджер была раздражающей зазнайкой, а единственным его врагом являлся очкастый Поттер со своим синдром спасателя всего Волшебного мира. Прекрасные времена. Жаль, что он их не ценил. Грейнджер справилась даже быстрее, чем он просил. Она переоделась в джинсы и теплый свитер, забила свою сумку свитками и учебниками до такой степени, что та не до конца закрывалась. Послушно пошла за ним в сторону подземелий. Уже у входа в гостиную осторожно напомнила: — Я должна быть в башне Гриффиндора, а не здесь. — Ты должна быть там, где я тебе приказал. Она резко остановилась, прищурившись: — Приказал? Мы так будем разговаривать? — Да. Потому что, я напомню тебе, ты сама притащилась в Хогвартс и сделала все для того, чтобы вызывать подозрения. — Я… — Она несколько раз открыла и закрыла рот, а после встряхнула головой. — Мерлин, действительно. Это я подозрительно себя веду. Это я скрываю правду, пытаюсь втереться в доверие, а после даже не предупреждаю об очевидных вещах! — Да потому что я не знал, что она придет! — повысил голос Драко, бессознательно сделав шаг к девушке, на щеках которой появился румянец. Она выставила правую руку с поднятым вверх указательным пальцем: — Нет. Не нужно. Я сама виновата. Я хотела увидеть в тебе хотя бы что-то человеческое. И мне очень жаль, что приняла желаемое за действительное. Безусловно, я буду выполнять твои приказы и продолжу спокойно учиться, не претендуя на какую-либо откровенность с твоей стороны. Потому что ты — Драко Малфой, а я — мерзкая грязнокровка, которая портит тебе жизнь одним только присутствием. — Да, черт возьми! — вспылил Малфой. — Ты портишь мне жизнь, потому что из-за тебя, из-за твоих темных делишек в опасности близкие мне люди! Потому что стоит мне пропустить одну единственную твою выходку, и моя голова украсит обеденный стол в Малфой-мэноре! Ты привыкла творить все, что тебе вздумается, и не оглядываться, не видеть, как твои поступки влияют на других людей! — А как твои поступки влияют на других, а, Малфой? Как твоя трусость сказалась на Дамблдоре? На единственном человеке, который действительно знал, где слабые места Темного Лорда? Ты думал о последствиях своего выбора, когда стоял перед ним на Астрономической башне, лишив его оружия и видя, в каком беспомощном состоянии он был? Ты подумал о последствиях, когда Снейп швырнул в него Аваду под счастливые визги ваших дружков-Пожирателей? — она замолчала, тяжело дыша, а после резко опустила голову, словно не веря в то, что решилась произнести эти слова. Повисла тишина. А через мгновение она заговорила вновь, очень тихо, но отчетливо произнося каждую фразу: — Это не оправдать желанием защитить себя или родителей. У каждого члена Ордена есть кто-то, за кого он боится. Каждый член Ордена опасается за семью, возлюбленного или своего ребенка. Но продолжает бороться. Потому что иначе не может. Самообладание его покинуло. Сознание даже не уловило тот момент, когда ладонь Драко толкнула девушку в грудь, пригвождая к стене. Он почувствовал, как под пальцами бьется ее пульс, лихорадочно, отскакивая к острым ключицам девушки и возвращаясь к нему, оседая на коже. Карие глаза испуганно распахнулись. Теперь тяжело дышали они оба, прожигая друг друга немигающим взглядом, только в ее глазах постепенно проступала паника, а в его разгоралась ярость. Если бы он хотел, то без труда сжал бы ее тонкую шею, лишая дыхания. Грейнджер обхватила его запястье, пытаясь сбросить руку со своей груди, но он этого даже не заметил. В ушах продолжали звучать ее обвинения. Они острыми иглами въедались в сердце, отпечатывались на веках, подсвечивались и взрывались в его мозгу. — Малфой… — Заткнись, — огрызнулся он. На секунду прикрыл глаза, пытаясь усмирить волну злости, способную сейчас уничтожить все на своем пути. — Не смей думать, что хоть что-то знаешь о том выборе, который мне пришлось сделать. Что вообще тебе известно о жизни чистокровных семей, и в каком положении они находились тогда и сейчас? У каждого был свой выбор, так ты говоришь? Я определенно выбрал родиться в семье Пожирателя. Затем выбирал, какие ценности в меня будут закладывать. После — выбрал Черную Метку и соседство с Волдемортом в собственном доме. Выбирал муштру Непростительными, угрозы и лицезрение пыток. Все это было выбором, но, будь ты проклята, не моим. Тогда на Астрономической башне на чашах весов были старик и моя семья. А теперь ответь честно: окажись на моем месте, ты бы спасла Дамблдора, пожертвовав собственными родителями? Он отстранился от нее, убрав руку. Повернулся ко входу в гостиную и почти выплюнул пароль: — Честь и наследие. Драко первым шагнул в гостиную, натянув на себя маску холодного спокойствия. Минуя остальных слизеринцев, подошел к Забини, спиной чувствуя, как Грейнджер идет за ним. Он надеялся, что ей хватит ума не показывать своего волнения, потому что объяснять Блейзу и сидящей рядом с ним Паркинсон причину страха на лице гриффиндорки у него уже не было сил. Наклонившись к уху приятеля, он спокойно произнес: — Берите Грейнджер и идите в мою комнату заниматься. Если кто-то заявится и будет искать ее — сделай все, чтобы задержать и оповестить меня. Забини кивнул и встал, за руку заставив подняться и Пэнси. Малфой пошел к выходу, не глядя на источник всех своих проблем. Просто молча нырнул в проем, вновь оказавшись в прохладном и полутемном коридоре. Гребаная Грейнджер! Кулак встретился со стеной, костяшки обожгло вспышкой боли, а запястье заныло. Чертыхнувшись, Малфой несколько секунд разглядывал выступившую кровь, а после наложил на руку маскирующие чары и быстро зашагал к кабинету директора. Сейчас он злился на себя вовсе не за вспышку злости и практически полную потерю контроля над эмоциями. Внутри жгло от сожаления, что ее слова его вообще задели. Больно ударили в самый центр сомнений, страха и самобичевания. Что она знала о нем? О его жизни? О том, насколько больно было разочаровываться в собственном отце, являвшимся для него безусловным авторитетом и примером на протяжении всей его сознательной жизни? Как она могла судить его поступки, если никогда не испытывала такого бессилия от осознания того, насколько омерзительно его окружение, захлебывающееся в этой истерии по чистоте крови? На ее глазах не умирали беззащитные люди, она не жила с вечными кошмарами, преследующими ее и во сне, и наяву. Золотая девочка, стоящая за спиной Поттера и дюжины сильнейших волшебников. Безрассудная в своей храбрости и разочаровывающе безжалостная в своих суждениях. Глупая идиотка, которая различает только черное и белое, не принимая полутонов. Посмотрел бы он на Поттера, если бы его родители были живы и находились в плену Темного Лорда. Взглянул бы на Уизли, сопротивляющегося воле Волдеморта в тот момент, когда его мать кричит от огромного количества наложенных Круциатусов. Была бы их вера в добро также сильна? Он остановился у статуи феникса, запрокинув голову назад и зажмурившись, потому что глаза невыносимо пекло. Их просто выедали бессильные слезы, которым было не дано пролиться. Пустыня в глазницах и такая же пустота в груди. Привычное ощущение уже много месяцев, и он знал, что никакие рыдания не смогут этого изменить. В кабинет он вошел уже полностью спокойным и собранным, со спрятанными в карманы руками и ленивой тенью усмешки на губах. Привычный образ Драко Малфоя, баловня судьбы и наследника аристократической семьи. Верный последователь Темного Лорда. — Добрый вечер, — поздоровался Драко с присутствующими. Беллатриса сидела на месте директора, читая какой-то свиток и накручивая одну из тугих прядей волос на палец. Рядом безмолвной статуей замер Снейп, а напротив них, в глубоком кресле и с бокалом огневиски в руках, развалился Феликс Розье. Именно ему доверили руководить прибывшей группой Пожирателей. Черт. Пэнси. — Драко, ты опоздал, — отметила Лестрейндж, оторвавшись от документа и окидывая его внимательным взглядом. — Задержался в гостиной, нужно было сделать кое-что, — спокойно ответил он, приблизившись к столу и занимая соседнее с Розье кресло. Кивком поприветствовал Феликса, перевел взгляд на тетку: — Как прошел допрос? — Это тебя не касается. Ты принес список вступивших в дружину? — Беллатриса снова углубилась в чтение, но перед этим добавила: — Отдай его Феликсу, он распределит учеников в пары со взрослыми. Малфой извлек из кармана листок пергамента и протянул его Розье. — Кстати, как поживает пташка Грейнджер? — вновь обратилась к нему тетка, презрительно скривив губы. — Надеюсь, ее милое личико не доставит нам проблем? — Сделаю вид, что я не понял этого оскорбительного намека, Белла, — в тон ей ответил Драко, откидываясь на спинку кресла и закидывая ногу на ногу. — Темный Лорд рассчитывает на тебя, несмотря на проваленное в прошлом задание. Она отбросила свиток в сторону и погладила появившуюся в руках палочку, словно намекая на что-то. Драко чуть наклонил голову: — Я его не подведу. — Однако прошло уже две недели, но ты так ничего и не узнал, — усмехнулась женщина. Он промолчал, не считая нужным отвечать. Беллатриса с хитрым прищуром темных глаз разглядывала его, и Драко на мгновение почувствовал смутное прикосновение ее магии к своему разуму. Он оказался к этому готов и сразу воспроизвел в памяти образ испуганной Грейнджер, прижатой к стене и пытающейся вырваться из его хватки. Лицо Беллы озарила тень довольной улыбки, но она никак не прокомментировала увиденное, обратившись к Феликсу: — С Лавгуд не спускать глаз. Повелителя беспокоит активность ее отца и этого паршивого журнала. В голове девчонки такая каша, но она может быть полезна, если придется надавить на Ксенофилиуса. Эти свиньи становятся такими послушными, когда речь заходит о их детях. — Хорошо, мадам Лестрейндж, — подобострастно откликнулся молодой человек. — А что насчет Лонгботтома? — О, — лукаво улыбнулась женщина. Сейчас ее красота стала заметнее, глаза заискрились весельем: — Здесь лучше сразу звать меня, я на короткой ноге с этой семейкой. Она хрипло рассмеялась своей шутке, Розье ей вторил. Однако Белла быстро оборвала это веселье, нахмурившись: — В школе должен быть идеальный порядок, чтобы мы не краснели перед Темным Лордом, когда он пожелает навестить будущих верных подданных. — Темный Лорд явится в Хогвартс? — удивленно спросил Драко. — Планирует. Внезапно камин загудел, выплюнув сноп зеленоватых искр. Малфой увидел, как из него на ковер ступает стройная женщина с аккуратно уложенными светлыми волосами и ядовито-красной сумкой в руках. Умело подведенные глаза, спрятавшиеся за линзами изящных очков с золотым дужками, хитро блестели, а на алых губах застыла мерзкая улыбка. Рита Скитер. Главная гадюка "Ежедневного Пророка" собственной персоной. — Я не заставила себя ждать? Простите, подписывала экземпляры своей книги и не заметила, как время пролетело. Мадам Лестрейндж, очень рада вас видеть! Профессор Снейп, спасибо за приглашение! О, а это же Драко Малфой, приветствую вас, мой мальчик! — она тараторила, шагая к столу, но цепкий взгляд метался по кабинету, отмечая самые мельчайшие детали. — Но где же моя сенсация? Тяжелое предчувствие скрутило внутренности Малфоя. И сразу же этому нашлось подтверждение, стоило лишь Снейпу чуть повернуть голову и обратиться к нему: — Драко, отведи нашу гостью к мисс Грейнджер и проследи за тем, чтобы она получила весь необходимый материал для своей будущей статьи. А ведь Малфой надеялся, что сегодняшний день хуже уже не будет.