Потусторонняя связь

После приёма крови Рейхугольника Польше становится заметно лучше, но недостаточно, чтобы назвать его окончательно здоровым. Да и счастье длится не так долго, как хотелось бы: вечером недуг приходит с новой силой и валит с ног. Польше снова кажется, что он умирает, Рейхугольник кормит его различными лекарствами и остаётся рядом, пока поляк не засыпает. Демон всю ночь контролирует его состояние и успокаивается только под утро, когда Польше наконец-то становится легче. Поляк встаёт утром по первому же будильнику. Он чувствует себя превосходно, по сравнению с прошедшим днем. Рейхугольник не обманул: недуг длился всего день, и теперь Польша полон сил продолжать работать и, в принципе, жить. Он поднимается с кровати и потягивается с тихим довольным стоном. Разворачивается и смотрит на демона — тот сладко спит в кровати, не подозревая, что поляк уже встал. Польша его не будит. Он тихо собирается, завтракает тем, что находит, и выходит из дома. Из-за вчерашнего голодания желудок кажется совершенно пустым даже после простенького утреннего перекуса, коего обычно Польше хватало. Он думает о еде, пока идет к остановке, пока едет на работу, и когда заходит в магазин. — Как здоровье? — спрашивает Нидерланды, стоит поляку переступить порог. — Чувствую себя отлично, — с лёгкой улыбкой говорит Польша. Его живот протяжно урчит. Он неловко накрывает его ладонью и проходит глубже. — Голоден разве что. — Хочешь сэндвич? — предлагает Нидерланды. Польша активно кивает, а в его глазах загорается огонёк. — Ты мой спаситель! — радостно восклицает он и обнимает коллегу. Нидерланды смеётся. Они вместе уходят в подсобку. Пока Польша снимает верхнюю одежду, Нидерланды оставляет для него на столе запакованный сэндвич и присаживается с другой стороны. — А как дела у тебя с тем самым парнем? — тянет Нидерланды игриво, подперев голову рукой. Польша замирает на секунду. — Ну, — он неловко смеётся и садится. Быстро распаковывает сэндвич и суёт в рот. — Ф фринфипе номафно, нафефное… — А теперь без цензуры и давай поподробнее. Решил ли ты всё-таки оставить работу? — Нид наклоняется к Польше ближе и улыбается в предвкушении. Польша проглатывает и отводит взгляд. Отношения с Рейхугольником изначально вещь странная и неоднозначная. Вроде, всё идёт на лад, но поляк умудряется всякий раз ступать на шаг назад. Он не может отдаться полностью этим отношениям, хоть и морально давно примирился. С сегодняшним выздоровлением он понял, что увеличенная тяга к демону, видно, была последствием, которое достигло пика вчера, той самой эйфорией. Пока он не разберётся в себе, будет считать именно так, а всё потому, что события идеально сложились и заставили сомневаться в чистоте своих же поступков и чувств. Когда Польша целовал Рейхугольника дома, когда лез к нему обниматься в парке, когда ответил на поцелуй на глазах Венгрии. Вспомнив это, Польша заметно краснеет и прикрывает лицо ладонью. Он выдыхает и смотрит на Нидерланды. Улыбка того становится всё шире. — У нас всё нормально, большего не скажу, — упрямится поляк и продолжает есть, пока осталось время. До открытия им ещё предстоит подготовить цветы. Нидерланды печально вздыхает, но не настаивает. Заставлять поляка раскрывать тайны личной жизни он не намерен, чему Польша благодарен. Первые часы работы протекают спокойно. Утренний поток клиентов проходит, и ближе к обеду становится тише, так что Польша позволяет себе присесть и зависнуть в телефоне. Он покупает билет на автобус на завтрашнее раннее утро, потом вспоминает о Рейхугольнике и покупает ещё одно место рядом. Чуть совсем не забыл про демона. Поляка сотрясает. Он выключает телефон и берётся за грудь. — Всё нормально? — спрашивает Франция, стоящая за стойкой. Её скучающий вид сменяется обеспокоенным. — Ты точно поправился? — Да, всё хорошо, — Польша улыбается, пока внутри него бушует чужое негодование. Рейхугольник, очевидно, проснулся, и то, что он не обнаружил Польшу рядом, ему не понравилось. На телефон приходит сообщение. Польша открывает его и с нелепой улыбкой, хлопая глазами, читает: «Ты на работе?». Он очень надеется, что тон сообщения нейтральный, и демон не сердится. «Да. Где же ещё мне быть?» — пишет ответ поляк. Рейхугольник смотрит сообщение и смолкает. Проходит минута, две, три, но Польша так и не дожидается от демона больше ни словечка. — «Кажется, теперь он точно заявится ко мне на работу», — проносится мысль. Польша напряжённо убирает телефон в карман и думает о том, как это произойдёт и как он будет представлять коллегам своего парня — без пяти минут мужа. Вслед за мыслями дверь магазина открывается. Польша, испугавшись, отпрыгивает и валится со стула с грохотом. Он впопыхах поднимается на ноги и выныривает из-под стойки под недоуменным взглядом Франции. Перед ними стоит никак не Рейхугольник, а обычный клиент, не менее удивлённый произошедшим. Польша с доброй улыбкой подпирает голову. — Добрый день, — говорит он клиенту. — Иди-ка лучше, — обращается к нему Франция. — Я сама разберусь. Поляк не упирается и, кивнув, исчезает с кассы. Он находит Нидерланды в холодильной камере с цветами и присоединяется, чтобы помочь. Догадка увидеть здесь Рейхугольника подтверждается, когда через час Нидерланды подходит к Польше и сообщает, что к нему пришёл его молодой человек. Поляк, уже успевший забыть о демоне, застывает на месте и начинает продумывать разговор с Рейхом, скорее всего, недовольным тихим исчезновением Польши из квартиры утром, но Нидерланды прерывает его мыслительный процесс, вытаскивая Польшу из холодильника в зал. Там, сложив руки на стойке, стоит Рейхугольник. Он улыбается при виде поляка, но в этой улыбке проскакивает нотка чего-то ещё, кроме радости и любви. — Привет, — говорит Польша Рейху, не понимая, почему так боится. Потому ли, что несмотря на спокойное с первого взгляда лицо, внутри он чувствует чужое негодование? Польша предпочитает игнорировать это. Он ничего не сделал, и упрекать его не в чем. Демон вручает ему небольшой пакет. Поляк заглядывает внутрь. — Я принёс тебе завтрак, — тянет Рейх. — Можем поговорить? — Не сейчас, я занят. За завтрак спасибо, — благодарит поляк и хочет потянуться для поцелуя в щёку ради смягчения ситуации, но не делает ничего из-за наблюдающих с интересом коллег. Он стесняется делать что-либо на глазах других. Венгрия в парке не в счёт — тогда были особые обстоятельства, которые повлияли на него. — Ну хорошо. Быстрое согласие Рейхугольника Польша считает максимально подозрительным. Демон уходит быстро. Ни поцелуя, ни слов на прощание. Это создаёт напряжение внутри. — Какой красивый, — вздыхает Франция. Нидерланды с ней охотно соглашается. — Красивый… — медленно кивает Польша, пребывая в своих мыслях. Что ждать дальше? Вернётся ли Рейхугольник или поляка будет ждать разговор дома? О том, что он не должен был вот так уходить, не оповестив демона ни о своём состоянии, ни о том, что ему в принципе нужно на работу. Возможно, Рейхугольник так же обиделся из-за того, что Польша не съел ничего утром, но что ему оставалось делать? Демон так хорошо спал, будить его не хотелось, да и незачем. А полноценно завтракал Польша и до этого редко. Обычно ел уже в перерывах на работе. — Как сложно, — выдыхает Польша и уходит в подсобку. Демон готовит неприлично вкусно. Об этом Польша думал всегда, но никогда не говорил. Он открывает контейнер с едой, достаёт приборы и принимается есть с большим удовольствием. — На дороге такие не валяются, выходи за него, — с такой фразой из-за двери появляется Франция. — Твой парень такой лапушка! — она кладёт ладони на щеки и умилительно улыбается. — Готовит как Боженька, наверное? Польша кивает с набитым ртом. По спине проходит странный холодок. Он точно чувствует, как на него смотрит кто-то, помимо Франции, и оборачивается, однако никого больше здесь нет, как и не было до этого. — Приятного аппетита тебе, а я пойду, — говорит француженка и исчезает. Польша проглатывает и оглядывается ещё раз. Ощущение не пропадает — только усиливается. — Рейх, я знаю, ты тут, — наугад говорит Польша, только затем поняв, что это вполне может быть любой другой демон. Он на секунду пугается, вдруг сейчас ему это аукнется, однако силуэт, возникший из тени рядом с ним, оказывается всё же Рейхугольником. — Почему ты не разбудил меня? — Так и знал, — выдыхает поляк. — Ну не хотел я тревожить твой сон. — Мы договорились, что я отныне буду следить за тобой, раз уж ты не хочешь, чтобы я лез к твоему сердцу, — напоминает Рейх. — О-оу, так вот, в чем дело. Но а что я тогда ещё должен был тебе сказать? — Польша пожимает плечами и смотрит на еду, водя в контейнере ложкой. — Согласился, лишь бы ты не лез, но что-то мне не очень хочется быть каждую минуту под надзором. Ничего не случится, а если случится — я тебе напишу. Так что можешь уйти, пожалуйста? Рейхугольник берет его за щеки и поворачивает лицом к себе. — Это для твоего же блага. Хватит изворачиваться. — Боже, ладно, — Польша отцепляет его руку от своего лица. — Тогда сегодня вечером, — он выдерживает паузу, — можешь проверить моё состояние изнутри. — На этот раз больше никаких отговорок, — строго говорит демон. — Обещаешь, что вечером не начнёшь увиливать? Польша хотел поступить именно так, но терпение Рейхугольника не резиновое, и он не сможет вечно выслушивать меняющиеся решения поляка. На этот раз придётся сделать всё так, как хочет демон, пока Польшу не привязали к кровати в качестве мести за вредность. — На этот раз точно, — с трудом соглашается поляк. Ничего страшного, ведь так? Они уже не незнакомцы, отношения куда лучше, чем в начале. Да и эффект от этой «проверки» уже известен. Рейхугольник кивает и собирается уходить, но Польша ловит его за руку. — Подожди, ещё кое-что, — Польша встаёт и тянется на носочках к лицу демона, сейчас не человеческому. Он целует Рейха и смущённо отворачивается. Поляк даже рад тому, что готов быть с этим демоном не из-за влияния адаптации организма. Зародившаяся симпатия самая настоящая, да и как можно не любить это обворожительное сверхъестественное создание перед ним? — Ты знаешь, как заставить меня растаять. — Тон заметно смягчается. Рейх растворяется на глазах. Его будто и не было здесь вовсе. Польша глубоко вдыхает и протяжно выдыхает. Он кладёт руку на неспокойное сердце и возвращается за стол.

***

Вечером Рейхугольник встречает Польшу с работы, и они едут домой в молчании. Польша волнуется из-за обещания больше не увиливать. Он намерен наконец-то даться на проверку, но не будет напоминать о ней сам с глупой надеждой, что Рейхугольник забудет — а это маловероятно. О такой важной вещи невозможно забыть. Дома тепло и хорошо: Рейх включил кондиционер на отопление перед тем, как поехал встречать Польшу. Они вместе заходят в спальню, переодеваются в домашнее (Рейхугольник некоторые вещи стал хранить здесь), умываются, и всё это время Польша пребывает в ожидании, когда его уложат на кровать и начнут небольшую пытку. На выходе из ванной Польшу подхватывают на руки и относят в спальню. Располагают на середине кровати, снимают футболку, и оглаживают грудь. Поляк сглатывает ком в горле. Он с дрожью наблюдает за рукой Рейха. — Всё хорошо, — голос Рейхугольника звучит слишком громко в тишине, которая сохранялась между ними так долго. — Знаю… — Польша пытается расслабиться. Он кладёт голову ровно, направляя взгляд в потолок, и выдыхает. Он заставляет напряжение спасть. Это ведь не больно. Совсем не больно, к чему страх? Рейхугольник мягко давит на грудь и проходит сквозь плоть. Он легонько касается сердца, отчего Польшу сотрясает приятный импульс. В следующую секунду он несдержанно стонет и выгибается, хватаясь пальцами за покрывало под ним, когда Рейх более смело оглаживает его новое сердце и хватает пальцами. Демон накрывает губы Польши. Тот крепко обнимает его за плечи и зажмуривается. Он стонет в поцелуй, позволяет чужому языку скользнуть в рот. В уголках глаз скапливаются слезы. Демон сплетает их языки. Пальцы нежно гладят сердце, уже не для проверки, а просто так — за то, что Польша уклонялся. С уголка рта поляка стекает слюна. Он приоткрывает глаза и смотрит на демона размытым из-за слез взглядом. Поляк открывает рот шире, и Рейхугольник, пользуясь этим, обводит каждый уголок внутри, очерчивает зубы, проходится снова по языку, под ним, поднимается к небу и ведёт по нему медленно, самим кончиком языка, из-за чего Польша вздрагивает и смыкает губы, что демону вовсе не мешает. Он проталкивает язык глубже, заходя немного в глотку, тем временем убирая руку и укладывая её на оголённую грудь. Польша мычит и слегка прикусывает язык демона, намекая на прекращение, пока у него случайно не вызвали рвотный рефлекс. Рейхугольник вынимает язык. Он облизывается и с наслаждением смотрит на Польшу. Тот прикрывает лицо руками со смущенным писком. — Видишь, всё хорошо прошло. Осталось последнее дело, — Рейхугольник одним лёгким движением стягивает с Польши шорты вместе с нижним бельём. — Чт… Стой! — Польша рывком садится и видит, как демон размещается меж его ног. — Мне лучше принять человеческую форму или ты не боишься довериться? — Рейх игриво высовывает язык из клыкастой пасти и проводит его кончиком по возбужденному члену Польши. Он сотрясается и рефлекторно пытается свести ноги, чему мешает нахождение Рейха меж них. — Я-я, — Польша в растерянности заикается, — сам могу справиться с этим. — Позволь мне, — настаивает демон и ведёт рукой по внутренней стороне бедра. Польша вздрагивает и наблюдает, как пальцы подбираются выше и останавливаются в опасной близости к мошонке. — Итак, каков твой ответ? — Я тебе, несомненно, доверяю, так что… — Он отводит взгляд. — Можешь остаться таким. — Польша ложится обратно на спину. Он стыдливо прячет лицо в ладонях, не видя довольную клыкастую улыбку демона. Рейхугольник прячет многочисленные клыки, как сделал при поцелуе. Его забавило то, что Польша этого не заметил. Он не церемонится, вбирает орган в рот и оплетает скользким длинным языком. До слуха доносятся хныкания. Польша, дрожа, вжимается в кровать. Демон кружит вокруг члена языком, посасывает, отстраняется и с нажимом медленно облизывает головку. Польша пытается сдерживать голос, закусывая губу. Демон водит рукой вверх-вниз, размазывая слюну и переводит взгляд на лицо поляка. Тот больше не закрывается. Он намертво цепляется за подушку под головой и наблюдает за процессом. Слезы стекают по лицу, у приоткрытого рта блестит дорожка слюны. Грудь часто вздымается, а сердце бешено колотится в груди. — Р-ру, — шепчет Польша. — Быстрее, прошу, — под конец слов голос стихает. Демон хмыкает и ухмыляется. Он массирует головку большим пальцем, обводит языком яички и ведёт вверх. Вторая рука гладит бедро и мягко сжимает. Он вновь заглатывает орган и двигает головой. Член скользит по приятно гладкому языку. Польша толкается навстречу, позабыв про стыд. Он быстро достигает пика и изливается с протяжным стоном наслаждения. Рейхугольник не отстраняется. Он проглатывает семя, проводит языком по члену в последний раз и поднимается. Демон нависает над Польшей, облизываясь, точно сытый хищник. Он стирает слезы с его лица и проводит по щеке ладонью. Поляк хватается за его запястье и затуманенным взглядом смотрит насквозь. Тяжёлое дыхание постепенно нормализуется. Демон берет его на руки и относит в ванну. Усаживает в неё и включает тёплую воду. Польша вздрагивает, когда на него начинает литься вода, мотает головой и обнимает колени. — Это правда случилось… — говорит он совсем тихо. — Тебе понравилось? — интересуется демон. Он мочит волосы поляка, льёт воду на спину и убирает душ в сторону. Польша, помедлив, кивает, смотря строго вниз. У него нет сил взглянуть на демона. Он смущён и обескуражен. Впрочем, он ожидал, что проверка его внутреннего состояния выльется в нечто этакое, но совсем не предполагал, что Рейхугольник в этот раз всё же сделает ему минет вместо того, чтобы оставить одного тихо ублажать себя в ванной. Пока Польша пребывает в своих мыслях, Рейхугольник моет его, радуясь отсутствию сопротивления и «я сам!», хотя его и настораживает полная тишина. Однако негативных эмоций со стороны любимого он не чувствует, а значит, всё в порядке. Он берет сухое полотенце, пока поляк выбирается из ванны, и начинает обтирать. Сначала Польше хочется возмутиться и отнять полотенце, но через мгновение решение меняется, и он оставляет всё, как есть. — Сполосни рот что ли, — буркает поляк, когда демон заканчивает с ним возиться. — Конечно, — отвечает Рейхугольник и отходит к раковине. Польша исчезает в спальне. Он быстро одевается и садится на край кровати. Надо же. У них всё идет куда лучше, чем можно было представить. В планах Польши, того Польши из прошлого, который только-только попал в лапы демона и решил примириться с ним, не было такого. Максимум отсутствие попыток избавиться, выгнать, убить, вернуть свое сердце. Потом максимумом стали поцелуи в щеку, в лоб, объятия, свидания. Потом он стал не против поцелуев в губы, а теперь его довели до оргазма. Польша подгибает ноги и обнимает колени. Он кладёт на них голову и вздыхает. Минусов он честно не видит, так что и возмущаться не может, как и избегать демона из-за «слишком быстро дело идёт». Рейхугольник застывает в проходе, когда видит Польшу в этой позе. Поляк смотрит на него недоуменно из-за появившегося в груди отголоска страха. — Я же не сломал тебя? Я не сделал чего-то лишнего? Неужели это было слишком? — Он подлетает к Польше и садится перед ним на колени. Тот хлопает глазами и, прыснув от смеха, закрывает рот ладонью. Рейхугольник так просто смог разбавить атмосферу. — Всё в порядке. — Польша спускает ноги с кровати и наклоняется к демону. Он проводит рукой по краю головы того и большим пальцем гладит предположительно щёку. — Точно? — Точно, не стоит беспокоиться. — Его улыбка неспеша сменяется на задумчивое выражение лица. — Хм, как прячется твой рот? — Он ведёт пальцами по лицу Рейхугольника в том месте, где видел разрез рта обычно, и чувствует стык. Рейх приоткрывает рот, и поляк проводит по его нижней губе указательным пальцем. — А где зубы? — Прячу, чтобы не ранить тебя, милый, — мурлычет демон. Он вбирает палец Польши в рот и игриво проводит по нему кончиком языка. Поляк убирает руку, наклоняется ещё ниже и коротко целует демона. Его ногу крепко оплетает хвост того. Рейхугольник тянется ближе и обнимает Польшу, в ответ получая такие же тёплые объятия. — Люблю тебя, — шепчет демон. — Очень люблю. — Он трется лицом о грудь поляка, вдыхает его запах и блаженно выдыхает. — Ох, точно, идём на кухню. Я купил макаруны для тебя. — Рейхугольник отстраняется, забирает Польшу на руки и уносит. — Макаруны? А какие? — у Польши бегут слюнки. Он в предвкушении потирает ладони. — Голубенькие. Из той кофейни, куда ты ходил с Венгрией в день святого Валентина. Польшу ни капли не смущает тот факт, что демон следил за ним даже тогда. Он давно принял как факт, что за ним вели наблюдение некоторое время, прежде чем прийти для контракта. — Ура! — восклицает поляк и, как только его приносят на кухню, тянется к крафтовому пакету на столе. — Но сначала ужин, — предупреждает демон и забирает пакет. Он перемещает его на столешницу и достаёт тарелки. — Сегодня фетучини с креветками. — Знаешь, и всё же повезло мне с тобой, — говорит Польша, присаживаясь за стол. — Ты слишком идеальный. Рядом с демоном все сомнения улетучиваются. Рейхугольник ему симпатизирует всё больше с каждым днём. Он милый, заботливый и просто лапочка, которого становится немного жаль за то, как Польша относился к нему сначала, хотя его поведение было предельно понятно. — Я польщён. В таком случае, ты выйдешь за меня? — Да. Это было понятно ещё с самого начала, нет разве? — Я всё же хотел бы, чтобы это было твоим желанием, а не навязанным моим. — Рейх ставит тарелки на стол и включает чайник. Он присаживается и внимательно смотрит на Польшу. — Ну… — поляк задумывается. — Я не против, вроде как. Да, пожалуй, я не против. — Значит, я смог-таки завоевать твоё сердце или это магия вкусной еды? — Рейхугольник смеётся. Польша еле заметно краснеет и фыркает. Может путь к его сердцу и лежит через желудок, но только наполовину. Нет, на одну треть! А остальную часть Рейх честно отвоевал своей заботой и любовью. — Кстати, о результате усвоения тобой моей энергии. Не пугайся, но, видимо, всё закончится быстрее, чем за три месяца. — Ч-что? — Польша удивлённо смотрит на демона с замершим дыханием, позабыв обо всём в одно мгновение. Секунду назад всё было замечательно, теперь же его насквозь пронзает страх. — Но почему? — Потому что ты мой истиный. Процессы в тебе протекают быстрее и удачнее, что логично. Так что, по моим прогнозам, формирование закончится месяца за полтора. Польша бледнеет и вдруг вспоминает о летальном исходе. Конечно, Рейхугольник уверяет, что он будет в порядке, и всё-таки страх не исчезает… Теперь его время сократилось в два раза. — Н-но это неплохо, да? — Польша берет дрожащей рукой вилку и тут же роняет обратно на стол. Предположительная смерть теперь слишком близко. Она сделала широкий шаг ему навстречу и теперь практически дышала в спину. Рейхугольник берет руку поляка и переплетает их пальцы. — Тебе нечего бояться, любимый. Я рядом и помогу тебе, что бы ни случилось, справиться с усвоением. — Д-да, конечно. — Польша глубоко вдыхает и выдыхает. Уголок его губ нервно дрогает. Следует успокоиться и не вдаваться в панику раньше времени. Он обязательно выживет. Или, как минимум, проживёт оставшиеся полтора месяца счастливым.