Чёрный и зелёный

      На языке ощущалась горечь трав, а настроение было удивительно приподнятым: ужасы войны забылись под градусом, а приятная компания, разбавленная смехом, байками и игрой флейты, заставила вечно поджатые губы легко приподниматься и напевать лёгкую мелодию под нос.       Компания солдат, искренних, простых и уставших, была в разы лучше самых привилегированных особ. Первое их робкое приглашение посидеть у костра было воспринято мной неоднозначно: мне везде мерещились ужасы и заговоры, и я шла туда с припрятанным кинжалом и твёрдым убеждением, что в меня будут кидать опасными вопросами и ждать, когда же я провалюсь, ехидно щуря глаза. Каким же было моё удивление, когда за весь вечер никто и не подумал вызывать меня на провокации: лишь тепло, удивлённо и робко встретили, усадили на лучшее место в кругу и не ждали от меня ничего, но всегда замечали, если у меня опустеет кружка или начнут слипаться глаза.       Такое внимание — благоговейное, почти трепетное — от сбитых, крепких мужиков больше меня в несколько раз льстило, и я, приятно удивлённая, что мои действия по улучшению жизни простых солдат не оставались незамеченными, невольно тянулась в ответ. Во второй раз я уже не сидела, как напряжённая струна, и изредка улыбалась, в третий неуверенно подавала голос, а в четвёртый весело смеялась со всеми, зная большую часть солдат по именам.       Позволять себе такую роскошь — проводить целый вечер в шутках и веселье — можно было нечасто, тем приятнее было разобрать большую часть волокиты и присоединиться к этим посиделкам, чувствуя себя не в стану врага, а в кругу не чужих людей. Играть в это время одну из ролей — вдохновителя, принцессы или генерала — решительно не получалось, и, кажется, эту слабость мне дружно прощали, стоило лишь растянуть губы в уставшей улыбке.       Улыбка, к слову, лёгкая и едва заметная, не хотела сходить с лица и сейчас, и я, чувствуя приятное тепло в груди то ли от стакана настойки, то ли от воспоминаний о хриплом смехе и небритых щеках с выступающими ямочками, чувствовала приятную усталость и желание опустить тяжёлые веки и забыться. Мне так давно не хотелось спать…       Но стоило мне войти к себе и начать смывать косметику, как послышалось громкое и очевидно паникующее «Ваше Высочество!». Я раздражённо рыкнула и начала красить только что освобождённый от косметики глаз. — …Его Высочество Се Лянь вернулся час назад и ждёт вас с новостями! — тараторил нервно рядовой, пока мы спешно шли к кабинету. — Это настолько, — выразительно выделила я, — срочно? — П-понимаете… — замялся он, не думая сбавлять шаг. — Дело в том, что в лагерь прибыл генерал Чжао, и он ждёт вас в кабинете уже два часа… — Это… прекрасная новость, — не покривила душой я, тепло улыбнувшись. — Но отчего такая спешка? — Генерал Чжао и Его Высочество сейчас в вашем кабинете… Вместе.       Изо рта вырвался смешок — я демонстративно кашлянула под удивлённым взглядом рядового.       Стоило мне подойти ближе к дверям, как в груди потеплело от знакомого громогласного голоса — да, этого чёрта ни один враг не прирежет. Очевидно, конфликт был на самом накале — слышался угрожающий голос Фэн Синя, взывающий к разуму Се Ляня и ещё один, смутно знакомый, но не менее устрашающий, который, впрочем, также терялся под громогласным рыком генерала Чжао, что мог при желании поставить на место и короля. — Вы вернулись! — восторженно улыбнулась я, смотря на нахмуренного Чжао Лана, что в этот момент что-то активно выговаривал принцу, тыча в него пальцем и ничуть не смущаясь двух фигур, схватившихся за мечи и загородивших царственную особу.       Генералу Чжао было пятьдесят два года, и я каждый раз поражалась, как он дожил до этих лет с таким-то нравом. Он был вспыльчив, неуживчив и злословен до крайности, однако все его недостатки компенсировались с лихвой цепким умом и преданностью к делу. Несмотря на то, что лицо его испещрили морщины, а волосы покрыла седина, Чжао Лан был одним из немногих, кто смотрел вглубь и видел истинное положение дел. — Почему так долго?! — с места в карьер начал генерал, и я умиленно улыбнулась. — Сейчас важна каждая минута, а вы тратите время на минутные забавы? И это кандидат на трон! Считаете это позволительным? — Я тоже скучала по вам, генерал, — ничуть не смутившись, покивала я, проходя внутрь. — Наглая девка! — А вы упёртый баран. Но опустим любезности… Признаться, вы удивили даже меня. Это было изящно настолько же, насколько и опасно. Такой тонкий просчёт заслуживает уважения… И, положим, пары выходных. — У меня не времени просиживать зад! — огрызнулся он, недовольно стреляя глазами в сторону настороженно замершего принца. — Пусть этим занимается царственная семья, мне же дел хватает! — Вероятно, я непонятно выразилась, — лилейно продолжила я, тут же меняясь в тоне. — Я приказываю вам просиживать зад в течение двух дней. В штабе. Думаю, мне не стоит пояснять… Не могу же я вам каждый раз сопли подтирать, верно? — Есть, — выцедил он недовольно, но спокойно. Стоило мне ввернуть ему его слова, как он удивительно затихал. — Прости за не лучший приём, брат, — фыркнула я, проходя к столу и грустным взглядом обводя прибавившиеся бумаги на нём. — Я ждала тебя много раньше. Что произошло? — Известно, что! — громко заявил генерал, стоило Се Ляню только рот раскрыть. — Избалованный мальчишка надел себе корону и пошёл херить то, что ещё не похерено войной! — Вам стоит отрезать язык за такие слова! — гневно выпалил Фэн Синь, я со скукой подпёрла голову рукой. — Как вы смеете!.. — Да как я смею! Как же, как! Я же должен, как и все, засунуть его в задницу и смотреть, как сопливый пацан катит страну в Диюй! — Генерал Чжао, диалога в такой компании не выйдет. Не могли бы вы подождать за дверью? — едва скрывая веселье, кашлянула я. — Я прибыл раньше! — заявил он, переправляя огонь на меня. — Или Её Высочество, как и царственная чета, страдает проблемами с памятью?       Вполне поняв намёк, — к сожалению, он не относился к очередности визита — я вздохнула. — Брат, не мог бы ты?.. — Вы что, пойдёте на поводу у предателя короны?! — вспылил Фэн Синь, перебивая меня.       Я хлопнула кулаком по столу — в кабинете наконец-то воцарилась тишина. — Я что, должна повторять дважды? — зашипела я. Мой голос в тишине звучал как никогда чётко. — Ты, брат, больше не относишься к короне, а ты, червяк, не имеешь никаких привилегий рода Фэн. Вы не имеете прав на земле. И покуда вы не сделали ничего, что переломит ход войны, не имеете и моего уважения… Назовите хоть одну причину, по которой я должна немедля принять вас, а не генерала, снявшего осаду с безнадёжного Ханчжоу? — Ци Жун… Мы всё понимаем и подождём, — прервал тягучую тишину Се Лянь. — Но принц!.. — Фэн Синь, мы идём, — надавил он, и слуга с цыком вынужденно подчинился, сердито оглядев и меня, и удовлетворённого Чжао.       Прежде чем принц со свитой вышел за дверь, смутно знакомый юноша с повязкой одарил меня долгим гневным, странным взглядом, но стоило моей брови вздёрнуться в жесте искреннего удивления, как он резко развернулся, спешно уходя за принцем. — Признаться, я удивлён, — стоило закрыться двери, тут же подобрел генерал. — И чем же? — хмыкнула я. — Что Её Высочество не треплет попусту. — Отрадно слышать, — фыркнула я, подпирая ладонью щёку. — А вы, генерал, в своём духе. Просто поразительно изворотливы… Впрочем, вы знаете, что я бы вам простила многое… — И я это ценю. — Надеюсь… — многозначительно сказала я, скосив на него глаза, он выпрямился. — Мне импонирует ваша честность. Но не забывайте, что рамки нужны и для неё. Наедине, разумеется, вы можете их убрать… — Разве я должен сдерживаться в присутствии бывшего принца? — фыркнул он. — Эта дрянная семейка… Ясно, откуда гниль распространяться начала! — Полно вам, сосредоточимся на деле, — закатила я глаза. — Можете присесть. Я читала отчёты. Под впечатлением осталась не только я, но и весь руководящий состав… Ваш подвиг запротоколирован. Когда наступит мирное время, я позабочусь, чтобы не было ни одного жителя в Саньлэ, кто бы о нём не узнал. — Это не только моя заслуга, — раздражённо высказал он, я умиленно улыбнулась. — Разумеется, ваша рота… невероятна, — признала я. — Если бы я не знала, что в ней состоят обычные призывники, то посчитала, что вы собрали лучших солдат, прошедших обучение. Они не останутся без внимания после… На этом с приятным закончим. Не будем время терять. Вы, верно, знаете положение дел, и я, признаться, не вижу смысла скрывать перед вами нюансы. — Вы хотите… — Верно, — кивнула я впервые на моей памяти замявшемуся Чжао. — Мне не хватает таких людей, как вы, генерал, и я оставляю вас на два дня в штабе не из прихоти. Вы успели доказать за короткий срок, что заслуживаете доверия, так что мне бы хотелось, чтобы вы смогли оценить будущие шаги Саньлэ. Что скажете? — Я… принимаю ваше предложение, — кашлянул сбитый с толку Чжао, и то немудрено. — Меня не волнуют ваши предыдущие конфликты с короной, — решила расставить точки над «i» я. — Поливайте грязью короля сколько угодно. Если при этом вы будете делать всё для победы Саньлэ, можете роптать и на меня, я буду не в обиде.       Чжао Лан молчал, смотря на меня. Озадаченная реакцией, я на всякий случай прибавила: — Гарантирую вам безопасность вне зависимости от исхода войны. Вы и ваша семья получат место при дворе и денежное вознаграждение… Я распоряжусь, чтобы в случае моей смерти все договоренности остались в силе. Вы сможете засвидетельствовать протокол завтра после обеда. Вас устраивают условия?       Под моим выжидательным взглядом он наконец выдавил: — Да… Устраивают. — Примите мою искреннюю благодарность, генерал Чжао, — облегчённо улыбнулась я, вставая с места. — Обещаю, вы не пожалеете.       Мой поклон окончательно заставил Чжао Лана смешаться, тем не менее он воскликнул, не изменяя себе: — Что вы творите! Дурная девчонка! Да разве так ведут себя титулованные особы!       Я засмеялась, когда он насильно вздёрнул меня вверх. — Вам не угодишь, генерал, — с трудом выдавила я, ещё посмеиваясь.       Он гневно раздул ноздри и тут же отвернулся, скрывая щёки, красные то ли от смущения, то ли от гнева. Невероятный человек…

***

      На берегу реки сегодня было тихо и пустынно. Слышался лёгкий шелест листьев, журчание воды и отдалённый смех солдат. Луна делала берег воды особенным, неземным — окрашенная в серебристые цвета, она казалась драгоценным жемчугом: протяни руку, попробуй возьми.       Жемчуг сверкал и в заколке Се Ляня — эта драгоценность тоже убегала из моих рук. Прекрасные черты лица принца, после вознесения утратившие намёк на усталость или изъян, искажались печалью. Хотелось, как в детстве, провести по ним рукой и удостоиться снисходительной улыбки, едва ли искренней, но точно более подходящей этому лицу нежели тихая грусть. — Генерал Чжао прав, — разбил Се Лянь хрустальную тишину. Я устало нахмурилась. — Я не смог сделать ничего для Саньлэ… — Ты слишком строг к себе, брат, — покачала я головой. — Если бы не ты, мы бы утратили связь с дальними городами. Да и твоё владение мечом… Никто не был в нём столь же совершен! — Что стоит навык, если ему нет достойного применения, — грустно улыбнулся он, и, видя, что я пылко открыла рот для возражений, добавил: — Не спорь. Я вижу… — Брат, не воспринимай Чжао Лана всерьёз, — скрестив руки, недовольно фыркнула я. — Он судит всех слишком строго, да и ты знаешь его историю… Его отношения с правящей семьёй объясняют его неприязнь. — Дело не в ней, — покачал головой он, смотря на блики в воде. — Чжао Лан не сказал ни слова лжи… Мои необдуманные действия вызвали панику среди заражённых, а начатые планы по предотвращению гражданской войны не принесли плодов. Даже напротив… — Глупости! — нарочито бодро возразила я, всё больше тревожась и посматривая на его поникнувшее лицо. — Эта твоя идея с траншеей была очень неплоха! Да и с заражёнными было логично отрезать пострадавшую конечность, благодаря тебе мы теперь знаем, что это не влияет на распространение болезни. И вообще, я много поняла благодаря тебе! Вот, например, ещё с той идеей… — Я возвращаюсь на небеса.       Я недоверчиво посмотрела на брата, хлопнула глазами. Ещё раз. И ещё. — Что?! — Ненадолго, Ци Жун, обещаю, — успокаивающе улыбнулся Се Лянь, видя, как перекашивается ужасом моё лицо. — Я же давал тебе слово сделать для Саньлэ всё, что в моих силах… Мне нужно встретиться с владыкой Цзюнь У, он может дать совет, и ещё… — Ты меня бросаешь! — сузила я глаза, и это был не вопрос. — Что ты, конечно, нет! — взмахнул он руками. — Бросаешь, бросаешь! — закричала я. — Ты говорил, что будешь воевать до конца! — И я не отказываюсь от своих слов… — успокаивающе ответил он, кладя мне руки на предплечья. Я вздрогнула и тут же их отбросила, принц через силу улыбнулся вновь. — Хорошо, допустим, — тяжело дыша, выдохнула я, смотря на беспокойный бег воды. В ней мне мерещились зелёные отблески. — Ты уходишь, хорошо… А что другие? — Прости? — Твои… слуги, — неопределённо взмахнула рукой я, через силу удерживая незаинтересованный вид. — Они тоже отправятся с тобой? — Да, Му Цин и Фэн Синь со Средних небес, им тоже надо там появиться, — взволнованно проговорил Се Лянь, тут же добавляя: — Но не волнуйся, ты будешь в безопасности! — И как же?.. — горько выдохнула я, обхватывая себя за плечи. — Твой подчинённый, он очень умелый! И владеет саблей ничуть не хуже Му Цина… Я ему немного помог, поверь, теперь рядом с ним ты будешь в безопасности! — Что? — выдохнула я, потирая веки. Мне не хватало кислорода. — О ком ты?.. — О твоём бывшем адъютанте Хуа, конечно. Поверь, Ци Жун, я оценил, что ты приставила такого умелого юношу ко мне, — улыбнулся он. — А, адъютант… Да, точно… Да-да, такой был… — Ци Жун… Всё хорошо? — с беспокойством спросил Се Лянь, пытаясь поймать мой взгляд. — Порядок, — кивнула я, чувствуя, что побелела. — Прости, мне нужно отойти… Обсудим по утру. Мне надо… Надо.       Шаг назад, второй, и я спешно удаляюсь, не слушая взволнованных вопросов Се Ляня. Я не могла дышать.