Чистые пятна

— Драко? Бешеная пульсация в висках. Он сглотнул и перевел взгляд на Грейнджер, сидевшую в кресле у стола директора: спина как натянутая струна, пальцы еле заметно перебирают край юбки, старается не смотреть ему в глаза. Грейнджер нервничает. — Не могли бы вы повторить? — посмотрел он на Снейпа. — Кажется, я не расслышал… Директор, восседавший все это время за своим столом, нетерпеливо наклонился вперед, скрестив пальцы в замок. — Ты все верно расслышал, Драко, — перебил его крестный. — Мисс Грейнджер пожелала встретиться с Темным Лордом. Дело неотложное, поэтому отправляйтесь в мэнор прямо сейчас. — Снейп встал и, обойдя Драко, направился к Пожирателю, стоявшему все это время у входа. — Рован, вы на сегодня свободны. Мистер Малфой сопроводит мисс Грейнджер. Дверь за Косгроувом захлопнулась, обдав спину прохладным воздухом и сбив челку на лоб. Драко пристально смотрел на Грейнджер, абсолютно сбитый с толку. Сама мысль о возвращении в мэнор после всего, что произошло, была ненавистна ему. Но сейчас все это отходило на второй план. Ранее Грейнджер лишь раз пожелала встретиться с Темным Лордом. В день, когда она явилась в Хогвартс, когда передала список последователей Ордена, когда решила обмануть весь магический мир, переметнувшись на сторону Волдеморта. Предчувствие не обманывало — Грейнджер снова пошла в наступление, рискуя собственной шкурой. А может и не только своей. Драко на секунду прикрыл глаза и, сделав глубокий вдох, возвел привычные стены, отрезав от разума все эмоции, которые мешали ему мыслить трезво. Грейнджер была напряжена сейчас, но не так, когда ее заставали врасплох. Ее не пугала встреча с Темным Лордом, она была к ней готова. Но она чувствовала себя неловко в присутствии Драко. После вчерашнего. Это было ему на руку. Он открыл глаза и встретился взглядом с Грейнджер. Она наблюдала за ним. Затем поднялась из кресла и стремительно шагнула навстречу. Драко готов был поклясться, виной тому секундный порыв. Грейнджер забыла о Снейпе, который неотрывно следил за ними. Она полностью поддалась желанию приблизиться к нему, а в ее осекшемся движении застыло нечто невысказанное. Запертое где-то глубоко чувство ударилось о прочную стену и, заскулив, вновь спряталось во тьме. Ее действие не встретило никакого внимания со стороны Драко. Он в то же мгновение развернулся и подошел к камину, у которого в молчаливом ожидании уже стоял директор. — Вас ждут, — проговорил Снейп, как только Грейнджер поравнялась с Драко, и указал рукой на горшочек с летучим порохом. Малфою показалось, что крестный хотел сказать больше, но тот после короткой заминки лишь добавил: — Помни о контроле, Драко. Он нахмурился, не вполне понимая, к чему была сказана последняя фраза, но все же кивнул и ступил в камин. Грейнджер легко перешагнула низкую решетку и встала рядом с ним, аккуратно взявшись за плечо Драко. Мускулы под ее рукой моментально напряглись, выдавая глупую реакцию на прикосновение. — Хогсмид, — произнес он ровным тоном и бросил горсть пороха под ноги. Через мгновение они уже стояли в камине темной хижины. Он ступил на каменный пол и огляделся по сторонам — в старой лачуге никого не было, возможно, Снейп предупредил патрулирующих об их прибытии. Драко чувствовал, как его левое предплечье начинало покалывать раскаленными иглами — нетерпение Волдеморта возрастало. Он развернулся, чтобы поторопить Грейнджер, но не успел высказать свое недовольство ее нерасторопностью, как она поскользнулась на пепле и рухнула на него. Драко инстинктивно подхватил ее за талию и устремил ледяной взгляд перед собой, стараясь не думать о том, что она оказалась в его руках. — Две ноги левые, Грейнджер? Повисло молчание. Гадкое существо, которому так нравилось ее присутствие, ее непослушные волосы, высокомерный тон и вздернутый подбородок, вновь зацарапалось в его груди. — Даже если так, я знаю, что ты подхватишь. — Драко почувствовал, как ее пальцы сжались на его плече. Это было невыносимо. Он возвел глаза к потолку и, все также не отпуская Грейнджер, представил мэнор. Через секунду их заволокла черная дымка, унося в место, принесшее им слишком много разочарований. Они приземлились на подъездную дорогу в нескольких метрах от парадных ворот. Поместье скрывала снежная пелена начавшейся метели. Малфой хотел поднять ворот мантии, но, опустив взгляд, заметил в своей руке ладонь Грейнджер. По стене поползла тонкая трещина. Он оглянулся и потянул Грейнджер за собой к живой изгороди, надеясь, что их появление пока еще никто не заметил. Заставил ее прислониться спиной к густо заросшей ограде, выбив из груди девушки выдох удивления, и тут же накрыл ее рот ладонью. — Ты немедленно расскажешь мне все, что задумала, — процедил он, выпуская наружу гнев, искры которого вспыхнули в нем еще в кабинете Снейпа. Драко не отнимал ладони от ее губ, в глубине души не желая слышать, что она скажет ему. Карие глаза беспокойно блуждали по его лицу, а затем на запястье легли теплые пальцы. Он поддался и отнял ладонь. — Ты и твоя семья будут в безопасности. Это… дело не касается никого из вас. — Грейнджер, так и не отпустив его запястье, проскользнула к ладони и переплела их пальцы. Ему хотелось бросить в нее проклятье и заорать: «А что насчет тебя? Ты тоже будешь в безопасности?!». Но он слишком хорошо знал эту ведьму, она не будет подставляться просто так. Она сумасшедшая, но точно не безрассудная самоубийца. Драко расцепил их ладони, снова овладевая собой: — Все, что происходило с нами раньше, теперь останется в прошлом. — Что ты имеешь в виду?.. — Я не доложу Темному Лорду о том, зачем ты прибыла в Хогвартс. Не расскажу о твоем задании. — Он взял ее под локоть и придвинул к себе так, чтобы она могла смотреть лишь ему в глаза. — Но если ты продолжишь искать крестражи, пожелаешь их уничтожить — я сдам тебя, будь уверена, Грейнджер. Она вырвала руку из его хватки и резко откинула назад непослушные локоны, которые беспорядочно развевал снежный ветер. — Как ты можешь… Зная, какое значение это имеет для будущего нашего мира. — Он видел, как в ее глазах разгорается злость. — Пусть этот мир поглотит адское пламя. Лишь одно для меня имеет значение. — Грейнджер понимала, о чем он, поэтому Драко добавил: — Ты слишком опасна для меня. Она отшатнулась, желая увеличить расстояние между ними, но наткнувшись спиной на изгородь, лишь вскинула подбородок: — Отведи меня к Темному Лорду. Драко сделал шаг назад и развернулся, направившись к воротам, мысленно заделывая брешь в своей стене. Взмахнул рукой перед коваными прутьями и прошел на территорию поместья, еле улавливая спешащие за ним шаги. Идиотка. Смертница. Предательница. Грейнджер не стоила его внимания, не стоила его мыслей, не стоила его беспокойства. Она выбрала свой путь еще до того, как они сблизились. С того момента в ней ничего не изменилось. Значит и ему не следует отступать от своих взглядов. Драко быстро взошел по лестнице и коротким взмахом палочки распахнул парадные двери, пропуская вперед Грейнджер. В холл вышла Нарцисса, явно обеспокоенная их появлением: — Драко? Мисс… Грейнджер? — Мать остановилась, пробежав взглядом по фигуре сына, ища хотя бы в облике объяснения ее тревоги. — Темный Лорд прибыл? — Да, только что… Он в галерее. Драко… Малфой лишь кивнул и подтолкнул Грейнджер к выходу во внутренний двор. Он сразу заметил высокую фигуру в темной мантии. Волдеморт стоял спиной к ним, заведя руки за спину, и рассматривал окрестности мэнора через высокое окно. Их шаги эхом разносились по галерее, но Темный Лорд повернулся лишь в тот момент, когда они приблизились к нему и замерли в почтительном ожидании. Красные глаза мазнули по лицу Драко почти без капли заинтересованности, а вот в лицо Грейнджер впились с особой жадностью. Тонкие губы изогнула хищная улыбка. — Северус сообщил, что у вас есть важная информация для меня… мисс Грейнджер. — Да, повелитель. — Драко краем глаза уловил, как девушка чуть поклонилась и сразу же выпрямилась. — Я хотела бы сообщить вам о человеке, который, как мне кажется, пользуется вашим доверием и передает информацию Ордену. Малфой резко повернул голову к Грейнджер, отказываясь верить услышанному. Это еще что за дерьмо? Неужели вчерашнего вечера ей было недостаточно, чтобы понять, какую цену приходится платить, отдавая в руки этому монстру подобную информацию? Он непроизвольно сжал кулаки, спрятанные в карманах мантии. Костяшки чуть хрустнули, этот звук услышал Темный Лорд. Он перевел взгляд на Драко и чуть прищурился. Малфой напрягся в попытке незаметно усилить стены окклюменции. У него не было возможности проверить свои навыки с сильным противником. И в его планы не входила очередная встреча с Волдемортом лицом к лицу, поэтому Драко не был уверен, удалось ли ему скрыть шок и неодобрение, вызванное заявлением Грейнджер. Впрочем, Темному Лорду явно не терпелось продолжить столь интригующий разговор, поэтому влезать в голову Малфоя он не стал. Вновь посмотрел на девушку и махнул рукой, призывая ее договаривать. — Я хотела сообщить о своих подозрениях еще вчера, но… — Грейнджер кашлянула. — Немного растерялась. Прошу прощения, что не сообщила сразу. — Не заставляйте меня ждать, мисс Грейнджер, — прошипел Темный Лорд. — Или мне придется извлечь информацию из вашей головы другим способом. — Эм… Да. Повелитель… — Голос Грейнджер дрогнул, стал чуть тоньше. А еще Малфой уловил, как в интонациях на долю секунды промелькнуло отвращение, выдавая отношение девушки к озвученным словам. — Я уверена, что в Министерстве есть человек, который шпионит за последователями Нового Порядка. — Кто? — нетерпеливо бросил в нее вопросом Волдеморт. — Кингсли Бруствер. Повисла тишина. Драко слышал, как холодный ветер швыряет в оконные стекла россыпи мелких, колючих снежинок. — И на основании чего вы сделали такой вывод? — равнодушно протянул Темный Лорд. — Он подозрительно вел себя на вечере. Ходил между гостями, прислушивался к их разговорам… — Ледяная маска на лице Волдеморта говорила о том, что услышанное не вызвало у него никакого доверия. — А когда вы отправили людей за Га… за Гарри Поттером, он сразу же покинул прием. И еще… Кажется, я видела сияние Патронуса. Он отправил кому-то послание. А вот теперь Драко увидел на обтянутом кожей черепе гримасу ярости. Которая уже через несколько секунд исчезла. Обжигающий взгляд Волдеморта вновь цепко следил за лицом Грейнджер в попытках найти подтверждение сказанному ею. Малфой же уставился перед собой. Его трясло. Неимоверным усилием воли он загнал эту дрожь внутрь тела. Возможно, выдать его отношение к происходящему могли только подрагивающие кончики пальцев, но ладони все еще были сжаты в кулаки и скрывались за плотной тканью мантии. Она вновь играла. Драко не верил в то, что Грейнджер вот так просто сдает члена Ордена, пробравшегося в Министерство настолько глубоко. Она определенно преследовала какую-то цель. И, кажется, он догадывался, какую именно. Змея. Грейнджер нужно добраться до Нагайны, но сделать это возможно только в том случае, если Волдеморт будет ей доверять. Грудь сковало ледяным ужасом. В горле пересохло. Каждую клетку его тела затопило сначала гневом, затем страхом, а после ощущением беспомощности. Забавно. Он в какой-то момент чуть не причислил Грейнджер к числу дорогих ему людей. Она же в который раз на его глазах разыгрывала представление, прекрасно понимая, что будет достаточно одного слова Малфоя, и ее безжизненное тело окажется у ног Волдеморта. Ставила его перед выбором и, почему-то он был уверен, прекрасно осознавала, что его обещания сдать ее являлись блефом. — Кто же еще является членом Ордена, мисс Грейнджер? — Я… Я не могу сказать. — Почему же? — Заклятие Фиделиуса, повелитель… Оно защищает многих противников Нового Порядка. — И кто его накладывал? — Я не знаю. — Видимо, это не Дамблдор. Старый дурак мертв, заклятие потеряло бы силу в момент смерти своего создателя, верно? — Полагаю… — И из ваших воспоминаний я не смогу ничего извлечь, ведь их защищает магия… — Повелитель… Голоса Волдеморта и Грейнджер звучали для Драко приглушенно, будто у него заложило уши. Он предупредил ее. Там, у главных ворот мэнора он дал понять, что более не намерен подвергать свою жизнь опасности и играть в ее игры. Чокнутая гриффиндорка, повернутая на спасении мира. Она манипулирует им. Опять. — Драко. Малфой вздрогнул, возвращаясь в реальность. — Да, мой лорд. — Вы свободны, ожидайте моего возвращения. Здесь, в мэноре. — Волдеморт махнул рукой в сторону выхода из галереи. — И позови отца. Ему хотелось спросить о многом. Не сказать, что Малфоя волновала жизнь Кингсли Бруствера, но внутри все протестовало из-за того, что сейчас происходило. Руки Драко со вчерашнего вечера были по локоть в крови. Сейчас бездействие добавит к этому еще несколько капель. Которые не сотрутся с его кожи — из его памяти — никогда. Но он смолчал. Коротко кивнул, развернулся на каблуках и вышел из галереи, игнорируя торопливый шаг Грейнджер за спиной. Щелчком пальцев вызвал домовика и велел передать Люциусу приказ Волдеморта, а затем поднялся на второй этаж и свернул в сторону своей спальни. Ему было плевать, куда пойдет Грейнджер. Ему было плевать, как она проведет время до того, как жизнь Кингсли Бруствера оборвется из-за ее доноса. И ему очень хотелось наплевать на свои чувства. Он запер их внутри сознания, намеренно отказался давать им оценку и распознавать их оттенки. Вот только стоило переступить порог спальни, и вся его хрупкая защита обрушилась, потому что в комнате пахло Грейнджер. Драко был уверен, что домовики делали уборку, но тонкий, едва уловимый цветочный аромат словно пропитал каждый дюйм спальни. Он захлопнул дверь и прислонился к ней спиной, разглядывая кровать. Время остановилось, растянулось и вихрем устремилось в обратную сторону, отматывая для него события последних суток. Драко не знал, почему допустил их близость. Почему вся его уверенность держать Грейнджер на расстоянии испарилась, стоило только коснуться ее губ. Выдержка? Планы? Намерения? О них он даже не вспомнил. Закрыв глаза, Малфой стукнулся затылком в дверь. В памяти возник образ хрупкой девушки в тонкой, почти ничего не скрывающей комбинации. Ее гневный взгляд. Будто наяву он услышал ее голос и почувствовал кончик палочки, который уперся в его горло. Вспышка ярости. Одно его резкое движение. Жадный поцелуй и не менее жадный ответ на него. На этом они должны были остановиться. Должны были одуматься и прекратить безумие, но оно с каждой секундой лишь усиливалось и утягивало их за собой. Драко знал, почему поддался этому. Он скучал. Действительно скучал, пусть внутри и сидела злость на Грейнджер за ее игры и обман. Он был влюблен. И он хотел ее. Но почему она его не остановила? Почему отвечала на поцелуи? Почему откликалась на любое его прикосновение? Почему осталась? Случившееся прошлой ночью — ошибка. Это не должно повториться. Но он готов отдать многое, чтобы повторилось. Надо же. Всю свою жизнь он был далек от любовных отношений. Ему нравилось внимание девушек, но задумываться об этом всерьез? Сначала он был слишком мал и глуп, затем в жизни появились совсем другие приоритеты, важнее свиданий, поцелуев и объятий. Близость с Пэнси была из-за отчаяния и желания хотя бы на мгновение забыться и почувствовать себя живым. Близость с Грейнджер его убивала. И все равно он не смог от нее отказаться. Драко приблизился к кровати и ткнулся лбом в один из столбиков, к которому крепился балдахин. Он понимал, что секс с Грейнджер был далеко от идеала. Отчасти из-за того, что ни он, ни она в этом не имели опыта, отчасти из-за того, сколько чувств в них кипело, портя удовольствие горьким послевкусием. Но память игнорировала все огрехи и подкидывала образы, от которых его ладони сжимались в кулаки. Ее прикрытые глаза и тихие стоны. Хриплое дыхание и жаркие поцелуи. Следы ее ногтей на его спине, что так и остались несведенными. Нежная кожа девичьей груди, украшенная отпечатками его губ, и подсвеченные пламенем изгибы стройного, женственного тела. Малфой в очередной раз убедился в том, насколько красивой и чувственной может быть Грейнджер. И не просто увидел это… Почувствовал, попробовал на вкус. Мерлин, как бы ему хотелось, чтобы тяга к этой девушке объяснялась обычной похотью. Чтобы его влечение заканчивалось на желании обладать ее телом, получить удовольствие и спокойно двинуться дальше. К сожалению, сейчас, после встречи на балу, после того, как они оказались в этой кровати и, черт возьми, даже задолго до вчерашнего вечера, Драко понимал, что его интерес к Гермионе Грейнджер гораздо серьезнее. Он вздрогнул, когда в дверь раздался стук. Мерлин, Салазар и прочие великие волшебники! Драко прикрыл веки, не двинувшись с места. Помимо него с Грейнджер в мэноре были и другие люди, но Малфой почему-то не сомневался в том, кто стоит за дверью. Только одна девушка могла прийти и просто, по-магловски, постучаться к нему. Он пересек комнату и открыл дверь, выйдя на порог. Ну конечно. — Двери в гостевые спальни закрыты… — слишком покорно залепетала Грейнджер, уставясь на свои перебирающие друг друга пальцы, а затем одернула руки вниз и посмотрела прямо ему в глаза. — Я не знаю, куда мне пойти. Чертова актриса. Драко усмехнулся и оперся плечом о дверной проем. — Заклинание «Алохомора» тебе не о чем не говорит? Гостевые покои не заперты охранными чарами. — Он сделал шаг назад, намереваясь вернуться в спальню. — Попытай удачу снова. — Нет! — Грейнджер толкнула закрывающуюся дверь, ступив на порог его комнаты. — Я просто не хочу оставаться одна. Здесь. В ее голосе и жестах промелькнуло столько эмоций, что Драко на миг растерялся. Поддавшись непонятному импульсу, он наклонился к девушке, силясь не раствориться в ее аромате и живости глаз. Все это было таким странным. Драко поражался, насколько сильно он мог ненавидеть и очаровываться Грейнджер. Для того чтобы происходило первое, ей следовало приложить много усилий. Например, вынести смертный приговор своим соратникам, предать его, рискнуть своей жизнью. Для второго же ей не нужно было делать ничего. Просто быть собой: гореть целью, упрямиться, иногда смеяться и злиться. — Ты делаешь все для того, чтобы остаться одной. И не только здесь. — Он заметил, как в ее глазах мелькнул еле заметный испуг. — Драко, позволь мне побыть с тобой… В одном помещении. На это короткое время. — Грейнджер сделала еще один шаг и надавила на дверь сильнее. Малфой поддался этому натиску, но преградил ей дорогу так быстро, что она врезалась в его грудь. — Ещё вчера я был для тебя монстром, чудовищем. А уже сегодня тебе нужно быть рядом со мной, чтобы… Чтобы что? — Я… — Я ясно дал тебе понять: игра окончена. С меня хватит. Она молча смотрела на него. Драко внимательно следил за всеми невысказанными эмоциями, что мелькали в карих глазах. Пальцы сжались на дверной ручке, он не сомневался в сказанном ни капли. Пока не услышал тихое: — Драко, пожалуйста. Это не была мольба. Она не взывала к его чувствам, не давила. Просто позволила сорваться с губ искренней просьбе. Искренней. И отчаянной. Он вздохнул. — Хорошо. В одном помещении, но не в моей комнате. — Выйдя за порог, Малфой подтолкнул вперед и Грейнджер. — Тебе настолько противно мое присутствие? — Грейнджер. — Он провел ладонью по волосам, а затем завел обе руки за спину. — Будь у меня выбор, находиться с тобой или остаться наедине с собой, как несколько минут назад, я бы определенно выбрал второе. Он лгал. Ей, конечно, но не себе. Человека всегда тянет к тому, что будоражит. Запретный плод сладок, неизвестность притягивает, тайны волнуют разум и заставляют все чувства обостриться. Этот список можно продолжать до бесконечности, но вывод был один: присутствие Грейнджер его волновало. Он чувствовал себя глупым мальчишкой, у которого внутренности узлом скручивало от улыбки симпатичной однокурсницы. Это могло быть забавным, если бы не куча смертельно опасных причин, почему ему следовало держаться от нее подальше. Плечи Грейнджер слегка поникли после сказанного им, она открыла рот, чтобы ответить, но словно передумала. Посмотрела ему в глаза и спокойно проговорила: — Проводи меня в библиотеку. Как раньше. До того как она отвела взгляд и отвернулась, Драко успел заметить, как в грустной усмешке дернулся уголок ее губ. В груди кольнуло от вспыхнувших воспоминаний, на смену которым тут же пришел целый костер раздражения. — Какого черта ты говоришь это? — Дернув девушку на себя, он обхватил пальцами ее подбородок и заставил вновь посмотреть на него. — Как раньше… Ты этого хочешь? А разве было что-то хорошее? Только ложь, интриги и тайны. — Драко навис над ней. — Я совсем не скучаю по тому, что было, — безжалостно проговорил он где-то на уровне ее губ. — А то, что ты вытворяешь сейчас… Кажется мне донельзя нелепым. Глупым. И ненужным. Он хотел отстраниться, но Грейнджер схватила его за ворот рубашки и притянула к себе, встав на носочки. Губы опалило ее шепотом, а сердце трусливо ухнуло вниз, после чего по всему телу пронеслись мурашки. — Вчерашнее тоже было нелепым и ненужным? От ее вопроса стало только хуже. Малфой почувствовал, как вокруг них застыли пространство и время. Горячий взгляд карих глаз гипнотизировал, от смущения и кротости Грейнджер не осталось следа. Он положил ладони на ее талию и сжал пальцы, то ли силой пытаясь заставить Грейнджер отпрянуть, то ли демонстрируя этим жестом свое подавленное желание. — Ты обвиняешь меня в том, что я манипулятор. Как там?.. Я преследую свои цели, готова на все и мне плевать, что будет с тобой и твоими родными? — Одно совсем крошечное движение, и их губы почти соприкоснулись. — По-твоему, вчера я тоже притворялась? — Грейнджер… — Когда я стянула с себя платье, я притворялась? — Я не стану обсуждать вчерашнее… — Когда касалась тебя вот так… — Кончики прохладных пальцев скользнули по его шее и запутались в волосах на затылке. — В этот момент я тоже притворялась? Он отступил назад, утянув ее за собой. Спиной толкнулся в прикрытую дверь спальни, отчего та медленно отворилась. Ещё один шаг назад. Сначала его. И сразу же — ее. След в след. Не разрывая контакт их тел. Глаза в глаза. В очередной раз с одним дыханием на двоих. И… Он хотел ее. С молчаливой, послушной Грейнджер было легко держать дистанцию. Он мог сыпать колкостями или же, наоборот, игнорировать ее присутствие. Выстраивать стену вокруг своего разума, скрывать любой всплеск чувств. Но когда она была такой… В эти моменты совладать с собой было трудно. Он сказал ей, что не скучает по тому, что было раньше. По предательству, заговорам и лжи — разумеется, нет. Но по тому, как искрился воздух между ними, по тому, с каким жаром злости или вожделения она смотрела на него, по тому, как дерзка она была в своих действиях, Драко скучал. И только сейчас он осознал, насколько сильно. — Знаешь, — прошептала Грейнджер, — я готова смириться с тем, что ты считаешь меня лгуньей. Если честно, меня волнует другое, Драко. Вчера… В этой комнате… — Грейнджер выдохнула, на миг прикрыв глаза. Малфой опять почувствовал ее пальцы на своей шее. Она считывала его пульс, как тогда, во время глупого разговора о магловском сыщике. — Ты тоже играл роль. — Какую же? — выдавил он. Она чуть отстранилась, и это вызвало у него внутренний протест. В последний момент он заставил себя продолжать стоять неподвижно, пока ее ладони перемещались на его плечи, обжигая через ткань рубашки. — Ту, которая не даётся тебе сейчас. Ему не нравилось, что она перехватила инициативу и хозяйничала на его стороне поля. Грейнджер чувствовала себя победительницей, в руках которой власть и влияние. На него, его тело, чувства и разум. И если тело заливало жаром от ее близости, то разум, напротив, полыхал злостью. Неужели она не понимала, насколько опасно все это продолжать? Неужели Грейнджер не видела, в какую ловушку загоняет их? Драко коротко выдохнул, чуть наклонился, касаясь губами ее уха, и прошептал: — Всегда будь готова к тому, что противник ответит тебе тем же оружием, Грейнджер. Она вздрогнула и наклонила голову, открывая доступ к шее. Он видел, как закрылись ее глаза и затрепетали ресницы. Это можно было расценивать как угодно. Согласие. Приглашение. Капитуляция. Тонкая венка пульсировала в нескольких дюймах от его губ. И в очередной раз Малфой проявил слабость, в которой нуждались они оба. Сжав в ладонях ее талию, чувствуя трепет хрупкого тела, Драко сократил расстояние, разделяющее его губы и нежную кожу. Ее аромат, ее вкус смешались с составом его крови, стали его неотъемлемой частью и заставили сердце бешено метаться в поисках места, где можно найти спокойствие. Тихий стон Грейнджер стал музыкой для слуха. Ее ладони впились в его плечи. Повернувшись, она заглянула ему в глаза и потянулась за поцелуем. Он не смог отстраниться. Сколько бы Драко себя не спрашивал, все равно не понимал, почему раз за разом он терял контроль в ее присутствии. Тело переставало подчиняться голосу разума, искало еще большей близости с этой девушкой и плевало на все, что происходило в данный момент за пределами этой комнаты, в его жизни. Первый поцелуй, по ее инициативе, был робким, нежным, изучающим. Но чем дольше длился контакт их губ, тем быстрее неслась по венам кровь, распространяя желание по всему организму. Он знал, как все это остановить. Достаточно было убедить ее, что она его больше не интересует, но… Это было провальной идеей, и Драко в полной мере осознал это, когда понял, что его рука легла на затылок девушки, не давая ей прервать затянувшийся поцелуй. Она и не пыталась. Отвечала на прикосновение его губ с неизменным жаром, воровала его дыхание и делилась своим. Цеплялась за его плечи, рубашку, запутывала пальцы в его волосах, подстегивая их общее возбуждение. Стена, которую он до этого момента еще надеялся удержать, покрылась паутиной глубоких трещин и вот-вот должна была рухнуть, но за секунду до рокового мгновения руку обожгло нестерпимой болью. От неожиданности Драко оттолкнул Грейнджер, стиснув челюсти и накрыв пылающую метку ладонью. Жар мгновенно распространялся по всему телу, впрыскивая в вены и сосуды разрушительную ярость. Гнев Волдеморта был всепоглощающим. — Что… Что случилось? — Она бросилась к нему, схватив за локоть, попыталась заглянуть в глаза. Покрасневшие от поцелуя губы блестели и притягивали взгляд даже в такой момент. — Он в бешенстве, — выдавил Драко, не в силах унять боль. — Кажется, что-то пошло не по твоему плану, Грейнджер. К его удивлению, она не выглядела растерянной или испуганной. Мгновенно подобравшись, Грейнджер взяла себя в руки и лишь отстраненно спросила: — Он здесь? — Да. И нам нужно идти к нему. — Так идем. — Развернувшись на каблуках, Грейнджер первой направилась к выходу из спальни, но он успел схватить ее за руку и остановить. — Что ты натворила? Она прикрыла глаза и покачала головой, демонстрируя нежелание что-либо рассказывать. — Я должен знать… — начал он, рассматривая ее побледневшее лицо. — Ты же вышел из игры, помнишь? — Она улыбнулась, все же взглянув на него. — Все в порядке. — Грейнджер… — Это ведь так удобно, да, Драко? — Встретив его вопросительный взгляд, она пояснила: — Менять сторону, когда того требует ситуация. Подстраиваться под обстоятельства и заботиться о своем благе. Без оглядки на то, что случится, если мы все проиграем. — Не смей винить меня в том, что я хочу выжить! — невольно повысив голос, он встряхнул ее, словно это должно было помочь вбить в голову Грейнджер простую для него истину. — Я не виню. Просто не понимаю, как я могла по… — она запнулась. Тряхнув головой, сделала глубокий вдох. — Поверить в тебя. Тебе. Неважно… Идем. — Ты не понимаешь? Он в ярости. Если что-то пошло не так, он убьет тебя. — Драко резко задрал рукав, показывая покрасневшую вокруг метки кожу. — Брустверу изначально ничего не угрожало. — Грейнджер немигающим взглядом уставилась на рисунок черепа со змеей, а затем медленно протянула руку и коснулась воспаления. — Так что будь спокоен, все идет по плану. Малфой в ярости скрипнул зубами и притянул ее за плечи: — И твоим планом было разозлить его? Ты понимаешь, к чему это может привести? Карие глаза блестели, когда она посмотрела на него. — Я обещала, что это не затронет тебя. Нарциссу. Пэнси. Блейза, — проговорила она с расстановкой. Но затронет тебя! — Вы в безопасности, — добила она его еще одной фразой. И пока Драко осмысливал услышанное, Грейнджер вышла из комнаты. Он догнал ее только у подножия лестницы, сбежав по ступеням. И сразу запнулся о встревоженный взгляд матери, появившейся с другой стороны холла. — Темный Лорд приказал привести к нему мисс Грейнджер, — проговорила Нарцисса. — Я отведу. — Драко… — Я отведу. — Нет, это должна сделать я. Речь шла только о ней, — махнула рукой Нарцисса. — Тебя не звали. — Значит, ты меня не видела. Не успела перехватить, — равнодушно отреагировал он. — Драко, он в ярости… — И поэтому я отведу ее! — взорвался Драко, закрыв собой Грейнджер и прожигая мать тяжелым взглядом. Нарцисса побледнела и сделала шаг назад. Ее глаза расширились в неверии. Малфой, раздосадованный срывом на мать, поджал губы. Он понимал, что глупо оправдываться. Нарцисса только что получила подтверждение своих подозрений, об этом говорил взгляд, полный ненависти, которым она наградила девушку за его спиной. Молча отступив, мать повернула голову и посмотрела в пол. Застывшая маска на лице резко контрастировала с пламенем в ее глазах, но никто из них не проронил и слова. Метка продолжала пульсировать. Боль не стихала, несмотря на то, что с каждым новым шагом они приближались к Волдеморту. Драко замер у двери в кабинет отца, сжал кулаки, а затем постучал. Ответа не последовало, но дверь медленно приоткрылась. Люциус замер у стола с какими-то бумагами в руках. Драко видел, как подрагивают листы пергамента, выдавая волнение отца. Волдеморт стоял у камина и резко развернулся, стоило им с Грейнджер переступить через порог. — Я тебя не звал, — раздраженно произнес Темный Лорд, глядя на Малфоя. — Метка. — Драко поднял руку вверх, поясняя свое появление. Он надеялся, этого достаточно, чтобы не вызвать подозрений. — Посчитал, что вы захотите увидеть Грейнджер. И привел ее. Он сделал шаг влево, убрав руки за спину. Грейнджер вышла вперед и замерла, уставившись в пол, совсем как Нарцисса до этого. — Наш прекрасный символ Нового Порядка, — выплюнул эти слова Волдеморт, стремительно приблизившись к ней. — Я начинаю подозревать, что вы играете в опасные игры со мной, мисс Грейнджер. В руках Волдеморта появилась палочка, ее кончиком он подцепил подбородок девушки и заставил посмотреть на него. — Вы доносите на члена Ордена и он, ровно в тот момент, когда я собираюсь стереть его в порошок, загадочным образом исчезает, прихватив важные документы. Странно, не находите? — Повелитель… — Молчать! — Воздух вокруг них завибрировал от всплеска темной магии. Драко почувствовал, как кожу лица стянуло словно липкой паутиной. Сердце вскарабкалось вверх и билось где-то в горле, в ушах шумело из-за пульсации крови в венах. — Неужели ты, мерзкая девчонка, считаешь, что тебе по силам лгать мне? Малфой, продолжая стоять неподвижно, скосил глаза вправо и похолодел от страха. Волдеморт непрерывно смотрел в глаза Грейнджер, скулы, обтянутые тонкой кожей, напряглись. Он пытался прочесть ее мысли, проникнуть в воспоминания. Если бы Малфой верил в богов, то взывал бы к ним, умоляя обмануть Волдеморта. Он не видел лица Грейнджер, но слышал ее шумное дыхание и будто ощущал дрожь ее тела. Вспомнился совет Снейпа не прятать разум, а подбрасывать легилименту то, что тот хочет увидеть. И Драко надеялся, что Гермиона подтвердит звание прилежной ученицы и воспользуется уроками Северуса. — Почему ты решила, что Бруствер — предатель? — тихо и угрожающе спросил Волдеморт. — Мне показалось странным его поведение, — дрожащим голосом ответила Грейнджер. — Я ведь говорила… Он сбежал… Патронус… Пожалуйста, хватит! От этого стона Малфой чуть не сорвался, чтобы закрыть девушку собой. Он задыхался от эмоций, поглотивших его нутро в этот момент. Блуждал между отчаянием, желанием защитить ее и долгом перед близкими. Метался внутри тела и своего сознания, из-за чего и пропустил новый сокрушительный удар по своей выдержке. Грейнджер закричала и рухнула сначала на колени, а после завалилась на бок. Палочка Волдеморта была направлена на нее, но Драко не слышал произнесенного им заклинания. Глаза девушки закатились, тело сотрясало мелкой дрожью, а из горла со вздутыми венами вырывались хрипы, словно она задыхалась. — Повелитель, — произнес Малфой еще до того, как осознал, что делает. Шагнув вперед, он привлек к себе внимание и Темного Лорда, и отца. И если по лицу Люциуса можно было прочесть удивление и испуг, то бледный череп с красными глазами оставался беспристрастным. — Если Бруствер сбежал, я могу… — Поверил в свои силы, Драко? — вкрадчиво спросил Волдеморт, но палочку опустил. Малфой скрыл облегченный выдох, когда услышал тихий всхлип, сорвавшийся с губ Грейнджер. — Думаешь, что сможешь найти одного из лучших авроров? — Да, — уверенно ответил Драко. Он был готов ответить что угодно, лишь бы унять гнев Волдеморта, заставить его забыть о подозрениях относительно Гермионы. — Если вы прикажете. — Нет. Я найду его сам, — дернул верхней губой больной ублюдок. — Но сначала решу, что делать с грязнокровкой. — Повелитель… — сдавленно проговорила Грейнджер. Драко посмотрел на нее, удерживая на лице гримасу отвращения и отыгрывая нужную роль чистокровного засранца. Девушка села, но встать так и не решилась. — Я просто хотела доказать свою преданность… Сообщить… — Преданность? — переспросил Волдеморт, буравя ее изучающим взглядом. На несколько секунд в кабинете повисла тишина, а после Темный Лорд расхохотался. Драко подавил приступ тошноты, когда к этому лающему, неестественному смеху добавился и смех Люциуса. — Мне нравится эта идея. Подними девчонку, Драко, и закатай ее левый рукав.