По кошачьим следам

Иногда тот, кто считает себя охотником, и есть главная жертва.

      На следующий день Алекса проснулась, когда за окном уже вовсю светило солнце. И что самое интересное, проснулась она не в своем гамаке, а в кровати Инид, укрытая теплым одеялом. Девушка потерла руками лицо, прогоняя с себя остатки сна, и повернулась в сторону тумбочки. Новый будильник Инид с волком, что она ей принесла в качестве компенсации, показывал час дня. Только оборотень хотела сесть, как ее прострелила боль, словно она накануне опустошила винный погреб. Голова напоминала церковный колокол, по которому непрерывно били и били. Хотя Веласкес вроде бы и не пила. — О-о-о-о че-е-ер-рт-тт-т… — простонала Рексфелис, но ее уши дернулись, услышав знакомый перестук пальцев.       Вещь ловко взобрался на тумбочку и жестами поприветствовал девушку. Алекса с трудом собрала плескающиеся внутри мысли в кучу, однако общего понимания происходящего это не дало. Последнее, что она помнила, — это как ворвалась в спальню вместе с Инид, так как почувствовала себя плохо. Потом темнота… — Вещь, будь другом, скажи, что за чертовщина вчера произошла, — Алекса с надеждой посмотрела на живую руку. — О-о-о-о, вчера было ТАКОЕ… — жестами сказал Вещь и пустился во все тяжкие, рассказывая Веласкес события прошлого вечера.       Глаза Алексы становились все больше и больше от понимания что же все-таки вчера произошло. Вещь в красках поведал, что она устроила, как только перекинулась во вторую ипостась. Разгромила комнату. Снесла все, что было на столе Уэнсдэй, к чертям, половине, в которой живет Инид, тоже досталось. Немного поохотилась на Вещь. Восприняла хрустальный шар как игрушку и случайно связалась с Мортишей и Гомесом. И в довершение вылизала Уэнсдэй лицо, когда та собиралась высказать все, что о ней думает. И это все за один только вечер! Вот это ее зверь разбушевался так разбушевался…       У девушки упала челюсть от всех этих событий. Правда потом выяснилось, что такую реакцию вызвал цветок Дурмана. А точнее, подсказала Мортиша, мама Уэнсдэй, она же и сказала Инид, что может помочь в такой ситуации.       Разнесенную комнату еще можно было бы пережить, в Неверморе и не такое происходит. Чего стоит вспомнить полнолуние, когда волки три ночи подряд дерут глотки, из-за чего половина школы, а возможно и население Джерико, страдают бессонницей. — А Уэнсдэй сильно злилась за…. — девушка недоговорила, даже не зная, как закончить вопрос. — Весьма, но Инид вроде ее успокоила, — рука словно знала, что хотела спросить девушка. — Слава богам, что ты не уничтожила ее пишущую машинку, уж этого она бы тебе никогда не простила и наверняка бы отомстила… — Еще вопрос. Как я оказалась в кровати Инид? — спросила Алекса. — Ты ближе к утру сменила ипостась. Это разбудило Синклер, — ответил Вещь. — А так как им все равно было вставать на учебу, то она перетащила тебя на свою постель и укрыла одеялом, дабы ты проспалась как следует. — О БОГИ!!! ЗАНЯТИЯ!!! — девушка с ужасом поняла, что ее сегодня не было на уроках. И будет катастрофа, если она не явится. Оборотень моментально вскочила на ноги и стала лихорадочно собираться, но потом остановилась, заметив, как ей активно стал жестикулировать Вещь в попытках привлечь ее внимание. — Что?! — Они с Уэнс заскочили к директрисе в кабинет и объяснили ситуацию, так что у тебя освобождение на три дня, пока не придешь в себя окончательно, — прояснил ситуацию Вещь. — Но тебе придется идти сегодня к Айболиту, чтобы тебе выдали сбор, который ты должна принимать вместо чая. Распоряжение Уимс. — О, — только и сумела выдавить из себя Веласкес.       Но потом снова уселась на кровать и облегченно вздохнула. Пришло время для мозгового штурма. Что-то все складывалось очень и очень странно. И Алексе это не нравилось. Дурман они проходили пару дней назад на ботанике. Торнхилл рассказывала на лекции, как он действует на разных Изгоев. И потом на уроке химии кто-то добавляет его экстракт в реагент. А сочетание натуральных и химических компонентов не всегда хорошо. Уэнсдэй и Инид спасло то, что они были в респираторах, а вот Алекса попала по полной программе и вдохнула ядовитые пары при взрыве колбы. Совпадение? В этом Веласкес не уверена. Все очень смахивает на хорошо продуманный план. Неужели это очередная попытка угробить Аддамс, но по стечению обстоятельств под раздачу попала Рексфелис? Или таинственный киллер рассчитывал, что Алекс обратится в зверя и в ярости загрызет Уэнсдэй и Инид в придачу?       Может, она просто пересмотрела сериалов на ноутбуке Синклер, раз теперь надумывает такое. Все возможно. Но что-то подсказывало, что теория имеет право быть. Александрит побарабанила пальцами по тумбочке, собираясь с мыслями. И высказала свои думы руке. — Все может быть, — тот какое-то время не шевелился, но потом жестами показал свое мнение. — Но вопрос только в одном: кто все это устроил? — Да уж, все чудесатей и странноватей… — пробормотала Рексфелис. — Думаю, что стоит начать присматриваться к другим студентам, может, так и узнаем, кто нам недруг.       Умывшись, девушка достала сменную одежду, после чего направилась прямиком в обитель доброго доктора. Мистер Брайан выслушал, что рассказала ему Алекса, нахмурившись. Хоть Дурман и не является самым ядовитым растением на планете, но даже он может вызвать осложнения, а игры с ним могут привести к весьма печальным последствиям. — Да, мисс Уимс мне передавала, что вы придете за сбором, — сказал врач и, немного покопавшись среди множества лекарств, достал небольшую металлическую коробочку. В такие обычно упаковывают подарочный чай к праздникам. — Вот, тут все травы, которые выведут из твоего организма остатки Дурмана. Две-три столовые ложки на литр воды. Пить два раза в день по кружке, можно принимать холодным. Пропьешь весь сбор, и все будет хорошо. — Благодарю, — кивнула Веласкес, принимая в руки заветный сбор.       На обратном пути ей все же пришлось заскочить в столовую и выпросить кружку и небольшой графин, в котором сразу же была заварена первая порция чая. И уже потом можно было смело возвращаться в спальню.       До возвращения соседок еще была уйма времени, и Алекса решила, что надо как-то исправить ситуацию. Хотя бы попытаться. Но тут ее взгляд упал на стопку рукописей Уэнсдэй. Девушка подошла к столу, взяла в руки сложенную стопку листов и бегло пролистала их. Все страницы хоть и были пронумерованы, но находились в полном беспорядке. Вещь, заметив действия Рексфелиса, предупредил, что Аддамс не обрадуется, если узнает, что Алекса копалась в ее вещах и тем более в ее драгоценном романе про Вайпер. — Вещь я не собираюсь читать его без спросу, — сказала оборотень. — Я просто хочу разложить их по порядку, а то из-за меня все ее труды едва не канули в Лету.       Как итог, последующие часы Алекса разгребала все страницы, складывая их в хронологическом порядке. В процессе были также найдены пропавшие страницы, которые из-за вчерашнего переполоха занесло под кровати. Но пара-тройка листов оказались безнадежно испорчены. Так что девушка под руководством руки стала осваивать старинный предмет и перепечатала страницы заново. Все буква в букву, слово в слово. Глядя на весьма объемный текст, Веласкес присвистнула. — И как у нее хватает усидчивости строчить столько, да еще и на агрегате девятнадцатого века? — удивленно спросила Алекса Вещь, который также помогал девушке рассортировать все страницы. — Для Уэнсдэй это нормально. Она может часами стучать своей машинкой, особенно если сильно увлечется, — жестами ответила рука. — Единственная проблема — это невозможность издать первые три книги… — Почему?! — удивилась оборотень, пробежавшись глазами по строкам первой попавшейся страницы, что она держала в руках. У Аддамс и вправду талант. — Написано грамотно, подробно, все в жанре детективного романа. За исключением того, что здесь автор не скупился на кровавые детали. Чего не встретишь в уже опубликованных книгах других авторов. — Большинство издателей назвали роман Уэнсдэй больной фантазией и посоветовали сходить к психиатру… — брови Веласкес поднялись вверх от такого ответа Вещи. — Как на такое заявление отреагировала Уэнс? — спросила Алекса. — В своем стиле… Послала подарок… Коробку с мышеловками…       Девушка хрюкнула и буквально покатилась со смеху. Действительно в своем стиле, иного от Уэнсдэй Алекса и не ожидала. Оборотень вытерла рукавом выступившие слезы и продолжила дальше раскладывать страницы романа.       К возвращению соседок роман про Вайпер был аккуратно сложен по порядку и убран в капсу для рукописей. Да и в самой комнате был наведен полный порядок, пыль вытерта, где надо, пол вымыт, даже окно блестело от чистоты. Сама Алекса снова устроилась в кресле-качалке, а сверху на ней отдыхал Вещь, который тоже помогал в уборке помещения. Оба беспросветно дрыхли после трудового дня. На полу рядом с одной из колонн покоилось ведро с тряпкой и швабра. — Я так полагаю, чистота вокруг — это маленькая компенсация за вчерашний хаос. — Не вопрос, а констатация факта со стороны Уэнсдэй. — Перестань уже на нее дуться, Уэнсдэй, Алекса смотри как старалась привести нашу спальню в порядок, — возмутилась Инид, сбрасывая на свою кровать рюкзак. — Ага, а перед этим она же ее и разгромила, — монотонно ответила Аддамс и подошла к своему столу, намереваясь сложить все листы своего романа по порядку.       Но каково было ее удивление, когда она открыла футляр и увидела, что все страницы романа уже лежат как надо. Аддамс гневно посмотрела в сторону спящей Веласкес. Вещь будто почувствовал на себе взгляд девушки и жестами показал, что Алекса сделала это из лучших побуждений. Уэнсдэй лишь закатила глаза и пробурчала про себя на латыни, но все же решила не убивать пока Рексфелиса. Она весьма оценила ее старания в том, что Алекса не потрудилась приложить усилия, чтобы упорядочить страницы и прибраться в комнате, пока они с Инид были на занятиях. Но Уэнсдэй никогда и ни за что не признается в этом. Однако если брать во внимание проницательность усатой, Рексфелис все сама поймет и без слов.

***

      Три дня для Алексы прошли по одному и тому же сценарию: ранний подъем, завтрак, просиживание задницы в комнате. Только возвращение соседок вносило некое разнообразие в это бренное существование. Уэнсдэй брала на себя смелость четко обрисовать тему каждого урока и любезно согласилась дать свой конспект. Алекса внимательно выслушивала тему уроков и переписывала лекцию, попутно потягивая свой чай. Потом Веласкес, чтобы не просесть по учебе, следом выполняла домашние задания. Инид же делилась самыми свежими новостями по типу: «что интересного прошло за день», на что Аддамс лишь закатывала глаза и изредка кидала едкие замечания по поводу всех этих сплетен. И так все три дня вынужденного карантина. У Алексы было ощущение, что она попала на съемки фильма «День сурка».       Но слава богам, этот кошмар закончился, ибо сидеть в одиночестве в пустой комнате, когда соседки на занятиях, такое себе веселье. Вещь, конечно, частенько составлял ей компанию, но это было не то.       Но как только Айболит с директором дали добро на выход в свет, то Алекса с энтузиазмом потянулась к новым знаниям. После которых с неменьшим рвением направлялась в кафе отрабатывать свою смену. — Нехорошо пропускать рабочие дни, — игриво высказался Тайлер, когда в кофейню залетела Алекса. — У меня было освобождение от занятий и работы по уважительной причине, — бросила девушка и тут же помчалась в подсобку и, переодевшись в форму работника Флюгера, вскоре выползла, готовая к новым свершениям. — Может, расскажешь? — поинтересовался Галпин. — Тебя три дня не было, я даже начал волноваться, куда это новоиспеченный работник подевался. — Да так, у нас на химии произошел небольшой бум, и у меня выскочила острая аллергия на один из компонентов реагента, — отмахнулась Алекса. — Пришлось три дня проваляться в лазарете со страшной сыпью. — А-а-а-а, но я рад, что теперь все в порядке, — отозвался бариста, но позже заметил кое-что еще. — Могу поздравить тебя со сменой имиджа. — О боги… — Веласкес обреченно тряхнула головой. Синяя краска с ее волос смылась, но не до конца. Прическа по-прежнему радовала черным цветом, но вот стоило солнечному свету пасть на нее, как шевелюра отдавала синевой. — Увы, это уже ничем не смыть. Я пыталась… Сколько шампуней перевела, страшно вспомнить… — А тебе идет, — улыбка не сходила с его лица. — Спасибо… — Алекса неуверенно провела рукой по волосам, немного смущенная похвалой. — Раз ты пришла, то приступай к работе, — вдруг сменил тему парень.       Тайлер не сильно поверил во все сказанное, но не стал вдаваться в подробности, мало ли что могло у них произойти. Все же это Невермор, у них постоянно что-то случается.       Алекса была рада, что парень не стал развивать тему и выпытывать у нее новые подробности. Она как-то не горела желанием рассказывать о том, что именно случилось и что вытворяла в облике зверя. Ей все еще было не по себе перед соседками за свое поведение. Может, вины Веласкес и не было в том, что случилось, но все же…       Инид тоже не удалось смыть с себя пигмент, так что она тоже сейчас щеголяла яркими синими волосами. Никакие имеющиеся у них в ассортименте шампуни не помогли решить проблему. Уэнс в этом плане повезло больше, ее волосы не так сильно пострадали, как прически Инид и Алексы. Последняя в конце концов плюнула на ситуацию, кошке весьма понравилось случайное довершение образа. Интересный выходил эффект. — Ну здравствуй, ангел, — из раздумий девушку вывел подошедший Алан.       Алекса мысленно фыркнула и сделала вид, будто не замечает его. Ей сейчас нужно убрать со столиков, а не предаваться милой беседе с коллегой, тем более несколько раздражало, что Алан называл девушку ангелом. Если вспомнить всю ее жизнь и что она вытворяла, то Алекса была весьма далека до ангела, Веласкес скорее походила на черта в юбке. — Может, скажешь, куда подевала свои белые крылья, а? — ласково улыбнувшись, спросил шатен. — С крыльями такая морока… Отбеливать… Стирать… Полоскать в «Леноре», чтобы были белыми и пушистыми… — ехидно оскалилась Веласкес. — С метлой намного проще… Села — и адьос!       Оборотень поудобнее перехватила поднос с грязной посудой, чтобы унести, оставив озадаченного Алана недоуменно хлопать глазами. Конорс почесал макушку, прикидывая, как еще можно было бы завести разговор с этой недотрогой. И решил попытать счастье старым добрым способом завоевания женских сердец — обычными подношениями вроде конфет и цветов. И куда ж без комплементов.       На перерыве паренек забежал в цветочный магазин и купил небольшой красивый букет. Продавец порекомендовал ему взять Мапиру — азиатский сорт лилий, названный так из-за цвета. Обычно они переливаются всеми оттенками бордового, но с расстояния кажутся вообще черными.       Самое интересное случилось, когда шатен торжественно попытался вручить сей букет самой избраннице. — Красивой девушке прекрасный букет, — произнес Алан и протянул лилии Алексе.       Но вот избранница явно не оценила его знак ухаживания. Алекса едва подавила желание скривиться. Запах цветов был до невозможности приторно-сладким, что сводило с ума ее чувствительный нос. Девушка проскулила, скромно поблагодарила парня и просто унесла букет в подсобку, держа его на вытянутых руках, будто это и не цветы вовсе. — Алекс, чем тебе букет не угодил? — поинтересовался Тайлер, когда девушка подошла к нему забирать заказ для посетителей. Он заметил ее реакцию на лилии. — Цветы-то очень красивые. — Конорс, видимо, выбрал самые вонючие среди всего ассортимента в цветочном магазине, — угрюмо ответила Алекса. — У меня очень острое обоняние, и я не переношу резкие сильные запахи. Слава Всевышнему, он не додумался притащить лаванду… Это меня бы убило… — Сочувствую Алану, похоже, цветами и конфетами он ничего не добьется… — сказал Галпин, копаясь с кофемашиной. — Зришь в корень, — заявила оборотень. — Я вовсе не стремлюсь к отношениям. А то, что затеял Алан, — пустая трата нервов, времени и средств. Чем быстрее он это поймет, тем будет лучше. — Какая же ты бессердечная, — наигранно всплеснул руками бариста. — Толком не дашь ему и шанса? — Нет, не дам, — припечатала Веласкес. — Тем более если он продолжит докапываться до моей сущности, то ему очень не понравится открывшаяся истина. — А тебе есть что скрывать? — прищурился Тайлер. — Каждому есть что скрывать… — ответила оборотень, забрав поднос с заказом.       И это было недалеко от правды. Алекса не горела желанием всем вокруг заявить о том, кто она. Жители Джерико это вряд ли оценят, скорее повесят на нее все смертные грехи, а именно все последние убийства. Потом со спокойной душой закуют в цепи и отправят скоростной доставкой прямиком в Арлингтон Хилл. А перспектива провести остаток жизни в психиатрической больнице для проблемных Изгоев Рексфелиса не радовала.       Да и внутреннего зверя действия со стороны Алана нервировали и тот постоянно порывался огрызнуться, чтобы шатен не вился рядом как назойливая муха. И зверя нельзя купить цветами да конфетами. Как бы не дошло до того, что однажды случилось в приюте…

***

      Девочка была загнана в тупик четырьмя другими девчонками. На ее глазах блестели слезы, но Алекса не собиралась плакать как маленькая. Случай, произошедший в Рождество, показал, насколько жестокими могут быть окружающие к тем, кто отличается. Но вот будучи подростком, девочка столкнулась с еще большим презрением в свой адрес. Теперь дело не ограничивалось порчей вещей и глупыми розыгрышами. Все стало куда серьезнее. На смену Майку и его дружкам пришла небольшая компания девочек, что постоянно задирали Алексу и теперь постепенно изводили ее. Веласкес давала отпор и нередко вступала в перепалку, за что часто оказывалась в кабинете директора. Выслушивая очередные нотации на тему, как себя должна вести хорошая девочка, Алекса задавалась одним-единственным вопросом: почему это остальным сходит с рук их недостойное поведение, в то время как она постоянно оказывается на ковре пред гневными очами руководителя? И где справедливость?       И вот сейчас Алекса стояла, смело глядя в глаза своим недругам. Не было страха, теперь уже не было. Она уже давно не маленькая девочка, чтобы понапрасну лить слезы и надеяться, что кто-то добрый встанет на ее защиту. Она сама будет себя защищать. — Шли бы вы дальше, или тоже хотите проснуться как мумии? — на руках девочки отросли острые когти. — Значит, это ты… Это была ты, кто тогда пришил одеяла в комнате мальчишек? — блондинка по имени Шейла удивленно указала пальцем на Алексу. — Да, я, — не стала отнекиваться Веласкес. — И поверь мне, это еще не предел, я могу сделать и хуже. — Неужели? — зло произнесла лидер и ухватила Алексу за ворот ее рубашки. — Не много ли спеси для такой выскочки без роду и племени? — Придержи язык, пока тебе его не вырвали! — Алекса уже начала тихо сатанеть. Да кто она, чтобы говорить такое?! — А то что? — не унималась блондинка. — Тебя за прошедшие пятнадцать лет так никто и не взял в семью.       Алекса нахмурила брови; это отчасти была больная тема. Ее и вправду за все эти годы никто не взял даже на испытательный срок. Но со временем Веласкес уже перестала ожидать чуда и отпустила надежду обрести семью. Теперь ей хотелось, чтобы оставшиеся три года пролетели как можно скорее. Тогда она сможет наконец покинуть эти осточертевшие стены и самой проложить путь в жизнь. Время — удивительное явление. Его так мало, когда спешишь, и так много, когда ждешь. — Я смотрю, тебя тоже никто не спешит забирать в семью, Шейла, — прорычала Алекса. — Твоя правда, но знаешь, какая между нами разница, Веласкес? — блондинка сильнее прижала Алексу к стене. — У меня, в отличие от тебя, есть шанс встретить свою любовь в будущем. А вот тебя с твоими… странностями… — губы Шейлы скривились в презрении, едва она бросила свой взор на когти. — Никто не полюбит. Ни. Ког. Да. Скорее сдадут в психушку, там тебе и место…       После этих слов Шейла схватила Алексу за ворот рубашки и швырнула девочку на пол. Из горла Алексы тотчас вырвался звериный рык, что заставил остальных отступить на шаг назад. — Я же говорила, она сумасшедшая, — засмеялась блондинка, а следом ее подхватили и ее подружки.       Видимо девочки еще не поняли, что встали на тонкий лед. Исключительно тонкий. Внутри Алексы клокотала ярость. Безудержная ярость на всех и вся. На директрису, что закрывала глаза на все издевательства в ее сторону. На Майка и его прихвостней, что теперь не нападали так открыто, как раньше, но все равно продолжали отпускать шуточки. На Шейлу и прочих девчонок, которые, не стесняясь, откровенно высказывали все, что они думали о ней. И все это время Веласкес старалась быть сильной, не реагировать остро на все обзывательства и травлю со стороны других детей. Но невозможно оставаться сильным очень долгое время. Всему рано или поздно приходит конец.       На какой-то момент Алексе показалось, что внутри как будто прорвало плотину. И огромная волна всего, что накопилось, тотчас хлынула наружу, сметя все на своем пути. Все тело ломало со страшной болью. Руки выворачивало, а острые когти оставляли глубокие следы на напольной плитке.       Лица Шейлы и ее подруг переменились. Теперь вместо превосходства они чувствовали страх. Алекса была словно одержима демоном. На их глазах девочка стала меняться в облике. Рубашка и штаны растянулись, ткань трескалась и рвалась, свисая с тела и опадая жалкими лоскутами на пол. Вся кожа чернела, и на ней вырастала шерсть. Лицо Веласкес исказилось, оно менялось, преображалось в звериную морду. Ее крик с хрипом перерастал в грозный рев.       И спустя несколько минут перед испуганной четверкой подростков стояла очень большая кошка, что макушкой почти касалась потолка. Зверь угрожающе рычал и хлестал себя длинным хвостом по бокам, сбив с места расположенную рядом корзину для мусора. Хищный оскал демонстрировал немаленькие клыки, а загривок стоял дыбом. Все буквально кричало о том, что кошка очень сильно не в духе. — Мы, пожалуй, пойдем… — пролепетала от ужаса одна из подруг Шейлы, когда потянула ее за рукав. Но вот блондинка от всего этого зрелища закричала.       Но это была определенно плохая идея. Кошка припала к полу и провела передней лапой по полу. Ее острые как бритвы когти оставили глубокие борозды в керамической плитке. Блондинка не придумала ничего лучше, кроме как со всех ног побежать прочь. Это и послужило своего рода сигналом для атаки. Кошка бросилась в погоню. Подруги попытались своими силами отвлечь внимание зверя на себя, тому не составило труда раскидать подростков в стороны. После чего стремительно погнаться за жертвой.       Для большой кошки не существовало ни преград, ничего более. Перед глазами стояла четкая конкретная цель — поймать добычу. Остальные дети с криками прятались в классах, как только мимо них ураганом пронесся огромный зверь, который их напугал. Некоторые дежурные воспитатели в последний момент успевали уйти с дороги.       Хищник неустанно гнался за выбранной жертвой. Блондинка увернулась от лапы зверя, и его острые когти с легкостью разрезали металл коридорных шкафчиков, словно нож масло. Шейла как можно быстрее добралась до красного знака на стене, открыла защитную крышку и кулаком нажала на кнопку. Взвыла пожарная тревога. Кошка зарычала, напуганная верещащим звуком, что доносился отовсюду. Помотала головой и в момент бросилась прочь.       Парадные двери приюта «Тетушки Беннетт» были снесены с петель, когда на улицу выскочила гигантская кошка. Ей не составило труда перепрыгнуть кованое ограждение, что отделяло территорию учереждения от основной улицы. Ошеломленная ярким светом и количеством всего окружения, Рексфелис не заметила, как оказалась на проезжей части. Ошарашенные водители сигналили и старались увернуться. Кошка неожиданно ударила лапами по капоту затормозившего перед ней автомобиля. Второй удар пришелся на лобовое стекло, благо оно выдержало, пусть и пошло трещинами.       Но тут зверя с воем сбила появившаяся фура. Водитель резко нажал на тормоза и вцепился в руль, ощутив сильный удар, что привел в действие подушку безопасности. Черную кошку отбросило к витрине близ расположенного магазина. После такого столкновения и удара зверь уже не встал.       Алекса очнулась в своей комнате в приюте. Голова страшно болела, но еще больше беспокоил перевязанный бинтами бок. Девочка никак не могла вспомнить, что именно случилось. Последнее, что она помнила, — это издевательства со стороны Шейлы, а потом накатила такая злость, что ее не в силах оказалось сдержать. Девочка устало огляделась вокруг. В комнате были некоторые изменения. Например: на единственном окне появились решетки. Рядом с кроватью на тумбе был поднос с разными флаконами и блистерами таблеток. Полностью заменена дверь. Невольно в голове появилось сравнение с палатой психиатрической больницы.       Спустив ноги на коврик, девочка заметила шевеление сбоку от себя и повернулась. Из-под ее одеяла торчал черный меховой конец. Алекса закричала, испугавшись и в миг подскочила с кровати. Но это оказался всего лишь черный кошачий хвост, причем ее собственный. Девочка стала крутиться, пытаясь рассмотреть это новшество. Но тут ее взор зацепило собственное отражение в настенном зеркале. Она подошла поближе. Из зеркала на нее смотрела та же пятнадцатилетняя девочка с угольно-черными волосами и зелеными глазами, вот только новая версия теперь могла похвастаться еще и черными треугольными ушками с кисточками, как у рыси. Уши, правда, теперь располагались немного выше, чем у обычных людей. Веласкес неверяще провела пальцами по пушистому меху ушек, словно хотела убедиться, что они настоящие. Как оказалось, настоящие, хвост, кстати, тоже оказался вполне реальным.       Но внешние изменения никак не могли дать Алексе ответы на скопившееся вопросы в голове. Кто она? Что произошло? И почему никто из смотрителей и воспитательниц не хочет сказать ей правду? Девочка чувствовала, что взрослые что-то недоговаривают. Но ей нужно знать. Ее когти, изменения глаз, теперь вот ко всему этому в комплект добавились уши и хвост. И это все не просто так, но окружающие упорно продолжали утверждать, что она человек, просто необычный. Раз ей не хотят давать ответы, то Алекса просто раскопает их сама и своими способами…

***

      Ближе к концу смены в кофейню проник Вещь, который без труда нашел Алексу, что убирала оставшиеся столики. Рука ловко вскарабкалась девушке на плечо. Сама Веласкес дрогнула, но быстро поняла, кто пожаловал. — Привет, Вещь, какими судьбами? — спросила оборотень.       Рука сунул ей в нагрудный карман какую-то сложенную бумажку и тут же поспешил ретироваться. Алекса достала послание и развернула. Ее брови поднялись в удивлении. Текст был явно напечатан на пишущей машинке Аддамс. «Квад со льдом и адски сладкую бурду для Инид (средний раф с карамелью), себе бери какой хочешь… W.A.»       К записке также прилагалась оплата за напитки. Похоже, в этот раз соседки сами изъявили желание получить кофе на вечер, раз отправили Вещь с посланием. Алекса улыбнулась и перед тем, как уйти, сделала заказ и оплатила. — Соседки попросили захватить кофе и для них? — улыбнулся Галпин, готовя напитки на вынос. — Да, передали записку с оплатой, — ответила оборотень.       Тайлер любезно подписал стаканчики, чтобы было понятно, где чей напиток, так как они были все одинаковые с логотипом кофейни. Девушка поблагодарила его и забрала заказ, попутно отсыпав немного чаевых в банку. У нее всегда была привычка пополнять заветную банку при заказе кофе на вынос во Флюгере. — Девочки, как просили, — улыбнулась Алекса, как только переступила порог комнаты.       Инид только хотела обнять соседку, как Рексфелис подняла руку. Не хватало, чтобы весь кофе оказался на одежде и полу. Уэнсдэй, как обычно в это время, была поглощена написанием своего романа и никак не отреагировала на появление девушки. Алекса молча поставила стаканчик на ее стол. Аддамс, не отвлекаясь от занятия, лишь кивнула. — Держи, — Веласкес вручила Инид ее раф с карамелью. — О, спасибо тебе огромное, соседка, — просияла волчица и вернулась к своему столу.       Сама Алекса заняла подвесное кресло и, неспешно потягивая свой латте, ушла глубоко в свои мысли. Ей все не давали покоя произошедшие события. Все инстинкты буквально кричали, что это еще не финал и грядет что-то воистину кошмарное.       Во время занятий Алекса вслушивалась не только в то, что вещал преподаватель, но и в разговоры однокурсников и других студентов с параллельных классов. Но все было как обычно. Уэнсдэй и Бьянка, как всегда, соревновались за звание лучшей, часто на фехтовании проверяли друг друга на прочность и опыт владения шпагой, на других предметах ум и знания. Инид по-прежнему старалась держать свой блог по сплетням Невермора в тренде, но также прикладывала усилия, чтобы не скатиться по учебе.       Список подозреваемых составлен, свободных мест нет. Не сказать, что он был шибко большим, вовсе нет. Претендентов на роль главного злодея этого семестра оказалось до смешного мало. Бьянка, может, и стремится сохранить корону королевы школы на голове, но не настолько. Сирена использует не всегда честные способы достижения целей, но явно не такие экстремальные, как применение Дурмана на одноклассниках. Дивина и Кент тоже вне подозрений, они своего рода группа поддержи Барклай. Так что без ее одобрения что-то делать не станут. Йоко сюда можно было и не вписывать вообще. Ей нет дела до того, чтобы причинять кому-то вред умышленно. Для вампира она очень миролюбива. Тем более что она не давала никакого повода думать иначе. Танака слишком дорожит дружбой с Инид, чтобы так рисковать.       Размышляя над всем этим, Алекса ручкой вычеркивала имена на листке. Все же проводить подобный мозговой штурм бывает весьма полезно. Так, что там дальше…       Аякс. Ну его можно отметать сразу. У горгон те еще каменные бошки. Слишком нерешительный и заторможенный. Ему роль убийцы явно не подходит. А Ксавьер…. Несчастный художник-гений больше занят другим. Торп в свободное время ошивается невдалеке от Уэнсдэй. Пытается оказать ненавязчивые знаки внимания даме сердца, но Аддамс пока упорно держит оборону, не подпуская парня к себе ближе чем на пять шагов. Хотя Алексу смущает иное… Горгулья, что упала тогда, была расположена напротив окна комнаты Ксавьера. Парню нет резона пытаться ее спасать, чтобы потом убить. Но вот с ним делит комнату Роуэн. К этому очкарику в последнее время задается очень много вопросов. Алексе телепат не понравился еще в первое знакомство в клубе. Было в нем что-то такое, что сильно отталкивало. Тот еще сумасброд. Сначала отчаянно пытался убедить всех, что школе грозит смертельная опасность, что грядет что-то воистину страшное, иными словами, катастрофа. Он тогда поставил на уши все учреждение и прилично навел шуму, заработав себе звание местного сумасшедшего, кричащего о скором апокалипсисе. Правда, на всех смелых, кто пытался его вразумить, Ласлоу использовал свой телекинез. Слава Всевышнему, тогда обошлось без серьезных последствий. Но взбучку от директора он получил немалую. В последнее время он правда затих: ни с кем не общается, на собраниях клуба появляется редко. Все время где-то в своих мыслях. В общем, сейчас ведет себя тише воды ниже травы.       Но вот со дня как в академию приехала Аддамс, с тихоней стали происходить странные метаморфозы. Все время торчал в библиотеке с кипой книг и что-то расписывал у себя в тетради. Постоянно оглядывался по сторонам, когда ходил в коридоре, словно его кто-то преследует. Такая перемена не осталась для Веласкес незамеченной. «А чего это я так озабочена безопасностью соседки?» — невольно всплыл закономерный вопрос в голове.       Наверное, потому что Алекса не хотела снова попасть под раздачу, как тогда на химии, и потому что дорожила соседками. Инид и Уэнс стали для оборотня друзьями, так называемой стаей, пусть последняя будет открещиваться от этого хоть до самой смерти. Они помогали ей, она им. Кеннет, помнится, рассказывал, что, Рексфелисы кажутся независимыми одиночками, но могут проявлять сильную привязанность к друзьям. Если надо, горой встанут на защиту тех, кто им дорог. В этом плане у кошаков много общего с Волками.       Алекса, словно напавшая на след ищейка, взяла подозреваемого под наблюдение. Однако никто не обратил внимания на странное поведение Роуэна, чего не скажешь о ней. Но самой девушке не стоило сильно увлекаться и выдавать себя.       Роуэн следил за Уэнсдэй и терпеливо ждал удобного случая, но не заметил, как сам стал предметом наблюдения. Он не сводил с Аддамс пронзительного взгляда на занятиях и во время обеда во дворе академии. Когда все прочие студенты смеялись и весело болтали за трапезой, Ласлоу незаметно сидел где-то в углу. Алекса даже подметила, как он своим телекинезом заставил лежащую рядом вилку скрючиться, словно она была сделана не из металла, а из бумаги. От паренька буквально разило чувством ненависти и жгучего желания прихлопнуть готку.       С его умением силой мысли передвигать предметы Роуэну ничего не стоило сдвинуть горгулью, плюс она была напротив окна их с Ксавьером комнаты. Очень удобно. Но тут в памяти всплыл момент, когда Алекса заметила, что телепат задержался в оранжерее Торнхилл, но тогда не придала этому особого значения. Мало ли, парень хотел что-то уточнить у Мерилин. Потом произошел этот инцидент на химии. И это тоже явно неспроста.       Веласкес стала задаваться вопросами. А чего это Роуэн так взъелся на Уэнс? Ну не мог же он воспылать такой злобой к Аддамс на ровном месте. На все должна быть причина и объяснение. Нет, здесь что-то не то. — Уэнс, как ты смотришь на то, чтобы сделать уроки в библиотеке академии? — спросила Инид, когда собирала учебники. — Еще раз сократишь мое имя, Инид, и обещаю, что следующим объектом для вскрытия будешь ты, — прошипела в ответ Аддамс. — В библиотеке тихо и никто нам впринципе мешать не будет… — Отлично. Веласкес, ты с нами? — волчица проигнорировала угрозу соседки и посмотрела наверх, где в гамаке о чем-то раздумывала Алекса. — Такое чувство, что мы идем туда не уроки делать, а проводить вскрытие друг на друге… — прокомментировала кошка. — А почему бы и нет? — Две садистки… — буркнула Синклер. — А ты в этом сомневалась? — хмыкнула Уэнсдэй, вставая со своей кровати.       В библиотеке девочки нашли уютный уголок рядом с витражным окном. Инид и Уэнсдэй заняли небольшой диванчик и принялись раскладывать тетради и учебники. Алекса же заняла свое почетное место на широком подоконнике. Как кошка она любила высоту, да и на диване могла бы занять место разве что только на подлокотнике, ибо тот был рассчитан на двоих. Так что окно было вполне оптимальным вариантом.       Аддамс все домашние задания словно семечки щелкала. Уверенно расписывая ответы в тетради, девушка лишь изредка открывала учебник, чтобы свериться или выучить предмет на тему вперед, в то время как Инид и Алекса еще пыхтели над своими уроками.       Но тут внутренний зверь поскребся в сознании. Алекса медленно вдохнула через нос. Все понятно, видимо, Ласлоу тоже занесло в обитель знаний. Только Веласкес сильно сомневалась, что Роуэн заявился из-за тяги к книгам. В последние дни он частенько ошивался невдалеке от их троицы. — Фух… Ну наконец-то… — протянула Инид, вытерев рукой лоб. — Я думала, никогда не смогу все выполнить… — Но ты смогла, так держать, — улыбнулась со своего насеста Алекса, что тоже только что закончила со своими заданиями. — Самое главное, чтобы мы пережили грядущие в конце семестра экзамены, потому что Торнхилл и Геродот точно высосут из нас все соки и кровь на сдаче. — Ага, и сделают они это с особым наслаждением… — не удержалась от комментария Уэнсдэй. — Алекс, ты чего не собираешься? — поинтересовалась Инид, когда застегнула молнию на своем рюкзаке, готовая возвратиться в комнату общежития. — Вы идите, а я малость задержусь в библиотеке, — махнула рукой оборотень. — Хочу поискать дополнительную литературу кое о чем.       Девочки лишь переглянулись, но уточнять не стали и неспешно направились к выходу из помещения. Алекса убрала свои вещи в сумку и незаметно скрылась среди стеллажей с книгами. Но вот едва Роуэн хотел выйти вслед за Инид и Уэнсдэй, как чьи-то руки в момент схватили паренька за одежку и оттащили в сторону. Веласкес прижала телепата к стеллажу и прорычала: — Теперь, думаю, пора перекинуться с глазу на глаз. Зачем ты следишь за нами? Отвечай! — Ни за кем я не слежу, Веласкес! — покачал головой парень, поправляя скошенные на бок очки. — И вообще, чего ты пристала? Я тоже пришел позаниматься и найти нужные книги. Так что будь хорошей киской и вали куда вздумается! — Я понимаю, у меня уши большие и длинные, лапшу вешать удобно, — хмыкнула Алекса, глядя на телепата. — Но не надо делать из меня идиотку. Так что не прикидывайся, Ласлоу… — Мне кажется, ты перезанималась, Веласкес, — сказал Роуэн и сразу же воспользовался своим ингалятором.       Алекса бесцеремонно подошла к пареньку в плотную и обнюхала. Потом, ехидно оскалившись, продемонстрировала отросшие клыки. — М-м-м-м, сладкий запах лжи… — промурлыкала оборотень. — Я ни с чем не спутаю его, Роуэн. — Ах, ну да, как же я мог забыть… Вы, Рексфелисы, можете вынюхать все не хуже любой собаки, — пробормотал парень, видимо, поняв, что отпираться бессмысленно. — Но есть одна загвоздка… — Роуэн вскинул руку, и сила его телекинеза железным хватом сдавила горло Алексы. — Такие, как ты, не могут остановиться вовремя…       После этих слов девушку отбросило в соседний стеллаж, который пошатнулся, но устоял. Книги дождем посыпались сверху. Телепат ухмыльнулся и подошел к огромной куче разбросанных книг, открыв своему взору погребенную под ними Алексу. Рексфелис зашипела от острой боли в голове. — Ты когда-нибудь слышала выражение «любопытство кошку сгубило»? — насмешливо спросил Ласлоу. — Так вот мой тебе совет: не становись одной из них и не суй свой нос в чужие дела.       Пнув ногой один из фолиантов, телепат покинул библиотеку. Оборотень кое-как выкарабкалась из этого завала. И едва успела вцепиться когтями в полку, чтобы снова не упасть. Беспорядок вокруг царил еще тот. — Это что еще такое?! — воскликнула не вовремя вошедшая библиотекарь. — Убрать немедленно!!! Развели тут бардак. — Простите… — только и сумела пискнуть Алекса.       В итоге, выйти из библиотеки девушка смогла только еще спустя часа полтора. Тупая боль в голове мешала раскладывать все книги по полкам. Чертов Роуэн сильно приложил ее о стеллаж. Рексфелис шипела, потирая рукой ушибленный затылок, пока шла в сторону башни. Удар был не слишком сильный, но довольно ощутимый. — Алекс, ты в порядке? — испуганно воскликнула Инид, когда увидела несколько растрепанный вид соседки, что только что вошла в комнату. — Я в норме, просто получила большой книгой по голове, когда та упала с полки, — отмахнулась Веласкес, не желая пугать до чертиков и без того впечатлительную волчицу.       Уэнсдэй никак не прокомментировала все это, она, накинув на себя пальто, направилась к выходу из спальни. Именно в этот момент Алексу малость повело в сторону, и она столкнулась с соседкой. Оборотень не успела толком попросить прощения, как готка застыла на месте, запрокинув голову.       Очередное видение показало отрывками прошлое соседки. То, как ее закрыли в кладовке в приюте и что Веласкес предприняла в ответ. Потом картинка сменилась, где Алекса была уже старше. Она сидела в библиотеке в компании пожилого мужчины что ей что-то рассказывал. Девочка ткнула в страницу раскрытой книги и что-то спросила. Мужчина лишь рассмеялся и обнял ее за плечи, после чего стал пояснять. Значит, то, что она поведала ранее о своем детстве не было ложью, это была правда. Неожиданно все это растворилось, словно капля чернил в воде, и теперь Аддамс видела густой лес. Но главным было не это.       На земле, слегка прислонившись к подножью дерева, лежал истерзанный когтями человек в камуфляжной куртке. Мужчина был в форме местного егеря Джерико, если судить по заляпанной кровью нашивке на плече. Все тело было исполосовано длинными порезами от когтей, а над ним возвышался черный Рексфелис. Огромный зверь, чья морда и передние лапы так же были мокрыми от крови, опустил морду к уже мертвой жертве и внимательно обнюхал ее, его усы едва касались лица мужчины. Потом с яростью ударил лапой по земле и зарычал. И сидевшие в ветвях деверьях птицы тут же взвились в небо.       Едва Уэнсдэй пришла в себя после видения, ее ноги подкосились, но Инид не дала подруге упасть на пол. В голове девушки творилась чертовщина. Алекса никогда не давала поводов думать, что она способна на хладнокровное убийство. Да, она могла нанести увечья или поранить противника, но только в целях защиты себя или тех, кого считает за своих. Но бессмысленное убийство просто ради удовольствия — вряд ли. Когда Аддамс видела ее зверем, то могла бы твердо сказать, что Веласкес хорошо контролирует себя в обеих ипостасях, если исключить случай с Дурманом. А тот мужчина явно не из числа нынешних жертв монстра, а значит, она видела будущее или один из возможных вариантов. Сложно было судить по крохотному осколку, который не дал ничего конкретного, только наличие нового предполагаемого трупа. И Веласкес определенно будет иметь прямое к нему отношение…       Сухо поблагодарив Синклер, Аддамс пулей вылетела из помещения. Путь до Джерико не занял много времени. Уэнсдэй следовало все обдумать. Девушка засела во Флюгере, заняв один из свободных столиков, и неспешно потягивала свой квад со льдом. Все произошедшее не меняло ее планов свалить как можно дальше из этого места. Аддамс сумела договориться с Тайлером, чтобы тот отвез ее до Берлингтона. А с убийствами пусть разбирается шериф. Ей нет интереса соваться в примитивное дело, которое она бы раскрыла в два щелчка. Гораздо разумнее потратить свои силы и ум на что-то более запутанное и зловещее.       В день Урожая на вечер была намечена ярмарка, что скорее всего будет длиться до самого утра, если, конечно, не произойдет какой-нибудь эксцесс. Алекса попрощалась с соседками и пожелала Уэнс удачной дороги, раз та все равно решила сбежать, оставив в комнате почти все свои вещи. Даже свою драгоценную печатную машинку. Расставаться с мрачной соседкой было немного грустно, Алекса привыкла к тому, что в их комнате живут они трое. Теперь все будет уже не так весело, как раньше, без едких замечаний Уэнсдэй по поводу и без повода, без ночных соло на виолончели, без монотонного клацанья клавиш печатной машинки. Но уговаривать готку остаться — затея безнадежная, и Веласкес ничего не оставалось, кроме как принять решение подруги. Алекса остается в Неверморе, а Уэнс ищет свой путь по жизни. Но, зная ее натуру, Рексфелис была уверена, что они с Инид еще услышат о своей готической соседке. И не раз.       По идее Тайлер должен был только подбросить Уэнсдэй до железнодорожной станции Берлингтон. А там Аддамс сама решит, куда двигаться дальше. Это по идее. Но Алекса по своему опыту знала, что все планы редко идут по плану. Как правило, все идет, как и всегда, через задницу…       Ярмарка была в самом разгаре. Цветастые палатки, продающие билеты на аттракционы и вкусности. Всюду снуют люди, Нормалы, Изгои, все. Александрит прогуливалась по всему этому великолепию веселья и отдыха, буквально не зная, чем себя занять. Кататься весь вечер на яркой карусели не хотелось, да и сладкая вата не слишком соблазняла. Ничего интересного не было, пока острый кошачий глаз не заприметил небольшую палатку, напоминающую тир. Только тут нужно было не стрелять из пневматики по мишеням, а бросать дротики в надувные шарики. Дартс. Да и призовые были весьма заманчивые. Среди большого разнообразия мягких игрушек Алекса заприметила для себя большого плюшевого снежного барса.       Недолго думая, она заплатила за участие и, вооружившись десятью дротиками, стала метать их в цели. Воздушные шарики лопались один за другим. Мужчина, что был оператором аттракциона, удивленно поднял брови. Такой меткости за обычными посетителями он никогда не замечал за свою практику. Вроде высокая стройная девушка, а так лихо метает дротики, что создается ощущение, будто для нее это обычное дело. — Ну вы даете, юная барышня, — присвистнул мужчина. — Что ж, забирайте что хотите. Какой приз вам приглянулся? — Он, — Алекса указала пальчиком в заветную игрушку.       Оператор посмеялся и взял с полки плюшевого барса. Но тут уши Веласкес дернулись под банданой, а крылья носа затрепетали. Ветер донес явный запах свежей крови, а издали едва слышался чей-то крик. Зря она уповала на покой этим вечером. Ой как зря. — Я вернусь, — бросила девушка и тут же помчалась со всех ног на крик.       Похоже, кто-то попал в беду, и помощи ждать не стоит, раз она единственная, кто услышал крики несчастного. Кошки обладают превосходным слухом и способны улавливать чрезвычайно широкий диапазон частот. Они могут слышать более высокие звуки, чем люди. Прорываясь среди деревьев, оборотень слышала позади пальбу. Уже начался ночной салют и стали запускать фейерверки. Для нее это было равносильно стрельбе из пушки.       Но картина, открывшаяся перед ней, буквально ввергла девушку в ужас. Прямо перед ней возвышался монстр, который безжалостно рвал когтями тело Роуэна. Ласлоу хрипел в предсмертной судороге, истекая кровью. Уэнсдэй лежала у дерева без сознания. Алекса, недолго думая, встала на защиту соседки, выпустив когти, когда серый монстр обернулся в их сторону. Налитые кровью огромные глаза не сводили взгляда с новой жертвы. Он прорычал, замахнулся когтистой лапой и отбросил Веласкес в сторону. После стал медленно приближаться к бессознательной Аддамс. Оборотень кое-как поднялась и рвано выдохнула, удар оказался весьма сильным. Алекса подобрала небольшой камень и бросила его в сторону чудовища. Попала в голову, чем привлекла к себе его внимание. Монстр встал во весь свой рост и за пару шагов преодолел разделяющее их расстояние, навис над девушкой как живое воплощение смерти и угрожающе зарычал ей в лицо. Такой рев способен даже льва обратить в бегство, но Алекса рявкнула в ответ не хуже. Рексфелис стояла напротив монстра, устрашающе выставив когти, готовая в любой момент броситься в бой. Ее внутренний зверь скребся в сознании, порываясь наружу.       Но неожиданный взрыв сверху в момент остудил пыл обоих. Веласкес зажала уши руками, а серый монстр поспешно скрылся в зарослях. Похоже, так удачно запущенный снаряд салюта его спугнул. Девушка приблизилась к телу одноклассника. Ей хватило одного взгляда на почти выпотрошенное тело, чтобы понять: у Роуэна не было и шанса на выживание. Грудная клетка была полностью вскрыта, а остальное исполосовано когтями. На лице застыла гримаса ужаса, словно он увидел перед смертью самого дьявола. Земля под ним потемнела еще больше от крови.       Сверху плавно спустился лист бумаги. Алекса тут же подхватила его, пока тот не успел пропитаться кровью, и поднесла поближе, чтобы рассмотреть. Это был рисунок, и на нем изображена девочка, очень похожая на Уэнсдэй. Она стояла во дворе Невермора, а вокруг играли языки пламени. Причем это была лишь половина картины. Девушке было достаточно и двух секунд, чтобы сообразить, откуда этот рисунок у Роуэна. Общество Белладонны. И он вырван из книги в их библиотеке. Но какое отношение телепат имеет к картине, нарисованной черт знает когда? Хотя какое бы отношение Роуэн к этому не имел, он уже ничего никому не расскажет.       Оборотень поспешно убрала лист к себе в карман, после чего приблизилась к Уэнсдэй. Готку достаточно было слегка похлопать по щекам, чтобы привести в чувство. Ее веки дрогнули, и взгляд первое время был очень расфокусированным. Видимо, сильно Роуэн ее приложил. — Давай поднимайся, — прокряхтела Алекса и перекинула руку Аддамс себе через плечо, тем самым помогая девушке встать.       Аддамс еле стояла на собственных ногах и непременно бы свалилась без поддержки со стороны Рексфелиса. Однако слабость в теле и головокружение готку волновали меньше всего. Уэнсдэй во все глаза уставилась на мертвое тело одноклассника. Потом, не изменяя изумленного взгляда, повернулась в сторону оборотня. — Знаю, о чем ты думаешь, Аддамс, но спешу тебя огорчить, — холодно сказала Алекса. — Это не моих лап дело.       Веласкес, невзирая на попытки Уэнс отпихнуть ее, упорно тащила соседку подальше от леса. И как только стали видны огни ярмарки, девушка махнула рукой, привлекая внимание к себе. Очень удачно их заметила директриса, что в момент оказалась рядом.       Едва усадив все еще покачивающуюся Аддамс на скамью, Алекса кратко изложила произошедшее директрисе. Мисс Уимс нахмурилась и молча достала из кармана пальто мобильный. Короткая пауза, и властный голос женщины оповестил полицию о найденном в лесу невдалеке от ярмарки теле. Директриса сообщила, что теперь они сами разберутся, что случилось с Роуэном, а вот Веласкес было дано четкое задание «дотащить бренное тело мисс Аддамс до башни». Уэнсдэй вправду была сама не своя. Ее постоянно водило, ноги не держали, девушка постоянно морщилась от головной боли. А потом она и вовсе отключилась. Оборотень вздохнула и снова водрузила на себя подругу. Очевидно, поездка с Тайлером до Берлингтона откладывается на неопределенный срок…       Когда все неверморцы собирались обратно в академию, Инид помогла Алексе донести бессознательную Уэнсдэй до автобуса, а после и до комнаты. Оборотень тяжело выдохнула, когда они с соседкой уложили подругу в кровать на ее половине. Ничего не понимающая Синклер попыталась сразу же накинуться с вопросами на Веласкес, но та подняла руку, сказав, что объяснит все потом. Ей тоже нужно было время прийти в себя и переварить все, что произошло. Пищи для размышлений было более чем достаточно.       Покачиваясь в своем гамаке, Веласкес смутно припоминала, что она где-то читала про этих тварей. Девушка точно помнила, что они с Кеннетом проходили все известные типы Изгоев и что этот монстр относился к разряду малоизученных. В голове все крутилось название, но никак не складывалось в единое слово. А Уэнсдэй… Видимо, ее состояние объясняется очередной попыткой Роуэна ее прикончить.       Одержимые манией или же какой-то конкретной целью обычно так и заканчивают свою жизнь. Когда ты зациклен на чем-то, то перестаешь замечать, что происходит вокруг, и, как правило, подобная кончина настигает весьма неожиданно. Собственно, так и случилось с Роуэном. Ласлоу был настолько поглощен целью прихлопнуть Уэнсдэй, что не понял, когда в его планы вмешался сторонний убийца. Какая ирония: охотник, сам того не подозревая, стал жертвой…       А этот серый горбун, по всей видимости, и есть тот самый «Гризли-людоед», что кошмарит всех туристов в окрестном лесу. Вот и раскрыта личность серийного убийцы… Ну почти раскрыта.       Уэнсдэй пришла в себя только спустя час. Девушка поморщилась, видимо все еще испытывая последствия удара. Инид, переполненная впечатлениями, уже мирно спала на своей половине, укутавшись в цветастый плед. — Как себя чувствуешь? — поинтересовалась Алекса со своего гамака. — Терпимо, бывало и хуже, — Аддамс огляделась по сторонам. — Мы с Инид притащили тебя после того, как ты отключилась, — тут же дала ответ на еще не заданный вопрос Веласкес.       Уэнсдэй потерла затылок, голова еще отзывалась ноющей болью. Но тут хрустальный шар засиял голубым светом и в нем показались лица Гомеса и Мортиши. Девушка встала и медленно переместилась за рабочий стол. — Привет, моя тученька, — радостно помахал рукой старший Аддамс. — Скажи, милая, как первые дни? — улыбаясь, спросила Мортиша. Но они оба нахмурились, увидев несколько всклокоченный вид любимой дочурки. — Все в порядке, Уэнсдэй? — Я дважды едва избежала смерти за эти дни, — холодно сказала готка. — Если судить по тому, что мы видим, киллеру можно только посочувствовать, — усмехнулась женщина. — От нашего скорпиончика не так легко избавиться. Как тебе академия? — Больно это признавать, но ты была права, мама. Думаю, мне здесь понравится, — не меняя тона, ответила Уэнсдэй. — Приятно это слышать, родная, — мягкая улыбка отразилась на лице статной дамы.       Как только шар погас, Уэнсдей тут же повернулась в сторону отдыхающей в своем гамаке кошке. Алекса, поймав на себе ее взгляд, уселась, свесив ноги и хвост. — Как ты оказалась поблизости? — видимо, Уэнс решила сразу начать допрос. — А ты, я смотрю, решила повременить с отъездом? — прищурилась Рексфелис. — Не уходи от ответа, Веласкес! — настаивала готка. — Я оборотень, Аддамс, и обладаю острым обонянием и слухом, — пожала плечами Веласкес. — Кровь, знаешь ли, очень трудно игнорировать. Однако меня интересует немного иное…       Алекса спрыгнула со своего насеста и, достав из кармана штанов сложенный лист, в момент раскрыла и показала его соседке. — Откуда он у тебя? — Уэнс переменилась в лице и тут же выхватила его из рук оборотня. — Сверху упал на тело Роуэна, — ответила Алекса и махнула хвостом. — Девочка на этом рисунке действительно очень похожа на тебя. Вопрос только в том, что все это значит и что предвещает. — Думаешь, это как-то связано с грядущим будущим? — задумчиво спросила Аддамс. — Не прошлое точно. Я облазила все книги по истории Невермора, когда училась первые дни, — сказала оборотень и ткнула пальцем в рисунок, — и этого события в книгах не было, — но потом Алекса обратила внимание на крафтовую папку на столе Аддамс. — А это что?       На поверку это оказалось досье тридцатидвухлетней давности. Веласкес, не спрашивая разрешения, взяла в руки папку и раскрыла ее. В ней было фото Гомеса Аддамса, только тут он был в том возрасте, когда, видимо, сам учился в Неверморе. Алекса видела выпускные альбомы с фотографиями учеников прошлых лет, что были предоставлены в библиотеке для ознакомления. Правда, на этих фотографиях Гомес выглядел избитым, но даже синяки, кровоточащие губы и нос не помешали ему ухмыляться прямо в камеру. Фоном, конечно же, выступала настенная линейка в допросной, а в качестве аксессуара табличка с именем и фамилией обвиняемого и датами его рождения и ареста. — Поэтому местный шериф так на тебя взъелся? — спросила оборотень, бегло листая досье. В нем указывалось, что папик ее мрачной подруги в те годы был обвинен в убийстве нормала, но его все же отпустили. — Тайлер сказал, что из-за этого обвинения у него на моего отца зуб, — сказала Уэнсдэй, не сильно удивившись осведомленности соседки.       Рексфелис работает во Флюгере и, соответственно, видит все, что там происходит, и очень хорошо слышит, о чем говорят посетители. Люди в уютном кафе, поглощенные беседой, склонны разболтать лишнего. Так что оборотень волей-неволей будет в курсе событий. — Удивительно, что дело все еще хранится и его не отнесли в архив, — задумчиво произнесла Алекса. — Разве его не должны были закрыть за давностью лет? — Видимо, шериф Галпин считает иначе, — готка забрала папку из рук соседки и убрала е в ящик стола. — И я обязательно докопаюсь до правды. — Я в этом не сомневаюсь, — усмехнулась Рексфелис. — Что ж, приятных тебе кошмаров, Аддамс, и не засиживайся надолго. Утро вечера мудренее.       Оборотень решила на этом закончить разговор и пока что оставить соседку наедине со своими думами. Да и время было уже позднее, так что стоило все последующие разговоры и обсуждения оставить на завтра. Взобравшись обратно в свой гамак, Алекса только хотела было уже опустить голову на подушку, как в их окно-паутину деликатно постучали. — Ты кого-то ждешь? — удивилась Уэнсдэй. — Неа, понятия не имею, — сказала Алекса и, прорычав, снова спустилась. — Сейчас узнаю, кого это черти принести в столь поздний час.       Девушка вылезла на балкон и с удивлением уставилась на полуночного гостя. — Ксавьер?! — удивленно воскликнула Алекса, но тут же осеклась, боясь разбудить спящую Инид. Но потом прошипела: — Какого лешего ты здесь забыл? — Вот, я решил отнести тебе это, — сказал парень и передал девушке игрушку. — Где ты его взял? — Веласкес тут же обхватила руками плюшевого барса. — Я видел, как ты выиграла его в дартс, но потом неожиданно усвистала в неизвестном направлении, — улыбнулся Торп во все зубы. — Думал перехватить тебя на обратном пути, но не вышло. Все так быстро закрутилось. — А дождаться утра было не судьба? — оборотень склонила голову набок. — Ты же все равно не спишь, — парировал юноша. — Ладно, спасибо, что занес, — улыбнулась девушка и на прощание пожала ему руку. — Спокойной ночи, Ксавьер.       Торп лишь махнул рукой и тоже пожелал хороших снов. Уэнсдэй, увидев в руках соседки игрушку, лишь закатила глаза, на что Веласкес ухмыльнулась. Оборотень, вскарабкавшись к себе, тут же обняла обеими руками свое плюшевое сокровище и замурлыкала. Барс был очень похож на игрушку, которую она хотела в детстве. Алекса прижала ее к себе и моментально заснула. Следующий день наверняка преподнесет еще больше событий. Самое главное — твердо стоять на ногах и пережить все превратности судьбы.