Чистые пятна

Сколько времени она уже здесь сидит? Гермиона снова оглядела некогда заброшенный кабинет, который теперь был обустроен с таким уютом, будто его готовили под факультетскую гостиную. Она поднялась с дивана и направилась к дальней стене, где по-прежнему лежали обломки старого шкафа — того самого, в который вчера неудачно врезался Забини. Девушка поежилась, вспомнив ссору, и достала палочку. Что ж, раз уж ей предстоит коротать здесь время до похода в Хогсмид, можно провести его с пользой. — Репаро, — произнесла Гермиона, завороженно наблюдая, как осколки стекла и щепки дерева собираются воедино, возвращая шкафу прежний вид. В такие моменты ей хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что все это действительно происходит. Что магия реальна, и она исходит от нее. Ее пальцы скользнули по шершавой древесине шкафа и задержались на прохладном стекле, оставив легкий отпечаток. То, что было подвластно волшебникам, порой не укладывалось в голове Гермионы. Сейчас она с помощью одного заклинания из программы первого курса совладала с хаосом и восстановила предмет, который в магловском мире был бы невозвратно разрушен. Неудивительно, что могущественные волшебники, особенно темные, в какой-то момент начинают чувствовать себя богами — вершителями судеб, мечтающими о господстве и Новом Порядке. — Грейнджер, черт возьми! — раздался за ее спиной раздраженный голос Паркинсон вместе с громким хлопком. Гермиона обернулась, с удивлением осознав, что не услышала, как слизеринка вошла в кабинет. Пэнси закатила глаза. — С такой бдительностью тебя быстро раскусят, даже из замка не успеешь выйти. — Я сижу здесь битый час. Малфой привел меня после завтрака, и вот уже... — Гриффиндорка нашла глазами старые настенные часы. — Полтора часа как я жду тебя. — Не в твоих интересах делать сейчас замечания, если, конечно, ты все еще хочешь отвлечься. — Не дожидаясь ответа, Пэнси развернулась, бросила сумку на кресло и начала расстегивать рубашку. Гермиона вопросительно уставилась на однокурсницу. — Раздевайся, Грейнджер, времени в обрез, через пятнадцать минут Блейз будет ждать тебя у входа в замок, — брюнетка снова показательно закатила глаза. Она уже снимала юбку. Гермиона отвернулась и принялась несмело стягивать с себя жилетку. — Салазар, в раздевалке никогда не была? — фыркнула Пэнси, обходя ее и вставая напротив, ничуть не стесняясь своего полуобнаженного тела. Она протянула Гермионе стопку вещей, поверх которых лежали два флакончика с тягучим зельем смолистого цвета. — У тебя два часа. На дорогу туда-обратно и походы по магазинам. — Зелье черное, — медленно, скорее самой себе проговорила Гермиона, переведя взгляд на Пэнси. — Оно всегда такое, у меня же волосы черного цвета, — непринужденно ответила слизеринка. Гермиона не стала тратить драгоценное время на разъяснения: цвет, а тем более вкус Оборотного зелья не зависели от цвета волос того, кто делился своей частичкой. К примеру, зелье Гарри было ярко-золотистым и куда менее отвратительным, чем то, что получилось с шерстинкой кошки Мелисенты. Гермиона вздохнула от предстоящей перспективы попробовать на вкус "характер" Пэнси и взяла вещи из ее рук, украдкой оглядев фигуру брюнетки. Она была одарена всем, чего желают женщины: тонкая шея, слегка выдающиеся ключицы, аккуратная грудь, изящная талия и стройные ноги. Хоть Паркинсон и обладала ужасным характером, в ее движениях все же угадывалось аристократическое воспитание. Даже по тому, как она подала Гермионе вещи: надменно, с ленцой и слегка приподнятым подбородком, как будто оказывала ей величайшую услугу. Раздевшись до белья, Гермиона незамедлительно откупорила флакон и выпила содержимое, морально готовясь к отвратительному вкусу. Однако этого не произошло. Да, зелье само по себе было противным — таков его состав, — но послевкусие, как правило, зависело от человека, чей образец использовался. Как бы странно это ни звучало, Пэнси оказалась на вкус как крепко заваренный имбирный чай. Не успела Гермиона распробовать вкус выпитого зелья, как вдруг ее внутренности свернулись в узел, кожу обдало нестерпимым жаром, а кости, казалось, вот-вот хрустнут от напряжения. Девушка зажмурила глаза и согнулась, положив руку на плечо Пэнси, стоящей напротив нее. В тот же момент Гермиона почувствовала, как ее тело начало меняться: ноги и руки удлинились, волосы стали легче и короче, грудь увеличилась в размере. Невыносимые ощущения вскоре прекратились, Гермиона выпрямилась и встретилась с ошарашенным взглядом Пэнси. Несколько секунд они стояли в молчании. — Это… — подала голос слизеринка, прочистив горло, — странно. — Ты никогда не видела, как работает Оборотное зелье? — Я не видела, как человек превращается в меня! — Паркинсон попятилась от Гермионы и направилась к сумке, еще несколько раз озираясь на своего двойника. Грейнджер понимала эмоции, которые сейчас испытывала Пэнси. Во время операции “Семь Поттеров” Гарри неожиданно для себя увидел сразу шесть двойников. И только серьезность ситуации не позволила другу рассматривать каждого из них и подмечать особенности собственной мимики и движений. Гермиона торопливо надела предложенные Паркинсон свитер крупной вязки и плотные колготки, но замялась, когда к ней в руки попала юбка Пэнси. — А есть что-то… более теплое? — А что тебя смущает? — Слизеринка хмыкнула. — На улице хорошая погода, отличный повод для юбки. — Но она слишком короткая! — Гермиона чувствовала себя глупо, стоя перед Паркинсон в свитере и колготках и споря из-за длины юбки, когда была дорога каждая минута. — Грейнджер, ты сейчас не Грейнджер, а Пэнси Паркинсон. Не переживай, никто твои… мои ноги трогать не будет, не посмеют. — Ты могла бы дать мне свои джинсы… — Да хватит уже строить из себя не пойми что, — перебила Пэнси, — надевай то, что тебе предлагают и иди к Блейзу. Гермиона сердито посмотрела на собеседницу, но пришла к выводу, что закончить этот спор было правильнее. Вздохнув, она надела юбку, чересчур громко вжикнув молнией, на что Паркинсон тут же возмутилась: — Осторожнее, эта юбка обошлась мне в сорок галеонов! — Ты переплатила за нее, ткани явно ушло слишком мало, — огрызнулась Гермиона, обуваясь. Слава Мерлину, Паркинсон хватило ума не приносить туфли на высоком каблуке, видимо понимала, что ковыляющая на ходулях Гермиона под ее личиной таким образом нанесет непоправимый вред репутации стильной и утонченной слизеринки. — Два часа и ни минутой больше, — напомнила Паркинсон, подталкивая девушку к выходу. А затем захлопнула дверь за ее спиной и, кажется, громко выругалась, поминая Малфоя и его абсурдные идеи. Гермиона расправила плечи, сделала глубокий вдох и торопливо зашагала по коридору, чувствуя себя неуверенно и надеясь, что не встретит никого до самого выхода из замка, где ее ждал Блейз. Однако у судьбы были иные планы. Повернув в одну из галерей, она чуть не врезалась в высокую фигуру, оказавшуюся никем иным, как Драко Малфоем. Сдавленно пискнув (и мысленно отругав себя за столь не характерный для Паркинсон звук), она уже открыла рот, чтобы высказать Малфою все, что она думает о его подруге, но увидела Пьюси и осеклась. Напарник Малфоя приветливо улыбнулся однокурснице. — Пэнс, ты в Хогсмид? — Да, я тороплюсь, Блейз меня уже заждался, — проговорила Гермиона, уже чувствуя, как внутри поднимается тревога. Она попыталась придать своему голосу как можно больше манер Пэнси, но быстро отказалась от этой затеи, понимая, что выйдет только хуже. Девушка должна была что-то сказать Малфою, игнорировать его присутствие было не характерно для слизеринки. — Может тебе нужно что-то купить, Драко? Парень одарил ее теплой улыбкой, отчего у Гермионы заныло в груди. Она впервые увидела, уловила от него что-то трепетное, что-то, адресованное именно ей. — Возьми что-нибудь на свое усмотрение, — ответил он и коснулся ее локтя. — Все, иди. Кожа под свитером вспыхнула от этого короткого прикосновения, и боясь, что ее реакцию начнут выдавать шея и щеки, она сделала шаг и коротко поцеловала Малфоя в уголок губ. Отпрянув, она махнула Пьюси на прощание, и лишь в последний момент заметила в глазах Драко мелькнувшее удивление. Ей хотелось бежать от того места, и не потому, что она спешила к Блейзу, а как раз из-за последнего взгляда Драко. Она думала, что ведет себя естественно, но, видимо, что-то пошло не так. Гермиона вывернула из-за угла и быстро спустилась по ступеням в главном холле. Блейз уже ждал ее, приветствуя самой широкой улыбкой. Когда девушка подошла к нему, он лишь наклонился ближе и заговорщически прошептал: — Самое популярное заклинание, относящееся к Гламурным чарам? Гермиона брезгливо посмотрела на него. — Можешь не отвечать — проверку прошла. Не будем терять время. Блейз выпрямился и махнул головой в сторону Хогсмида. Он энергично зашагал, пересекая двор школы, и к удивлению Гермионы, ей не нужно было поспевать за ним — шаг Пэнси был вровень походке Забини. — Ты взволнована? — обратился к ней мулат, когда они вышли за ворота Хогвартса. Подавив в себе воспоминание о нелепом поцелуе Малфоя, Гермиона поняла, что ее волнение читалось как страх перед запретной вылазкой. — Да, э-э… Пока я шла по замку, я думала о том, что мне нужно вести себя как Пэнси. Но я совсем не знаю ее. Точнее я лишь знаю, как она ведет себя со мной, но в повседневной жизни… — Она другая. Блейз взглянул на нее и улыбнулся той же теплой улыбкой, что и Малфой несколько минут назад. — Наверное, — пробормотала Гермиона и потупила взгляд. — Какая она с вами? Блейз вздохнул и взглянул на небо, которое в тот момент разрезал тягучий, гибкий косяк перелетных птиц. — Пэнси очень чуткая, понимающая, преданная. Она готова не просто поддержать, а встать грудью за тех, кого любит. Какой ты видишь ее сейчас — это то, через что проходили все, кто сближался с Пэнси. Так она отсеивает слабых людей. Крепкий орешек, понимаешь? — Забини снова посмотрел на нее и игриво улыбнулся. — И только те, кто прошел этот отбор, смогут увидеть ее настоящую. — А какие отношения у них с Малфоем? — спросила Гермиона, прежде чем успела опомниться. От этого вопроса ее тут же бросило в жар. Мулат искренне рассмеялся. — Это вопрос по той же теме или со звездочкой, мисс Грейнджер? — Блейз почти в точности спародировал интонацию Макгонагалл. И тут уже Гермиона, не выдержав, рассмеялась в ответ, мысленно поблагодарив Забини за снятое напряжение. Она смущенно улыбнулась: — Нет, это вопрос по теме. — Мне сложно охарактеризовать отношения Пэнси и Малфоя. — Почему? — Потому что я начал тесно общаться с Драко лишь после… после пятого курса. До этого он бесил меня своим снобизмом, а я вызывал у него раздражение излишним равнодушием к вопросу чистоты крови. — Но ты же чистокровный? — Нахмурилась Гермиона. — Да. Но моя мама… необычная особа. Она умеет выстраивать отношения с людьми независимо от их происхождения. Поэтому нас не особо жалуют в обществе, где с ранних лет вращался Малфой. — И что изменилось? — В каком смысле? — Ну, как вы, недолюбливая друг друга, начали общаться? Блейз прищурился. Он словно не хотел раскрывать все карты. После короткой паузы парень пожал плечами. — Будем считать, что я оказал Драко в нужный момент… услугу. — Какую, если не секрет? — Секрет, Грейнджер. Очень страшный и охраняемый Непреложным Обетом, — то ли в шутку, то ли всерьез ответил Блейз. Девушка поняла, что продолжать расспросы на эту тему бесполезно, поэтому предпочла вернуться к самому началу беседы. — Но Пэнси общалась с Драко с самого детства, да? Я помню, что постоянно видела их вместе еще на первом курсе, если, конечно, Малфой не ошивался в компании Крэбба и Гойла. Забини фыркнул: — О, ты бы знала, как Пэнс ненавидит эту парочку... И да, Паркинсон и Малфой вместе с самого детства. Поэтому, наверное, и позволяют другу другу то, что никогда не позволят другим. — Например? — заинтересовалась спросила Гермиона и уже привычным жестом потянулась, чтобы поправить копну своих волос, но поспешно одернула руку, вспомнив, что сейчас она обладательница короткой стрижки с идеальной укладкой. — А с какой целью ты интересуешься, Гермиона? — уже без улыбки на лице спросил Блейз. Вопрос из числа тех, на который Грейнджер сама себе не могла дать ответ. Однако отступать было не в ее привычке, поэтому девушка постаралась как можно непринужденнее пожать плечами. — Ты сам сказал, что тебе сложно описать их отношения, я всего лишь поддерживаю разговор. А еще... — она замялась и нервно закусила губу. — Хочу понять, как следует вести себя с Малфоем, если вдруг мы встретим его, вернувшись в замок, а зелье все еще будет действовать. — Веди себя с ним так, как не смогла бы повести себя со мной. Тогда почему невинный поцелуй вызвал у него удивление? Гермиона поперхнулась этим вопросом и сразу же почувствовала, как краснеет. Блейз, мельком посмотревший на нее в этот момент, остановился. — Грейнджер? — Да? — Ты что-то натворила? — С чего ты взял? — Потому что у тебя на лице все написано. Что уже напридумывала? Слизеринец игриво подмигнул ей, вызывая новую порцию алого румянца. — Ничего не придумывала! — возмущенно воскликнула Гермиона и тут же виновато опустила взгляд, заметив, как мулат снова широко улыбнулся. — Значит, натворила. Рассказывай, чтобы я знал, из-за чего мой друг скончался от сердечного приступа. Гермиона набрала полную грудь воздуха, прочистила горло и представила, насколько забавно со стороны это сейчас выглядело — вряд ли Блейз часто видел покрасневшую Паркинсон. Но все же призналась: — Когда Пэнси вытолкнула меня из кабинета, и я шла к тебе… Ну, в общем, я столкнулась с Малфоем и Пьюси — они патрулировали один из коридоров. И я… Сейчас мне кажется, что сделала что-то не то. — Почему ты так решила? Что именно ты сделала? — Мне показалось, что Драко понял, что это я, а не Пэнси. И когда я поцеловала его на прощание… Гермиона уже не слышала вопросов Блейза — она рассуждала вслух. — Что ты сделала? — удивленно переспросил Блейз, явно не ожидая такого признания. — Да что не так?! — вспыхнула Гермиона. Забини захохотал. — Я правильно понимаю, что ты поцеловала Малфоя? — А разве не так поступает девушка, прощаясь со своим парнем? — Мерлин, Грейнджер! — закатил глаза Блейз. — Напомни мне обязательно зайти в аптекарскую лавку и купить драконью дозу успокоительного. И бутылку огневиски. А лучше две. Сегодня мне предстоит веселая ночка. — Может, ты объяснишь… Блейз приложил палец к губам и показал в сторону первых домов на окраине Хогсмида. — Давай продолжим это занятное обсуждение чуть позже, а? Поверь, я не упущу возможности узнать все мельчайшие подробности столь пикантной ситуации. Но сейчас лучше сосредоточиться на покупках — времени в обрез. Гермионе оставалось лишь кивнуть и послушно пойти за своим спутником, уверенно прокладывающим дорогу сквозь толпу других учеников Хогвартса. — Нам нужно зайти в обменный пункт, чтобы я разменяла фунты на галеоны, — напомнила она Забини, когда они вышли на главную площадь деревни. — Забудь, там сейчас очередь и мы только потеряем время. — Но… — Малфой платит, — улыбнулся Блейз, достав из кармана увесистый мешочек с монетами. — Расслабься и получай удовольствие. — Но… — Гермиона, умоляю, время! Вздохнув, Гермиона была вынуждена согласиться с Блейзом. Следующий час они быстро перемещались от одного магазина к другому. И если в самом начале Гермиона пыталась покупать только самое необходимое, не желая понапрасну тратить чужие деньги, то спустя какое-то время сдалась и позволила Блейзу хватать с прилавков и полок все, что ему заблагорассудится. Кажется, Забини поставил перед собой цель — потратить все монеты, выданные Малфоем, поэтому девушка предпочла не мешать, лишь изредка отказываясь от чего-то совсем уж абсурдного. Например, комплекта гусиных самозатачивающихся перьев в футляре, усыпанном изумрудами и бриллиантами. — Зеленый — цвет Слизерина, — возмутился Блейз. — Я учусь на Гриффиндоре, — шепотом напомнила Гермиона, убедившись, что их никто не слышит. — Подаришь Малфою. — Подарю то, что купила за его деньги? Точно. — Неожиданно вспомнила девушка. — Он попросил взять ему что-нибудь на мое усмотрение. — Это было до того, как ты его поцеловала, или после? — уточнил Забини, рассмеявшись. — Забини, еще хоть одно слово об этом — и я тебя прокляну! — Вышла из себя Гермиона, почувствовав, что вновь заливается румянцем. — Ладно, ладно, сделаю вид, что испугался, — в примирительном жесте поднял руки Забини. — Идем, есть идея. Он потянул ее в сторону магазина с яркой вывеской. Разноцветные буквы переливались всеми цветами радуги, а витрина была уставлена подносами с различными сладостями и десертами. — "Сладкое королевство"? — изумилась Гермиона. — Малфой и конфеты? — У каждого есть маленькие слабости, Пэнс, — громко ответил Блейз, кивком приветствуя какого-то знакомого. Гермиона переступила порог магазинчика сладостей и не смогла сдержать улыбки. Несмотря на последние события, здесь все оставалось как раньше. Ученики со смехом и громкими разговорами выбирали вкусные и смешные сладости, на их лицах постоянно мелькали улыбки, и вся атмосфера казалась непринужденной и праздничной. — Хорошо. — Вздохнула девушка, повернувшись к стоявшему за спиной Блейзу. — Что он любит? — Купи ему шоколад. У парня стресс, требуется много сладкого, — иронично подмигнул ей мулат. — Просто шоколад? — Да, а я пока присмотрю что-нибудь себе. Гермиона неуверенно подошла к прилавку с разномастными шоколадными плитками и задумалась. Рука сама потянулась к ее любимому сорту — рубиновому, с золотыми хлопьями и ягодной начинкой. Затем девушка окинула взглядом весь ассортимент и замерла, заметив плитку с имбирем. Этот вариант, по ее мнению, идеально бы подошел Пэнси. Я же должна отблагодарить ее за предоставленную возможность? Выбрав сладости, Гермиона подошла к кассе и огляделась в поисках Блейза. Тот уже спешил к ней, держа в руках несколько пестрых пакетиков и целую связку тающих сахарных перьев. — Перья тебе, — усмехнулся мулат, приблизившись. Гермиона вопросительно взглянула на него, не совсем понимая, к чему этот жест. — Ну раз уж мы такие любезные и раздаем друг другу подарки, как на Рождество, — пожал плечами Забини, — я решил, что и ты не должна уйти без своего. И протянул ей скромный презент.