Книга 1. Свобода воли - это иллюзия

      Каори просидела так какое-то время, вытирая спадавшие на макушку мальчика слёзы, которые так и не могла унять. Она не могла сдвинуться с места и только наблюдала, как вокруг всё пожирал огонь. Каждое здание, которое девушка помнила с детства, и людей. Они вспыхивали при контакте с пламенем как спички. Смотря на тело матери, что ярко горело, она казалась такой хрупкой. Была ли она когда-то такой? Чудилось, что это были и вовсе не живые куклы, лишь сценические образы несуществующих людей. Светлые ресницы дрогнули, она смотрела на яркое пламя, а разум так и лелеял надежду отключиться и не ощущать сейчас ничего. Куноичи снова падала глубоко, так глубоко во втягивавшую её тьму, но маленький человек, лежавший на её коленях, не позволял отпустить всё, по крайней мере сейчас: «Мне нужно встать…» — мысленно молвила куноичи, но не двинулась и с места. Огонь уже полыхал раскалённым кольцом жара, отрезав пути к выходу. Но вдали, между домами, завиднелся силуэт, очень странный и неравномерный, он ковылял, приближаясь.       — Укон, смотри, — проговорило что-то, напоминавшее слитое тело с двумя головами.       — Да, Сакон, удача, двое вроде дышат, — с толикой радости воскликнула вторая голова.       Оба глянули на единственных живых в той могиле людей и скрестив печати, они выпустили волну суйтона, потушив часть открытой дороги и пройдя ближе к назначенной ими цели.       — Укон, это удача. Лорд Орочимару будет несказанно рад, что с груды этого пылающего барахла мы нашли живых кроликов, — захихикал отступник с протектором деревни Звука.       Слыша речи впереди стоящих, у девушки совсем не было сил. Она закрыла глаза, как услышала голос матери, звучавший только в её сознании: «Я не смогла спасти Наваки, но его смогу», — Сенджу пробила дрожь, и она шевельнула пальцами, но боль сковала дыхание, как и всё тело, едва хватило сил, чтобы поднять подбородок и взглянуть на пришедших.       — Нет… — сиплым, севшим от крика голосом проговорила Каори.       В левой ладони начал образовываться рассенган, едва превосходящий размер девичьей ладони, но двое отступников громко засмеялись видя эту попытку, и более быстрым, резким ударом колена в голову куноичи отправили Каори на землю.       — Ты слыхал, чё бредит, — захихикали двое напарников, — спи, дура, — добавил Сакон и второй загоготал с удвоенной силой.       Сенджу от удара лежала на земле, а со рта вытекала кровь. Удар коленом пришёлся прямо в подбородок куноичи и та старалась глотнуть воздуха, как в трахею попала кровь с разбитого рта. Девушка еле выхаркнула слюну с кровью на чёрную землю. «Саске…» — в голове стоял только образ мальчика, которого она в миг не ощутила на своих коленях. Под кожу забрался ужас, который расплылся липкой жижей по венам. «Саске…» — прокряхтела Каори, пытаясь подняться с земли, удерживая себя на локтях и подпирая тело на правое колено, тяжело подтягивая левую ногу, пытаясь встать на четвереньки, насилу повернув глаза, она увидела, что на плече у этого человека лежал младший Учиха. Всё перед глазами куноичи плыло, превращая ландшафт в набор цветов и отголоски звуков.       Оба из селения Звука повернулись, искренне удивлённые:       — Сакон, гляди, какая героическая самоотдача, — ехидно проговорил тот, кидая насмешливый взгляд на жалкие попытки куноичи к протесту.       — Да к чертям, чего церемониться, — несдержанно зашипел второй.       Он ударом с правой ноги в живот, отправил девушку на несколько метров назад с периодическим отскоком тела от земли. Она прочесала корпусом землю, тихо закашлявшись, и в ту же секунду с полуприкрытыми глазами наблюдала, как перед её лицом появилась пара сапог.       — Ещё жива, — утвердил Сакон, на что взбеленился Укон:       — Она и нужна господину живой, бестолочь, — это были последние слова какие услышала Сенджу перед тем, как отключиться.       Оба отступника уже вышли из квартала Учиха, направляясь к назначенному выходу из деревни, таща на спине мальчику и волоча за собой девушку, закинув её тело в старый мешок.       — Какая же она тяжёлая, Укон.       — Тс… — резко выпалил ответчик, — кто-то идёт.       Положив на землю мешок, оба начали оглядываться:       — Укон, — тихо прошептал напарник, — ты чувствуешь? Запах… — нюхая воздух, который отдавал специфическим запахом, как в мгновение перед ними появился джонин.       — Чидори, — замахнувшись и ударив, прицелившись точно в грудь противнику, из ниоткуда возникший Какаши, но двое близнецов дёрнулись в сторону и удар пришёлся ровно им в плечо.       Оба заорали, роняя мальчика с рук, но Хатаке на реакции шарингана успел схватить тело мальчика, пока тот не коснулся земли, затем отпрыгнуть назад метров на пять.       — Саске… — рассматривая лежавшего на его руках бессознательного генина, который был покрыт слоем грязи вперемешку с кровью, но ран на мальчике не было, как заключил мужчина, — полежи тут, — переводя параллельно взгляд на девушку, что находилась в том же состоянии возле ног приспешников Орочимару. Джонин уже потратил большую часть чакры на сражение с тварями, призванными Кабуто, но он успел, и это главное. Уложив мальчика на землю, сенсей скрестив печати использовал технику призыва, — Пакун, найди Тензо, — скоро отдав приказ и тут же сложив печати, — Дотон, — создавая защитную стену вокруг своего ученика, видя, как рана на плече противника начала регенерировать.       — Укон, он ранил нас, — пискляво утвердил тот.       — Тогда мы убьём его.       По телу близнецов расползлись чёрные символы.       — Проклятая метка, — смекнул Хатаке.       Он сорвался с места и мгновенно ударил обеими руками в корпус. Близнецы переглянулись, ухмыляясь, когда увидели лежавшего возле их ног с разорванным животом шиноби Листа.       — Ну вот и всё, — хихикая, заключил Укон.       В то же мгновение тело стало бревном.       — Чтоооо… техника подмены, — уже пропищал Сакон.       Тут же с дерева спрыгнули два силуэта, используя шуншин: «Это последняя попытка, Какаши», — мысленно поставив себе цель, как клон в метрах трёх впереди соединился с оригиналом цепью электрического заряда. Только достигнув оппонента, Хатаке развернулся за его спиной на 90 градусов, поменявшись местом с клоном, клон отзеркалил его действия, и таким образом джонин обхватил обоих противников электрической цепью, рывком разорвав их тела напополам. Кровь и кишки вывернуло от отрыва половины тела, раскидав органы по округе и заляпав одежду джонина. В паре метрах валялась одна половина близнецов, в другой — вторая. Какаши же, оперевшись на колени руками, хлебнул воздуха, а по телу шёл разряд райтона. Сенсей сделал это быстрее, чем враг понял, что произошло, но чакры уже практически не было. Поднявшись, он направился к девушке и, сократив расстояние, присел возле избитой, лишённой сознания куноичи.       — Каори… — болезненно сглотнув, мужчина удержал себя в руках, — что произошло… — задавая себе очередной вопрос, не видя за спиной, как тело противника начало срастаться, а предвкушающая ухмылка на обеих лицах и тишайшие движения, которые не должен заметить джонин, занятый в этот самым момент тем, что поднимал на руки девушку.       — Сдохни! - близнецы сорвались с места и, используя силу проклятой печати Орочимару, сосредоточили в кулаках максимальное количество чакры для удара по оппоненту, который с помощью шарингана успел пригнуться, также держа на руках напарницу и, сделав упор на правую ногу, резким разворотом корпуса на 150 градусов ударил ногой по ногам противника, тем самым сбив его с ног, а сам отпрыгнул в сторону. Зашипев от напряжения в глазах, он закрыл их, деактивируя шаринган, но всё так же уверенно держась на ногах.       Двое упали лицами в землю, но скоро уже поднялись, гневно кидая угрозы:       — Ты труп, шиноби из Конохи, — пауза, — Сакон… — активируя вторую стадию печати, — пора забрать наши призы, — в момент по округе от тела близнецов распространилась жуткая энергия, и Какаши стал в боевую позицию.       «Чёрт, чакры не осталось, но я обязан их защитить, другого выбора нет», — сцепив зубы, неотрывно наблюдая за противником, который, достав два полусогнутых меча, устремился к джонину, — «его скорость увеличилась», — включив критическое мышление, сенсей увернул корпус влево и в пару сантиметров от его плеча прошёлся удар клинка, задевая рукав и левое плечо, он успел отпрыгнуть с девушкой на руках, но тут же ощутил, как по плечу стекала кровь, — «хотя бы без яда, и это радует», — встретившись вновь с рассвирепевшим противником взглядами, но тот уже был в метре от самого джонина, занося клинки на уровне живота Хатаке для смертельного удара, как в момент всё тело противника сковали корни, а со стороны послышался знакомый голос:       — Что, уже в мыслях сдался, да, Какаши? — шутливо вопрошал Тензо.       Мужчина удерживал мокутоном близнецов, губы сенсея тронула улыбка облегчения:       — Ты очень вовремя, друг.       Тензо сковал тело близнецов в кокон.       — Пусть там посидят, отряд джонинов будет через пару минут, — сделав паузу и оглядев лежавшую без чувств знакомую куноичи, — ты спас ей жизнь, — подходя ближе к раненой, — минута, и тут будут медики, — Хатаке кивнул в сторону каменной ограды и снял её, на земле лежал в аналогичном состоянии мальчик, — что тут произошло… — задумчиво протянул Ямато, поднимая на руки генина, услышав в ответ:       — Не знаю, Тензо, не знаю, но скоро мы об этом узнаем.       Оба прервали беседу в момент, когда отряд джонинов прибыл на место.