Книга 1. Свобода воли - это иллюзия

      Каори просидела так, кажется, целую вечность. Она механически, дрожащими пальцами вытирала слезы, падавшие на макушку мальчика, — слезы, которые она никак не могла унять.       Тело словно намертво приросло к земле. Куноичи могла лишь неподвижно наблюдать за тем, как вокруг всё стремительно пожирал ненасытный огонь.       Каждое здание, которое девушка помнила с самого детства, каждая улочка и люди… Все они вспыхивали при контакте с раскаленным пламенем, как сухие спички. Каори перевела взгляд на тело матери. Объятое багровым огнем, оно казалось сейчас таким пугающе маленьким, хрупким. Была ли Кирин когда-нибудь такой беззащитной при жизни?       В какой-то момент Каори почудилось, будто всё происходящее вокруг — лишь дурной сон, а погибшие соклановцы — вовсе не живые люди, а бездушные куклы, сценические образы из несуществующей пьесы. Светлые ресницы девушки мучительно дрогнули. Она неотрывно смотрела на бушующее пламя, а сознание малодушно лелеяло единственную надежду — отключиться, провалиться в небытие и больше не ощущать этой удушающей боли.       Куноичи снова падала, глубоко, невыносимо глубоко во тьму, которая ласково затягивала её в свои объятия. Но маленький, беззащитный человек, по-прежнему лежавший на её коленях, не позволял отпустить остатки реальности. По крайней мере, сейчас.       «Мне нужно встать… Подняться…» — мысленно приказывала себе Сенджу, но не сумела сделать даже одного движения.       Огонь уже замкнулся вокруг них раскаленным кольцом удушающего жара, полностью отрезав пути к спасению. Но вдруг вдали, сквозь плотную пелену дыма между горящими домами, завиднелся силуэт. Он был странным, асимметричным, неестественно ковылял и упрямо приближался прямо к ним.       — Укон, смотри-ка, — глухо проговорила левая часть этого гротескного существа, представлявшего собой сросшееся тело с двумя головами.       — Да, Сакон, вот это удача! Двое вроде еще дышат, — с хищной толикой радости воскликнула вторая голова, торчащая из затылка первой.       Оба близнеца уставились на единственных выживших в этой пылающей братской могиле. Стремительно скрестив пальцы в печатях Суйтона, они выпустили мощную струю воды, с шипением потушив часть открытой дороги, и уверенно шагнули к своей цели.       — Укон, я же говорю — чистая удача! Орочимару-сама будет просто несказанно рад, что на этой груде вонючего пылающего барахла мы откопали двух живых кроликов, — мерзко захихикал преступник, поправляя протектор Деревни Звука.       Каори слышала глумливые речи стоявших перед ней врагов, но у нее физически не оставалось сил даже на то, чтобы разозлиться. Она из последних сил закрыла глаза, и в ту же секунду в ее сознании, вытесняя весь внешний шум, отчетливо прозвучал голос матери: «В прошлом я не смогла спасти Наваки, но тебя и этого мальчика я точно спасу».       Сенджу пробила бешеная, яростная дрожь. Превозмогая слабость, она шевельнула онемевшими пальцами. Каждая попытка вздохнуть отзывалась в груди такой острой болью, что казалось пробивало лёгкие, но Каори нашла в себе силы поднять подбородок и посмотреть на пришедших в упор.       — Нет… — сиплым, вконец севшим от крика голосом прохрипела она.       В её левой ладони, повинуясь отчаянному импульсу, со свистом начал формироваться Расенган. Он едва превосходил размером ладонь, нестабильный и слабый. Двое отступников громко, издевательски расхохотались, глядя на эту жалкую попытку сопротивления. Сакон сработал на опережение: резким, коротким и жестоким ударом колена ей в голову отправил куноичи на землю.       — Ты слыхал, чё эта дура бредит? — захихикали близнецы, переглядываясь. — Спи давай, идиотка, — грубо добавил Сакон, и вторая голова загоготала с удвоенной силой.       От мощного удара Каори отлетела в сторону. Из её перекушенного языка мгновенно хлынула теплая кровь. Колено отступника впечаталось точно в подбородок, и когда куноичи судорожно попыталась глотнуть хотя бы немного воздуха, в трахею тут же попала кровь. Задыхаясь и кашляя, девушка с трудом выхаркнула багровую слюну на почерневшую от гари землю.       «Саске…» — в голове набатом стучал только образ маленького мальчика.       В ту же секунду Каори с ужасом осознала, что больше не чувствует его веса на своих коленях. Под кожу мгновенно забрался страх, липкой жижей растекаясь по венам.       — Саске!.. — прокряхтела Каори.       Она предприняла безумную попытку подняться. Упираясь дрожащими локтями в землю и с трудом подтягивая левую ногу, она попыталась встать хотя бы на четвереньки. Насилу повернув голову и пытаясь сфокусировать плывущий взгляд, куноичи похолодела: на плече Сакона безжизненным мешком лежал младший Учиха. Всё перед глазами Каори окончательно поплыло, превращая ландшафт в хаотичный набор грязных цветовых пятен и отдаленных, глухих звуков.       Оба прихвостня Орочимару обернулись, искренне удивленные такой живучести.       — Сакон, гляди-ка, какая героическая самоотдача! — ехидно протянул Укон, бросая насмешливый взгляд на жалкие, конвульсивные попытки куноичи подняться.       — Да к чертям её, чего церемониться! — несдержанно зашипел Сакон.       Не прерывая шага, он с размаху впечатал тяжелый сапог с правой ноги прямо в живот Каори. Удар выбил из нее последние крохи воздуха и отбросил девушку на несколько метров назад — её тело несколько раз больно отскочило от жесткой земли. Она прочесала корпусом грязь, тихо, надрывно закашлявшись. В следующую секунду сквозь полуприкрытые, тяжелые веки Каори увидела, как прямо перед ее лицом остановилась пара чужих сапог.       — Надо же, ещё жива, — констатировал Сакон.       Напарник в его затылке тут же яростно взбеленился:       — Она и нужна господину живой, бестолочь!       Это были последние слова, которые Сенджу сумела разобрать. Сознание окончательно покинуло её, погрузив в глубокий, беспросветный обморок.       Спустя какое-то время оба отступника уже покинули пределы выжженного квартала Учиха, торопливо пробираясь к назначенному Кабуто выходу из деревни. Сакон тащил на плече бесчувственного мальчика, а за собой волок бесформенный старый мешок, в который они без церемоний затолкнули избитую девушку.       — Какая же она тяжелая, Укон. Кости у неё из железа, что ли?..       — Тс-с! — резко выплюнул Укон, заставляя брата заткнуться. — Стой. Кто-то идет. Пригнись.       Сбросив тяжелый мешок на землю, близнецы лихорадочно начали оглядываться по сторонам.       — Укон, — тихо, одними губами прошептал Сакон. — Ты чувствуешь? Этот запах…       Он судорожно втянул носом воздух, который внезапно насквозь пропитался резким, специфическим запахом озона и паленой шерсти. В то же мгновение прямо перед ними из пелены дыма соткался силуэт джонина.       — Чидори! — раздался яростный, леденящий душу голос.       В темноте ослепительно вспыхнул сгусток чистой, грозовой чакры, застрекотав тысячей разъяренных птиц. Возникший из ниоткуда Какаши Хатаке с занесенной для смертельного удара рукой целился точно в грудь противнику. Близнецы в последний момент успели инстинктивно дернуться в сторону, и сокрушительный, пробивающий насквозь удар Чидори с мясом вонзился ровно в их общее плечо.       Оба близнеца истошно, в один голос завопили, от дикой боли роняя мальчика из рук. Но Хатаке, благодаря феноменальной реакции шарингана, успел перехватить падающего Саске в воздухе, не дав ему коснуться земли, и в один мощный прыжок разорвал дистанцию, отлетев назад метров на пять.       — Саске… — Какаши бегло осмотрел лежавшего на его руках генина. Мальчик был с ног до головы покрыт грязью вперемешку с копотью и чужой кровью, но серьезных видимых ран на нем не было. Мужчина облегченно выдохнул: — Полежи пока тут.       Его взгляд параллельно метнулся к Каори, которая без чувств валялась в мешке у ног приспешников Орочимару. Хатаке уже потратил большую часть своей чакры на затяжное сражение с гигантскими змеями на севере, но он успел — и это было главным. Бережно уложив Саске на землю, Копирующий ниндзя мгновенно сплел серию знаков:       — Техника призыва! — у его ног в облаке белого дыма появился маленький ниндзя-пёс. — Пакун, срочно найди Тензо и веди сюда. Живо!       Не теряя ни секунды, Какаши снова сложил пальцы в печать:       — Дотон: Земляная ограда! — из-под земли выросли каменные плиты, глухим щитом закрывая ученика от поля боя.       В это же время Хатаке краем глаза заметил, как обугленная, рваная рана на плече сросшегося монстра с жутким шипением затягивается сама собой.       — Укон, этот ублюдок ранил нас! — пискляво, захлебываясь от злости, прорычала левая голова.       — Тогда мы сожрем его живьем!       По серой коже близнецов ядовитыми змеями поползли отвратительные черные узоры.       «Проклятая метка Орочимару», — мгновенно смекнул Хатаке, чувствуя, как воздух вокруг врага начинает тяжелеть.       Не дожидаясь, пока они завершат трансформацию, Какаши сорвался с места размытой тенью и на полной скорости всадил обе ладони прямо в корпус врага. Близнецы лишь переглянулись с торжествующими, безумными ухмылками. В следующую секунду пробили Какаши насквозь одним ударом: секунда и перед их глазами на землю с разорванным в клочья животом рухнул шиноби Листа.       — Ну вот и всё, отпрыгался, — хихикая, заключил Укон.       Но в то же мгновение окровавленное тело с тихим хлопком превратилось в обычное деревянное бревно.       — Что-о-о?! Техника подмены?! — удивленно пропищал Сакон.       Прямо с ветвей нависшего над ними дерева, используя шуншин, навстречу врагу рванули два силуэта.       «Это моя последняя попытка, Какаши. Выложись на максимум», — мысленно приказал себе оригинал.       Теневой клон, заходивший с фланга в трех метрах впереди, соединился с настоящим Хатаке ослепительной, яростно трещащей цепью электрического заряда — техникой Райден. Едва поравнявшись с оппонентом, Какаши резко, на чистых рефлексах развернул корпус на 90 градусов, мгновенно поменявшись местами со своим клоном. Двойник зеркально повторил его маневр.       Этот молниеносный перекрестный рывок позволил джонину намертво обхватить ошалевших близнецов живой электрической нитью. Мощный скоординированный рывок — и плотная чакра Райтона, словно раскаленный лазер, с диким треском перерубила сросшееся тело врага пополам.       Кровь, ошметки плоти и внутренности от чудовищного разрыва вывернуло наружу, щедро заляпав землю и защитный жилет джонина. Теневой клон развеялся. В паре метров в стороне, судорожно дергаясь, валялась одна половина близнецов, а чуть дальше — вторая.       Какаши тяжело опустился на одно колено, упершись руками в бедра, и жадно хватал ртом воздух. По его телу все еще пробегали остаточные синие разряды молний. Сенсей провел эту комбинацию быстрее, чем враг вообще успел осознать, что произошло, но плата была высока — резервы чакры были практически на нуле. Копирующий ниндзя через силу поднялся и нетвердой походкой направился к Каори. Сократив расстояние, он опустился возле избитой, бледной куноичи.       — Каори… — болезненно сглотнув вставший в горле ком, мужчина заставил себя сохранить хладнокровие. — Что же здесь произошло?..       Хатаке, поглощенный осмотром девушки, совершил роковую ошибку — он не видел, что за его спиной разрубленные части тела монстра Звука начали стремительно, словно магнитом, притягиваться друг к другу. Мясо срасталось с мерзким хлюпаньем. На обеих головах регенерировавшего чудовища расплылись предвкушающие, хищные ухмылки. Почти бесшумно, не издавая ни звука, близнецы поднялись на ноги как раз в тот момент, когда джонин бережно подхватил Каори на руки.       — СДОХНИ!!!       Сакон и Укон одновременно сорвались с места. Используя темную силу печати, они влили остатки чакры в кулаки для одного сокрушительного удара в спину Хатаке. Но Какаши, уловив краем шарингана стремительное движение, в последний момент успел пригнуть корпус. Держа на руках тяжелое тело напарницы и сделав жесткий упор на правую ногу, он рванул всем телом, совершая резкий разворот корпуса, затем подсечка!       Тяжелый удар его ноги сбил близнецов с ритма и повалил на землю, а сам Какаши рванулся в сторону. Левый глаз Хатаке пронзила острая, режущая боль. Зашипев от напряжения, он плотно закрыл его, принудительно деактивируя шаринган. Тем не менее, он все еще твердо стоял на ногах, закрывая собой куноичи.       Двое приспешников Орочимару пропахали лицами грязь, но тут же яростно вскочили, изрыгая проклятия:       — Ты труп, шиноби Листа! Тебе конец! — Сакон дико оскалился, чувствуя, как чакра господина полностью поглощает его разум. — Укон… Активируем вторую стадию. Пора забрать наши призы!       В ту же секунду кожу близнецов затопила мертвенно-серая краска, волосы удлинились, а из тел вырвалась настолько жуткая, гнилая энергия, что воздух вокруг задрожал. Какаши, превозмогая слабость, покрепче перехватил Каори и встал в боевую позицию.       «Черт, чакры совсем не осталось. Глаз не открывается. Но я обязан их защитить, другого выбора просто нет», — сцепив зубы до хруста, джонин неотрывно следил за противником.       Враг выхватил два зазубренных, полусогнутых клинка и рванулся в лобовую атаку.       «Его скорость выросла вдвое!» — критическое мышление Какаши работало на пределе.       Сенсей резко качнул корпус влево. Всего в паре сантиметров от его шеи со свистом пронеслось стальное лезвие, с треском распоров ткань рукава и задев левое плечо. Хатаке успел разорвать дистанцию, прыгнув назад вместе с девушкой, но тут же почувствовал, как по руке потекло что-то горячее. Он быстро мазнул взглядом по ране: «Хотя бы без яда, и на том спасибо».       Удар следовал за ударом. Безумный монстр Звука уже вплотную приблизился к джонину, занося оба меча на уровне живота Какаши для одного финального, потрошащего удара. Хатаке приготовился принять удар, как вдруг земля под ногами Сакона и Укона взорвалась. Мощные, толстые древесные корни мгновенно обвили тела близнецов, намертво сковывая их движения в метре от Какаши.       Из темноты леса послышался спокойный, с легкой долей иронии голос:       — Что, уже в мыслях сдался и приготовился к смерти, да, Какаши?       — Ты очень вовремя, Тензо, — губы Хатаке тронула слабая, усталая улыбка облегчения. Ямато, не теряя концентрации, резко сжал ладонь, и его Мокутон послушно затянул тела близнецов в плотный, непробиваемый деревянный кокон. Сакон и Укон лишь глухо зарычали внутри древесной тюрьмы.       — Пусть посидят там, остынут. Отряд поддержки джонинов будет здесь через пару минут, — Тензо подошел ближе и внимательно осмотрел бледное лицо Каори, лежащей на руках товарища. — Ты спас ей жизнь, Какаши. Медики Конохи уже на подходе.       Хатаке коротко кивнул в сторону возведенной им ранее защитной земляной стены. Ямато взмахнул рукой, снимая технику Дотона. За каменной плитой в точно таком же глубоком обмороке лежал маленький Саске.       — Что же здесь всё-таки произошло?.. — задумчиво и мрачно протянул Ямато, бережно поднимая генина на руки.       — Не знаю, Тензо… Честно, не знаю, — тихо отозвался Копирующий ниндзя, кутая Каори в свой плащ. — Но что-то мне подсказывает, что очень скоро мы всё об этом узнаем. И эта правда нам не понравится.       Оба шиноби оборвали разговор, когда на улочку квартала с тихим шелестом наконец высадился штурмовой отряд поддержки джонинов вместе с полевыми медиками.