Хрусталь и солнечный ветер

Время летело мимо Жана – да и всех остальных Лисов, честно говоря, тоже – с огромной скоростью. Но это было даже не так и «страшно», как могло оказаться. «Лисы» как команда сейчас мало напоминали себя же из начала сезона. Всё-таки их внезапно появившийся такой сильный боевой дух и то, как Кевин гонял их всех на тренировках, давало свои результаты. Сейчас до финала Чемпионата им оставался всего лишь один матч. Матч с «Троянцами». Буквально полгода назад Жану было бы на это совершенно плевать, это было бы просто очередной игрой, которую нужно просто пережить… А сейчас ощущалось всё совершенно по-другому. Накануне самого матча Жан уехал к Джереми. У них было чисто «своё» место, о котором никто не знал больше, где бы их никто не побеспокоил бы. Видеться там, правда, они оба могли нечасто, так как обоим ехать было неблизко, но… Оно того стоило. Сейчас Жан сидел, подперев голову кулаком, и мечтательно наблюдал за Джереми, который, суетясь в своей обычной манере, готовил им двоим свой «фирменный лучший напиток». Зная Нокса, это обязательно будет что-то ужасно сладкое. Француз не был таким огромным фанатом сладостей, как его парень, но ради последнего никогда не отказывался. Они были знакомы всего ничего, а встречались и того меньше, но никто из них не сомневался, что это – судьба. И сейчас, оглядываясь назад, Жан не мог не улыбаться. Они ведь прекрасно поняли, что влюблены друг в друга, почти сразу. Оба. Только не знали, что делать с этими чувствами, по разным причинам. Разуму оказалось нужно больше времени, чтобы понять, осознать и принять те вещи, которые уже познало сердце. И этот их «союз»… стоил того, чтобы подождать. Это… как пить жидкий солнечный свет. Жан любил такие их вечера. Он, как кот, без всяких зазрения совести опускал голову Джереми на колени и, прикрыв глаза, наслаждался тем, как тот перебирал его волосы. Это была та нежность, в которой Жан нуждался всю жизнь, но которую смог получить только сейчас. – Что-то не так. – Жан и утверждал, и спрашивал одновременно. – Что ты имеешь в виду? – Из Джереми был плохой актёр, очень плохой. Или Моро просто слишком хорошо его «чувствовал». – Ты весь вечер хочешь что-то сказать. Жан не видел лица парня, но знал наверняка – тот на секунду прикрыл глаза и прикусил губу. Джереми всегда так делал, когда на что-то решался. Жана это всегда в нём умиляло. – Я не уверен, что это – хорошая идея. Я… Не хочу нервировать тебя перед матчем. Жан повернулся на спину и заглянул Ноксу в глаза, снизу вверх. Прищурился, но мыслей его не прочитал. Не пытался даже, хотя мог бы. – У тебя есть прекрасная возможность вывести из игры одного из соперников, – как обычно неумело пошутил Моро. Джереми посмотрел на парня почти с осуждением: – Прекрати! Жан отмахнулся, поднялся с колен Нокса, принимая сидячее положение рядом с ним, а потом взял его за руку, чуть сжимая. Ему приятна была эта забота Джереми, но Жан правда хотел быть с ним полностью откровенным. У него всегда будут темы, на которые он будет говорить менее откровенно, чем на другие. Но… Это же Джереми. Ему можно знать чуть больше остальных. – Спрашивай, – нарушил воцарившуюся тишину Жан. – Пожалуйста. Троянец мялся всего несколько секунд. Может, подумал о том, что, наверное, другого такого хорошего момента для подобного разговора не предоставится. – Я просто… Иногда я смотрю на тебя и совсем не понимаю твоих родителей. Как можно было… продать тебя, словно ты – какая-то вещь? Выражение лица Жана осталось прежним, только за одним исключением – его взгляд. Переменился только он. Всего на секунду, но Джереми успел разглядеть в нём битый хрусталь. Нокс был прав в своих догадках: тема – просто ужасная! – Я так и знал, что это ранит тебя, прости! – Джереми высвободил свою руку и обнял Жана за плечи. – Нет, всё нормально, правда. – Из Жана актёр тоже был не очень. Но он не сдавался – улыбнулся, пытаясь убедить в своих словах Джереми. – Я и сам часто об этом думал. Жан не знал, что именно лучше сказать. Потому что говорить, по сути, было и нечего. Он тоже не понимал, как самые близкие его люди пошли на что-то такое. Но со временем… смирился. Прошлого всё равно не изменить. – Наверное, они думали, что так будет лучше… Для всех нас. – Моро пожал плечами. – Если бы не эта «жертва», нас бы всех убили, и смерть эта не была бы лёгкой и безболезненной. Жан немного помолчал. Он… думал, стоит ли продолжать. Стоило. Безусловно, стоило. В конце концов, у него не было прежде возможности поговорить о своей семье хоть с кем-то… – В первые годы в «Гнезде» я их просто ненавидел. Это было единственное сильное чувство, которое могло посоперничать с моим страхом. Отчасти я выжил за счёт неё. А потом… Мне стало всё равно. Я не понял их, но принял их решение. И… пожалуй, смог их простить. – Я бы не смог, – покачал головой Джереми. Жан слабо улыбнулся: – Я тоже думал, что никогда не смогу. А потом… В один момент мне казалось, что я умираю, вот и решил, что умирать с ненавистью в сердце я не хочу. А потом понял, что мысль, в общем-то, справедливая. Они молчали минут пять. Жан всё так же улыбался, а Джереми смотрел на него так, будто Моро был самым хрупким, что было в этой комнате, но в то же время и одним из самых сильных людей, которых он знал. Это был взгляд немого восхищения. – Ты не представляешь, как я тебя люблю. – Джереми подался вперёд и обнял парня. – Прости, что я заговорил об этом… – Ты главное обнимай меня так почаще, mon coeur, и всё будет в порядке. Нокс поднял на француза глаза: – Как ты меня назвал? – наметил он улыбку. Бывший Ворон невозмутимо пожал плечами и всем своим видом показал, что простого и понятного ответа он не даст. – У тебя есть прекрасная возможность выучить язык, на котором говорит любовь. – Жан едва ли не прыснул от смеха. – Это – твоё первое задание.

***

– Вы что, серьёзно приехали с Джереми… вместе? – Ники широко выпучил глаза. – То есть… прям вдвоём? На одной машине? – Да, – кивнул Жан, кусая внутреннюю сторону щеки, чтобы сдержать улыбку. – На моей. Честно говоря, они с Джереми половину утра думали о том, насколько хорошей будет эта идея. А потом Жан привёл неоспоримый аргумент, что так обоим будет удобнее – и они смогут подольше быть вместе! – и решение было принято. Впоследствии журналисты могут писать об этом что угодно, «Лисам» это вообще на руку – ещё одна громкая новость, перебивающая новости о Ниле… Зато как приятно было побыть с Ноксом ещё немного… Определённо, это стоило всех возможных последствий. Жан думал, что единственное, что могло бы его удивить сегодня – это их победа над «Троянцами». Как бы «Лисы» ни подтянулись в плане игры, против команды такого уровня выстоять было практически невозможно. Если бы не одно «но». «Но», устроенное Джереми Ноксом. – Это же поддавки! – не веря своим глазам, «возмутился» Кевин по поводу стартового состава «Троянцев». – Зачем?.. Джереми выглядел каким-то особенно довольным. А Жан – особенно удивлённым. Нокс ведь даже ему ничего об этом не сказал, даже не намекнул! Как говорится, кто из них тут ещё лис… – Мы играем честно, – пояснил Джереми. – Вы таким составом дошли так далеко… Интересно, сможем ли мы противостоять вам без «лишних» замен. Это было… охренеть, как неожиданно. Никто из «Лисов» всерьёз не рассчитывал сегодня на победу. Но в итоге… «Путёвка» в финал им была гарантирована. Потому что они действительно победили. Со стороны «Троянцев» это было крайне благородно – позволить им выиграть сегодня, чтобы они могли отыграться с «Воронами». В коротеньком разговоре со всеми Лисами Джереми, чуть смущаясь, заверил их, что это было «вовсе не из-за того, что в вашей команде играет мой парень». – Просто вы правда этого заслужили. – Улыбка Нокса была такой лучезарной, что не возникало сомнений в её искренности. – И вы правда сильнее многих из нас.

***

А в один день после этой победы, в дни их заслуженного отдыха перед неизбежной поездкой в Эвермор, Жана чуть ли не испугал… Кевин. Жана пугало не просто появление Дэя и уж точно не сам он. Его настораживал особенно нервный вид друга. – Ты чего? – обеспокоено спросил француз. Кевин колебался с минуту, ужасно напоминая себя в детстве. У Жана чуть сердце не сжалось от таких воспоминаний. Первое время в «Гнезде», когда они ещё не были особо дружны, Кевин всегда с опаской просил у Жана помощи. Ужас, как один только вид сомневающегося Дэя пробудил разом столько воспоминаний из их общего прошлого… – Хотел попросить тебя составить мне компанию кое-куда… – тихо, как будто опасаясь, как бы никто другой не услышал, отозвался Кевин. – Я не смогу пойти ни с кем другим. Жан не спрашивал, куда и зачем Кевин собрался. Он всегда помогал ему, и этот раз исключением делать не собирался. Просто молча кивнул и за пару минут собрался. Поинтересовался он уже на середине пути: – Так куда мы идём? – Ты не поверишь… – вздохнул Дэй так, словно не верил и сам. – В тату-салон.